пусть ты и чокнутая, но я то тоже

— все-таки эта компашка не могла напасть на нас без плана! титан ринулся на егера. это было ошибкой. *** — ох епть! — всех эвакуировали? я уже заморался выслушивать оры этих бабулек. пока бертольда выносят под похоронный марш — "дед-хаги-ваги помееер" — в не совсем трезвом состоянии ума и тела кира с кенни вставляют кассету молодежного говна на городское радио. эту ночь никто не забудет. *** из-за угла вынырнули упм. галлиард ринулся на прародителя, ему навстречу — микаса: — не мешайся! — капитан, они атакуют со всех сторон! — капитан с грохотом падает наземь. из-за кровавой ленты сверкнули глаза аккермана. он сокрушительно пронзает тело зверя и с немым криком отчаяния взрывает шею гранатой. порко тоже хотел бы гранату. у пик лучше — дробовики. но и они кончаются. они кричат, кличут своего товарища, потом другого: ответа нет — дробовик застрелен. пик в отчаянии. пик в ярости. пик пылает. пик победили. — ААААААА — пик?.. *** — ой-ой-ой, вот это жахнуло-то! — да-с, что-то они там совсем разошлись — кенни многозначительно кивает в биноколь, имир отбирает бутылку у киры. — у меня дежавю. — это плохой знак. бертольда похоронили. траур закончен. начинается беспредел. — так во сколько начинаем? *** тяжкий гул раздается эхом по земле. колос. — так это ты все время видел, бертольд? красное марево пылающего ничто заполнило легкие мальчика. он уже не кричит. армина забрали на дирижабль, надежды больше нет. Марко справляется. — быстро! добить ее! — жан снимает с курка копье, все по плану. — пожалуйста, хватит! не надо! копье попадает точно по перевозчику, но не достигая холки. "... или это у меня рука дрогнула?" фалько тащит пик в безопасное место. увы, конечно, таких нет. снаружи слышны отстрелы от элдийцев. кажется, они всех перестреляли. — сперва командира, а теперь еще и пик вынесли! черт черт черт чертчертчертчеееерт порко уклоняется от упм и прыгает на егера. ошибка атакующий правой пробивает его по челюсти, сбивая с ног. в ответ отгрызает руку и полосует лицо. замах. блок кристаллом молотобойца. челюсть прорезает камень, но когти не теряет, как на то рассчитывал эрен. ошибка галлиард уклоняется от микасы и определяет дистанцию. — юркий, не такой как имир. "понятно" пик не успевает восстанавливаться. красные цветы сыплются из нутра, не увядая в живительном тумане. — выживаемость не одна из преимуществ перевозчика, в отличии от бронированого или челюсти, — габи пусто, как по учебнику — а где райнер?! ты сказал, что его побил эрен егер и он завален обломками! он не может сражаться, да?! — я не знаю, он остался за зданием за сценой.. я уверен, но.. может... может дадим райнеру сейчас немного передохнуть! — что? —... — уно, софи.. все они... дяденька, а ты... а ты говоришь такие вещи?.. молчание воцарилось не надолго. габи тихо встала — "эй, габи, ты что творишь?! не приближайся к окну, они ведь нас заметят!" — и подошла к окну. взгляды устремились в небо. гул дирижабля раздробил тишину. — они серьезно собрались удрапать на этом! да хуй там! — порко бросился к судну, было с их стороны оплошностью безумием лететь на низкой высоте. или нет. ошибка порко падает наземь без ног. а скоро и без рук. лицо к лицу, лицо к земле. больно. как же больно. ему рвут руки, ему разбивают голову. все таки титан и носитель одно целое. одни чувства на двоих, одни воспоминания на двоих. как же больно. — райнер! — райнер! — габи орет как бешенная. — РАЙНЕР! — фалько и габи голосят как обезумевшие. пик со своим кровавым садом смотрит обреченно. а райнер хочет умереть и провалиться под землю. второе уже. Ты очень любишь русский рок, и играешь на басу Презираешь всей душой злоебучую попсу — а? — дети не орут. Дрочешь ночью - извращенка на патлатых металлистов Не умеешь петь мечтая все равно стать вокалисткой пик слышит хриплый смех и шаги по лестнице. знакомый запах сигарет. Ведешь на людях себя как страшный сон социофоба Акушер в конверсах уже тебя вынул с утробы Маминой, раненой душевно Почему не ебешь душевна на этаж поднимается женщина. женщина, то есть уже старая мать порко, то есть мать порко, помолодевшая лет на двадцать, курящая свои паленные винстон. все в культурном ахуе. — началось. — доброго вечера епты! — в громофон икнули — мы к вам с новостью! во-первых, мы вас отпиздим, во-вторых, мы вас круто наебали, в-третьих, мы не сдохли.. громофон опять икнул. дарк пальто. кровавое нечто под ним. дарк очки. дарк-браун корешка. веснушки и зонтик. тут микаса немного зависла — а? Давай с тобой обнявшись стоя Вдвоем споем все песни Цоя Да наизусть ведь не слабо же Пусть ты и ебанутая, но я то тоже первое, что увидел атакующий — нога; второе — бертольда. воскресе эрен егер валится рожей в обломки трибуны, там его встречает охуевшее лицо брауна. и снова здравствуйте бля. Земной лунтик вечно с двумя парами ушей Ее ноги пойдут в пляс ты только подключи кишей Панк рок ей блять на максимум включи Не кричи и не ищи ключи пик слышит весь этот дурдом и в душе воскресает надежда. краем глаза наблюдает реакции детей. реакция одинакова. госпожа галлиард невозмутимо курит табак. магат тоже смотрит то на фалько с габи, то на элен, то на окно и свирепеет в народном гневе все больше. — это что, мать вашу, значит? — что, что, жопы ваши спасают — вот, что это значит. Давай с тобой обнявшись стоя Вдвоем споем все песни Цоя Да, наизусть ведь не слабо же Пусть ты и ебанутая, но я то тоже титана избивает человек голыми руками и ногами в чешках. это надо видеть, но микаса видит не только сие зрелище, а к тому же и живого бертольда, который еще и волосы отрастил. пиздец, но совладав с бравым ахуем бросается на помощь эрену. перед глазами мелькает лезвие клинка. — он его не убьет. давно не виделись, микаса. лезвия сошлись крестами и макаса узнает ни чуть не изменившееся лицо акико. коленки. юбочка. вайт рубашка. челка и дракон. двойной пиздец. — аа? песня прервалась. — погнали следущую! Эти люди смотрят на нас *Убегай от меня* Мы для них как будто коллапс *Убегай от меня* кристалл раскололся. из него мокрой курицей выползла лара. лару подхватили. — вовремя же ты.. меня уж и.. сожрать.. — да знаю, знаю, пять пропущенных прости. нужно порко вытащить. мальчик. нет, парень. кровавое нечто болтается в плечах. прическа как у порко. ан нет, хвостик на нити. мальчик, который парень, который как порко, только дарк, разрывает титановую плоть и опускает руки в горячие красные орхидеи, что прорастают в самое сердце. он извлекает сердце и разрывает целостность, орхидеи вянут и возвращается совершенство монолита близнецов. от галлиарда пыщет горячим паром, он обжигает и кажется матерится. — все, уходим давай — лара делает на втором слове особенный акцент. наебалась уже. Не могу забыть я твои карие глаза *Глазки* порко видит кирие глаза. два омута — выбирай в каком тонуть. Девочка, ты космос, сияешь, как квазар *Ярко* кожа становится фарфоровой в свете прожеторов. Надену очки, чтоб не ослепнуть от тебя *Тебя* лицо полностью освещается. он узнает его всегда. орхидея в его прядях. брат. Ближе подходи, не бойся, вот моя рука Убежим с тобою далеко, нас не найти Ма-Ма-Маме ты сказала, что будешь к девяти За спиной рюкзак, в руках наушники JB… Твой телефон разряжен, пять пропущенных, прости имир на крыше голосит песни пуще прежнего, бертольд пытается привести в чувства райнера, держит за шкворень эрена, марсель и лара с заморышем заложником вскрылись в ночи. микаса и акико таращатся друг на друга. элдийцы сваливают на дирижабле под шумок. из-за дыма проглядывает золотой каймой луна и оры магата не дают возможности переварить произошедшее. операция провалена, а утро ночи мудренее. *** после всей свистопляски в госпитале порко вместе с остальными шифтерами спровадили на порожек и разрешили ходить на все четыре стороны в пределах либерео. марсель отказался встретиться с родителями. — сомневаюсь, что они тут же меня отпустят. он шагает по тонкому деревянному забору, но тот не ломается под давящим весом. темные глаза очерчивают желтые коммунарки. везде все оттенки желтого и поноса, а на марселе болтается красное кимоно, так не вписывающееся в пейзаж. остальные ублюдки в красном свинтили "по важным политическим". — значит оставишь их навечно глазеть на чужое надгробие? А я как им буду в глаза смотреть?! марсель не меняется в лице, но на несколько секунд стало видно узкие дрожащие зрачки. полы кимоно перестали колыхаться. — мне страшно. я появлюсь на пороге и они не узнают меня. и даже после этого мне придется от них уйти — это жестоко и больно для нас всех. вобщем... когда все закончится..— порко не видел лица брата, но чувствовал как тому не ловко—, я приду к вам. ко всем вам. марсель снова повернул голову и на лице у него была улыбка. с этой же улыбкой он прощался с порко перед отправлением на остров. — что все? у вас какие-то особые планы? разве этот цирк на колесиках не к парадиским отморозкам собирается? — именно к ним. порко молча кивнул и зашагал по направлению штаба. марселя сзади уже не было, но появилось какое-то чувство, которое испытывает человек получивший второй шанс. *** военную часть раздолбали одной из первых, поэтому совещательная работа с группой титанов проводится на квартире командира. райнер открыл рот и через три минуты галлиард уже кимарил на диване. никаких сенсаций он из данного отверстия уже не услышит. проснулся порко уже за полночь. желтая лампа напоминала божий свет, а задница магата, что бога здесь нет. неловко дернув головой, он увидел привалившегося марселя. лицо заливал желтый, покрывая золотом ресницы. да какой к черту магат, посланник всевышнего сидит в нулях сантиметрах от него. глаза дергаются от криков и находят причину. жухлый нос невольно морщится. а напротив присела преисподня. зад командующего все больше напрягается и грозится напердеть прямо в лицо порко. щеки магата становятся бурого оттенка от оров, а жилка на виске агрессивно дергается. причины бешенства сидят нога на ногу и всем видом показывают как им всё по и на. бесовская улыбка имир только подводит к очередному витку матов. а впрочем вертели они друг друга дружно и весело. в голове у порко просачивается нехорошее и всплывает сквозь толщу ругательств и проклятий. — марсель... он что, умер? — ага, жди — бертольд лениво тянется — по башке фонарным столбом прилетело балде-ивановне. тут даже магат перестал орать. — чем прилетело? — фонарным столбом. магат обернулся к галлиардам, открыл рот, но тут же оставил этот жест и как-то полуопустошенно опустился и кресло. прикрыл лицо рукой, чтобы перед сидящих не было видно. в его измученной войной и старостью голове не возникало и мысли, что однажды настанет время — да еще какое! — и в его дом завалится толпа блатных, пьяненьких, мертвых в душе и пик. порко по умолчанию уже был занесен в список блатных. у магата нет доказательств, но белая ручка марселя не могла оставить брата одного. бертольд много чего уводит к черту на рога, имир вообще молча воняет перегаром. райнер тихо стоит вахуе от даже маленьких деталей, а до пик начинает доходить с кем они реально связались. магату все же пришлось снова открыть рот. — ято значит... хм... народ, чья жизнь проходит на поле боя... ну-с, слыхали мы о таких. силы говорят вам хоть отбавляй. мозгов правда не дал бог. — суровый взгляд из под бровей следит за реакцией бертольда. а тот что? а тот ничего. — н-да, разумом однакож мы не обделены все таки попрошу заметить, — под полуприкрытыми веками синяя радужка зацепила ловящий дзен силуэт сестры — пользуются только им не все. — смею полагать, что ты себя повыше некоторых считаешь. отросшая по плечи смоль упала в бок. — считаю. — улыбка передавала что-то между снисхождением и равнодушием. райнер смотрел на смуглый профиль бертольда, не узнавая его. это был точно он, но словно другое существо перед ним сидело. от тела веяло тяжелой, неподъемной мощью, лицо было расслабленным и совсем не из этой оперы. вокруг дивана, где сидели имир с бертольдом была т а к а я атмосфера кальянной, что райнер местами подмечал дымок от наркоманских благовоний. на втором диване заерзал марсель.