Проплывая над облаками

«Хмм, теперь нужно взять логарифм от обеих частей… Так… О, сокращаются!» — пропитанные желтоватым светом настольной лампы и пластиковым привкусом жеваной ручки размышления прерываются криком откуда-то снаружи. — Сёёёёмаааааа! Беги кушать! Не получив достойного ответа, мама решила донести свой призыв с меньшей дистанции. Дверь открылась, и в тёмную и душноватую комнату вместе с лучами закатного солнца проник запах жареных пельменей. — Сёма, ну сколько тебя можно ждать?! Идём уже за стол, отец скоро уже сок сделает, торопись, пока всё не остыло. Сгорбленный и увлеченный бумажкой Сёма всё-таки выпрямил спину, положил ручку и наконец-то стал напоминать Семёна. Учиться не так интересно на пустой желудок. — Да, мам, сейчас. На веранде уже все собрались. Отец дорезал последнее яблоко, а затем кинул его в давилку. Мама расставляла салаты и усаживала мелких на высокие стульчики. Сестры дурачились и игрались куклами, а дедушка спорил с бабушкой и настраивал фотоаппарат. На улице гулял тёплый вечерний ветерок. Ещё полчаса, и небо окрасится в ярко-оранжевый, а затем медленно обратится в черный купол, пестрящий разноцветными точками звезд и галактик. Птицы садились на лавочку у забора, а затем снова срывались и скрывались в облаках. — Всем-всем приятного аппетита! — довольная младшая сестрёнка широко улыбнулась и начала уплетать мини пельмешки, запивая соком. Мама, как всегда, приготовила вкуснятину: пельмени внутри были сочные, а тесто хрустело на зубах. Папа даже глаза прикрыл, когда попробовал. Сестры опять начали беситься, за что их постоянно ругала мама. И ко всему этому гаму прибавился ветер, раскачивавший скрипучую калитку. И вот ужин закончился, все начали потихоньку расходиться по комнатам. — Сёма, внучек, не сфотографируешь нас с бабкой? Сема принял на руки старую зеркалку и с улыбкой на лице сфотографировал деда с бабулей, пока она возмущённо мстила ему за «бабку», пытаясь ухватиться за нос. Фото получилось классным: старое дерево, половина корней которого уже вылезли за забор и висели в воздухе, слегка пожелтевшие облака, медленно проплывающие в нескольких километрах позади. Ко всему прочему, на фото попал один из красивых соседских аэростатов, поднявшийся из-за холма. Отдав зеркальную реликвию дедушке, Сёма остался на веранде. Чуть посидев, он подошел к ограде, надел пояс, пристегнулся и вышел за сетку. Благодаря тому, что дом расположен на холме, ограждение на фотографии не попадает. А за ним у самого края острова стоит ветхая лавочка. Паренёк запрыгнул на неё и свесил ноги. Где-то там внизу через несколько слоев облаков было едва заметно, как поблескивали волны великого океана. — Съёма!!! Мелкая стояла за забором с растрепанными волосами и подергивала сетку, как обезьянка в зоопарке. Брат слегка улыбнулся, помог сестре надеть ремень с привязью (не дай бог оступится), а затем посадил перед собой на лавочку и принялся вычесывать гребешком сырые волосы. Мелкая просто начала напевать какую-то дурацкую детскую песенку и трясти ногами, пока ее лицо обдувал свежий ветерок.