Оставляю его на тебя

***

- После ухода Дадзая, Акутагаву никто не обучает. Его способность будет нам полезна, у меня на него есть планы. Теперь за него отвечаешь ты. - Да, Босс.

***

Чуя спускался в подвал мафии, задумавшись о своём. «Когда эта скумбрия тактично свалила, я смог забраться повыше, да ещё и всего за неделю. Босс, похоже, доверяет мне.» Из раздумий его вытянула последняя ступенька. Как оказалось, его новый подчинённый уже находился на месте. Услышав шаги на лестнице, младший замер. Казалось, будто он перестал дышать. Накахара мысленно усмехнулся его виду: парнишка был в плаще Дадзая. Приблизившись, Чуя заметил, что тот уже был немного выше, с тем учётом, что ему только четырнадцать. Это немного раздосадовало старшего. - Здравствуйте.... - тихо начал Рюноскэ и запнулся, так как не знал, как ему называть нового наставника. - Привет, меня Чуя звать. - он начал невольно рассматривать Акутагаву. В глаза бросались синяки, шрамы и захсохшая багровая кровь, как на лице, так и на остальных еле открытых участках тела. - Перейдём сразу к делу. Для начала продемонстрируй, в чём заключается твоя способность. Парнишка растерянно кивнул и начал концентрироваться. И уже через пару секунд Накахара мог наблюдать ленты «Расёмона», как это называл Акутагава, которые преобразовывались из плаща. Теперь отпали все вопросы о том, зачем он ему. А вот на вопросы по поводу функциональности способности ответов вообще не следовало. И каждый раз, когда Рюноскэ не мог ответить, его глаза наполнялись страхом перед дальнейшими действиями наставника, и он дёргался от каждого телодвижения старшего. Последний вскоре понял, что теория здесь бесполезна, вздохнул и, закатив глаза, сказал подождать. Через минуту перед младшим стояли разнообразные и очень странные предметы: старый стул, какая-то доска, железные трубы и металлическая дверь.... Короче говоря, всё, что попалось на глаза Накахаре. - Итак, попробуй сломать всё это с помощью Расёмона. Акутагава немного удивился подобному приказу, но выполнил его: стул и доска разлетелись в щепки, трубы через мгновение были согнуты, дверь же осталась целой, но на ней было несколько вмятин и царапин. - Так.... Работать есть над чем.... Ещё что-то? - Д-да, поглощение пространства. - перед глазами Рюноскэ всплыла картина, как в него стрелял Осаму. - А вот это уже интересно, показывай. - Попробуйте ударить меня. - он произнес это максимально спокойно. - А бить то зачем? Это обязательный критерий? Удивлённый этими вопросами Акутагава смутился и еле слышно ответил "нет". Чуя вздохнул и протянул руку к лицу Акутагавы, но в 10 сантиметрах от "цели" его ладонь с чем-то столкнулась. Какая-то прозрачная и твёрдая материя не давала приблизиться к хозяину. Накахара попробовал нажать на это "что-то" сильнее, даже использовал гравитацию, но абсолютно никакого результата этим не добился. Его это очень удивило. - Хм, неплохо, очень даже неплохо, Акутагава. Это даже немного раззадорило меня. Пожалуй последнее, что я тебе "прикажу" сегодня.... Постарайся ранить или хотя бы коснуться меня. Атаковать я не буду. Младший не очень понимал, почему наставник говорит такое, но приказ есть приказ. Через мгновение он уже был в наступлении, но ни первый удар, ни второй, ни все остальные не могли поразить рыжеволосого. Он словно.... Летал. Он буквально ходил по потолку и парил в воздухе. Рюноскэ с каждым его уклонением всё больше восхищался своим новым наставником. У него есть возможность летать и высокий статус в Мафии. Да и Дадзай не относился к нему, как к отребью. А это уже высокий показатель. Насколько брюнет знал, он и Дадзай когда-то были напарниками, и у них был свой дуэт под названием «Двойной чёрный». Они были самыми опасными мафиози. Дадзай останавливал действие способности Накахары, о которой Рюноскэ мало чего знает. И вот наконец наступил момент, когда он смог застать Чую врасплох. Акутагава загнал его в угол с помощью Расёмона, только было приблизился на шаг к победе, как улыбающийся рыжеволосый уже стоял на противоположной стороне помещения. - А ты, как я вижу, всё также полон энергии. Я не знаю, что этот кретин с тобой делал, но он на славу постарался. - усмехнулся Накахара. - На сегодня закончим. Я увидел всё, что мне было нужно. Завтра в это же время. - Да, Чуя-сан.

***

- Ладно, на сегодня всё. Кстати, что-то мне подсказывает, что ты больше не нуждаешься в обучении. Старший посмотрел на Акутагаву: Стройный, высокий (чёрт возьми, ну вот когда он успел так вымахать?) парень с бледной, как у вампира, кожей, так ещё и с идеально-пропорциональным телом. На данный момент ему лишь шестнадцать. Он уже отточил практически все свои навыки и может ходить на одиночные задания, поэтому смысла в дальнейшем обучении нет. Рюноскэ почему-то поменялся в лице, хоть это и редкость. Казалось, что он был.... Опечален чем-то? Наверное так. - Тебя не радует то, что ты стал лучше? - Не стал. Дадзай-сан ещё не- - Никаких «Дадзай-санов», по крайней мере не в моём присутствии. - прервал его Накахара. - Ты его в мафии видишь? Вот и всё. Забудь ты уже о нём. - тут он заметил ещё большее ухудшение настроения у брюнета и вздохнул. - Ладно, если так хочешь, можем проводить еженедельные тренировки, хорошо? Акутагава кивнул. Теперь почти каждую неделю они встречались и "сражались" около получаса. Рюноскэ действительно с каждым разом становился всё сильнее, и было довольно интересно наблюдать за его ростом (во всех, мать его, смыслах). Большинство тренировок Чуя останавливал сам, но иногда и Акутагава одерживал победу. Когда это происходило, старший хвалил его, так как замечал улучшения его действий и техники в зависимости от похвалы. Конечно, это нельзя использовать слишком часто. Поэтому про недоработки Чуя тоже упоминал. Рюноскэ стремится лишь к двум вещам: похвала и Дадзай. И конечно же, это жутко раздражало Накахару. Вечные упоминания о Дадзае уже изрядно достали его. «Ну вот сдался он ему? Я уверен, что Осаму о нём даже не вспоминает.» - думал рыжеволосый, но почти каждый раз продолжал выслушивать его.

***

Чуя сидел в своём кабинете после тяжёлого рабочего дня и разглядывал свою новую покупку - шляпу Хомбург. Это была чёрная шляпа из фетра с продольным заломом на донышке. На тулье красовалась красная лента. Также она обладала загнутыми полями, на которых были аккуратно прикреплены маленькие искусственные цветы. Он приобрёл её на обратном пути после задания. Чуя встал из-за своего стола и подошёл к зеркалу. Он надел шляпу и принялся разглядывать себя. Поправив причёску, он стал позировать. - Конечно, она не сравнится с подарком Босса, но эта тоже неплохая. - Накахара начал разговаривать со своим отражением. Заигравшись, он не заметил, как в дверь постучали и вошли. - Здравствуйте Чуя-са.... - Рюноскэ увидел, что наставник занят, поклонился и направился обратно к двери, - Прошу прощения, я зайду чуть позже. - Стоять. Акутагава остановился и посмотрел на Чую, а тот, в свою очередь, с постепенно краснеющим от осознания всей ситуации лицом, подошёл к своему подчинённому почти вплотную. Между ними повисла неловкая, по крайней мере для "Шляпника", тишина. - Расскажешь хоть кому-то - убью.... - процедил сквозь зубы Накахара. - Да, простите. Я лишь хотел сказать, что Босс просит вас подойти. Чуя пробормотал что-то вроде благодарности и вышел вслед за Рюноскэ. Вскоре он уже находился в кабинете Мори, где ему сообщили о том, что теперь он официально член Исполнительного Комитета. Накахара был рад этой новости. Как никак ещё большее повышение статуса! Поблагодарив Босса, он вышел из его кабинета. С гордым видом он шёл к себе, дабы забрать некоторые вещи, закрыть кабинет и наконец-то пойти домой. И вот он уже идёт в сторону своего дома, гордый и довольный, с чувством собственного достоинства. Его ведь и так уважали, а теперь.... Чуя остановился и задумался. А уважали ли? Может, скорее считали одним из самых опасных и разрушительных членов мафии? Да, пожалуй так. Его лишь считают смертоносным оружием. Не человеком. И стараясь забыть это, он делает себе только больнее. Неважно, насколько сильно он будет стараться не обращать на это внимание, воспоминания о шёпоте за его спиной, рано или поздно нагрянут. «Даже находясь в руках Мори, он представляет угрозу для нас....», «Он монстр!» Из раздумий Накахару вывел знакомый силуэт, идущий впереди. - Акутагава? - старший, с красноватым оттенком лица от воспоминаний о произошедшем сегодня, старался разглядеть этого человека. Силуэт обернулся и подождал, пока рыжеволосый подойдёт. Это и вправду был Акутагава. Как оказалось, их дома находились достаточно близко, поэтому им было по пути. Чуя рассказал ему о своём повышении, а Рюноскэ поздравил его и добавил, что он заслуживает этого. И даже.... Улыбнулся?.... Странно. Он не боится его?

***

Сегодня Босс отправил Накахару и Дадзая вернуть Юмено. Из-за непредвиденных обстоятельств пришлось использовать порчу. Осаму, как и всегда, остановил Чую позже, чем было нужно. Да ещё и оставил его лежать без сознания на поле битвы. Об его доверие снова вытерли ноги. Конечно, Накахара осознавал, почему он так поступил, но ведь он обещал.... Хотя кто в здравом уме поверит Дадзаю? Ну, после использования порчи это неудивительно. Сил не остаётся вовсе, а осознание происходящего просто исчезает. Благо, Чуя очнулся примерно через час. Оглянувшись и оценив ситуацию, Накахара проклял одного из ужаснейших по его мнению людей. Еле добравшись до места эвакуации, он вновь упал без сил. Его отвезли в больничную палату мафии. Когда он проснулся, первым, кого он увидел, был Рюноскэ, сидящий на стуле рядом с ним. - Акутагава? - медленно и очень тихо произнес Накахара. - Чуя-сан, вам стало лучше? - голос брюнета был обеспокоенным, хотя лицо не выдавало какой-либо эмоции. - Да, я в норме. - ложь, он чувствовал себя просто отвратительно, - А что ты тут делаешь? - Когда я узнал, что вы попали сюда, мне захотелось срочно прийти к вам. Накахара усмехнулся и начал говорить, что за него не нужно беспокоится, но в душе он был очень рад. Рад, потому что за него волновались. Это значило, что есть человек, не считающий его ужасным монстром. Или считающий, но даже так, он всё же пришёл. Рюноскэ задавал очень осторожные вопросы, соблюдая "границы дозволенного", он даже ни разу не упомянул Дадзая. Он знал, что у Чуи с Осаму были сложные отношения. Вероятно, он думает, что они ненавидят друг друга. Что ж, может оно и к лучшему. Накахаре сейчас явно не хочется думать об этом идиоте. А он не хотел, чтобы Накахара злился, тем более в таком состоянии. Дадзай для Акутагавы был тем, кто вытащил его из трущоб и дал новое начало для его ничтожной жизни. Новый наставник тоже был дорогим для него человеком. Он обучал через слова, а не через насилие (хотя сам Рюноскэ считает этот способ менее действенным). Он всегда старался помочь ему. И Брюнет ценит это. И он действительно переживал за Накахару. Скорее всего, если бы его поставили перед выбором между наставниками, он бы не смог определиться. Акутагава поинтересовался, может ли уже старший ходить и, услышав утвердительный ответ, напомнил о том, что не помешало бы зайти к Боссу. Чуя вздохнул и сказал, что он прав. Встав на ноги, Накахара почувствовал, как боль током пронеслась по всему телу, но он постарался не подавать виду. - Вы точно в порядке? - побеспокоился младший. Накахара кивнул и пошёл к двери. Первые несколько шагов были самыми болезненными. Дальше было легче. К сожалению, он не мог использовать гравитацию для облегчения пути, так как всё ещё был довольно слаб. Рюноскэ шёл позади него. Ему было непонятно, почему Чуя лгал ему. Он видел его еле заметное прихрамывание, но решил не говорить об этом, так как подозревал, что наставник тщательно пытается скрыть то, что ему больно. К счастью, коридоры были пусты. Редким исключением была охрана, но эти люди не посмеют даже взглянуть в глаза этим двоим. Когда они дошли до кабинета Босса, Акутагава решил подождать Накахару здесь. Последний постучал в дверь и вошёл в довольно таки просторный зал. На самом деле, это сложно назвать кабинетом. - Здравствуйте, Босс. - Чуя снял шляпу. - О, здравствуй Чуя. Дадзай уже обо всём мне доложил. Тебе нужен отдых после использования порчи, поэтому у тебя есть несколько дней на полное восстановление. - Мори улыбнулся в своей манере, а Накахара, пока лишь только мысленно, проклинал Осаму и благодарил Огая. - Спасибо, Босс. До свидания. - поклонившись (ох, скольких усилий ему это стоило) и надев шляпу обратно, он вышел. Он задумался о том, чем можно заняться на предоставленных ему выходных, чтобы не потратить их за зря. «Когда станет полегче, можно заглянуть в тот недавно открывшийся ресторанчик на углу улицы....» На несколько секунд он даже забыл об адской боли, что мучила его с самого пробуждения. Акутагава подоспел к нему, собрался с мыслями и заговорил: - Чуя-сан, могу я задать вопрос? - старший кивнул. - Зачем вы соврали мне про ваше самочувствие? - Ха? Ты о чём? - Вы говорили, что хорошо себя чувствуете, а сами хромаете. - в ответ Накахара молчал. - Вы можете не лгать мне. Последнюю фразу Рюноскэ сказал очень неуверенно. Он боялся за то, что мог ошибиться в своих догадках. До него только сейчас дошло то, насколько нагло он говорит с наставником. Почти на равных! Акутагава ещё больше растерялся из-за тишины. Он уже начинал жалеть о том, что вообще поднял эту тему. Хотелось провалиться под землю. Чуя стоял с непоколебимым видом, потому что в его голове было слишком много эмоций и мыслей, чтобы хоть как-то это выразить. Он чувствовал страх из-за того, что сейчас он находится на грани от падения в глазах Рюноскэ. Он чувствовал гнев, разливающийся где-то глубоко внутри на самого себя, за свою же слабость. А ещё он чувствовал облегчение. Какая-то часть души Накахары ликовала, ведь можно больше не лгать. Но сам Чуя не верил в это. Молчание не прекращалось. И никто не ждал слов от другого. Они оба боялись сказать хоть что-то. Почувствовав резкую боль в ноге, старший прервал тишину. - Твою мать.... - прошипел он сквозь зубы. Голова Накахары закружилась, а ноги подкосились. Если бы Расёмон не подхватил его, он бы уже лежал на полу. Акутагава заметил на ноге наставника кровотечение, открывшееся из-за большого количества движений. Он в мгновение перевязал его лентами своей способности, создав импровизированный жгут, и понёс Чую обратно в больничную палату. Последний попытался воспротивиться, но Рюноскэ был непоколебим. Через минуту они были на месте. - Ты не обязан делать это. - Я знаю. Вам нужен покой. Ком в горле Накахары не позволил ничего ответить. Акутагава ушёл. Доктора быстро обработали рану и посоветовали не ходить хотя бы в ближайшие полчаса. И эти полчаса тянулись чертовски долго. Чуя всё никак не мог выкинуть из головы произошедшее. Да и понять, что произошло было сложно. Он лежал, смотря в потолок. Уставился в одну точку и, как загипнотизированный, прокручивал в голове диалог с Рюноскэ. «Его слова о том, что он беспокоится.... Неужели это была правда, а не показная "забота"....? Я ведь не Дадзай, так почему он....». Тревога и ожидание подвоха полностью охватили его тело и разум. Казалось, словно у него аритмия, ведь беспорядочный стук сердца гулом отдавался в голове Накахары. Но это была обычная паника. Страх перед неизвестным. Всё это было слишком странно. Посмотрев на часы и осознав, что прошло лишь около двадцати минут, Чуя, мысленно послав всё к чёрту, встал с кровати. Он вышел из больничного крыла и направился домой. Ему уже было абсолютно плевать на боль. Хотелось просто поскорее вернуться к себе в квартиру. Мысли продолжали пожирать его изнутри. На улицах было уже довольно таки темно. Лишь тусклые фонари и мерцающие вывески магазинов освещали их. Накахара проходил по практически безлюдным переулкам. Подойдя к своему подъезду, он увидел Рюноскэ. Это был не какой-то похожий на него человек, и не просто знакомый силуэт, а именно, мать его, Рюноскэ собственной персоной. Он точно был здесь не просто так. Только Накахара жил в этом районе. Ну а то, что Акутагава знал адрес было неудивительно: после тренировок старший часто приводил его к себе на чай. Чуя подошёл к Рюноскэ и посмотрел прямо в его глаза, ожидая объяснений. - Простите, что так неожиданно заявился. Я лишь хотел извиниться за свои слова. - Брюнет выглядел виноватым. - Тебе не за что извиняться. - Накахара похлопал младшего по плечу. - Раз ты проделал такой путь сюда, может зайдёшь? Акутагава растерянно кивнул и зашагал вслед за наставником. По лестнице они шли в полной тишине. Они зашли в квартиру и расположились на кухне. По обыкновению старший заварил чай и старался уйти подальше от темы сегодняшнего "разговора". Они разговаривали обо всём, что только приходило в голову, начиная от погоды и заканчивая философскими нравоучениями, естественно со стороны Чуи. Рюноскэ лишь слушал, не желая перебивать его. Он смотрел на него не отрывая взгляда. Акутагава всё ещё чувствовал вину. Меньше всего на свете ему хотелось портить отношения с наставником. За последнее время он стал ему самым дорогим человеком. Рюноскэ хотел, чтобы наставник оставался с ним как можно дольше. Он сделает всё для этого. Погрузившись в мысли, Акутагава не заметил, что Накахара молча стоял в полуметре от его лица уже на протяжении минуты. - О чём задумался? - младший вздрогнул от неожиданности, но промолчал, а Чуя потрепал его по голове и сел рядом. - Вот знаешь, меня давно интересует, кем ты меня видишь? - Вы - человек, которому я чрезмерно благодарен за то, что так долго помогали мне. Я не думаю, что заслуживаю подобного и вряд ли когда-нибудь смогу отплатить Вам за это.... Накахара взглянул на собеседника и залился смехом. Акутагава никогда не видел его таким. Он впервые видел его искренне радостным. В груди Рюноскэ разлилась блаженная теплота, но всё же он немного смутился, ведь смеялись, по видимому, над ним. - Отплатить? А какие у Вас есть предложения? - Накахара усмехнулся и посмотрел на Акутагаву. - Всё, что Вы пожелаете. - эти слова были сказаны без тени сомнения. Чуя задумался над тем, что у Рюноскэ со временем возросла лишь физическая сила, а в эмоциональном плане он всё ещё оставался тем четырнадцатилетним мальчишкой, травмированным судьбой и Дадзаем. Также он поймал себя на мысли, что хочет защитить остатки нервной системы Акутагавы. Желает отгородить его от этого жестокого мира. Это было необычное для него чувство, но Накахара решил пока не заострять на этом своё внимание. Разговаривали они ещё около часа, но вскоре оба поняли, что Акутагаве пора отправляться домой. В квартире Чуи стало ужасающе тихо. Акутагава медленно шёл по ночной улице. Торопиться ему было некуда, ведь дома, скорее всего, никого нет. В последнее время Чёрных Ящериц на задания вызывают всё чаще. Хотя и в общем количество заказов на убийства или захваты стало больше. Но в этом есть и плюс. Зарплата также повышается. Поэтому жаловаться на самом деле особо не на что. Вдруг Рюноскэ услышал до боли знакомый голос. - Ох, здравствуй, Акутагава-кун. - Осаму хитро улыбнулся, и эта улыбка не предвещала ничего хорошего. - Небось от Чуи идёшь? - Здравствуйте Дадзай-сан.... Д-да.... - из-за ступора младший и двух слов не мог связать. - Что-то слишком часто я вижу вас вместе. - Дадзай протянул последнее слово и продолжил. - Неужели между вами что-то есть?~ Акутагава молчал. Он всерьёз задумался об этом. Между ними что-то есть? Естественно, сейчас их отношения не превышают дружеские, да и вообще, это даже дружбой назвать сложно. Тогда кто они друг другу? После десяти секунд раздумий он всё же ответил. - Нет, но у меня есть странные чувства к нему, и я не знаю что это.... - Рюноскэ замялся. - То, что ты один из "этих", было ясно сразу.... Но Чуя? Серьёзно? Я, конечно, понимаю, что он смахивает на девушку, но никак не на прекрасную. Я разочарован в тебе, Акутагава-кун. А вот мой новый подчинённый никогда бы не.... Дальше слушать Акутагава не стал. Он смотрел себе под ноги, а в голове от чего-то возникло желание ударить бывшего наставника. Не за то, что его снова сравнивают с кем-то "лучше" него, а за оскорбление Накахары. Хотелось заткнуть Осаму и кричать, что Чуя ни капли не похож на девушку, что он очень красивый, умный, заботливый и.... Рюноскэ прервал свой поток мыслей. О чём, чёрт возьми, он думает? Акутагава немного покраснел от своих же мыслей. Слава богу, что было очень темно. Закончив рассказ «Почему Ацуши лучше тебя» Дадзай попрощался, сославшись на то, что он спешит на встречу к кому-то, чьё имя начиналось на букву К.... Или это фамилия.... Наверное, он пытался его заинтриговать. Но Рюноскэ удивило только то, что он посреди ночи спешит на встречу.... Но сейчас это было не важно. Гораздо важнее было то, что у него появились новые чувства, и вряд ли кто-то объяснит ему, что это. Чуя проснулся позднее обычного. Хотя.... Удивительно, что он вообще проснулся, после длительного использования порчи. Накахара был не в лучшем состоянии. Тело всё ещё болело. Каждое движение отдавалось гулом в голове и жуткой болью. На некоторое время показалось, что вчера было гораздо легче. Первым делом он решил выпить свои самые сильные обезболивающие. Благо, аптечка находилась у кровати, как раз на такие случаи. Но так как воды поблизости не оказалось, пришлось вставать и идти на кухню. Выпив таблетки, Чуя сел на стул, подперев рукой голову, и принялся ждать хотя бы минимального эффекта от таблеток. Он задумался над тем, чтобы всё же исполнить запланированное. Если, конечно, он сможет это сделать. Через некоторое время головную боль как рукой сняло. Болезненные ощущения в остальном теле уменьшились, и перемещаться стало намного проще. Он встал и первым делом поплёлся в ванную. Только сейчас Чуя осознал, насколько он голоден. После водных процедур Накахара пошёл собираться на прогулку в магазин или в тот ресторанчик. Уже через пятнадцать минут он находился около последнего названного места. Он собирался заходить, но тут его окликнули. - Чу-уя! - протянул противный ему голос. - А я тебя сначала и не заметил! Накахара держался из последних сил, чтобы не врезать ему. Он собирался просто пройти дальше, не обращая на него своего внимания. - Эх, а Акутагава вчера не так быстро ушёл. - сказал Дадзай наигранно грустным голосом. - Что с ним? - Чуя остановился и посмотрел на него так, будто сию же секунду сравняет его с землёй. - С Акутагавой? Ты за него та-ак беспокоишься. Я уже начинаю ревновать. - Свали с дороги, ублюдок. Об Акутагаве он решил разузнать сам, так как от Осаму ничего не дождёшься. Голод отступил на второй план. Чуя достал телефон и отошёл в сторону, показывая средний палец на дальнейшие высказывания Дадзая. Он быстро набрал сообщение Рюноскэ: «Ты вчера вечером говорил с Осаму?». Как и обычно Акутагава мгновенно ответил. «Да». Накахара начал волноваться. «Всё в порядке? Что он тебе наговорил?» «Всё в порядке. Ничего особенного. Лишь то, что его новый подчинённый лучше меня» Чуя выдохнул с облегчением и напечатал: «Могу я зайти к тебе примерно через 10 минут?» «Да, конечно». Накахара решил лично удостовериться в том, что с Акутагавой всё хорошо. Последняя фраза от Осаму, услышанная им, очень сильно насторожила его. - Он так трепетно говорил о своих чувствах, что аж противно стало! Эх, ладно, пойду я, а не то Куникида... Чуя поспешил в сторону дома Акутагавы. Как и всегда он проходил по малолюдным улицам. Как-никак Член Исполнительного Комитета Портовой Мафии. Хотя, по видимому, людям и полиции вообще плевать на это. Взять того же Рюноскэ, флаеры с лицом которого развешаны по всей Йокогаме, а его максимальная маскировка - чёрные очки. И то просвечивающие. Забавно. И вот Накахара, уже стоя около его квартиры, стучит в дверь. Ему незамедлительно открыли. Первым делом он оценил внешнее состояние Акутагавы: одетый по домашнему, выглядит вполне нормально, ран или синяков нет. - Здравствуйте, Чуя-сан. - Рюноскэ отошёл в сторону, пропуская наставника. - Что-то случилось? Акутагава выглядел обеспокоенным. Хотя оно и понятно: Накахара без объяснений написал ему, а после вообще пришёл к нему домой. Это довольно странно. По одному лицу Рюноскэ можно было сказать, что сейчас он думает о том, что где-то очень сильно провинился. Он вспоминал всё, что мог не так сказать или сделать. - О чём вы вчера говорили с Осаму? - Дадзай-сан спрашивал о том, встречаемся ли мы. Сказать, что Чуя был в шоке - ничего не сказать. Встречаются.... Рюноскэ так спокойно об этом сказал. Сама невинность! Хотя почему его это должно смущать? Просто вопрос от глупого человека. Ничего более. - Ясно.... И ещё, последнее уточнение: ты ему говорил про какие-то чувства? Акутагава молчал. Его щёки покрылись красноватым оттенком. Ощутив это, он прикрыл лицо руками. Но Накахара всё видел. Он начал беспокоиться за него, ведь Рюноскэ никогда не был в таком состоянии. Брюнет отвёл взгляд. - Рассказывай. - Я.... Я не знаю, что это за чувство, но.... Я хочу чтобы Вы были рядом.... С Вами моё сердце бьётся быстрее.... Я боюсь, что Вы оставите меня, как Дадзай-сан.... Я разочаровал вас....? - очень тихо, почти шёпотом, произнёс Акутагава. Чуя вздохнул и подошёл ближе. Он дотронулся до рук, всё ещё прикрывавших лицо Рюноскэ. Последний вздрогнул, словно от удара, но, даже ожидая его, он всё равно не защитил себя Расёмоном. Конечно, было страшно идти на такой риск. Он понимал, что его с невероятно огромным шансом отвергнут, и всё равно не хотел лгать. Но Накахара лишь убрал его руки от лица и улыбнулся. Он запустил свои пальцы в его неожиданно мягкие волосы. - Ну как я могу тебя оставить? И не сравнивай меня с Осаму, хорошо? Ты мне не безразличен, а ему плевать. Он говорил успокаивающе тихо, чтобы брюнет окончательно не впал в панику. Акутагава стоял неподвижно, будто статуя. Прекрасная статуя с немного растрёпанными волосами и светло-алым цветом лица. Он не понимал, почему Чуе не противно находится рядом с ним после такого количества совершённых им ошибок и сказанных сейчас слов. Рюноскэ думает, что не заслуживает подобного. Но, всё же, он очень рад. Рад, что от него не отказались вновь, как от какой-то бездушной вещи. Ведь Рюноскэ хоть и выглядит, как холодная и непробиваемая стена, но где-то глубоко внутри он обычный и вполне эмоциональный человек. Он просто не может разобраться в себе и своих чувствах из-за долгой травли со стороны Дадзая. Но ничего. Чуя был и будет его поддержкой и опорой. По лицу Акутагавы медленно стекла слеза. Накахара стёр её и осторожно обнял Рюноскэ, будто боясь сломать это хрупкое тело. Последний неуверенно обнял его в ответ. Чуя был счастлив, как никогда. В нём нуждаются! В нём нуждается человек, у которого в приоритете был Дадзай! Накахара дорог ему.... А тот в свою очередь дорожит Акутагавой. Он не верил в своё счастье. Чуя решил прислушаться к его сердцебиению. Сердце Рюноскэ билось, как у выброшенного на произвол судьбы маленького щеночка. Получается не соврал. Пульс был запредельно высокий. Около ста двадцати ударов в минуту. А ведь он просто обнял его. Накахара почувствовал, как руки Акутагавы усилили хватку. Он боялся, что это сон и сейчас всё исчезнет. - Рюноскэ, всё хорошо. Я никуда не уйду. Обещаю. Акутагава отстранился первым. Он смущённо предложил пройти на кухню, так как предположил, что Чуя голоден. И он оказался прав. Гин перед уходом за покупками с Хигучи (По инициативе последней, разумеется) позаботилась о брате и приготовила тамагояки. Также ещё с ужина остался удон. Рюноскэ заварил чай, и они сели завтракать. Накахара несколько удивился тому, насколько вкусно готовила Акутагава младшая. Вполне может сравниться с каким-нибудь рестораном. Кстати о них. - Свободен завтра вечером? - ответом, как обычно, стал кивок. - Как насчёт ужина в ресторане? - Это то, что называют свиданием? - неуверенно спросил Рюноскэ. - На вечер заданий не поступало, так что я согласен. - Пожалуй так. Свидание.... - Чуя усмехнулся тому, насколько Акутагава, бешеный пёс портовой мафии и безжалостный убийца, невинен.