Утраченное доверие. Несправедливость.

Тихий вечер. Унылый, тихий вечер. За окном свежо и прохладно, но туда совсем не хочется. Хозяин комнаты стоит возле огромного зеркала с близкой к нему тумбочкой, переодевается постепенно, словно слишком медленно. Ему не захотелось ужинать, поэтому компанию сестре и брату этим вечером он не составил и после этого тоже чувствовал себя паршиво. «Что бы ни случилось, – повторял он себе, –я должен быть рядом с семьёй. Я позволяю себе слишком много. » Много ли? Остаться с самим собой вместо того чтобы стараться веселить близких? Для него это много. Но в этом он нуждался. Тот снимает в первую очередь цилиндр, сминая поля шляпы, поправляя бант и о чем-то думая. Видеть себя таким печальным в зеркале отвратно. Не то, чтобы он считал, что само состояние - на вид ужасно, к примеру, Фремине чаще всего выглядел именно так, но почему-то ему казалось, что фокуснику это совсем непростительно. Когда он уже поймёт, что нельзя вечно создавать эти двойные стандарты, продолжая расходовать себя, пока фитиль не сгорит? Белая сорочка приятна к телу, только в ней он похож на привидение. Привидение самого себя. Он сам не замечает, как краснеют его глаза от этих прозрачных капель. Это не истерика, тихое молчание с самим собой о том, что сожалеет. Человек, которого он любит, поступил так.. Некрасиво. Несправедливо. Хотя..Поступил ли красиво Лини, скрыв правду? Считается ли недосказанность- целым обманом?. А ведь Лини хотел довериться однажды, но теперь не знает, что ему делать. Чувства есть до сих пор, но теперь они смешаны с грязью разочарования и боли, что встревожили грудь юноши, вороша остатки пепла от костра пылающей любви и страсти к жизни. Сейчас он выглядел совершенно не весело. Тот пристроился на своей маленькой постели, пальцами зажимая фитиль свечи, чтобы та петухла. Темно, в окно бьёт белым светом луна. Тот отворачивается от нее, кутаясь в одеяле с головой и по-тихоньку начиная уже реветь, а не плакать. Как обидно! Как же так могло получится? Путешественник узнал один неприятный секрет и отказался от него. Но опять же, Лини по сути его обманул и все это было так громко выставлено напоказ. Позор. Помог, но сам выглядел недовольно и всем своим видом показывал недоверие, от которого сжималось сердце. И только потому что он и его сестра воспитывались в «Доме Очага?» Только потому что имели какую-то связь с фатуями? Это правда та причина, по которой Итер отверг их? Нет. Потому что Лини - обманщик. Он обманывает себя и всех остальных. Мысли терзали острыми лезвиями, проходясь где только можно, он разрушался, захлёбываюсь в собственных слезах. Как больно! Этот взгляд янтарных глаз, который до этого смотрел абсолютно иначе. Неужели он никогда не посмотрит также? Линнет зашла в его комнатку без стука, нашла его беззащитным и слабым. Таким он не выглядел никогда. Без лишних слов, она подошла к его постели, поглаживая его спину, глядя в его глаза, с полным пониманием и сочувствием. «—Тебе так обидно из-за него, да? »–все же спросила она тихо. «—Нет! »– как-то слишком громко ответил он. Сразу было понятно, что лжёт. Как и всегда. Выглядел сейчас словно капризный ребенок. «—Значит, очень обидно. »– констатировала Линнет, перебирая пальцами волосы своего брата. «—Очень. Но в этом я виноват сам»– все же согласился тот, грустно глядя в пол. Линнет и сама от всего этого загрустила. Знаете, как тяжело видеть то, как тухнет на глазах человек- искра в прямом смысле? Яркий, шумный, привлекающий внимание, быстрый и тот, кого невозможно упустить из вида сейчас лежит в постели, слабый, тихий, невзрачный, пустой и беспомощный. Остаток палочки от бенгальского огня. «—Я до последнего надеялся, что путешественник ничего не узнает. Однако, все было на поверхности. Я так просчитался, правда? »– он протер глаза, усаживаясь рядом с сестрой, продолжающей поглаживать его и после приобнимая. «—Возможно, нужно было изначально показать ему истину. Сколько веревочке не виться- конец найдется, Лини »– Очевидно, она была совершенно права. Путешественник мог принять их, даже если они связаны с Фатуи, как одиннадцатый предвестник, если бы не ложь.. Но уже было поздно об этом думать. Больно смотреть на то, как разочаровался тот, встречи с которым ее брат ждал постоянно с придыханием и еще большей яркостью, чем обычно. Что между ними было? Линнет предполагала, что он был влюблён в этого мальчишку. Однажды ведь проскочила фраза о том, что ему можно доверять, а в случае с Лини– тема доверия это нечто особенное и хрупкое. Не доверяет он уже никому, даже самому себе. Но себя самого доверяет своей двойняшке, совсем немного на самом деле, казалось бы, самому близкому человеку на свете, который сейчас жалеет его, про себя ненавидя этот поступок "возлюбленного" ее братца. «—Ох, Линнет.. Моё сердце разбито. »– произносит он в какой-то момент, глядя на Луну. «—Я так и подумала, Лини. » В дверном разъеме появляется тень фигуры, в ночнушке с маленьким канделябром. Эта тень немного просовывает голову в дверной проём, и поймав взгляды, ежесекундно удаляется. Выглядит это смешно, слышится знакомый смешок. «—Фремине! Опять спать не ложишься, чего ты всё ходишь, как призрак? "– с насмешкой спрашивает старший, снова примеряя уже слишком знакомую для себя роль. «—..Лини.. Линнет?!.. Что случилось? Сегодня все так странно, мне не давало это покоя. – младший так пристроился к ним, поставил канделябр на столик. Он случайно разглядел следы слез на щеках фокусника. —Лини, у тебя все хорошо? » Лини же кивнул, улыбаясь, в то время как его двойняшек щипнула лжеца за ухо, сохраняя серьёзный вид. «—Ауч!– старший прикрыл ухо ладонью и как прокаженный взглянул на свою сестру, скоадывающую руки на груди в недовольном жесте. —Ну.. Ты же знаешь Путешественника? Вот.. Мне он нравился. Точнее.. И сейчас нравится, вот только. Он не доверяет нам только потому что мы.. Ну.. Я его обманул и он об этом узнал не в самый подходящий момент..» «Мы много раз говорили о том, что ложь не приведет ни к чему хорошему, Лини. »– коротко ответил брат, присоединяясь к семейным объятьям, от которых фокусник заплакал. Как же хорошо, что у него есть семья! Что бы ни случилось, они будут рядом.

***

Каждые случайные встречи с Итером всегда доставляли фокуснику трепещущие чувства, все еще смешанные с чувством вины и сожалением. Они никогда не будут вместе. От таких мыслей щемило сердце, но тем не менее, когда-то Лини смирился с ними. Писем не писал. Никогда не мог оторвать взгляда, если случайно увидел эти золотистые волосы в толпе. Но этот взгляд больше не был полон озорства. Скорее, сожаления о том, что ничего у них не сложилось. Когда-то Итер простит обман фокусника, но доверие между ними все равно будет подорвано. И об этом Лини будет сожалеть очень и очень долго, мечтая вернуться в тот момент, когда он мог все изменить..