Откройся мне

      Хантер даже немного растерялся от сказанных Дженной слов, но крепко обнял её за талию, задумавшись.       — Ты что, не рад? — спросила она, нахмурившись.       — Нет, конечно, рад, Дженна… Просто теперь я буду думать, что выехал благодаря тебе, а я так не хочу, — сказал он, глядя ей в глаза. — Я всегда добивался всего сам. Не хочу чтобы кто-то думал иначе.       — Но кто так подумает? — взгрустнула она. — Все ведь знают, какой ты прекрасный актёр.       — Молва быстро расходится. И когда мы официально будем вместе, люди начнут говорить какую-нибудь дичь, — промолвил Хантер, немного отпрянув назад, чтобы серьёзно с ней поговорить.       — Да и пошли они… Ты знаешь за себя. Каст знает. Что ещё нужно? — спросила Дженна в смятении. — Уверена, что никто не заслужил этого так, как ты.       — Эх, Дженна… — промолвил Хантер, надевая боксеры. — Популярность — дело десятое, но когда ты — среднее звено в кинематографе, приходится остерегаться всего, что может выставить тебя в таком свете… Извини, что высказываю всё это. Знаю, что ты хотела как лучше… Но иногда проще не вмешиваться.       — Но я хотела вмешаться. Мне интересна линия Тайлера. Он — не линейный персонаж. Нельзя просто смывать его. Он — единственный участник проекта, в котором переплетается жертва и антагонист, и это интересно! — заявила она, и Хантер засмеялся.       — А как же твоя героиня? По-моему, в ней это тоже удачно сочетается, — лукаво отстегнул он, завалившись на кровать. — А ещё я хотел признаться… Секс с тобой — лучший, что был в моей жизни.       Дженна стеснительно улыбнулась и покрылась приятными мурашками.       — А ты… Лучший из двух партнеров, что были в моей жизни, — рассмеялась она, вызвав у него недоумение.       — Погоди… Я — второй твой мужчина, ты серьёзно? — спросил он удивлённо. Дженна волнительно кивнула и даже немного покраснела от его вопроса.       — Вааау, — протяжно выдохнул он, глядя на нее.       — А ты что думал? Мне всего двадцать один год, — ответила она, улыбнувшись.       — Что значит, всего? Я надеялся, ты остановишься на мне, — сказал он излишне самонадеянно, и она повела плечом в шутку, издеваясь над ним.       — Посмотрим, — раздался смешок из сливовых губ, которые горели от его поцелуев ярким огнём.       — Ах, вот как! — придавил он её к кровати и стянул запястья в кулаки, пока она смеялась и смотрела ему в глаза. Взгляды внезапно стали серьёзными, по телам пробежали импульсы.       — Как же мне нравится это…       — Что? — спросила она, пока он нависал сверху.       — То, как ты мне подходишь… — сказал он, подняв её руки над головой и зафиксировав их на мягкой подушке. Вторая его рука проскользила вниз и легла на её рёбра. — Сочетание наших тел… Твоя красота… Твои бёдра…       — Дуэн… — простонала она, ощущая его касания. — Я снова тебя хочу.       — Это и был мой план, — сказал он, улыбнувшись. — Хочу, чтобы завтра нас потеряли… Чтобы ты смотрела на меня стыдливыми глазами и не могла сосредоточиться.       — То есть, хочешь, чтобы я отвратительно играла? — засмеялась она лукаво.       — Нет, хочу, чтобы твои стройные ножки тряслись от меня… — сказал он, касаясь кончиками пальцев нежных бёдер. — Раздвинь.       — Ты, как по заклинанию, заставляешь меня делать это, — сказала она, полностью зачарованная им.       — Значит, я твой волшебник… — прозвучал его бархатный голос, и его пальцы устремились к ней, распространяя влагу по гладкой коже.       Её глаза закрылись, а из губ начали вылетать громкие вздохи. Брови сложились домиком, она сильнее сжала ноги, начав громко дышать и стонать.       — Хантер… — прозвучало из её рта, когда он протолкнул в неё два пальца, а подушечка большого принялась стимулировать набухший затвердевший клитор и доводить её до исступления.       — Скажи, что ты моя, — двигался он быстрее, да так умело, словно играл джойстиком в приставку.       — Твоя, — запрокинула она назад голову, и он быстро развернул её на живот, поставив на трясущиеся коленки. Надев презерватив, он очень быстро заполнил её, разглядывая шикарную задницу и поглаживая её широкими ладонями.       Хантер окончательно позабыл о том, что значит быть неправильным. Потому что возбуждался от этого. Потому что в голове сидели только мысли о его женщине. Тела плотно прижались друг к другу, и очередная порция оргазма накрыла обоих с головой, унося рассудок далеко в поднебесье.       — Мне так хорошо с тобой, — прижалась к нему Дженна, и он накрыл их обоих покрывалом, обняв теплой рукой. Восьмая серия уже подходила к концу.       — Нам надо поспать… Завтра у тебя сложный день… Много съемок. Если я могу вздремнуть, то тебе точно не дадут, — поцеловал он её в макушку, — И чуть не забыл… Хорошо — не то слово… Мне с тобой так, как не было никогда и ни с кем…       — И мне, — призналась она, прижимаясь к теплому мужскому, приятному телу.       Они уснули в обнимку. И Дженна была самой счастливой, когда проснулась так же в его объятиях. Он никуда не уходил. Хантер уже давно проснулся, но не шевелился, чтобы не спугнуть момент.       — Я боялся сдвинуться с места, — улыбнулся он. — Ты так сладко спала.       — Это впервые за последние месяцы. Потому что рядом был ты, — ответила она влюблённым голосом, заставив его мило поморщить нос.       — Ты такая неженка, Дженна, — посмеялся он, поглаживая хрупкую спину. — Но нам уже пора возвращаться.       — Сколько времени? — уточнила она, повернув голову к часам. Одиннадцать.       — Наверняка, нас уже потеряли, — сказала она, одеваясь.       — Ничего… Главное, что ты выспалась… Ты ведь выспалась? — посмотрел она неё с намёком.       — Да… — улыбнулась она. — Хантер… Спасибо тебе за свидание… Это самая лучшая ночь.       — И моя. Мне нужно сдать катер, прибраться… Езжай, я доберусь позже, — поцеловал он её в макушку, и она прижалась к нему сильнее, набирая номер такси…

***

      — Тебя где носило?! — схватила её Джой под руку. — Слышала про новости о Хантере? Его никто не может найти.       — Может, человек отдыхает, ведь у него нет сегодня съёмок до вечера, — ответила Дженна, всем видом показав, что не желает это обсуждать.       — Так, Дженна, беги к гримёру, там дадут новый сценарий. Его надо изучить. До шестой серии всё будет так же, — сказал мужчина из съёмочной группы, и Дженна в глубине души простонала из-за намечающегося в пятой серии поцелуя с Перси. Её начали готовить к съемкам, но она увлеклась взаимодействием с Хантером в конце 6 серии и читала сценарий взахлёб, только и успевая скрещивать ноги от возбуждения.       — Эй, ты чего тут? — подошла к ней довольная Эмма. — Тебя уже ждут… Аааа… Понимаю, — улыбнулась она лукаво.       — Признаться, я не ожидала, что они вывернут всё вот так… — удивлённо посмотрела она. — Лорел жива… И Тайлер должен сам разорвать связь, чтобы не убить Уэнсдей по её приказу… Ладно… Допустим… Но зачем делать линию с Ксавье такой сопливой? Уэнсдей никогда бы не стала выбирать между ними, да ещё с таким энтузиазмом…       — Людям нужен любовный треугольник, а с учётом того, кем оказался Тайлер… Это неудивительно, что они решили добавить Ксавье как главного соперника, — пожала плечами Энид.       — Ну а ты? Что там у Энид? — уточнила Дженна, перелистывая страницы, ведь не читала ничего, кроме своего.       — А у меня любовные треугольники с Аяксом и Юджином, — улыбнулась она, поморщившись. — Я тоже не в восторге.       Они на секунду встретились глазами и посмеялись, и Эмма посмотрела на неё с подозрением.       — Как прошло свидание? — шёпотом спросила она.       — Ты знала? — удивлённо посмотрела Дженна.       — Догадывалась… Вы оба светитесь… — сказала Эмма.       — Оба? Хантер что, уже…? — она начала смотреть по сторонам, ёрзая на месте.       — Да, он приехал… Ты сидишь здесь уже полтора часа, тебя ждут, — погладила она её по плечу.       — Чёрт… — встала Дженна, покраснев. — Я просто зачиталась.       — Хантер тоже читает… Ему нравится, — кивнула Эмма с ехидным лицом и грязными намёками, чем заставила Дженну громко расхохотаться.       — О чем шушукаетесь, девочки? — подошёл со стороны Перси. — Надеюсь, обо мне. Эмма закатила глаза, а Дженна начала издеваться.       — О тебе, да… И о том, как мне не терпится впиться в тебя губами в пятой серии, — взглянула она на часы. — Жаль, что мне уже пора.       — Вредина, — заключил Перси и направился за ней. Их ждала совместная сцена в стенах Невермора. Первый серьёзный разговор о чувствах в третьей серии, от которого Уэнсдей стремительно мечтала убежать. Собственно, как и сама Дженна. И пока они снимали это, Перси то и дело неоднозначно касался её, отчего Дженна психовала, но, поскольку была профессионалом, молчала.       — Хочешь сказать, ты вспоминаешь об этом кретине? — спросил Ксавье, раскинув в сторону руки. — Ты понимаешь, насколько он виноват? Он чуть не убил нас всех!       — Никто не говорил, что я вспоминаю о нём в таком ключе. Мои эмоции никак не связаны с пубертатными скачками, я мыслю головой, Ксавье, — прошла она внутрь его комнаты. — И считаю разумным найти Тайлера, пока всё не зашло слишком далеко. Он опасен, и он на свободе. Живой. Это чревато последствиями.       — И где нам его искать? — спросил он в растерянности.       — Он — Хайд, а это значит, что его монстрической сути нужно питаться. Без хозяйки он предоставлен сам себе… Не уверена, что он чего-то боится. Но он где-то прячется, явно не в этом городе. На его месте я бы убежала, — ответила она, отвернувшись от него.       — Ты думаешь, он покинул Джерико, с чего бы? — уточнил Ксавье с интересом в глазах.       — Потому что он не чувствует вины, он просто запасается силой, — ответила она, не поворачиваясь.       — Погоди… Только не говори, что ты его видела, — сказал он, одёрнув её за плечо. — Уэнсдей!!!       — Даже если и так. Он сбежал. Его больше нет, — ответила она категорично.       — Откуда ты знаешь?! И почему ничего не сказала полиции?! — возмутился он, округлив глаза. Уэнсдей молчала. Ее растерянный взгляд точно говорил именно об одном. — Проклятье… Уэнсдей… Ты что, в него влюбилась? Ты влюблена в монстра, или как это понимать?       — Не говори этих отвратительных слов, или я вырежу тебе язык, — прозвучал холодный тон, и она направилась к двери. Но внезапно Перси перехватил её за руку и прижал к своим губам, хотя этого даже не предполагалось в сценарии. Хантер смотрел на это, сцепив зубы. Дженна в мгновение оттолкнула его в грудь одним рывком, уставившись на него с возмущением.       — Что ты, мать твою, творишь?! — спросила она, вытирая губы. Все, кто смотрел со стороны, пребывали в недоумении и шоке. А режиссер, завидев всё это на экране, довольно улыбался. Ему понравился этот ход, и он не планировал исключать его из съёмок. Ведь зрителям это было нужно. Дженна нахмурила брови и ушла оттуда в расстроенных чувствах. Одно дело — готовиться к съемкам, а другое — устраивать из них каламбур, разрешая одному актеру менять сценарий, как ему хочется, и вовлекать в это другого против его воли. И тогда Хантер, наплевав на всё, кинулся за ней, толкнув Перси в плечо.       — Чертов кретин, — промолвил он и пулей побежал догонять её, пока все вокруг смотрели на этот цирк со стороны…