Откройся мне

      Утром внешний вид Дженны оставлял желать лучшего. Она проплакала всю ночь, и её глаза дико болели, а ещё их вскоре ждали съёмки, и это сильнее погружало её в депрессию. Разрывать связь со столь близким человеком было больно, даже для такого профессионала, как она, ведь она впервые влюбилась, и ей до сих пор казалось, будто их заставили это сделать. Словно это не было его личным решением.       Хантер снял квартиру в Дублине, но ночевать с Филдером не стал, и ранним утром направился на работу. Как раз в этот день Дженну ждали съёмки с Перси, но, поскольку его лицо было разбито, их временно отложили и решили заменить процесс кадрами из седьмой серии. Информации о заявлениях Перси пока нигде не было. Эшер, покинувший площадку поздним вечером, еще не вернулся, и Дженна собиралась настроиться на съёмку с Хантером.       Как раз в этих эпизодах Уэнсдей с самого раннего утра направилась в заброшенный дом снова, не сказав никому ни слова, и обнаружила Тайлера, сладко спящим на стареньком, дряхлом диване. Она мимолётно допустила мысль о том, что ей жаль его. Ведь он вынужден жить, как зверь, не имея родных, близких, друзей, не имея дома и родительской заботы. Наверное, Уэнсдей испытывала скрытое чувство вины за это, но ярая жажда справедливости внутри отгоняла эти мысли прочь. Дженна безупречно играла эту роль, ведь видела в Хантере его отражение. Тайлер проснулся от её гнетущего взгляда, думая, что ему это снится. Снится она и её визит к нему, поэтому он не сразу поднял голову, а лишь сонно и довольно улыбнулся, пока не услышал её грубый, токсичный тон:       — Мне нужна твоя помощь.       — О, пресвятые… Уэнсдей, это и вправду ты? — посмотрел он с явным напряжением, и Дженна не сразу уловила, от кого оно исходило. От Тайлера или же от самого Хантера. — Что ты здесь делаешь?!       — Пришла поиграть в бадминтон и пожарить барбекю, — ответила она саркастичным тоном. — А ты как думаешь?! У нас проблемы, и, думаю, ты тоже не последний человек в списке, замешанный в этом. Лорел жива.       — В каком смысле "жива"? — изогнул Тайлер бровь и даже замер от неприятного в груди чувства. Незащищённости и тревожности. Но в то же время некой… Победы?       — Она жива и пытается найти тебя, — ответила ему Уэнсдей.       — И ты пришла, чтобы порадовать меня? — спросил он, встав с дивана и продвигаясь ближе к её маленькой фигуре.       — Я пришла, чтобы ты, наконец, сделал правильный выбор. Люди, которые манипулируют тобой, заставляя делать грязную работу, тебе не друзья, — наблюдала она за ним, когда он подошёл уже в упор.       Глаза Дженны слезились, и Хантер видел это. В одно мгновение он медленно склонился над ней, взяв рукой за подбородок. От касания оба актера окончательно потерялись в собственных чувствах. Уэнсдей одернула голову в бок.       — Я встречаюсь с Ксавье. Мы с тобой друг другу — никто, но у тебя есть шанс помочь людям, — отрезала она, отодвинувшись в сторону и видя обиду в его глазах.       — Ксавье, значит… — произнес он вслух. — Я буду только рад, если Лорел закончит начатое.       — Очень сомневаюсь, — ответила она и демонстративно подошла к столу, взяв его письмо в руки. — Цитата. И ситуация с Аддамс показала мне, что я — слабак и не способен бороться. Я предал то, во что верил. Конец цитаты.       — Ты издеваешься?! Ты была здесь, читала мою личную переписку, приперлась снова и утверждаешь, что сошлась с другим парнем, обвиняешь Лорел. А где здесь аплодировать? Я хочу знать, когда спектакль закончится, — промолвил он вслух, скрещивая на груди руки.       — О, не волнуйся, я уже. Время решать, Тайлер. На чьей ты стороне? — сурово произнесла она, и он замешкался. На этом должна была закончиться 7 серия, после которой Уэнсдей и Энид должны были подвергнуться похищению руками Лорел, с целью выманить Тайлера. Женщина наблюдала за ними. Поскольку старик Крэкстоун был мёртв, план мести Гейтс заключался в том, чтобы убить хотя бы первых причастных к данному происшествию. Аддамс, Синклер и, несомненно, самого Галпина. После выполненной миссии. Начало восьмой серии свидетельствовало, что Тайлер дал Уэнсдей положительный ответ. Он решил быть с ними. Когда Уэнсдей и Энид отправились из Невермора в лес, в шею волчицы прилетел дротик с усыпляющим веществом. А после обезвредили и саму Аддамс. Очнувшись в каком-то доме на полу связанными, Уэнсдей поняла, что они находятся в особняке Гейтсов, и услышала со стороны знакомый голос.       — Так забавно… Первые твои догадки начались именно здесь, — улыбнулась женщина, держа шприц с белладонной в руках.       — Твой план провалится. Что бы ты ни делала, Невермор сильнее. Они тебя остановят, — ответила Уэнсдей с невыносимой болью в висках.       — О, дорогая Уэнсдей… — засмеялась Лорел. — Дело в том, что мне не нужен Невермор. Мне нужны только вы.       — Что?! — сморщилась волчица, проглатывая ком. — О чём она, Уэнсдей?       — Похоже, что у дамочки посттравматический синдром, — не сводила с неё глаз Уэнсдей.       — Я о том, что… Вы умрете… — ласковым тоном промолвила Ричи. — А вишенкой на торте станет то, что это сделает Тайлер, Уэнсдей… Как тебе такая новость?       — Невпечатляющая. Как и весь план в целом, — подъела её Уэнсдей. — Где же твой раб? Что-то его не видно.       — Не волнуйся, я уверена, он придёт… Любовь — штука трагичная. Видела бы ты, как он противился в прошлый раз, возможно, дала бы ему шанс, но поздно, — улыбнулась она, заставив Уэнсдей невольно нахмуриться, задумавшись о том, что он что-то к ней чувствовал. Это вообще был он всё это время?       — Надеюсь, ты понимаешь, что скоро о нашей пропаже узнают, и на поиски придёт весь Невермор, — угрожала Уэнсдей, вызвав у Лорел недоумение.       — А вы не знаете? Ваши родители сообщили в Невермор, что забирают Вас оттуда и требуют возврат документов, — мило пропела Лорел, зажигая свечи у семейного алтаря. — Здравствуй, папа… Я, наконец, отомщу…       — Сумасшедшая стерва, — заключила Уэнсдей. — Я буду убивать тебя медленно и мучительно.       — Может не стоит ей сейчас угрожать??? — шёпотом возмутилась Энид. — Мы не в выигрышной ситуации.       — Ты всегда была умной девушкой, Уэнсдей. Послушай подругу, — сказала Лорел, услышав звук выбитого стекла, и улыбнулась. — Ну вот… Дорогие, шоу начинается.       Она ушла оттуда, оставив их вдвоём, и Уэнсдей быстро развернулась к Энид спиной.       — Есть возможность достать когти? — спросила она, надеясь разрезать верёвку, и услышала голос Тайлера.       — Уэнсдей… Ты тут?       — Думаешь, он на нашей стороне? — шёпотом спросила Энид, разрезая верёвку за спиной Уэнсдей.       — Не знаю. Сложно сказать, — освободилась Уэнсдей и принялась помогать волчице.       — Ты спрячься. Сегодня тебе вряд ли удастся обратиться, луна еще не налилась, — ответила Уэнсдей. — Я поговорю с ним.       — Будь осторожнее, — Энид пожала её руку и залезла за алтарь, увидев перед собой паутину и съëжившись от страха.       — Тайлер, я здесь, — чуть громче обычного сообщила Уэнсдей, и он забежал в комнату.       — Всё нормально? Что ты здесь делаешь? Мне пришла анонимка. Твоих рук дело? — спросил он, показав письмо в воздухе.       — Нет, моих, — откуда ни возьмись появилась Лорел, и Тайлер насторожился. — В чём дело, милый? Не узнал меня?       — Как раз-таки узнал, — закрыл он собой Уэнсдей. Что крайне её удивило.       — Ох, как это мило… Защищаешь свою подружку… Похвально. Дружба всегда имела особое место в моем сердце… Но любовь… — встала Лорел напротив и испепеляла их взглядом. — До меня дошли слухи, что ты не сказал ей? Почему? Хотел прославиться героем?       — Не сказал, что? — задала вопрос Уэнсдей.       — Ничего, — перебил Тайлер, со злостью глядя на хозяйку.       — Хм… Забавно, — засмеялась Лорел. — Что ж… Дело личное… Тайлер, но ты ведь знаешь, что нашу с тобой связь не разорвать.       — Я тебе не щенок и не подопечный. Ищи союзника в другом месте, — сказал он, заставив Уэнсдей вынырнуть из-за его спины.       — Больше всего меня волнует вопрос недоговоренности… За эти пару месяцев я много изучала природу хайдов… — встала она спереди Тайлера.       — И что ты хочешь этим сказать? — ехидно промолвила Гейтс, глядя на Уэнсдей.       — Если бы Вы внимательно изучали их историю, Вы бы знали, что помимо хозяина у Хайда есть личная эмоциональная цель, — отрезала она, глядя на неё холодным взглядом.       — У Тайлера такая есть, правда, дорогой?       — Была. У него она была, но сейчас он уже не знает, чего хочет, — перебила Уэнсдей, сверкнув на него глазами. Взгляды Хантера и Дженны встретились, и она тут же отвернулась обратно. — Ты проиграла Лорел. Он больше не станет тебя слушать.       — Поспорим? — спросила Гейтс, демонстративно глядя на него. — Тайлер, дорогой, ты ведь знаешь, как тяжело мне это дается. Но приказ есть приказ. Избавься от девчонки. Она манипулировала тобой всё это время. Она — наш враг.       Взгляд Тайлера менялся. Хантер отлично передавал атмосферу противостояния. Тайлер пытался осилить это чувство внутри, но у него плохо получалось, и рука обхватила её тонкую шею одним ловким движением. Тепло его кожи вызвало череду воспоминаний, слишком интимных, чтобы сдержаться. И на этом самом моменте Дженна дернулась, снимая его пальцы с себя в истерике.       — Не трогай меня, — резко психанула она и застыла от эмоционального напряжения, что висело вокруг. — Извините, — промолвила актриса и быстро покинула место съёмок, мечтая вдохнуть свежий воздух. Хантер смотрел на это с сожалением, и он теперь так же не знал, что им делать, ведь восьмая и заключительная серия предполагала их совместный поцелуй. Эмма вылезла из-за алтаря и посмотрела на него опечаленным взглядом, направившись вслед за расстроенной Дженной…       — Вам нужно быть профессионалами… — сидела она с ней на крыльце, пока Дженна курила и дёргала ногой от напряжения.       — Не могу… Ощущение, что меня окунули лицом в грязь, — заявила Ортега, глядя в одну точку.       — Нет, конечно, нет. Он не хотел тебя обидеть, я уверена. Тут какое-то недоразумение, — оправдывала его Эмма.       — Просто ты думаешь о людях лучше, чем они есть, — сказала Дженна, докуривая сигарету. — Ладно… Я беру себя в руки.       Вернувшись, Дженна встала возле Хантера, всем видом пытаясь показать, что готова работать дальше, но без эмоционального подтекста. Сцена продолжилась, он обхватил её шею, и она пыталась разжать его пальцы. Задыхаясь и кряхтя, она кое-как вымолвила фразу:       — Тайлер, борись. Вспомни про отца. Про нас…       — Тайлер, обратись и убей её, — жестоким голосом промолвила Лорел. Режиссёр хлопнул, и съёмка прервалась.       — Так, хорошо, ребята. Но мне нужна от Вас сцена после компьютерной графики. Сходите к гримерам, они осведомлены, и вернётесь сюда. Хантер, тебе придётся снова поваляться в крови. И раздеваться.       Дженна напряглась. Она не знала, как переживет всё это. Они направились к гримёрам и готовились к скачку сюжета, повторяя текст снова и снова, а после вернулись на место съёмок. По сценарию, Тайлер должен был превратиться в Хайда, но вместо Уэнсдей убить саму Лорел, однако та успела вколоть ему половину дозы смертоносного вещества. Уэнсдей кинулась к его окровавленному телу, пока Энид заворожённо вылезала из-за алтаря.       — Тайлер… — прикоснулась она к его щеке. — Тайлер, нет, нет. Ты… Энид, помоги. Он не реагирует…       — Уэнсдей… Он умер. Я не слышу его сердца, — сказала Энид, когда подошла ближе.       — Нет, он не умер, — положила она пальцы на его шею. — Черт, Тайлер. Пожалуйста. Я убью тебя. — ударила она кулачками по его грудной клетке и склонилась прямо к его лицу. — Тайлер…       На его кожу капнула её слеза, и она коснулась его губ своими, закрыв глаза. Хантер ощутил, как сильно он хочет обнять её, прижать к себе и целовать, словно в последний раз, и его рука чувственно зарылась в волосы на её затылке, придвигая её ещё плотнее к себе для глубокого и безжалостного поцелуя...