Дочь Се Ляня

Вскоре Се Лянь воскликнул: — Но я и правда не помню этого! Несмотря на то, что принца нельзя было забить до смерти, всё же стерпеть происходящее с ним на поле битвы он также не мог, поэтому в тот момент про себя подумал: «Так не пойдёт!» Приняв мгновенное решение, принц повалился на землю и притворился мёртвым, после чего его всё же затоптали множеством ног, до такой степени, что он потерял сознание. Пришёл принц в себя, задыхаясь от воды, попавшей в лёгкие, ведь после битвы трупы уносили с поля боя и сбрасывали в реку. Так Се Лянь и поплыл по реке, словно куча мусора. Течением его унесло обратно в государство Юнань. Спустя три-четыре года после тех событий принц наконец залечил полученные раны, взял компас, на этот раз исправный, и снова отправился в путь. В конце концов ему удалось добраться до первоначальной цели путешествия — южных земель, как он и планировал ранее. О том, что случилось в государстве Баньюэ, Се Лянь благополучно позабыл. Бань Юэ снова тихо произнесла: — Простите. Фу Яо хмуро спросил: — Почему она всё время просит у тебя прощения? Сань Лан внезапно вмешался: — Кэ Мо поведал нам, что советник Баньюэ направилась к центральной равнине после некоего вооружённого столкновения. Это столкновение как-то связано с тобой? Стоило юноше напомнить, в памяти Се Ляня вновь появилось содержание надписей на каменной плите. Лишь после этого он смутно начал вспоминать что-то. — А, кажется… Бань Юэ опередила с ответом: — Он спасал меня. Все остальные воззрились на девушку, которая тихо произнесла: — Генерал Хуа был растоптан в лепёшку, потому что спасал меня. — … Се Лянь немедля вспомнил то самое ощущение, когда по тебе топчутся сотни, а то и тысячи ног, и не удержался от того, чтобы обнять себя за плечи. Трое других слушателей с неясным выражением уставились на него, так что принцу пришлось прервать их домыслы: — Вовсе не в лепёшку, ну правда, меня не расплющило! Фу Яо, явно чем-то недовольный, саркастически произнёс: — О, истинный герой, пожертвовавший собой ради ближнего. Се Лянь махнул рукой. — Я не заслуживаю таких похвал. Кажется, я просто хотел по пути подхватить ребёнка и унести подальше, но не спел скрыться. Только обернулся, как армии уже сошлись в бою… Фу Яо: – Если всё так и было, почему ты даже этого не запомнил? Се Лянь: — Не забывай, сколько мне лет — уже несколько сотен. За год может произойти столько всего, а за десять лет человек меняется полностью, не говоря уже о таком огромном отрезке времени! Просто невозможно помнить каждую мелочь. К тому же многие вещи лучше забыть без остатка. Вместо того чтобы запоминать, как меня пару сотен лет назад ранили сотней мечей и растоптали сотней ног, я лучше запомню, как вчера съел вкуснейший мясной пирожок. Бань Юэ проговорила: — Простите. Се Лянь со вздохом обратился к ней: — Ох, Бань Юэ. Спасение тебя — мой собственный выбор, ты не виновата. Если хочешь получить прощение, возможно, тебе следует попросить его у кого-то другого. Бань Юэ замерла, опустила голову и замолчала. Се Лянь подошёл к Бань Юэ вместе с Се Лин и поглаживая её по голове добавил: — И всё же… возможно, мои воспоминания о тебе замерли тогда, двести лет назад, потому что мне всегда казалось, что ты никогда не стала бы замышлять месть или предавать кого-то, не таким ребёнком ты была… Не хочешь рассказать мне, что же всё-таки произошло? Почему ты открыла городские ворота? Бань Юэ, подумав немного, покачала головой, сохранив молчание. Се Лянь спросил: — Тогда… почему ты выпускаешь змей и приказываешь им кусать людей? На этот раз Бань Юэ ответила: — Это не я их выпускаю. Се Лянь удивлённо спросил: — Что? Бань Юэ повторила: — Это не я их выпускаю. Они сами уползают. Не знаю почему, но змеи перестали слушаться меня. После этих слов Фу Яо всем своим видом выразил недоверие. Бань Юэ добавила: — Генерал Хуа, я не лгу. Се Лянь ещё ничего не успел ответить, когда Фу Яо бесцеремонно вмешался: — Кто же станет говорить обратное, будучи пойманным? Даже если ты скажешь, что сделала это не нарочно, твои слова не возымеют действия. Подобных отговорок я наслушался. Все те, кто проходил через Крепость Баньюэ, были укушены твоими змеями. Протягивай руки, отправляешься со мной. Бань Юэ замолчала и на самом деле вытянула руки. Фу Яо встряхнул рукавом, выбрасывая из него верёвку божественного плетения, и связал обоих — Бань Юэ и Кэ Мо, после чего произнёс: — Ну вот, цель похода достигнута. Можно объявлять его завершённым! Внезапно рядом раздался голос Сань Лана: — У неё нет причин лгать. Се Ляню тоже казалось, что необходимо разобраться ещё кое в чём. Он обратился к Бань Юэ: — Так значит, ты сейчас совершенно не можешь управлять скорпионовыми змеями? Бань Юэ ответила: — Могу, и чаще всего они слушаются, но иногда выходят из-под контроля. И я не знаю, почему. Се Лянь продолжил: — Не могла бы ты прямо сейчас призвать змей, чтобы мы убедились в этом? Бань Юэ, которая до недавнего времени стояла перед ним на коленях, теперь наконец поднялась и согласно кивнула. Вскоре из-под трупа неподалёку выползла фиолетово-красная скорпионовая змея. Подняв голову, она свернулась на горе трупов, беззвучно выплёвывая язык в сторону людей. Се Лянь собирался рассмотреть змею повнимательнее, но тут Бань Юэ широко распахнула глаза, на лице её отразилось сомнение. Увидев это, Се Лянь с тяжёлым сердцем подумал: «Что-то не так». И в самом деле, высунув язык ещё раз, змея вдруг раскрыла пасть и выпущенной стрелой набросилась на принца! Атака змеи оказалась внезапной, но Се Лянь давно был готов к этому. Он всё прекрасно увидел и уже протянул руку, чтобы схватить змею, но не успел даже коснуться. Раздался хлопок, как будто что-то взорвалось. Приглядевшись, принц увидел, что змея беспомощно лежит на земле, превратившись в кровавый цветок. Более того, взорвалась змея так аккуратно, что ни капли яда не выплеснулось наружу. Се Лянь немедля вспомнил, что перед их отправкой в государство Баньюэ ещё одна змея была убита точно так же. Без слов было понятно, кто это совершил. Но не успел принц поднять взгляд на Сань Лана, как перед ним возникли красные одежды, отделившие его от Бань Юэ, закрывшие принца собой. Фу Яо же холодным тоном заключил: — Вот видишь, она тебя обманывает. Думала, твоя змея сможет ужалить его в подобной ситуации? Глупо. Бань Юэ, увидев змею, уже сделалась чернее тучи, а теперь резко вскинула голову и возразила: — Это не я. Я же сказала, что некоторые змеи не слушаются меня, и это была одна из таких. Фу Яо не поверил ни единому слову. — Кто может знать наверняка, послушала она тебя или не послушала? Бань Юэ угрюмо стояла на своём: — Это вовсе не я призвала её. Се Лянь хотел было вмешаться, но тут увидел, как из-под трупов выползли ещё две змеи, выплёвывая языки в их сторону, подобно воинам, бряцающим оружием. Следом показалась третья, четвёртая, пятая… Из всех углов нагромождения трупов выползло бессчётное множество скорпионовых змей! Все уставились на Бань Юэ, которая опять упала на колени на горе трупов. Фу Яо зажёг на ладони шар белого света и направил его на девушку. — Прикажи им отступить, ведь не может быть, чтобы ни одна из них не послушалась тебя. Бань Юэ сомкнула брови, словно задумалась над способом изгнания змей. Однако твари всё прибывали, нескончаемой волной приближаясь к ним. И даже если одна или две змеи не смогут их ужалить, всё же нельзя с уверенностью сказать, что это не удастся сделать нескольким сотням, нескольким тысячам змей. Даже если их не убьют, всё же итог будет не слишком приятным. Се Лянь вскинул руку, чтобы привести в действие Жое, но тут осознал, что змеи остановились в нескольких чи от них, словно замешкались, образуя странное кольцо, в которое попались жертвы. Се Ляня внезапно осенило. Подняв голову, он бросил взгляд на Сань Лана, который сверху вниз смотрел на змей вокруг. В глазах юноши не отражалось ничего, кроме презрения; скорпионовые змеи, казалось, понимали его взгляд, и потому не решались подобраться ближе. Змеи даже отступили немного, при этом опуская головы, склоняя хищные пасти к земле, всем своим видом выражая покорность. Но при этом какая-то иная владеющая ими сила не позволяла змеям прекратить атаку и уйти. Поэтому они, опустив головы, направились к Фу Яо. Тот взмахнул рукой — из рукава вырвалось пламя, которое выжгло целый круг змей, заставив тварей отступить ещё дальше. Се Лин с интересом подпрыгивала на руках отца и спрашивала его: – Пап, а можно мне на них потренироваться в метании ножей? Се Лянь со странным и стойчиским выражением лица отказал. Се Лин не послушалась и бросила один из своих ножиков в змею, которая была в слепой зоне Фу Яо. Попав ровно в голову она с гордостью пролепетала Сань Лану: – Смотри какая я меткая! Смогла за один день спасти двоих. Сань Лан же со смешком, ответил: – Юная принцесса, самая меткая во всём мире. Так ещё добрая и храбрая как небожитель. Се Лянь с лёгкой угрозой посмотрел на Се Лин и Сань Лана, как они оба заткнулись и поникли. Се Лянь произнёс: — Давайте сначала выберемся отсюда, потом всё обсудим. Услышав приказ, Жое со свистом слетела с запястья принца и направилась вверх. Вот только вскоре она вернулась назад с таким же свистом. Се Лянь на мгновение остолбенел и обратился к белой ленте, намотавшейся обратно: — Почему ты вернулась? Поле уже снято, тебе ничто не мешает, давай же, скорее. Жое на его запястье мелко дрожала, словно повстречалась наверху с чем-то ужасным. Се Лянь всё ещё пытался успокоить ленту и уговорить попробовать снова, но тут сверху свалилось что-то длинное, с хлопком приземлившись на плечо Фу Яо. Тот машинально схватил упавший предмет и обомлел, в вытянутой руке оказалась упавшая сверху скорпионовая змея! Фу Яо не был готов к такому повороту. Укушенный змеей, он резко выбросил тварь в лицо Бань Юэ. Девушка инстинктивно вскинула связанные руки и всё-таки схватила змею. Фиолетово-красная тварь обвила её бледное запястье, при этом совершенно не собираясь атаковать. Неожиданно снова раздался хлопок: на землю упала вторая змея! Се Лянь догадался, почему Жое отказалась подняться. Задрав голову, в тусклом свете луны принц с трудом увидел такую картину: несколько сотен фиолетово-красных точек летели вниз с краёв Ямы Грешников. Дождь из змей! И очень скоро эти точки должны были приблизиться к ним. Се Лянь воскликнул: — Фу Яо! Огонь! Чтобы расправиться с ними разом ещё в воздухе, нужна стена пламени! Фу Яо прокусил ладонь, взмахнул рукой — и в воздух каскадом взметнулись крупные капли крови. Обернувшись пылающей огненной стеной, они молниеносно устремились вверх. Стена пламени, поднявшись на несколько десятков чжанов, зависла в воздухе горящим заслоном, столкнувшись с которым, скорпионовые змеи мгновенно сгорали в пепел. Пламя перекрыло змеиному дождю путь вниз. Се Лянь, увидев, что опасность временно миновала, произнёс: — Отлично! Фу Яо, мы все тебе обязаны. Се Лин же с энтузиазмом и ещё большим нетерпением спрашивала отца: - Пап, Пап, а ты научишь стеной из огня? Я тоже хочу так круто выглядеть! Се Лянь улыбнулся требовательной просьбе своей дочери и кивнул. Правдо он не был уверен, что А-Лин его освоит. Подобное магическое искусство требовало немалых затрат духовной силы, после его применения даже лицо Фу Яо немного позеленело. Обернувшись, он снова выжег круг на земле, заставляя змей отступить, и обратился к Бань Юэ: — Ты и теперь скажешь, что они не слушают тебя? Если не ты отдаёшь змеям приказы, почему они тебя не атакуют? Сань Лан с улыбкой заметил: — Возможно, тебе просто не везёт? Ведь змеи и нас не атакуют. Фу Яо развернулся и смерил яростным взглядом их обоих. Се Ляня посетило нехорошее предчувствие, но поскольку в душе он как раз разматывал логическую цепочку, с объяснениями принц запаздывал. Не желая смотреть на драку между ними, он произнёс: — Для начала нужно понять, что не так с этими змеями. Давайте выбираться. Фу Яо с холодной усмешкой проговорил: — Что не так со змеями? Либо советник Баньюэ нагло лжёт, либо вся эта чертовщина — дело рук того, кто стоит рядом с тобой! Се Лянь посмотрел сначала на Бань Юэ, затем на Сань Лана и заключил: — Я пришёл к выводу, что они ни при чём. Голос принца звучал пусть и мягко, но всё же уверенно. К такому выводу он пришёл после некоторых размышлений, но Фу Яо наверняка решил, что Се Лянь просто выгораживает обоих. Черты его лица, озарённые пламенем, сделались исключительно резкими, так что не представлялось возможным определить, разгневан он или улыбается. Юноша произнёс: — Ваше Высочество наследный принц, не прикидывайся дураком. Ведь ты всё прекрасно понял. Ещё не забыл о своём статусе? Думаю, ты давно должен был догадаться, что из себя представляет это подлое создание рядом с тобой. Не верю, что ты до сих пор ни на секунду ничего не заподозрил! Се Лянь как бы невзначай шагнул вперёд, тем самым оказавшись перед Сань Ланом, и ответил: — О своем статусе я осведомлён лучше остальных. Фу Яо не унимался: — Тогда почему ты всё ещё осмеливаешься стоять с ним рядом? Се Лянь честно ответил: — Потому… что пока я рядом с ним, змеи меня не покусают. — … Услышав подобный ответ, Сань Лан и Се Лин вместе смеялись над словами принца. Лицо Фу Яо сделалось ещё темнее, он прошипел: — Ах ты… Потом ещё темнее, и ещё, как вдруг и вовсе стало сплошного чёрного цвета. И не только лицо Фу Яо, а вообще всё перед глазами Се Ляня окрасилось чёрным. Это случилось потому, что стена огня, которую пару мгновений назад сотворил Фу Яо, а также огненный шар, который он зажёг, чтобы озарить дно Ямы, внезапно, без какого-либо предупреждения погасли! Во тьме Се Лянь уловил, как хохотнул Сань Лан. Затем юноша бросил: — Никчёмное создание! — и принц ощутил, как его в месте с Се Лин на руках притянули за плечи. После Се Лянь услышал над ними частый и яростный стук, словно капли сильного ливня били по поверхности зонта. Разумеется, это бешеным потоком вниз полетели фиолетово-красные змеи, которых теперь ничто не сдерживало. Но над принцем и принцессой оказался раскрыт зонт, который уберёг их от дождя из змей! Се Лянь услышал сильный запах крови и уже собрался действовать, как Сань Лан обратился к нему: — Не двигайся. Эти твари не настолько слепы, чтобы осмелиться приблизиться. Голос юноши звучал уверенно. Первая фраза казалась тихой и мягкой, во второй же прибавилась малая толика высокомерия. Се Лянь вначале и не думал волноваться, но потом услышал со стороны Фу Яо гневный крик: по всей видимости, беднягу оросило змеиным дождём с головы до ног. Принц позвал: — Сань Лан! Сань Лан ответил без промедления: — Нет необходимости. Се Лянь, сам не зная, как реагировать, произнёс: — Как ты узнал, что я хотел сказать? Сань Лан: — Просто не волнуйся ни о чём. Он же не умрёт. Внезапно где-то в стороне от них раздался крик: — Бань Юэ! Хочешь моей смерти, так прикажи им скорее укусить меня и избавить от страданий! Так ведь никуда не годится! Бань Юэ ответила: — Это не я! По всей видимости, Кэ Мо пришёл в себя и обнаружил, что плывёт в потоке бесчисленных скользких тварей. Поэтому наверняка решил, что это дело рук Бань Юэ. Се Лянь поставил Се Лин на землю, а после воскликнул: — Фу Яо, ты можешь снова зажечь огонь? Сотвори ещё сгусток пламени! Фу Яо сквозь сжатые зубы простонал: — Это создание рядом с тобой подавляет мою магическую силу, он не даёт мне разжечь огонь! Сердце Се Ляня ухнуло вниз, однако Сань Лан возразил: — Я этого не делал. Се Лянь: — Я знаю, что это не ты. Это как раз и странно. Бань Юэ и Кэ Мо скованны верёвкой божественного плетения, они не в силах применить магию. Я истратил магические силы без остатка. И если ты не воздействовал на него, тогда это может означать лишь одно — на дне Ямы находится кто-то шестой! Фу Яо: — У тебя рассудок совсем помутился! Откуда здесь кто-то шестой, больше ведь никто не спускался сюда! Неожиданно послышался возглас Бань Юэ: — Кто это?! Се Лянь: — Бань Юэ, что с тобой? К тебе кто-то приблизился? Бань Юэ: — Кто-то… — на этой фразе голос девушки затих. Се Лянь позвал: — Бань Юэ?! Фу Яо всё ещё пытался отбиться от падающих змей, поэтому в непроглядной тьме то и дело вспыхивали и пропадали белые сгустки света. Фу Яо крикнул: — Берегись, она использует эту уловку, чтобы подобраться к тебе! Се Лянь возразил: — Вовсе не обязательно. Нужно её спасти! С этими словами он хотел было ворваться в стену дождя из змей, но тут Сань Лан произнёс где-то над ухом: — Хорошо! Се Лянь только и успел понять, что Сань Лан покрепче обнял его за плечи, а в следующий миг вместе с ним стремительно ринулся вперёд. Принц внезапно осознал — юноша, в одной руке сжимая зонт, другой прижимая к себе его самого, пошёл в наступление. В темноте сверкнула серебристая вспышка, раздался мелодичный звон, как вдруг слух резануло пронзительным лязгом двух лезвий, столкнувшихся друг с другом. Сань Лан, сперва удивлённо вздохнув «Оу?», добавил: — А здесь и впрямь есть кое-кто ещё. Забавно. Неизвестно, каким образом и каким оружием он управлял, но в данный момент это самое оружие вступило в бой с кем-то лицом к лицу! Противник не проронил ни звука, но Се Лянь услышал свист воздуха, рассекаемого острым лезвием: по всей видимости, их снова атаковали. Время от времени во тьме мерцали яркие искры, которые в следующий же миг исчезали, не позволяя разглядеть лица того, кто сражался против них. Се Лянь, внимательно прислушиваясь к звукам битвы, громко спросил: — Бань Юэ, ты всё ещё в сознании? Можешь откликнуться? Никто не ответил на зов. Фу Яо воскликнул: — Возможно, она и есть тот незнакомец, с которым вы сражаетесь! Се Лянь возразил: — Нет, это не может быть Бань Юэ! Сражаясь точно в такой же темноте с Кэ Мо, Сань Лан двигался легко и непринужденно, словно играл с ним. Теперь же он стал немного серьёзнее. Боевые навыки противника оказались поразительны, он весьма мастерски обращался с оружием, а Бань Юэ была худенькой и хрупкой. При одном только взгляде на её руки становилось ясно — применение физической силы и владение оружием не являлось её главным преимуществом, поэтому противником Сань Лана не могла быть она. Но тогда кто этот неизвестный? И в какой момент он очутился здесь?! Фу Яо: — Эта девушка, что предала собственное государство, ничем не лучше генеральши Сюань Цзи. С какой стати ты вдруг стал ей доверять? Се Лянь: — Фу Яо, не мог бы ты умерить немного свой пыл? Тебе… постой, что ты сказал? Фу Яо, отбросив от себя ещё клубок скорпионовых змей, повторил: — Я спрашиваю, с какой стати ты вдруг стал ей доверять? Равно как и тому созданию рядом с тобой! Се Лянь прервал его: — Нет, я не о том… ты упомянул Сюань Цзи. Ты ведь её упомянул, верно?! — И что с того?! Она ведь здесь совершенно ни при чём! Се Лянь задержал дыхание, а через миг раздался его голос: —Довольно сражений! Нет нужды больше прятаться. Я знаю, кто ты! Однако лязг оружия ни на мгновение не стих, противник остался безучастен к словам принца. Се Лянь, впрочем, не спешил. Он произнёс: — Ты думаешь, я хочу обмануть тебя, говоря, что знаю, кто ты? Младший Генерал Пэй? Фу Яо потрясённо переспросил: — С кем ты разговариваешь? Младший Генерал Пэй? Да ты, никак, разумом тронулся. В каком статусе находится Младший Генерал Пэй! Стоит ему спуститься в мир людей, об этом узнают все! Се Лянь ответил: — Ты верно говоришь. Но что если здесь находится не его истинное воплощение? Звон холодного оружия в темноте на миг затих, но тут же возобновился. Се Лянь произнёс: — Я слишком поздно заметил. На самом деле, я должен был догадаться с самого начала. — Я знал, что в последние двести лет в Крепости Баньюэ непрестанно бесчинствует неизвестная сущность. При этом ни один небожитель ни разу не пытался разобраться в этой проблеме, никто даже не желал об этом упоминать. А значит, наверняка кто-то, кого все остальные опасаются разгневать, пытался таким образом что-то скрыть. Но поскольку я пока не слишком хорошо знаком с нынешним пантеоном Верхних Небес, я не решился строить беспочвенные догадки, просто не хватило смелости предположить, кто же может быть этим небожителем. И лишь Фу Яо, упомянув демонессу Сюань Цзи, напомнил принцу одну вещь. Вспомнив о Сюань Цзи, невозможно было не подумать о двух генералах под фамильным знаком Пэй, что владеют северными территориями. А Фу Яо как-то обмолвился, что вознесению Младшего Генерала Пэя предшествовало одно событие: истребление города. Какой же город он истребил? Вполне возможно, что именно древний город государства Баньюэ! Подобные случаи не считались редкостью для небожителей Верхних Небес. Кому удавалось стать героем, не пролив ни капли крови? И всё же, поскольку истребление города — поступок не слишком благочестивый, распространение слухов о нём в народе неизбежно негативно скажется на привлечении новых последователей. Поэтому небожители после вознесения предпочитали скрыть или же приукрасить подобное деяние. И хотя остальным небожителям всё было известно, никто не желал вникать в подробности. Ведь если между ними нет непримиримой вражды или желания напакостить другому, зачем копаться в чужом прошлом и навлекать на себя гнев покровителя, который стоит за спиной небожителя, вознесшегося таким образом? Се Лянь медленно проговорил: — Лицо в земле обмолвилось, что среди нас есть тот, кого оно видело около пяти-шести десятков лет тому назад. Я усомнился в его словах, поскольку считал, что так оно пыталось приманить нас поближе. Но, возможно, оно действительно говорило правду. — Ранее, когда мы были все вместе, я больше всего подозревал именно тебя. Караван шёл за тобой, и ты мог привести их куда угодно; прожив несколько лет в государстве Баньюэ, я ни разу не встречал скорпионовых змей, а вы, всего лишь отыскав место, чтобы спрятаться от песчаной бури, весьма удачно наткнулись на этих редких ядовитых тварей. — Когда я попросил тебя отправиться с нами на поиски травы шань-юэ, перед отправкой ты намеренно указал остальным путь, объяснил, как добраться до древнего города Баньюэ, чтобы торговцы, не дождавшись нас, могли сами двинуться в дорогу; только что, на краю Ямы Грешников, я весьма ясно выразился, сказав, что в случае чего пойду первым. Но ты, всё время до этого сохранявший спокойствие, внезапно спрыгнул вниз, вне всякого сомнения, отправившись на верную смерть. Помолчав, Се Лянь добавил: — Ты вёл себя столь странно, всюду допуская шаги, лишённые логики, а я всё равно лишь сейчас понял, кто ты. Весьма несвоевременно, не находишь? Младший Генерал Пэй, или мне следует называть тебя нынешним именем — А Чжао! Все звуки внезапно прекратились, воцарилась мёртвая тишина. Лишь спустя какое-то время раздался холодный голос: — А не думал ли ты, что лицо в земле, возможно, говорило о юноше в красном, что пришёл с тобой? После этих слов на дне Ямы Грешников внезапно разгорелась яркая вспышка пламени. Свет её озарил две кроваво-красных фигуры, стоящих друг напротив друга. Одной фигурой был Сань Лан в красных одеждах, который уже успел убрать оружие и просто спокойно стоял на месте; другой фигурой оказался юноша в простой холщовой рубахе, который всё ещё держал перед собой меч, не собираясь его опускать. Молодой человек с ног до головы был покрыт кровью, так что казалось, что он тоже одет в красное. Лицо его выглядело холодным и мрачным, на плече висело чьё-то тело. Это действительно был юноша по имени А Чжао. В самом деле, выражения лиц обоих — Младшего Генерала Пэя в истинном воплощении и юноши А Чжао — выглядели безразличными ко всему, без каких-либо эмоций или изменений, хладнокровными сверх меры. Но Се Лянь вовсе не поэтому связал этих двоих воедино. На его плече висела Бань Юэ. Наверняка он натравил на них змей, чтобы воспользоваться всеобщим замешательством и забрать девушку. Но теперь, когда личность его раскрылась, не было нужды в создании излишнего беспорядка. Поэтому змеи, ползающие по земле и падающие с неба, перестали зверствовать. А Чжао одной рукой убрал меч, а другой положил Бань Юэ на землю. Кэ Мо, ничего не понимая, произнёс: — Ты кто такой? Ты же умер, свалившись в Яму? А Чжао не удостоил Кэ Мо даже взглядом, по-прежнему не отводя глаз от Сань Лана. Только бросил ему на языке Баньюэ: — Кэ Мо, ты в самом деле нисколько не изменился даже спустя несколько сотен лет. Этот голос, такой ровный и спокойный, что безмерно раздражал слушателя, был настолько хорошо знаком Кэ Мо, что на его смуглом лице моментально вспыхнул затмевающий всё остальное гнев. — …Ты!!! Пэй Су?! Если бы Кэ Мо не сдерживала верёвка божественного плетения, он бы точно набросился на юношу, не боясь погибнуть. Се Лянь произнёс: — Младший Генерал Пэй, скорпионовые змеи слушают приказы не только одного хозяина. Те змеи, что по словам Бань Юэ перестали слушаться её и отправились охотиться на людей, находятся под твоим контролем, верно? Пэй Су признал это довольно искренне: — Да. Под моим. Се Лянь: — Бань Юэ научила тебя, как отдавать приказы змеям? Пэй Су: — Нет. Я прекрасно обучился этому сам, глядя на то, как она ими управляет. Се Лянь: — Младший Генерал Пэй, вы действительно умны сверх меры. Помолчав, принц добавил: — Когда вы познакомились? И как это произошло? Пэй Су вместо ответа посмотрел на Се Ляня и произнёс: — Генерал Хуа. Се Лянь озадаченно спросил: — Почему и ты обращаешься ко мне подобным образом? Пэй Су бесстрастно ответил: — Вы не узнали меня, Генерал Хуа? — … Се Лянь вспомнил. Ранее его уже посещали воспоминания о том, что в детстве Бань Юэ не признавали другие дети народа Баньюэ, и лишь один юноша из государства Юнань иногда заботился о девочке. Так же, как и она, тот юноша был неразговорчив. Немало детей в приграничной местности являлись отпрысками воинов, охраняющих границы, а когда вырастали, в большинстве своём тоже вступали в ряды войска. Неужели… Се Лянь воскликнул: — Это ты?! Ну надо же… я вспомнил лишь сейчас. Пэй Су кивнул в ответ. — Это я. И я тоже вспомнил вас лишь сейчас, Генерал. Не удивительно. Оказывается, Бань Юэ и предводитель вражеской армии познакомились так давно! Се Лянь спросил: — Это правда, что Бань Юэ открыла городские ворота по твоему указанию? Кэ Мо сплюнул на землю и заорал: — Развяжите верёвки, дайте мне сразиться на смерть с этим подлецом Пэй Су! Пэй Су ледяным тоном ответил: — Во-первых, мы уже сражались в смертельной схватке двести лет назад, и ты тогда проиграл мне; во-вторых, позволь узнать, почему ты считаешь меня подлецом? Кэ Мо ответил: — Если бы вы двое не сговорились нанести удар изнутри и снаружи, разве мы проиграли бы битву?! Пэй Су возразил: — Кэ Мо, перестань отказываться признать очевидное. Тогда я привёл с собой лишь две тысячи, но всё же прорыв через городские ворота для меня был лишь вопросом времени. Се Лянь, не сдержавшись, выпалил: — Постой, под твоим командованием находилось всего-то две тысячи, и тебя отправили на битву с целым государством? О чём ты думал, это разве не поход на верную смерть? Неужели тебя среди твоего войска притесняли ещё хуже моего??? — … Пэй Су не ответил. Видимо, принц попал в самую точку. Се Лянь продолжил: — Но если ты мог победить, не прилагая особых усилий, для чего тебе понадобилась помощь Бань Юэ в открытии ворот? Пэй Су ответил: — Потому что я должен был истребить город. Се Лянь переспросил: — Что это значит? Ведь победа была близка, для чего непременно нужно было истреблять город? Пэй Су: — Город необходимо было уничтожить именно потому, что наша победа была близка. И кроме того, как можно скорее, моментально, никого не щадя. Фраза «никого не щадя» прозвучала зловеще. Се Лянь спросил: — И причиной тому? Пэй Су начал объяснять: — В ночь перед атакой на город вожди множества кланов народа Баньюэ созвали всеобщий сбор, на котором тайно договорились совершить кое-что. — Что именно? Пэй Су: — Народ Баньюэ от природы свирепый и воинственный, к тому же они питали особую ненависть к государству Юнань. Даже зная, что вскоре их настигнет поражение, они не желали этого признавать. Всё государство Баньюэ, мужчины и женщины, стар и млад, сделали необходимые приготовления, чтобы в самые короткие сроки изготовить партию кое-какого вещества. Се Лянь уже смутно догадывался, что это было. И когда Пэй Су буквально выплюнул это слово, догадка принца подтвердилась. — Взрывчатка! Пэй Су отчеканил каждое слово, каждую фразу: — Они задумали, в случае падения города, снарядить каждого из мирных жителей государства Баньюэ взрывчаткой. Чтобы затем люди рассредоточились и сбежали из города, после чего проникли в Юнань, намеренно смешались с толпой там, где людей побольше, и нашли момент для подрыва. И пускай сами они погибнут, всё же заберут с собой ещё больше жизней народа Юнань. Пускай государство их пало, они поклялись нарушить покой народа, который уничтожил их родину. Поэтому необходимо было истребить всех разом, пока ещё мирные жители не успели покинуть город… Се Лянь развернулся в сторону Кэ Мо. — Это правда? Кэ Мо, даже не думая отпираться, ответил: — Правда! Услышав ответ, Сань Лан приподнял бровь и проговорил: — Жестоко, жестоко. Он сказал это на языке Баньюэ, и Кэ Мо в гневе воскликнул: — Жестоко? Какое вы имеете право называть нас жестокими? Если бы вы первыми не напали на нас, разве мы пошли бы на столь отчаянный шаг? Вы уничтожили нас, мы жаждали мести, что здесь неправильного?! Пэй Су возразил: — Если это в действительности так, почему бы нам не начать подсчёт с самого начала? Сколько раз народ Баньюэ на границе затевал беспричинные сражения? Сколько караванов и путешественников из государства Юнань вы злонамеренно задержали от прохода на запад? Вы прекрасно знали, что на ваших дорогах устраиваются облавы на людей из Юнань: конные разбойники перекрывали путь, грабили и убивали невинных, а вы всё равно усердно выгораживали их. А когда Государство Юнань отправило отряд, чтобы окружить и уничтожить злодеев, вы убили всех наших воинов без остатка, оправдываясь вторжением на ваши территории. Разве это не жестоко? Говорил юноша довольно размеренно, тон голоса был ровным, но при этом в каждом слове слышалась резкость. Кэ Мо произнёс: — Но ведь это вы первыми силой присвоили себе наши земли, поэтому мы отвечали ударом на удар. Пэй Су: — Граница между двумя государствами не была определена изначально. Как можно рассуждать, что кто-то присвоил земли силой? Кэ Мо: — Обе стороны давно разделили свои владения, а вы наплевали на договорённости! Пэй Су: — Это лишь ваше государство признало подобное разделение, но признал ли его народ Юнань? Что представляло из себя так называемое «разделение»? Вся пустыня достаётся нам, а все оазисы — вам. Тебе самому не смешно? Кэ Мо гневно проревел: — Оазисы изначально нам и принадлежали. Многие поколения предков народа Баньюэ родились и выросли в этих оазисах! Каждый из спорящих настаивал на своём, и только слушая, как они препираются, Се Лянь ощутил, будто бы голова распухла вдвое. Стоило принцу вспомнить день, когда двести лет назад его зажали между двумя армиями и избили до синяков и кровоподтёков, как тут же Се Ляню показалось, что лицо снова начало болеть. Пэй Су, прекратив обращать внимание на Кэ Мо, повернулся к Се Ляню: — Ну вот, посмотри сам. Многие вещи в этом мире невозможно решить в споре. Остаётся только биться. Се Лянь ответил: — Я согласен с первой фразой. Сань Лан же заметил: – Я согласен со второй. Кэ Мо, немного умерив свой гнев, вдруг сказал: — Большинство людей Юнань не имеют ни стыда, ни совести. А ты — самый бесстыжий из всех, кого мне доводилось встречать. Пэй Су, ты бессердечный человек. Ты убил нас вовсе не ради своего государства и даже не ради спасения своего народа. Услышав его, Пэй Су замолчал. Кэ Мо продолжил: — Ты, отпрыск ссыльного преступника, презираемый всеми, из кожи вон лез, чтобы выиграть ту битву лишь с одной целью — занять устойчивое положение в армии Юнань и подниматься дальше наверх. Плачевна судьба Бань Юэ, ведь она считала тебя хорошим, а ты использовал её. Это из-за тебя она предала нас. Се Лянь спросил: — Но разве Младший Генерал Пэй — не потомок Генерала Пэя? С покровительством столь прославленного предка не было нужды идти на подобный шаг! Сань Лан ответил: — Он ведь не является наследником Генерала Пэя по прямой линии, а всего лишь потомок по невесть какой по счёту боковой ветви. Так вот оно что. Это означало, что если бы он не вознёсся впоследствии, то и никогда не получил бы шанса добиться покровительства предка. Пэй Су безразлично произнёс: — Бань Юэ с самого начала была моей подчинённой. Она лишь затаилась в государстве Баньюэ по моему приказу. Будучи полукровкой, она избрала сторону, которой и осталась верна, ни о каком предательстве речи не идёт. Народ Баньюэ утаил коварный замысел. Я не сожалею о содеянном, это была заслуженная кара. Неожиданно сверху раздался крик: — Красивы слова о заслуженной каре! Ну а что насчёт тех путников, которых ты все эти годы заманивал в Крепость Баньюэ, и которые лишились жизней на дне этой ямы? Осмелишься ли и о них сказать, что не сожалеешь о содеянном, что они это заслужили? Голос раздавался над головами всех присутствующих. Се Лянь немедля посмотрел наверх и прокричал: — С каким выдающимся мастером имею честь? Ответа не последовало, лишь послышался странный звук. Громкий свист и вой, словно бушевал ураган. Когда звук приблизился, Се Лянь, наконец, убедился — это действительно был рёв урагана! Мощный порыв ветра застал их врасплох и оказался столь яростным, что Се Лянь не успел понять, что происходит, когда его уже оторвало от земли и подняло в воздух! Этот внезапно налетевший ураган сверху опустился прямо на дно Ямы Грешников, и тут же унёс с собой всех, кто там находился! Се Лянь крепко схватился за стоявшего ближе всех Сань Лана и крикнул: — Берегись! Сань Лан в свою очередь схватился за него с неизменным выражением лица. Се Лянь ощутил, как перед глазами всё завертелось, и его стремительно подбросило в воздух, после чего они зависли на мгновение и начали опускаться вниз. После он посмотрел Се Лин,которая стояла далеко от него. Принц торопливо выбросил вперёд Жое, несмотря на критичность ситуации, мягко приговаривая: — Ну всё, всё, уже всё закончилось, давай, милая Жое, помоги нам спастись! Он погладил ленту несколько раз, и Жое наконец подчинилась. Однакокругом оказалось пусто, ни травинки, кроме громадной Ямы Грешников схватиться больше не за что. Жое сделала круг, но после обернулась несколько раз вокруг Се Лин и вернулась к принцу вместе с ней. Се Лянь схватил свою дочь в объятия, но вскоре ему пришлось самому корректировать положение для мягкого приземления. Ранее в такой же ситуации он скорее всего сверзился бы вниз головой и воткнулся в землю на три чи, но на этот раз в момент приземления Сань Лан мягко поддержал его, так что Се Лянь уверенно ступил на землю. Принцу даже показалось немного невероятным, когда сапоги устойчиво коснулись земли. Однако потрясение вскоре ослабло — ему на смену пришло другое. Едва оказавшись на земле, принц увидел, что к ним нетвёрдой походкой приближается чья-то фигура. Се Лянь, приглядевшись, даже немного обрадовался и воскликнул: — Нань Фэн! Это действительно оказался Нань Фэн. Вот только весьма потрепанный Нань Фэн. Он выгладел так, словно десяток раз извалялся в грязи, а затем его бросили переночевать в стойбище скота, где по нему ещё и потоптались. Одежда на юноше была изодрана в клочья и выглядела весьма плачевно. Услышав оклик Се Ляня, он лишь махнул принцу рукой, молча провёл ладонью по лицу, но так ничего и не сказал. Се Лянь поддержал его под руку и спросил: — Что с тобой стряслось? Тебя что, избили те девушки? Он не договорил, когда увидел, что за спиной Нань Фэна показались две приближающиеся к ним фигуры. Одной из них оказалась та самая заклинательница в белых одеждах с метёлкой из конского волоса в руке. Лучезарно улыбаясь, она поприветствовала Се Ляня и Се Лин: — Здравствуйте, Ваше Высочество наследный принц и маленькая леди. Даже не будучи осведомлённым, кто перед ним, Се Лянь должен был ответить на приветствие. Принц не знал, как обращаться к собеседнице, и потому, улыбаясь так же лучезарно, помахал рукой со словами: — Приветствую друга на тропе самосовершенствования. А спутница заклинательницы, одетая в чёрное, лишь наградила его холодным взглядом, не удостоив вниманием. Лишь поглядев на Сань Лана, она замерла, словно сочла юношу крайне подозрительным, и потому на пару мгновений замедлила шаг. Порыв налетевшего ветра вынес всех, кто находился на дне Ямы, наверх. Две незнакомки, прошествовав мимо Се Ляня, направились прямо к Пэй Су. Тот, посмотрев на девушек, не выказал удивления, ведь ещё притворяясь А Чжао, Пэй Су уже видел их в городе. Он упал на колени, склонив голову перед заклинательницей в белом, и тихо произнёс: — Ваше Превосходительство Повелитель Ветров. Услышав эти четыре слова, Се Лянь остолбенел. А ведь он всё это время считал, что это неизвестно откуда взявшиеся оборотни-обольстительницы! Откуда ему было знать, что одна из женщин — небожитель Верхних Небес? Да к тому же сам Повелитель Ветров, тот самый, что одним махом разбросал сто тысяч добродетелей по всей сети духовного общения! Однако, если всё же поразмыслить как следует, ничего странного в этом не было. Когда заклинательница в белом обронила фразу «Ну и куда же они подевались? Неужели мне придётся вылавливать и убивать их по одному?», Се Лянь подумал, что ничего хорошего эти слова им не сулят, но в действительности «они» в словах девушки могли означать совсем не путников, возможно, она имела в виду «воинов Баньюэ». Но Се Лянь, подверженный предрассудкам, в каждом слове и действии незнакомки видел недобрый замысел. К небожителю, который одним движением раздаёт сто тысяч добродетелей, Се Лянь неизбежно проникся необъяснимым почтением. Он обратился к Нань Фэну: — Почему ты раньше не сказал мне, что это Повелитель Ветров? Я даже подозревал, что они и есть оборотни змеи и скорпиона, или что-то в этом роде. Вот ведь позор на мою голову. Лицо Нань Фэна слегка потемнело, юноша ответил: — А я откуда знал, что это — Повелитель Ветров? Я никогда раньше не видел такого Повелителя Ветров, ведь очевидно, что Повелитель Ветров всегда… Ох, забудь. Се Лянь догадался, что скорее всего Повелитель Ветров набросила на себя личину, и не стал вдаваться в подробности. Вместо этого произнёс: — Но что привело в Крепость Баньюэ Её Превосходительство? Нань Фэн ответил: — Решили оказать помощь. Прогуливаясь по городу, они искали воинов Баньюэ. Се Лянь сразу вспомнил, что когда он в первый раз задал вопрос относительно Крепости Баньюэ в сети духовного общения, посреди неловкого молчания Повелитель Ветров вдруг даровала всем сто тысяч добродетелей, чем отвлекла внимание небожителей. Вполне возможно, именно тогда она и обратила внимание на то, о чём спрашивал Се Лянь. И пока он размышлял об этом, Повелитель Ветров присела перед стоящим на коленях Пэй Су и произнесла: — Сяо Пэй, я слышала всё, о чём вы говорили. Пэй Су опустил голову. Повелитель Ветров продолжала: — Ты признаёшь, что именно ты заманивал путников в древний город Баньюэ последние двести лет? Будучи пойманным на месте преступления, Пэй Су не отрицал вину и тихо ответил: — Это был я. Повелитель Ветров спросила: — Почему? Помолчав, Пэй Су ответил: — Вы ведь давно меня подозревали, Ваше Превосходительство. Разве могли вы не догадаться, почему? Повелитель Ветров произнесла: — Всё потому, что эти погибшие души являлись неоспоримым доказательством, что при жизни ты запятнал руки кровью, и потому однажды могли стать препятствием твоего продвижения на ступень выше? Пэй Су ушёл от ответа, а Се Лянь, который слушал их разговор, не выдержал и вмешался: — Но если они так мешали тебе, почему ты просто не убил их? Почему непременно нужно было успокаивать их тёмную сущность, подкармливая души плотью живых людей? Это ведь всё равно что, желая утолить голод или жажду одного человека, кормить его кровью и плотью другого человека, разницы никакой! Сань Лан ответил принцу: — Он не мог. А ведь верно. За каждым действием, каждым поступком такого небожителя как Пэй Су в чертогах Верхних Небес следят бесчисленные пары глаз. Многие вещи нельзя совершить напрямую, к примеру, нельзя было самому лично спуститься на землю и просто-напросто уничтожить все озлобленные души воинов Баньюэ, также нельзя было отправить для этой цели отряд подчинённых. Дело первоначально требовало осторожности, чтобы никто не прознал о нём, а любое слишком заметное движение могло привлечь всеобщее внимание! Самое большее — можно было незаметно послать в мир людей своего двойника, такого как А Чжао. При помощи скорпионовых змей, с которыми легко управлялась Бань Юэ, он отравлял людей и заманивал их, отдавая на съедение озлобленным духам, чтобы их тёмная энергия рассеялась. Вне всякого сомнения, идеальный способ вершить грязные дела чужими руками. Повелитель Ветров заметила: — Твой Генерал Пэй никогда бы не пошёл на такое. В этот раз, боюсь, ты перегнул палку. Будучи небожителем Верхних Небес, Пэй Су послал двойника, который вершил бесчинства в Крепости Баньюэ целых двести лет, заманивал множество путников на неверный путь, чтобы они распрощались с жизнью в качестве пищи для воинов Баньюэ. Что ни говори, а подобное нельзя было назвать мелким проступком. Пэй Су, уронив голову на грудь, произнёс: — Младший всё понял. Повелитель ветров взмахнула метёлкой и ответила: — Хорошо, что ты понял. Приведи в порядок свои мысли, продолжим этот разговор наверху. Пэй Су тихо проговорил: — Слушаюсь. Повелитель Ветров, закончив наставления, заправила метёлку за ворот платья сзади, поднялась и вновь с улыбкой кивнула Се Ляню, сложив руки в знак почтения. — Ваше Высочество наследный принц, наслышана о вас, наслышана. Это уже можно было считать официальным приветствием. Для Се Ляня фраза «наслышан о вас» не означала ничего хорошего. Но всё же это была лишь формальная вежливость, и принц с улыбкой произнёс: — Ну что вы, что вы. Это я наслышан о вас, Ваше Превосходительство Повелитель Ветров. Повелитель Ветров ответила: — Прошу извинить меня за то происшествие. Се Лянь удивленно замер, затем спросил: — За то происшествие? Какое происшествие? Повелитель Ветров: — Вы ведь попали в песчаную бурю в пустыне по дороге сюда? Се Лянь немедленно вспомнил, и даже смутно ощутил, будто на зубах всё ещё скрипит песок. — Ах, да. Повелитель Ветров: — Это я призвала ветер. — … Повелитель Ветров: — Таким образом я намеревалась не позволить вам приблизиться к государству Баньюэ, но вопреки моим ожиданиям вас не унесло прочь, какими-то извилистыми путями вы всё же добрались сюда. Се Ляню её слова казались всё более странными. Она подняла ветер, чтобы не дать им найти Крепость Баньюэ, а теперь появилась столь внезапно. Что всё это значило? Потому принц замолчал в ожидании объяснений, не продолжая разговора. Повелитель Ветров добавила: — Впрочем, что касается данного недоразумения, Ваше Высочество наследный принц, вам всё же не следует больше вмешиваться в процесс его разрешения. Се Лянь взглянул на свернувшуюся калачиком на земле Бань Юэ, и в его сердце мелькнуло нехорошее предчувствие. Он с самого начала волновался, что когда информация дойдёт до Верхних Небес, небожители по своему усмотрению где-то прибавят пару слов, где-то не договорят, перевернут все доказательства с ног на голову, и в итоге выйдет, что младший Пэй не виновен, а вместо него осудят Бань Юэ. И вот теперь, когда вмешавшаяся на середине расследования Повелитель Ветров попросила Се Ляня не лезть не в своё дело, разве мог он не заподозрить, что она лишь покрывает младшего Пэя? Потому Се Лянь, без каких-либо эмоций на лице, сделал шаг вперёд и закрыл собой Бань Юэ. Затем мягко произнёс: — Но я уже окончательно влез в это дело, и теперь советы не вмешиваться не возымеют никакого действия. Повелитель Ветров улыбнулась и ответила: — Вы можете быть совершенно спокойны. И можете забрать с собой советника Баньюэ. Вот это уже выходило за рамки ожиданий Се Ляня. Он на мгновение оторопел, Повелитель Ветров же добавила: — Что касается всего случившегося, мы только что всё слышали сверху. Несмотря на то, что советник Баньюэ достигла ранга «свирепый», мы, осматривая город, увидели, как она заперла воинов Баньюэ в своём магическом поле, затем отпустила простых смертных, которых они схватили. Она не только никому не навредила, но даже спасла чужие жизни. Мы заберём лишь Младшего Генерала Пэя и Кэ Мо. Не стоит волноваться, что мы повесим на кого-то чужую вину. Се Лянь со спокойным сердцем ответил: — Какой стыд! Я уж было выдумал невесть что. Повелитель Ветров ответила: — Ваша обеспокоенность вполне нормальна, всё же многие нравы Верхних Небес действительно оставляют желать лучшего. Тут Се Лин со сверкающими глазами подошла к Повелительнице Ветров: - А можно спросить? Как вы смогли нас вытащить из той ямы? - Ох, какое милое дитя! - пролепетала Повелительница Ветров - Видишь эту метёлку. - указала та на милую метёлка, которая отделана драгоценными камнями - Это метёлка из конского волоса. Она помогает мне создавать потоки ветра. И с помощью неё я вытащила вас на поверхность. Заклинательница в чёрных одеждах рядом с ней, будто не в состоянии вынести того факта, что ей придётся задержаться здесь ещё хоть на секунду дольше, произнесла: — Вы договорили или нет? Если да, то пойдём отсюда. Повелитель Ветров окликнула её: — Эй! Куда ты спешишь? Чем больше ты торопишься, тем больше я говорю! — Она ответила так, но при этом всё же развернулась, вынула из-за пояса сложенный веер и произнесла: — Ваше Высочество наследный принц, милая маленькая Принцесса, если больше вопросов ко мне нет, увидимся с вами на Верхних Небесах? Се Лянь и Се Лин кивнули одновременно в ответ, и Повелитель Ветров раскрыла веер. Поперёк лицевой стороны веера оказался написан иероглиф «ветер», на обратной изображены три потока свежего воздуха. По всей видимости, то был магический артефакт божества, управляющего ветрами. Повелитель трижды обмахнулась одной стороной веера, затем трижды другой. В тот же миг на ровном месте поднялся сильнейший ураган. Ветер свистел так, что вздымал песок и мелкие камни, застилая глаза. Се Лянь прикрылся рукавами, а когда всё стихло, обе девушки, а с ними Пэй Су и Кэ Мо, исчезли. Остались лишь Се Лянь, Се Лин, Сань Лан, Нань Фэн, да ещё съёжившаяся на земле Бань Юэ. Опустив рукава, Се Лянь обескураженно спросил: — Что всё это означает? Сань Лан непринуждённой походкой приблизился к нему. — Это означает, что всё хорошо закончилось. Се Лянь, посмотрев на юношу, спросил: — Хорошо ли? Сань Лан: — В высшей степени. Просьбой не соваться в это дело Повелитель Ветров оказала тебе услугу. Нань Фэн тоже подошёл и согласился: — Верно. Ты и так уже слишком далеко зашёл, далее остаётся лишь отправиться к Владыке и подать жалобу. И в этом тебе лучше не принимать участия. Се Ляня осенило: — Из-за Генерала Пэя? Нань Фэн подтвердил: — Именно. На этот раз, можно сказать, ты окончательно навлёк на себя его недовольство. Се Лянь с улыбкой произнёс: — В любом случае, я давно подозревал, что навлеку на себя гнев как минимум одного небожителя, не всё ли равно, чей именно? Нань Фэн, нахмурившись, заметил: — Не думай, что я шучу. Помимо дворца Шэньу, наибольшим влиянием среди богов войны обладает дворец Мингуана. Генерал Пэй весьма ценит младшего генерала, он всегда хотел сделать так, чтобы Пэй Су сместил с должности Цюань Ичжэня. Наверняка он ещё принесёт тебе неприятностей. Се Лянь: — Цюань Ичжэнь — это бог войны западных земель, о котором ты упоминал? Нань Фэн: — Именно он. Цюань Ичжэнь — небожитель из новых, вознёсся почти в одно время с Пэй Су, пока ещё очень молод, и по характеру немного… но тоже весьма силён. Генерал Пэй умышленно наставлял Пэй Су, чтобы тот переманивал всех последователей Цюань Ичжэня на западе, и Пэй Су проявил немалую напористость в этом поручении. В последние годы дела у него шли неплохо, а теперь ты наделал такого шума, что боюсь, Пэй Су несдобровать. Возможно, его даже низвергнут. Но если это в самом деле случится, тогда и ты хорошего не жди. Се Лянь размял точку между бровей и про себя решил в последствии быть осторожнее во время принятия пищи, питья воды, а также направляясь куда-либо. Сань Лан же словно не воспринял предостережение всерьёз: — Нет нужды беспокоиться об этом. Пэй Мин по своей натуре слишком высокомерен, чтобы пойти на коварство. Нань Фэн бросил на юношу взгляд, а Се Лянь спросил: — А что насчёт Повелителя Ветров? Она просила не вмешиваться. Значит ли это, что она сама отправится с докладом к Владыке? В таком случае, разве гнев Генерала Пэя не обрушится на неё вместо меня? Нет уж, лучше отозвать её обратно. Нань Фэн, тебе известен пароль для личной связи с Её Превосходительством? Нань Фэн возразил: — Не стоит беспокоиться за Повелителя Ветров. Генерал Пэй посмел бы взяться за тебя, а вот её никогда бы не тронул. Пускай она и моложе, чем ты, всё же положение её гораздо завиднее твоего. — … Се Лянь замолчал, но не потому, что для него эти слова прозвучали ударом. Просто принц подумал: «Неужели среди небожителей Верхних Небес есть хоть кто-то, чьё положение не завиднее моего? Да быть такого не может». Сань Лан усмехнулся: — За спиной Повелителя Ветров стоит могущественный покровитель, разумеется, дела у неё идут отлично. Се Лянь: — Ты имеешь в виду ту девушку в чёрных одеждах? На мой взгляд, она тоже личность непростая. Сань Лан ответил: — Нет. Но девушка в чёрном действительно не так проста. Возможно она тоже одна из Повелителей Пяти Стихий — Ветров, Вод, Дождя, Земли и Грома. Не советую ссориться с ней. Раз Повелитель Ветров могла на ровном месте поднять песчаный смерч, наверняка она обладала недюжинной магической силой. А девушка в чёрном, очевидно, даже немного превосходила её в этом. Се Ляню непрестанно казалось, что девушке что-то в Сань Лане показалось странным. Но сейчас ситуация не располагала к обсуждению, и он просто ответил: — Я согласен с тобой. Однако ещё одну фразу он произнёс про себя, поскольку решил, что не стоит высказывать это вслух: «Величественный покровитель вовсе не гарантирует, что дела твои всегда будут идти замечательно». Следует припомнить хотя бы те времена, когда за наследным принцем Сяньлэ стоял первый тысячелетний бог войны трёх миров — Цзюнь У. Но разве ему удалось сохранить то самое завидное положение? Се Лянь поднял с земли упавшую доули, похлопал по ней, стряхивая пыль, убедился, что шляпа не расплющилась, и облегчённо вздохнул. Вновь сдвинув шляпу на спину, принц оценивающе оглядел Нань Фэна и спросил: — Неужели, когда два Превосходительства погнались за тобой, вы всю дорогу сражались? Нань Фэн с потемневшим лицом ответил: — Да. Сражались всю дорогу. - Неужели не смогли выиграть у девушки? Как не профессионально! - произнесла с насмешкой Се Лин. Нань Фэн хмуро на неё посмотрел, но ничего не сказал. Се Лянь похлопал его по плечу: — Вот уж действительно, нелегко тебе пришлось. — Договорив, он вдруг вспомнил, что был ещё кое-кто, кому пришлось также нелегко, и огляделся по сторонам, вопрошая: — А где Фу Яо? Нань Фэн: — Разве он не остался присматривать за ранеными? Слова эти подразумевали, что с тех пор, как ветер вынес их из Ямы Грешников наружу, Нань Фэн не видел Фу Яо. На самом деле, как только перед ними появился А Чжао, Се Лянь как-то не заметил, куда Фу Яо запропастился. Если он не сбежал куда-то уже тогда, значит скрылся в момент, когда налетел ураган. Впрочем, Се Лянь не слишком беспокоился о нём. Возможно, Фу Яо просто не желал впутываться в излишние неприятности и поскорее скрылся. Однако услышав фразу Нань Фэна о «раненых», принц словно пробудился ото сна, одновременно с Нань Фэном они воскликнули: — Трава шань-юэ! Сань Лан успокоил: — Не спеши, небо едва просветлело. И, тем не менее, во всём, что касалось спасения чужих жизней, невозможно было не спешить. Даже если двадцать четыре часа ещё не истекли, кто знает, не случится ли в дороге ещё что-то непредвиденное? Так что Се Лянь доверил Сань Лану в руки Се Лин, а сам поднял с земли Бань Юэ, усадил к себе на спину и бегом направился к дворцу государя. Оказавшись там, он снова положил девушку на землю и сразу же надергал несколько больших пучков травы шань-юэ. Существо из земли всё ещё лежало возле дворца, от него осталась лишь груда белых костей и кровавое месиво вместо лица. В прошлом Се Лянь, возможно, мимоходом вырыл бы яму и закопал бы его, но, во-первых, принц торопился спасти жизнь человеку, а во-вторых это лицо ведь и так пролежало в земле больше пяти десятков лет, наверняка оно не хотело бы туда возвратиться. Вот только труп несчастного торговца исчез, что показалось Се Ляню очень странным, поэтому принц остановился. В этот момент Сань Лан вышел из дворца, в одной руке держа интенсивно вырывающиеся Се Лин, а в другое руке неся небольшой глиняный сосуд. Се Лянь, с сожалением и виной посмотрел на Се Лин, а после взглянув на сосуд, воскликнул: — Отлично, Сань Лан, спасибо тебе! Бань Юэ сейчас была слишком слаба и всё ещё не приходила в себя, поэтому Се Лянь поместил душу девушки в глиняный сосуд. Принц снова забрал дергаювшуюся Се Лин из рук Сань Лана. Путники, насобирав травы, наконец отправились в обратный путь. С момента, как они повстречали скорпионовых змей, прошло всего восемь часов. Добравшись до места, где Фу Яо начертил торговцам круг, они всё же обнаружили нескольких человек, которые послушно оставались внутри, не решаясь бродить где вздумается. Раненый старик, которому Нань Фэн дал снадобье, держался довольно неплохо. А приложив к ране и употребив внутрь траву шань-юэ, он сможет продолжить путь, немного передохнув. Только Се Лянь всё же решил не рассказывать старику, что послужило удобрением для противоядия. Спустя некоторое время пришедшие в себя люди начали взволнованно спрашивать: — А где же Тянь Шэн? Почему он и остальные до сих пор не возвратились? Ранее Се Лянь так спешил нарвать травы и поскорее помочь раненому, что не успел позаботиться о Тянь Шэне и остальных, ведь в древнем городе не осталось ни одного воина Баньюэ. Уже собравшись отправиться на поиски, принц услышал громкие крики юноши, который бежал к ним. Обернувшись, Се Лянь увидел Тянь Шэна. Тот сжимал в руке охапку травы шань-юэ, а за ним, сбивая дыхание, бежали ещё двое торговцев. Лишь как следует расспросив их, принц узнал — после того, как Бань Юэ сбросила в Яму Грешников отряд воинов, она забрала Тянь Шэна и остальных с собой со стены. Перепуганные до полусмерти торговцы и представить не могли, что Бань Юэ, спустив их вниз, укажет дорогу и отпустит восвояси. Избежав ужасной участи, люди ринулись на поиски травы шань-юэ, затем закопали тело того несчастного и что есть мочи бросились наутёк. Тем не менее, они оказались чуть медленнее, чем Се Лянь и его спутники. В конце концов, проводив караван через пустыню, они наконец посчитали свой поход завершённым. И всё же в момент расставания Тянь Шэн украдкой подбежал к принцу и заговорщически произнёс: — Гэгэ, я кое-что у тебя спрошу. Се Лянь: — Спрашивай. Тянь Шэн: — Ты ведь на самом деле — бессмертный небожитель? — … Се Лянь ощутил лёгкое потрясение, но в то же время и растрогался. В жизни принца был период, когда он часто во всеуслышание объявлял себя небожителем, называл себя Его Высочеством наследным принцем, но никто ему не верил. В этот раз он даже рта не раскрыл, как его спросили, не бессмертный ли он небожитель. Что не на шутку и удивило, и тронуло Се Ляня. Тянь Шэн тут же добавил: - Я видел, как ты применял магическое искусство! Не волнуйся, я никому не расскажу. Се Лянь подумал: «Как бы тебе сказать… даже если ты кому-то расскажешь, всё равно никто не поверит…» Тянь Шэн продолжил: — Теперь мы все обязаны тебе жизнью, иначе эти чёрные как смоль призрачные воины сбросили бы нас в эту яму. Когда вернусь домой, построю храм в твою честь, где будут поклоняться только тебе. Глядя, как юноша ударил себя в грудь и изобразил жест, означающий «большой-пребольшой», Се Лянь не удержался от улыбки и с радостью в голосе произнёс: — В таком случае, прими мою благодарность. Сань Лан, стоявший рядом с принцем, почему-то тоже мягко усмехнулся. Се Ляню однако это не показалось насмешкой над словами мальчишки, который ещё не понимал, насколько небо высоко, а земля огромна. Конечно, мальчик даже не представлял себе, насколько это сложное дело — возвести целый храм. И всё же Се Лянь, услышав его обещание, очень обрадовался, и не важно, будет ли оно исполнено. Поддавшись на неотступные уговоры, принц наобум оставил юноше свой титул — «мусорное божество», после чего махнул рукой в знак прощания и направился в другую сторону. Нань Фэн вновь открыл врата Сжатия тысячи ли и вернул их в монастырь Водных Каштанов. Открыв дверь, Се Лянь достал циновку, расстелил на земле и улёгся на неё, подобно мертвецу. Всё это он проделал одним махом. Рядом с ним легла уже Се Лин, которая за эти несколько деней пережила и запомнила слишком много. Она заснула почти мгновенно. Сань Лан тоже присел рядом и посмотрел сначала на принца, потом на Се Лин. Се Лянь вздохнул и спросил: — Как долго мы отсутствовали? Сань Лан ответил: — В целом три-четыре дня. Се Лянь вздохнул опять. — Всего-то три-четыре дня. Почему же я столь сильно утомился? С момента вознесения он частенько уставал как собака, и это не было иллюзией. А после появления Се Лин стало ещё сложней, но он как-то справлялся. Закончив вздыхать, принц поднял голову и обратился к Нань Фэну: — Эй, Нань Фэн, почему ты до сих пор не возвратился на небеса с докладом? Нань Фэн: — Каким докладом? Се Лянь: — Ты разве не служишь во дворце Наньяна? Ты ведь отсутствовал несколько дней, твой генерал не станет тебя искать? Нань Фэн ответил: — В настоящее время мой генерал не у себя во дворце, он не станет мной интересоваться. Се Лянь поднялся с пола и произнёс: — Хорошо, что ты можешь остаться, так даже лучше. Нань Фэн: — Что ты собираешься делать? Се Лянь доброжелательно ответил: — Я приготовлю тебе поесть. В награду за труды. Услышав ответ, Нань Фэн моментально изменился в лице. Он поднял руку, приложил два пальца к виску, словно получил чьё-то сообщение через духовную сеть, поднялся и произнёс: — Во дворце появились дела, вынужден откланяться. Се Лянь протянул к нему руку со словами: — Ох, Нань Фэн, не уходи! Какие ещё внезапные дела? Я ведь на самом деле очень благодарен тебе… Нань Фэн гаркнул: — У меня правда срочные дела! Увидев, как дух вылетел за дверь, Се Лянь вернулся на циновку и сказал Сань Лану: — Видимо, он не голоден. Сань Лан ещё ничего не ответил, как вдруг раздался стук — «бум», и Нань Фэн ворвался обратно. Остановившись в дверях, он выпалил: — Вы двое… Се Лянь, сидя в рядок с юношей на циновке, посмотрел на Нань Фэна и спросил: — Мы двое — что? Нань Фэн ткнул пальцем в Сань Лана, потом в Се Ляня, долго не в силах ничего сказать, затем бросил: — Я ещё вернусь. Наградив юношу ещё одним взглядом, он закрыл дверь и ушёл. Се Лянь, скрестив руки на груди, склонил голову в точности так, как это обычно делал Сань Лан, и заметил: — Кажется, у него правда что-то случилось. Затем принц перевёл взгляд на юношу, мягко улыбнулся и спросил: — Он не голоден, а ты? Сань Лан ответил с такой же улыбкой: — Я проголодался. Се Лянь, всё так же улыбаясь, снова поднялся и повернулся к юноше спиной, прибираясь на столе для подношений. Раздался его голос: — Ну хорошо. Так… что бы ты хотел съесть, Хуа Чэн? За его спиной воцарилась тишина, затем послышался тихий смешок. — Мне всё-таки больше нравится обращение «Сань Лан».