Дубак

      Широко зевнув, Дуни поднялся с места и спрыгнул на пол с глухим звуком. У Минхо наконец появился заслуженный выходной, а вместе с ним и грандиозный план сначала выспаться, а потом устроить генеральную уборку. Теперь дома были лишние две руки, а значит, дело должно пойти быстрее.       Чего Минхо не учел, так это того, что встать с кровати оказалось практически невозможно. Подушка была слишком мягкой, одеяло приятно обволакивало тело, а лежащий под боком Чонин вообще не оставлял никаких путей отступления. Звуки, доносящиеся из его телефона, постоянно сменяли друг друга, и взгляд Минхо ненароком упал на экран, в котором кто-то щедро поливал клубнику растопленным шоколадом. В их холодильнике ни клубники, ни шоколада не было, зато лежали остатки риса и овощной салат, который наверняка уже размок.        — Ну все, — отрезал Минхо и с тихим кряхтением поднялся, сопровождаемый недовольным взглядом. — Я в душ.        Все процедуры заняли от силы минут двадцать. Он слышал, как звонил его телефон и как взял трубку Чонин. За шумом воды слов было не разобрать, но болтовня продолжалась долго, за это время Минхо успел почистить зубы и даже побриться. Контраст прохладного воздуха в квартире и разгоряченной кожи заставил поежиться и закутаться в халат посильнее. На кухне обнаружились все коты вместе с Чонином, который с очевидно приподнятым настроением жевал лимонную тянучку.       — Кто звонил?        — Чанбин-хен. Он просил тебе передать, что сегодня они нас заберут с ночевкой на какую-то туристическую базу и нам к обеду нужно собрать вещи.       Минхо вскинул брови. Это еще что за новости? Никакой туризм в его планы не входил, он сегодня готовился пожертвовать свою поясницу во имя чистоты, вечером посмотреть какой-то фильм и затем с удовольствием заснуть.        — А Чанбин, случаем, не уточнил, кто это – «они»? — Минхо спросил, наливая им обоим по стакану воды.       — Он сам, Чан-хен и Джисон.        Ну, теперь все встало на свои места. Никто, кроме Джисона, не мог приложить руку к подобной внезапной вылазке, волновало лишь одно: как на это согласился Чан?       — Мы же поедем, да? — Чонин состроил щенячью мордашку, заглядывая Минхо почти что в душу. Ни единого варианта, кроме как согласиться, не осталось, этому лицу отказать чисто физически нельзя было.       — Нужно протереть полы и сменить постельное белье, — выдохнул Минхо. — Успеешь – значит, поедем.       Чонину дважды объяснять не требовалось: его и след простыл, а через несколько секунд из коридора донесся грохот швабры с ведром. Своими мелкими манипуляциями Минхо не гордился, но прекращать совершенно не собирался, потому что они оба от этого были в плюсе. Если подумать, то это взаимовыгодное существование стало слишком сильно смахивать на жизнь обыкновенной патриархальной семьи, которую Минхо всеми силами пытался избегать. Обеспечивать кого-то в обмен на домашний уют всегда звучало дико, но где он теперь?        — В жопе, — буркнул Минхо себе под нос и сделал пару глотков теплой воды.        Вещи были собраны уже через полчаса. Ничего особенного, только одежда и всё для гигиены, с учётом того, что Чонин с Минхо не делили только зубную щетку. Чанбин, как и обещал, заехал к обеду, громко заорал в телефон и сказал спускаться.        На заднем уже сидел Джисон. Чонин при виде его чуть ли не запищал и залетел в машину, обниматься, хихикать и делать другие вещи вдвоем, о которых Минхо не хотел бы знать. Они с той встречи сблизились ужасно быстро. Это не могло не радовать, но Чонин порой буквально из телефона не вылезал, переписываясь с Джисоном. Касалось ли это как-то Минхо? В целом, нет. Чувствовал ли он из-за этого что-то неприятное? Ну, возможно.        — Все уместились?        Теоретически, да. Чонин оказался зажат между Минхо и Джисоном, и сидели они в принципе как кимчи под прессом, но в этом была своя романтика. Довольно прокряхтев, Чанбин завёл машину и они двинулись с места.       Где-то в середине пути Минхо просто отрубился, завалившись на плечо Чонина. Положение у него оказалось на удивление комфортным, чониново плечо ощущалось мягким, как пуховая подушка. Шум двигателя совсем скоро растворился, а в голове осталась сплошная вата.       Проснулся он резко, приложившись лбом, когда Чанбин неаккуратно повернул на парковку. Джисон довольно хрюкнул.        — Ты где права получал? — процедил Минхо, потирая голову.        — Да ладно тебе, — Чанбин отмахнулся. — Вытряхиваемся!       Что уж было говорить, место выбрали красивое. Природа всегда попадала во вкусы Минхо, даже когда завывал такой ветрище и всё небо затянулось облаками. Давно он вообще не выбирался никуда, но признавать то, что ему нужна была эта вылазка, означало проиграть Чанбину и Джисону. А вот уже это знаменовало кое-что похуже: грудь колесом у обоих и зашкаливающее эго до конца отдыха.       Помилуйте, Минхо этого не выдержит.       Домов в их распоряжении оказалось два, ещё и кровать лишняя оставалась, которая, как он подозревал, послужит для создания одной монстрокровати, где все будут лежать одной большой кучей. В этот раз к ним втиснется ещё и Чонин, но Минхо не был уверен, что для него нужно будет выделять особое место: мелкий до сих пор не набрал нормального веса.       — Разгружайтесь и выходите, пойдем рыбачить, — бросил Чан, скинув свои сумки на спину Чанбина и отправив того в первый домик.       Видимо, им с Чонином достался второй. А вместе с ним и Джисон, который, стоило про него вспомнить, тут же оказался рядом и заглядывал своими огромными беличьими глазами прямо в душу. Ладно, Минхо-то был не против, а Чонин, судя по тому, что они оба уже убежали внутрь, тем более. На месте Джисона он бы тоже не пожелал делить одно помещение с парой молодых влюбленных мужчин.        Рыбалка понравилась только Минхо и Чану. Чанбин терпел во имя любви, наблюдая бесконечное, казалось, количество времени, как едва колышутся поплавки, а вот Джисон с Чонином оказались не так милосердны. Сначала не могли усидеть на месте, и в какой-то момент выбрали своей жертвой Минхо.       — Мы долго будем?        — Это рыбалка, — вздохнул Минхо и покосился на Джисона. — Рыбалка не бывает быстрой.       — Отстой, — Джисон расплылся на своём стульчике, вытягивая ноги.        — Отстой, — кивнув, повторил Чонин.        — Мы купили сосисок и мяса. Сходите пожарить? — Чан это вспомнил очень вовремя. Джисон сразу подобрался, ожил и вскочил со стула. Был бы хвост – раскрутился бы как вертолётные лопасти.       — Сходим! Нин-а, сходим же?        — Ага, — Чонин снова кивнул и потянулся следом.       К Минхо закрались некоторые подозрения. Он перевел внимательный взгляд сначала на Джисона, потом на Чонина. Кому-кому, а Джисону доступ к кухне давать категорически было запрещено. Чонину он больше доверял, но их дуэт пока что показывал себя только с разрушительной и неконтролируемой стороны.       В общем, никаких гарантий, что это закончится хорошо.       Минхо это немного волновало, но он пообещал себе расслабиться.        — Ничего не спалите. Чонин, с грилем работаешь только ты, — предупредил он, зевнув. Чан улыбнулся и с одобрением глянул на Минхо. Опять он волновался только о том, чтобы отдохнули все вокруг, а сам даже спину не расслабил.       — Понял, хен, — успел сказать Чонин прежде, чем Джисон утащил его за локоть в сторону домиков.       — Расслабься, ничего они не спалят, — Чанбин дотянулся рукой до его плеча. — Может, только мясо сожгут, но это не так страшно.        — Ты и так съешь, конечно, — усмехнулся Минхо.       — Что правда, то правда. Но все равно, ты меня услышал? Кайфуй, Минхо-хен.       Он старался, правда. Даже начало получаться, но не так-то просто было выбиваться из привычной колеи дом-работа и перманентного стресса, к которому добавились еще и мысли о том, что там с Чонином.        Вернее, не так.       С Чонином-то все было хорошо, а вот отношение Минхо к нему вызывало вопросы. Или он хотел, чтобы это были вопросы, а не абсолютные факты. Газлайтинг себя самого оказался достаточно интересным занятием.       — Ты за своим суженным следи лучше, — Минхо кивнул на Чана. — Вон, вцепился в удочку с самого начала, так и сидит по струнке.       — Неправда, — Чан насупился и поспешил расслабиться.       — Правда.       — Пивка бы сюда, — вздохнул Чанбин, закинув руку на чаново плечо.       — Точно, — протяжно согласился Минхо, расплываясь на собственном стуле. — Надо было мелких отправить, сейчас уже не дозовешься.       — Да ну, Чонин к тебе по первому писку прибежит.       Опять началось. «Глас разума», но извне, потому что разум Минхо сам не работал. Как бы ему хотелось сейчас огрызнуться и закрыть тему, но ведь, вроде как, Чанбин был прав. Чонин за ним бегал хвостиком везде, и смотрел преданными глазами всегда, как щенок, и у Минхо сердце на кусочки рвалось каждый раз, потому что хотелось обнять и сжать-скрутить-посадить в кармашек. Мысли о том, что его когда-то придется отпустить, он даже не допускал. Хотя приютил-то вроде на пару дней.       — Я к нему скорее сам прибегу.       — Да вы оба топчетесь на месте и ходите вокруг да около, — хмыкнул Чанбин и прижал Чана к себе поближе.       Не успел Минхо открыть рот, как его поплавок дернулся. Про разговор все тут же забыли: подскочили с мест, восхищенными вздохами встречая рыбу.        — Ты смотри какой крупный!       В ведре дергался большой басс. Килограмм шесть навскидку, может, даже больше. Чонин с опаской трогал рыбу, проводил пальцами по холодной чешуе и вообще вел себя так, будто видел ее впервые в жизни. Чан мыл ножи, а Минхо дожаривал мясо и сосиски, которые Джисон оставил тут же, как старшие появились на горизонте.        — Кайф, — Чанбин наконец дорвался до пива и уже успел зажевать одну сосиску. — Хорошо, что выбрались, правда?       — Да, — Джисон вился вокруг Чана и раскладывал посуду на небольшом уличном столе. — Я уже заебался дома сидеть, чуваки!       — Ты недавно только домой вернулся, — Минхо выложил мясо на тарелку и отряхнул руки: пришло время рыбы. Что с ней делать? Разделить на всех и забрать домой? Пожарить здесь? А не будет слишком много еды?       — Чего задумался?        Голос Чонина заставил легко вздрогнуть. Минхо повернулся к нему и пожал плечами.       — Не знаю, что делать с рыбой. Мы объедимся, если пожарим еще и ее, не думаешь?       — Пожарить половину, остальное разделать и заморозить дома? — Чонин поднялся с корточек и обвился вокруг руки Минхо. Вроде и привычно, а ток все равно прошелся по коже куда-то вниз.       — Логично, — Минхо еще несколько секунд попялился на рыбу, а затем махнул рукой. — Попозже разберемся. Мне лень.       — Погуляем? — Чонин смотрел в его глаза пристально, словно хищник.       — Пойдем, — ответ вырвался тут же. Как-то Минхо и не задумывался даже, зачем гулять, куда и насколько. Главное – это предложил Чонин.       А он только и рад был пойти на поводу.