Феникс: Мир, который потерян

Я проснулась от громкого стука в дверь. Посмотрела на часы — черт, я могу опоздать. Я вскочила и начала собираться, на ходу приводя себя в более-менее божеский вид. Зеркало встретило меня знакомым отражением — рыжие волосы, янтарные глаза, форма сидит идеально. Сойдёт. Я как раз открывала дверь, когда снова раздался стук. — Привет, ты Слава? — спросил парень, стоящий на пороге. Он был примерно моего возраста и совсем не смущался, откровенно меня разглядывая. Что ж. Похоже, это и есть мой староста. — Да. А ты кто? — Даэрон. Староста твоего курса. Вот твоё расписание, — он протянул мне листок. Я начала вчитываться, но он не дал мне увлечься. — Пары начинаются через десять минут. Если не хочешь опоздать — пошли, я провожу. — Ну пошли. Первой стояла артефакторика, затем две пары зелий и две — чар стихий. Неплохо. Даже слишком. Мы шли довольно долго. По дороге Даэрон вкратце рассказал о группе и правилах обучения. В аудиторию мы зашли за минуту до сигнала. — Останься у стола преподавателя, — сказал он. — Он тебя представит. Сомневаюсь, что ты сама захочешь к кому-то подсесть. С этими словами он ушёл за дальнюю парту и сел рядом с весьма привлекательной особой. На её лице было написано: «Я дура, но влиятельная». В кабинет вошел преподаватель. Статный мужчина 30-ти лет в классическом черном костюме. Его светлые волосы были убраны в низкий хвост. Глаза преподавателя прошлись по всем студентам, явно делая мысленные отметки о них. Подойдя к столу, мужчина наконец обратил внимание на меня: — Вы новенькая, верно? Огнеслава? — Да, — ответила я, поймав себя на мысли, что он знает обо мне больше, чем должен. — Проходите, — кивнул преподаватель. — Меня зовут магистр Эйден Карст. Я веду чары стихий. И, — уголок его губ дрогнул, — раз вы у нас редкий случай, начнём сразу с практики. По аудитории прокатился шёпот. Кто-то говорил заинтересованно, кто-то с откровенным раздражением. Я кожей почувствовала несколько тяжёлых взглядов. Особенно один — от той самой «влиятельной дуры». Она смотрела так, будто я заняла её законное место. — Не волнуйтесь, — тихо добавил магистр, заметив моё напряжение. — Просто покажите, что умеете. Или не умеете. Это тоже результат. Он указал на свободное пространство у кафедры. Я сделала шаг вперёд. Ещё шаг. Внутри было странно спокойно. Не хорошо, а именно спокойно. Как перед прыжком, когда уже поздно отступать. — Стихию выбирайте сами, — сказал Эйден. — Ту, что откликнется первой. Я закрыла глаза. Огонь… нет. Вода… скользит, уходит. Воздух шепчет, но не зовёт. А вот земля — тёплая, тяжёлая, уверенная — словно говорит мне: я здесь. Я вытянула руку. Каменный пол подо мной дрогнул. Совсем чуть-чуть — но этого хватило, чтобы в аудитории стало тихо. Из-под плит показалась тонкая трещина, тут же затянувшаяся обратно, будто ничего и не было. Я резко открыла глаза. — Достаточно, — сказал магистр Карст быстрее, чем я успела испугаться. В его голосе не было раздражения. Скорее… осторожность. — Спасибо, Огнеслава. Можете занять любое свободное место. Я обернулась и поймала взгляд Даэрона. Он больше не выглядел расслабленным. Совсем. Свободное место было только рядом с тем самым загадочным парнем, что приходил вчера. Сев за парту, я вдруг поняла простую вещь: Быть незаметной здесь не выйдет. Взгляды все еще были направлены на меня. Прозвенел сигнал. — И запомните, — добавил магистр уже для всех, — стихийник, не умеющий себя сдерживать, опасен не меньше, чем тот, кто имя силу, не умеет колдовать вовсе. Его взгляд на секунду задержался на мне. А у меня внутри что-то тихо, но отчётливо шепнуло: Это только начало. Следующая пара была зельеварением. Я ещё не успела толком осмыслить произошедшее, как меня буквально снесло волной чужих эмоций — зависть, раздражение, любопытство. Казалось, половина аудитории уже решила, что я выскочка, а вторая — что потенциальная угроза. — Ты новенькая, да? — сладким голосом спросили слева. Я повернулась. Та самая девушка. Безупречная форма, идеальная осанка, взгляд — оценивающий и холодный. Она улыбалась так, будто делала мне одолжение самим фактом разговора. — Огнеслава, — представилась я. — Можно просто Слава. — Лиара Вейн, — она склонила голову. — Надеюсь, ты понимаешь, что внимание преподавателей — вещь… переменчивая. Я хмыкнула. — Я ничего не делала специально. — Именно, — улыбка Лиары стала шире. — Самое опасное — это «не специально». Преподаватель вошёл, и разговор оборвался, но напряжение — нет. Оно осело где-то между лопаток, неприятным холодком. Во время практики я чувствовала на себе взгляд. Не Лиары. Даэрона. Он стоял у дальнего стола, делая вид, что полностью сосредоточен на зелье, но я видела — он за мной наблюдает. Не оценивает, не осуждает, а проверяет. После занятий он догнал меня в коридоре. — Ты слишком ярко себя показала, — сказал он без приветствий. — Я не просила ставить меня к кафедре, — парировала я. — Я знаю. — Он остановился и посмотрел прямо в глаза. — Именно поэтому и говорю. Я нахмурилась. — Объясни. Он колебался. Всего секунду — но я заметила. — В этой академии не любят тех, кто выбивается из схемы. А особенно тех, у кого потенциал выше дозволенного. — Дозволенного кем? Даэрон усмехнулся, но в улыбке не было веселья. — Теми, кто решает, кому позволено быть сильным. Мы пошли дальше молча. И именно в этот момент я почувствовала это. Словно кто-то коснулся моей груди изнутри. Не больно, а предупреждающе. Старое, забытое ощущение. Как будто внутри меня… что-то шевельнулось. Не доверяй всем. Но и не будь одна. Я резко остановилась. — Даэрон… — начала я, но слова застряли. Он обернулся. — Ты тоже это чувствуешь, да? — тихо спросил он. — Что? Он покачал головой. — Значит, ещё рано. И ушёл. Вечером, уже в комнате, я сидела на кровати, сжимая в руках старый медальон — единственное, что осталось от родителей. Металл был тёплым. Слишком тёплым. По щеке скатилась слеза. — Что вы от меня скрыли? — прошептала я в пустоту. Ответа не было. Но где-то глубоко внутри я знала: эта академия станет не станет моим спасением. Это будет испытание. Тяжелое испытание. И если я не сломаюсь… мир — тоже не останется прежним.