Цветы для Хануф

После того как Окетра, Сдерик и Лололошка в спешке покинули дом и Нарфанис вместе с Даной ради поиска последнего огня, дома воцарилась непробудная тишина, которую изредка нарушала шаловливая Тигра своим мурчанием, мяуканьем и царапаньем. Хануф и Абди почти не контактировали, по крайней мере, первые два дня, изредка качая головой при встрече в коридорах, скоромно желали доброго утра, приятного аппетита и спокойной ночи, а на службах в храме Кнефмтити сидели чуть поодаль. Между ними все еще осталась небольшая неловкость, с одной стороны, Абди вогнавший девушку в краску и раздумья после своего признания, а потом еще расстроивший ее своими словами о Кнефмтити, сказанными на эмоциях после захвата его тела; и с другой стороны, Хануф, которая только рада совместить свои души с этим абдом, но считает его неготовым, хотя после высказываний того о Кнеф, мнение девушки понемногу начинало меняться, она даже рассказала о своих чувствах Лололошке, который пообещал сохранить их в тайне.

Но не суть.

Наступил третий день их одиночества, и он был максимально неспокойным. Сначала они отправились за продуктами на рынок, где попали в самый эпицентр разборок сторонников Ронаса и сторонников Монту, откуда едва унесли ноги, затем Хануф чуть не наступила на скорпиона, а потом Абди как-то умудрился порезаться во время приготовления еды, засмотревшись на черные и густые волосы Хануф, да так, что он с десяток минут не мог остановить кровотечение и заляпал кровью весь пол, из-за чего кухня выглядела как место убийства… Пока Абди пытался закончить обед, Хануф сидела в саду вместе с Тигрой, лежащей на ее коленях, и вычесывала из нее подшерсток и блох, та мурлыкала и охотно поворачивалась, открывая новую зону для расчесывания, параллельно играясь лапкой с одним из спадающих черных локонов. Как только Хануф закончила вычесывать Тигру, та вскочила на землю и начала расхаживать по саду, потираясь обо все подряд, собирая в свою шерсть новую порцию гадостей в виде клочков земли, палочек, листьев и бедных насекомых, закончив свое похождение прямо у могильной плиты Халимы, куда Тигра не постеснялась забраться и лечь пузиком вверх, согревая его в солнечных лучах. Обычно, если Хануф приходила в сад, она старалась не смотреть в ту сторону, иначе глаза быстро наполнялись влагой, а голова — воспоминаниями о их совместном детстве и службе у леди Окетры. Обычно она старалась держаться, быть сильной ради подруги, но тут она не смогла сдержать слез, которые теперь котились по девичьему личику, оставляя мокрые и черные следы от подводки, и падали прямиком на землю, окрашивая растущие там цветы в черный цвет. Тихие всхлипы привлекли второго абда, который уже нес в сад поднос с обедом из огуречного салата, пюре и вареных яичек. Абди положил свою руку на плечо Хануф, отчего она вздрогнула, и сел рядом.       — Хануф? Что-то случилось? — спросил абд, присаживаясь рядом с девушкой.       — Нет-нет, Абди, все в порядке. — всхлипнула Хануф и начала вытирать черные подтеки слез с лица, пачкая руки. — Я просто… я просто вспомнила про Халиму, наше детство… юность. И мне стало так грустно, я стараюсь держаться, но у меня не всегда выходит. Иногда я вижу ее во сне, как мы сидим в саду наверху, заплетаем и украшаем цветами друг другу волосы, пока ждем возвращения Леди. — Хануф снова всхлипнула, и Абди успокаивающе погладил ее по спине, шепча подбадривающие слова.

***

Ближе к вечеру девушка успокоилась и вновь повеселела, заново вычесав мохнатую попу Тигры и убрав беспорядок, который та устроила по дому и саду за время небольшого срыва Хануф. Она отложила метлу и села у розового куста, что рос прямиком возле могилы подруги, сложила руки у груди и стала молиться. В безмолвной молитве она провела около десяти минут, а когда закончила и поднялась, то заметила, что Абди все это время аккуратно копошился в ее волосах. Она подняла ладонь к макушке и нащупала там нежно вплетенные с двух сторон в волосы цветы.       — Я не знал, как тебя порадовать, Хануф… — сказал Абди, густо покраснев и теребя край рубашки. Девушка улыбнулась, также покраснев.       — Спасибо, Абди, это очень мило, мне не хватало ощущения лепестков в волосах.