Запах свежескошенной травы

      После состязания первокурсников, на котором лидером стал несравненный Кирр Эллинстон, моя жизнь вернулась в обычное русло. Я больше не чувствовал его взглядов, что меня и радовало, и огорчало одновременно.       Мы иногда встречались в коридорах университета. Кирр, всегда окруженный толпой молодых людей, меня совсем не замечал, словно я был пустым местом. Оно и понятно! Красавец, доминантный альфа, настоящий лидер, можно сказать, будущее нашей страны! И я простой бета из обычной среднестатистической семьи… Что могло нас связывать? Правильно, ничего. Наверное, мысль о том, что Эллинстону был интересен Тоша, а не я, была истинной реальностью. Поэтому, снова превратившись в серую невзрачную мышь, как в принципе, и хотел, я полностью отдался медицине.       К этому моменту у меня в отцовском доме была уже создана небольшая лаборатория, в которой проводил практически все свое свободное время. Зарегистрировавшись на интернет-площадке в категории «Медицина, красота и здоровье» под псевдонимом Медиа, я торговал созданными мной пилюлями и косметическими средствами.       Сначала мне было очень страшно. Эта площадка считалась черным рынком, на котором некачественные товары и продавцы-обманщики были в порядке вещей. Но была обратная сторона: если товар проходил проверку, был на вес золота.       Первым моим изобретением стал крем для лица. Мне со своей дотошностью к работе казалось, что состав необходимо доработать. Однако нетерпение попробовать продать свое творение победило. В итоге, выставив всего пять баночек крема «Ази» с милым названием в честь моего дедушки по средней рыночной цене, товар был раскуплен в течение десяти минут. А через несколько дней у меня в личном кабинете уже появилось порядка пятнадцати заявок.       Восхищения приобретенным кремом у покупателей не знали границ, ибо он воздействовал на кожу изнутри, освежая ее, омолаживая и разглаживая морщины, заставляя сиять снаружи. Мне предлагали цену за одну баночку в три, а то и пять раз больше начальной цены. Однако я все равно занялся его доработкой и через месяц снова выставил на продажу, но уже согласно заранее сделанных заявок.       Следующим изобретением стал блеск для губ. Я выставил его на продажу под тем же названием «Ази» в количестве десяти штук. Самым удивительным оказалось то, что как только я нажал на кнопку «продажа», мне тут же пришло уведомление «ваш товар куплен».       Но особым товаром стал заживляющий спрей. Эффект от его использования радовал даже меня, приводя в неописуемый восторг. Стоило это изобретение нанести на открытую рану, он не только ласково, без боли обеззараживал ее, но и покрывал пленочкой, схожей с человеческой кожей, защищая от внешнего воздействия. Свойства этого раствора воздействовали на поврежденный участок, заживляя его в пять раз быстрее обычного, способствуя восстановлению. И как только закрытый травмированный участок тела приходил в норму, пленка, словно закончив свою спасательную миссию, отпадала сама.       Именно после продажи этого спрея я на интернет-площадке стал особой знаменитостью. Меня пытались отследить. Это мне сообщил управляющий черным рынком Семион, связавшись со мной через мою же интернет-лавку. Конечно, мы оба знали, что личные данные поддельные и найти меня по созданному профилю нереально. Но …предупреждён - значит вооружен. Кстати, именно после этого мы стали с Семионом довольно выгодными друг другу партнерами: он рассказывал мне всевозможные новости и сплетни, а я ему предоставлял свои новинки и информацию по датам выхода их в свет.       Благодаря своей интернет-лавке мой кошелек становился все толще и толще. На себя я почти ничего не тратил, кроме приобретения необходимых ингредиентов для собственных творений, да всевозможных препаратов для лаборатории. Но и эти траты всегда окупались с лихвой. Наша семья не кичилась деньгами. Сколько может получать работник лаборатории медицинского центра и охранник? Но даже с такими зарплатами мои дедушки умудрялись оплачивать учебу братьев-близнецов. У Биена и Сабука всегда было дел невпроворот, и старики сами делали денежные переводы на счет университета. Иногда же близнецы брали деньги у дедушек и оплачивали учебу сами.       Планируемые платежи появлялись на личных счетах студентов и как только погашались, сразу обнулялись. Поэтому-то эти траты я взял на себя, надеясь, что каждая из сторон - старики и братья, увидев нули на личных счетах, не поднимет вопрос о плательщике, потому что будут предполагать, что оплату совершила вторая сторона.       И пока я трудился в поте лица, прятавшись от внешнего мира, внешний мир сотрясала красивая история любви двух великолепных скакунов Беллы и Арчи. Приглашенный на университетские состязания комментатор Сом Питчер, выцыганив у ректора видеозапись забега, выложил ее в интернет под названием «Сила любви». Она стала самой выдающейся историей не только нашего городка, но и даже за пределами страны. Рейтинг просмотров зашкаливал, все больше набирая обороты. И если для одних эта история была красивой сказкой, для других она стала несбывшейся надеждой для реализации собственных интересов.       – Милен, Милен! – позвал меня знакомый звонкий голосок Тоши.       У нас отменили урок и я, читая книгу, расположился в одном из любимых мест этого университета - в ботаническом саду. Увидев раскрасневшегося стройного паренька, я почему-то сильно заволновался. Кожа лица Тоши всегда белоснежная, и только когда он сильно переживает, она наливается румянцем, словно кровь в его теле от испытываемых эмоций начинает двигаться со скоростью света.       Подбежав ко мне, он, пыхтя и громко вдыхая и выдыхая, прошептал:       – Калию убили!       – Что ты несешь? – раздраженно спросил я. – О ком ты вообще говоришь?       – Калия Хархо - девушка-бета, которая вечно тусовалась в конюшне. Ну, такая рыжеволосая, невзрачная, с лицом, покрытым веснушками. Серая мышь со второго курса, – не унимался Тоша.       Только вот я его уже практически не слышал, потому что в этот момент, словно барабанным звоном в моей голове отстукивало одно единственное слово: «Убили! Убили! Убили!..»       Девочка, которая помогла спасти Кирра на состязаниях, которая, не раздумывая, кинулась мне на помощь, без единого сомнения отдав собственную одежду, чтобы скрыть мой облик… Ее убили? Кто? За что? Почему?       Мое тело задрожало. Чтобы не закричать, я прикрыл ладонью рот, однако глаза выдали мой ужас, из них предательски потекли слезы.       – Милен, что с тобой? – забеспокоился Тоша и потянул ко мне руку.       Однако я увернулся, и мои ноги, словно обезумевшие, понесли меня к тому месту, которое эта девушка называла своим домом – к конюшне. Бегая там, будто сумасшедший, словно не веря до конца словам Тоши, пытался отыскать рыжеволосую девчушку.       Место, что меня заставило остановиться, привело разум в шоковое состояние. В закутке за конюшней, между скрученными стогами сена отчетливо виднелись огромные пятна крови. Мое сознание игралось со мной, намеренно игнорируя реальность, создавая иллюзию для глаз, в которой красные пятна на земле представляли собой не что иное, как случайно кем-то разлитую краску. Однако взгляд предательски упал на рыжие прядки волос, на которых отчетливо виднелись кусочки кожи, а в углу, под самым стогом - одиноко валявшийся на боку коричневый ботинок.       Скорее всего, девушку тянули сюда силой, волоча за волосы по земле, потому что в некоторых местах вырисовывалась неширокая колея. Юношеское воображение пыталось нарисовать мутные картинки этой трагедии, однако маленький жизненный опыт моего существования в розовых оттенках никак не воспринимал мрачные черные краски.       – Ее нашли здесь утром, – раздался мужской голос за моей спиной и я резко обернулся.       Это был мужчина средних лет, но уже с довольно поседевшей шевелюрой, работающий на конюшне в качестве смотрителя, как все называли его - дядюшка Абу.       – Вчера мне позвонила жена и попросила приехать домой, потому что дети внезапно нагрянули в гости. Я только отлучился до утра, оставив Калию присмотреть за лошадьми. Если бы я только мог знать, – шептал мужчина.       Его голос то и дело подрагивал. Потрескавшиеся мозолистые руки стирали с лица непослушные слезы, а опухшие искусанные губы словно существовали в этот момент отдельно друг от друга, будто желая переживать испытываемую боль в полном одиночестве.       Я смотрел на согнувшегося мужчину, чувствовал его ужас, отчаяние, но не плакал. Глотал периодически накатывающий ком, но не мог плакать, словно вся жидкость в моем организме закончилась.       – Тело увезли в местный морг. Некоторое время здесь шныряли следователи, но я почему-то больше чем уверен, что никто ничего расследовать не будет, – сказал дядюшка Абу.       И я понимал, почему.       Обычная бета, изгой… Даже омеги из богатых семей не всегда могли добиться справедливости в этом мире. Что говорить о невзрачной, никому не нужной девушке, которая сама себя кормила, сама противостояла трудностям! В моем подсознании я представил эту девчушку маленьким щеночком, укусившим огромного злого человека, пытавшегося причинить боль ее братьям. Почему я тогда не остановил ее?       Даже не помню, как добрался до морга. Помню только маленькую белую комнатку со стоящей в центре каталкой, на которой лежало прикрытое простыней человеческое тело.       Помню мужчину в белом халате и его мрачный тембр голоса:       – Девушке нанесли пятнадцать ножевых ранений. Но вначале ее сильно били, скорее всего, ногами, переломав половину ребер. Скорее всего, девушку пытали, потому что на теле имеются многочисленные порезы. Потом били, из-за чего на ней нет практически живого места. Ну а затем прирезали.       – Когда тело заберут родственники? – спросил я пустым голосом.       Мужчина ехидно улыбнулся:       – А вот это как раз самое смешное. Родственники отказались хоронить бедняжку. Что тут можно сказать? Ублюдки! Самая ровня убийце!       – Могу я забрать ее тело? – спросил я.       Мужчина в белом халате уставился на меня удивленными глазами, потом почесал затылок и ответил:       – Если сможешь оплатить, я помогу организовать похороны. Мой брат работает в крематории. Но так как он там всего лишь рядовой сотрудник, процедуру все-таки придется оплатить. Я, конечно, не богач, но если что, добавлю немного деньжат. Очень уж жалко мне девчушку.       – Я справлюсь сам.       Дальше снова все происходило как в тумане. Крематорий, закрытая кабинка, тишина и яркое пламя огня, жадно пожирающее искромсанное тело хрупкой девчушки.       Очнулся я только когда оказался у конюшни с небольшой металлической коробочкой в руках. Что-то внутри меня привело мое тело именно сюда, где Калия Хархо чувствовала себя по-настоящему счастливой. Я хотел рассыпать ее прах в месте, где девушка была любимой и желанной, чтобы перед тем, как отправиться на небеса, чистая девичья душа могла в последний раз насладиться близкими ее сердцу существами.       Но как только рука приоткрыла коробочку с прахом, словно земля затряслась под моими ногами, и из конюшни один за другим стали выбегать взъерошенные кони.       Сказать, что я в этот момент просто испугался, значит ничего не сказать. Можно ли оставаться спокойным в момент, когда на тебя мчатся обезумевшие лошади? Ноги не слушались. Я просто замер на месте, затаив дыхание.       А кони, обскакав меня вокруг несколько раз, остановились и, задрав головы вверх, громко заржали. Не могу даже объяснить, на что были похожи издаваемые звуки, но именно в этот момент ко мне пришло осознание – они оплакивали Калию, хрупкую рыжеволосую девчушку с кучей веснушек на лице. Она не была нужна своим родителям, от нее отвернулись сверстники, сделав изгоем. Даже от нее, умершей, отказались родственники. А лошади приняли, приласкали, отогрели, словно она действительно была частичкой их большой семьи. И сейчас, когда высшие существа этого мира - люди, бросили Калию, лошади горевали об утрате, словно она была их собственным ребенком. Кто же на самом деле в этом мире является истинным животным?       Слыша плач лошадей, видя их горе и печаль, меня перемкнуло: «Это ведь я виноват в ее смерти. Девушку убили, потому что я на состязаниях был прикрыт ее одеждами. Она знала, что так будет. Она все знала!»       И я закричал, завыл, и мой голос слился воедино с плачем лошадей. А как только сильная боль пробила мою грудину, ноги подкосились, и я упал на колени. Слезы, наконец, вырвались наружу и ручьями стекали по моему лицу. От дрожи, которое сотрясало мое тело, рука дрогнула, и …из коробочки стал высыпаться прах. Подхваченный легким ветерком, он разлетался, оставляя маленькие частички на сырой земле.       Кони затихли, а потом один за другим стали становиться на одно колено и склонять головы. Я, как Калия, не умел понимать лошадей по их движениям, но в этот момент точно знал - они прощались, провожая душу своей любимицы в последний путь. И почувствовав легкое касание теплого ветерка на своей щеке, я, улыбнувшись, так же как и они склонил голову.       В университет больше не пошел. Хотелось тишины и покоя. Боль разрывала мне душу, выворачивая внутренности. Поэтому ноги привели меня домой.       Остановившись на пороге кухни, я заметил, как дедушка Азалия с улыбкой на лице рассматривает мой подарочек, который я оставил ему еще с утра: баночка крема и блеск для губ с таким знакомым для него названием «Ази».       Глаза мужчины светились необычным блеском счастья. Когда дедушка в последний раз покупал себе подобное? Для такой семьи, как наша, это было роскошью, поэтому он всегда экономил на себе, не позволяя баловать подобными вещами.       В этот момент я почувствовал тяжелую ауру, исходившую из спальной комнаты, дверь которой резко отворилась, и из нее грузными тяжелыми шагами вышел дед Рафаэль. Подойдя ко мне, он посмотрел темными, как смоль глазами, а потом резко развернулся и ударил меня.       Мощный кулак пришелся прямо в солнечное сплетение. От сильного толчка меня отшвырнуло к самой входной двери. Мой дед всегда был страшен в гневе, но сейчас он выглядел настоящим дьяволом.       Распластавшись на полу, я пытался вдохнуть воздуха, которого почему-то сильно не хватало. От пережитого сегодня ощущалось полное бессилие, а боль, испытываемую сейчас, заглушали душевные муки, до сих пор бурлящие внутри меня.       Дед Рафаэль медленно подошел ко мне и, ухватив за шкирку, поднял меня с пола, словно тряпичную куклу.       – Как ты посмел взять деньги, которые мы отложили на оплату обучения твоих братьев? Теперь стал воровать у собственной семьи? Тварь! Хотя бы знаешь, как они тяжело зарабатываются? Ублюдок! Где ты взял такую дорогущую косметику? Я наслышан про эту марку. Ее можно приобрести только за баснословные деньги и только по особому знакомству. Или ты уже подрабатываешь шлюхой? Как такая шваль может вообще существовать в этом мире?..       Дед истерично кричал, с силой хлестав ладонями по моим щекам.       Хлясь… хлясь… хлясь…       А я смотрел на него благодарным взглядом, принимая побои, как божественное воздаяние за смерть хрупкой рыжеволосой девушки, принявшей на себя муки, которые предназначались такому бестолковому человеку, как я.              Продолжение следует...