Ангельское солнце

Оставив путешевенницу одну, Колумбина посмотрела в потолок, задумавшись о чём-то своём. В этот раз Субретка уже не стала запирать на ключ дверь, ведь в этом не было необходимости. В её доме кроме пения, больше почти не было звуков, потому даже скрипение полов в другой комнате, сразу даст понять что кто-то, да ходит по нему. Постояв в такой позе с минуту, та всё таки направилась на кухню, но в этот раз уже, что удивительно, не напевая свою мелодию. Было уж слишком много мыслей, что-бы сейчас перебивать их чем-то музыкальным. Как минимум её гложил вопрос о том, как так вышло, что блондинка от столь слабого, по её мнению давления, так легко поддалась? Неужели путешевенница была столь слаба или.. — Она была уже сломлена, - прошептала Колумбина, беря в руки чужую грязную посуду. Это было единственное логичное объяснение сей ситуации, ведь не могла же та, кто смог одолеть архонта, тысячи людей, дракона, лишь в одиночку, оказаться столь легко пробиваемой? На мгновение падший ангел задумалась, а есть ли тогда смысл продолжать делать что-то с златовлаской? Поразмышляв над вопросом, она медленно кивнула сама себе, суя посуду под струю воды. Никакая сломленность и отчаяние, не должно поощерять то, что натворила путешевенница, ведь.. Насколько бы ни была бесчеловечна и бесчувственна третья, но проходя по улице, слыша плач невинных детей и родственников, узнавших о смерти, даже её холодное сердце пронзал укол боли. В конечном итоге, именно из-за этого чувства, чувства сострадания к своему народу, она и возненавидела Люмин. С этими мыслями, третья сложила посуду сушится и собралась было отправится к путешевеннице, дабы проверить, уснула ли она, да вот только услышала знакомый стук во входную дверь. Обернувшись, она легонько улыбнулась, уже зная кто это, но единственное, чего она не поняла, что четвёртой нужно было сегодня. Пройдя к двери, она распахнула её, открывая своему взору высокую женщину, что была ниже её по званию в предвестниках. Арлекино выглядела уставшей и была вся в снегу из-за метели, но на лице появилась слабая улыбка увидев свою давнюю подругу. "Отец" приложила руку к груди и сделала приветственный поклон Субретке, задавая вопрос, на который уже знала ответ. — Я войду? - Колумбина лишь бросила быстрый взгляд на дверь в свою комнату, а после снова вернула его к Арлекино, пропуская внутрь. — Ах, конечно-конечно, дорогая. Я не ожидала увидеть тебя в столь поздний час. Что тебя привело сюда? Арлекино топнула ногами на пороге дома, скидывая снег с туфлей проходя в коридор, неохотно снимая обувь с накидкой, пока выше по званию девушка закрыла за нею дверь. — До Пьеро дошла информация что путешевенница в Снежной, - сразу перешла к сути Арлекино, - он расставил всех агентов по периметру города и на каждую сотню метров вокруг границы Натлана и Снежной, но прошло уже двое суток и ни там, ни тут не было даже и упоминания о ней. Потому Пьеро попросил передать всем не присутствующим на последнем собрании — это. Договорив последующие слова, она вытащила из внутреннего кармана пиджака, конверт вручая его Субретке. Обладательница розовых глаз, приоткрыла веки, тронула пальцами заветную бумагу, вытаскивая исписанную бумагу. `` От: Пьеро Для: Колумбины Уважаемая третья предвестница, спешу сообщить что на окраинах города, наши агенты видели человека, очень похожего на везде прославившуюся путешевенницу, но те решили сразу отправится в город, дабы сообщить об этом мне, но теперь её нигде не видно. По опросу жителей Снежной так же не было выявлено что бы они видели кого-то похожего на путешевенницу. Я не смею заставлять вас выдвигаться на поиски, но хочу лишь попросить быть вас более внимательной и при встрече с ней, привести путешевенницу ко мне или к Царице. Конечно, этот приказ был и ранее, но сейчас я так-же хочу дополнить, что за выполнение данного требования, вы не просто получить высокую премию, но так-же в дополнение, я возвышу вас до второй предвестницы`` Дочитав письмо до конца, Колумбина сложила его, кладя на ближайшую тумбочку, и как ни в чём не было, взглянула на Арлекино, что смотрела в потолок облокачиваясь на стену, словно в ожидании вердикта Субретки. — Так значит сошедшая уже в Снежной? - словно только что узнала предвестница эту новость, - что же, благодарю тебя, Слуга, за честь в такую метель, принести мне эту новость. — Не стоит благодарности, Колумбина, - медленно помотала головой Арлекино, отстраняясь от стены, - это всего-лишь моя работа и не более. Мне ещё надо отнести пару конвертов для Панталоне и Педролино, что так-же не смогли прийти по своим причинам. — Значит, ты уже уходишь? - приподнимая свои брови, уточнила темноволосая предвестница вглядываясь в "Отца". — Я бы с радостью осталась на чашку чая, но на улице и так сильная пурга, я бы, не хотела задерживаться с заданием. Изначально хотели назначить это поручение Чайлду, но этот рыжий болван, так и не выздоровел до конца, - выдохнула Арлекино снова кладя руку на накидку, снимая её с вешалки, - но всё же пара минут нахождения в твоём доме дало мне немного согреться, благодарю тебя, коллега. — Не стоит, мне всегда приятно принять тебя в свою обитель, - прошептала Колумбина и не удержавшись, ступила ближе к четвёртой. Её руки приподнялись к шивороту Арлекино, словно мать, начиная поправлять одеяние "Слуги", дабы выглядела она более презентабельно и красиво, несмотря на метель. Слуга ещё раз отблагодарила Колумбину, делая малый поклон и целуя чужую, тыльную сторону ладони третьей в дань уважения. Уже на выходе, женщина на секунду остановилась оборачиваясь и смотря на Колумбину. — Сегодня ты слишком сдержанная, - заметила Слуга, - и камин смотрю решила впервые за столь долгое время разжечь. Не хочется влезать в твою личную жизнь, но позволь спросить, всё ли хорошо? Улыбка на мгновение сошла с губ, но на языке почти сразу пришло оправдание, самое банальное, но правдоподное. — Сегодня заходил мой старый знакомый, с кем я давно не видалась. Ему было холодно, потому и пришлось привлечь тепло в свою обитель. А сдержанна я всё по той же причине, вспоминая как раньше часто я проводила время с этим человеком. Её ответ звучал убедительно, потому четвёртая лишь слегка дёрнула уголками губ, медленно кивая, как-бы показывая, что она поняла, о чём идёт речь. Попрощавшись, Субретка заперла дверь и облегчённо выдохнула. Арлекино была единственной из всех товарищей по работе, кому она доверяла, но даже ей нельзя было знать кто находился в её доме помимо них, потому она и решила скрыть эту информацию как можно от большего количества глаз и ушей. В конечном итоге, несмотря на предложение, что было указано в письме о повышении в должности и получения высокого ганорара, предвестнице этого всего и так хватало. Сошедшая была явно интереснее для неё, нежели какая-то кучка денег и звание, которое у неё и так было достаточно высокое для предвестников. Нежный диван заставил путешевенницу уснуть раньше, чем она рассчитывала, а повязка, которой ей связали руки, оказалась на ощупь приятной и такой-же мягкой, отчего сильного дискомфорта это не приносило. Толстое, возможно перьевое одеяло, прижимало тело к постели, сохраняя тепло и комфорт, которого ей так не хватало находясь последнее время, в маленькой кладовке. Во сне, она почувствовала как что то мокрое и холодное легло на её лоб, снимая жар от температуры, а далее и тихое поскрипывание кровати сбоку. Спросонья ей показалось, что это была Паймон, потому её тело инстинктивно попыталось повернуться к подружке, дабы обнять её, но привязанные крепко к изголовью кровати руки, не давали и шанса на это, потому она смогла повернуться только телом, причиняя слабый дискомфорт запястьям. И стоило ей только перевернуться на бок, чужая, холодная рука, упёрлась в верхнее плечо, кидая блондинку обратно на спину, заставляя на мгновение приоткрыть золотые глаза, несколько секунд смотреть в потолок, а после снова погрузится в сон, не успев полностью прийти в себя. Колумбина же тем временем, без улыбки смотрела на спящую чужеземку, явно которой не нравилось присутствие путешественницы в одной кровати, но увы, ей пришлось смириться с этим. Она взяла одеяло и немного натянула его на себя, тем самым оказываясь вместе с златовлаской под одним источником тепла. Колумбина уже привыкла что одеяло обычно всегда было холодное всю ночь из-за отсутствия теплообмена, но сейчас её кожа ощутила впервые за десяток лет тёплое покалывание в теле от нагревшегося постельного белья. Неохотно её руки сами по себе натянули одеяло с путешевенницы к себе, словно желая телом вкусить ещё немного этого странного, но до боли приятного изменения "климата" в постели. При этом, она даже не заметила как в итоге полностью стянула единственный источник тепла с златовласки, которая в свою очередь начала дрожать от резкого холода, пустившегося по всему телу. В то же время, сонная предвестница, что стянула всё постельное белье, приоткрыла свои веки, видя эту картину и не желая вставать, дабы укрыть, она подползла ближе к златовласке, не желая чтобы пленник замёрз этой ночью. Немного возвысившись над путешевенницей, кладя руки по обе стороны от чужого тела, она приподняла одну руку, хватая одеяло, и перекидывая его через своё и чужое тело. Она уже было хотела снова отползти, но её рука невольно скользнула по матрассу, заставляя ту пасть прямиком на чужое тело уперевшись на секунду лицом в чужое плечо. Блондинка дёрнулась, раскрыв быстрым движением глаза, издав вздох удивления от соприкосновения горячего и холодного тела. — Какого чёрта?! - крикнула Люмин, инстинктивно желая руками скинуть холодную девушку с себя, но из-за блокировки движения, естественно, ничего не вышло. — Замолчи, - шикнула предвестница вставая с чужого тела, отодвигаясь на другую половину кровати, - это была не более чем случайность, когда я поправляла одеяло. Блондинка повернула голову наблюдая как чёрные, с розовыми прядями волосы стекали по чужому телу на кровать. Колумбина отвернулась от лица златовласки, из-за чего путешевенница не видела эмоций Субретки, которая часто задышала после сего произошедшего. Люмин не стала задавать более вопросов, в голове создав картину того, что Предвестница сейчас возможно злится из-за произошедшего. Но сама же Колумбина сейчас скорее не злилась, а пыталась понять, что произошло пол минуты назад. Прильнув всего на мгновение к чужому телу, она покрылась мурашками от столь обжигающего тепла, а после и вовсе она услышала этот невинный, беззащитный вздох. Это чувство было таким странным и непонятным предвестнице, что её это одновременно и злило, и удивляло. — Спасибо, - раздалось тихое шептание Люмин, что вывело из мыслей Субретку, заставив обернуть голову через плечо, - за холодную тряпку на лбу.. кажется, мне даже стало чуть-чуть легче. Колумбина выдохнула, снова отворачиваясь, глядя в стену. Не хотелось ничего отвечать, но что-бы как-то избавиться от странных мыслей в голове, Субретка произнесла. — Не считай это чем-то особенным, сошедшая. Просто не хочу что-бы ты сгорела, - уже немного спокойнее, так же в ответ прошептала третья предвестница, - спи, утро вечера мудренее. — Прости за вопрос, - через несколько секунд молчания произнесла Люмин, - почему ты вечно зовёшь меня сошедшей, когда у меня есть имя? —Видишь ли, мне не хочется звать кого-то, кто мне не нравится, по имени. Ты для меня не более, чем вещь, нежели личность, сошедшая. Казалось, Люмин уже хотела чем-то возразить или просто продолжить разговор, но Колумбина перебила её песней, которая стала отражаться от стен комнаты. Блондинка лишь вздохнула наконец снова закрыв свои глаза. И вот так, впервые за несколько лет пребывания в Тейвате, девушка лежала в кровати с кем-то помимо Паймон. Не сказать что это было комфортно, несмотря на теплую постель и приятную ушам мелодию, к которой, наверное к счастью для девушки, она успела привыкнуть. Всё же лучше в одной кровати с врагом, чем в одиночестве, в холодной кладовке, не так ли? С этими мыслями блондинка наконец поникла во второй раз за ночь, в единственном месте, где могла быть свободной, в свои сновидения. Но что же до Колумбины? В отличие от блондинки, она не смогла уснуть столь быстро, как её сожительница. Услышав чужое посапывание, она наконец развернулась к беззащитному телу путешевенницы прекращая пение, окуная их обоих в тишину ночи. — Что же ты такое, путешевенница.. - проговорила Колумбина убирая чужие волосы с лица блондинки, специально стараясь коснуться щёк, дабы ещё раз ощутить её тепло, - действительно ли ты ошибка мира.. или подарок что пришёл с небес? Только сейчас она в полной мере начала осознавать, что блондинка, была нечто иным, чем просто холодным убийцей. Человек, что сошёл не туда. В руках предвестницы было одно из сильных оружий, одно из сильнейших существ Тейвата. Не человек, божество. Ангел что управляет божеством.. где такое видано? «Что если заставить тебя нуждаться во мне, сошедшая.. Превратить тебя не в оболочку без души, а полноценно заставить нуждаться во мне? Показать, что ты без меня никто..» Это было бы даже хуже наказание для блондинки, чем просто лишить её всех эмоций. Заставить эту несчастную девушку, думать только об одной себе. В её голове это звучало даже лучше, чем её изначальный план. Видеть, как Люмин будет умолять остаться и не покидать её.. В голову вернулся момент с воспоминанием, когда она собиралась уйти из комнаты и этот отчаянный голосок: «Ты ведь вернёшься?» Улыбка Субретки увеличилась и она снова отвернулась от Люмин прикрывая свои глаза, предвкушая в мыслях эту чужую привязанность и желание делать всё, лишь бы Колумбина не бросила её.. С такими мыслями, третья погрузилась прямиком вслед за блондинкой в сон.