this is all for your (and yours)

      когда минхо впервые сказал: "никакого секса до восемнадцати", джисон это успешно проигнорировал.       ну а что? он, конечно, покивал болванчиком, мол всё понял, но в глубине души надеялся, что первая ночёвка окажется с успешным завершением вечера. да даже если не первая. происходят они уж точно чаще, чем хану стукает почтенный возраст совершеннолетия. до него, кстати, осталось всего чуть больше полугода, только вот руки чешутся исследовать чужое тело намного раньше.       поэтому, когда они лениво целуются на большой двуспальной кровати минхо, джисон не упускает шанса залезть под безразмерное розовое худи. старший выглядит как софтовый мальчик из тамблера, в комфортной компании надевая лишь что-то мягкое и обязательно в тёплых оттенках. на публике же он статный и уважаемый мужчина в строгих костюмах, а также руководитель нефтегазового сектора, чей возраст едва перевалил за двадцать пять.       – стоять, – поцелуй прерывается, и пара чёрных глаз строго выглядывает из-под рыжей чёлки. – ещё полгода, милый.       джисон пару секунд ошарашенно смотрит в ответ. блять, он действительно собирается придерживаться этих принципов?       – ну хён, – ноет хан. – чего ты как дед, реально. мне же не пять, а тебе не сорок, в чём проблема просто взять меня? к тому же, – он кивает на ширинку собственных джинсов. – я уже готов.       минхо отпускает смешок и позволяет себе маленькую ухмылку, после чего отрицательно машет головой.       – восемнадцать, милый, во-сем-над-цать.

🎀

      не получилось и в четвёртый, и в седьмой, и в десятый раз. джисон готов рвать волосы на голове левой рукой, а всё потому что правая уже стёрта в мозоли. каждый день дрочить на светлый образ самого прекрасного мужчины в мире, как оказалось, достаточно сложно.       но как же приятно.       хан сдаваться не собирается, да мысль о том, что подождать всё же может быть одним из вариантов, тоже не отстаёт.       хотя победить минхо ей намного сложнее. особенно в те моменты, когда крепкие руки с невероятно эстетичными нитями вен сжимают задницу, похлопывая по ягодицам и невесомыми прикосновениями добираясь до тонкой талии. минхо целуется как бог, пальцами надавливая на все нужные точки, пока джисон гадает, насколько глубоко могут войти в него эти самые пальцы.       боже, чтобы не возбудиться при наборе всех этих факторов, нужно быть импотентом.       вот только хан слишком молод и в самом расцвете сил, посему и заводится с любого неосторожного движения возлюбленного.       – ты ко мне сегодня приедешь? – слышится голос из динамика, пока джисон сверлит стенку взглядом. даже его уверенный и властный голос заставляет колени позорно сводиться друг к другу, а мысли путаться. – сон-а, хватит зависать, дай мне чёткий ответ.       – приеду, – моментально отвечает младший. – как всегда в восемь?       – да, – минхо тяжело выдыхает. – я закажу тебе такси, боюсь, что не успею забрать тебя сам, учитывая прекрасную стопку документов на моём столе.       джисон хихикает, желая мужчине удачи и побольше нервов, после чего вызов завершается. остаётся лишь он и вставший наполовину член.       вставший наполовину член?       ох, блядство. да здравствует спермотоксикоз.

🎀

      когда джисон добирается до квартиры старшего, погода решает пошутить. в тёплом августе устроить подлянку в виде страшного ливня.       капли ударяются о стёкла и крышу машины с такой силой, будто из автомата обстреливают. дороги быстро заполняют лужи, деревья раскачиваются от беспощадного ветра, а новый план по потере девственности созревает в голове.       – сейчас, – слышится через пару минут сквозь закрытую дверь. минхо быстро открывает её, осматривая гостя. ухмылка трогает губы при виде мокрого мальчишки. – хомяк промок...       – ой, иди ты в задницу, – хан закатывает глаза, проходя внутрь.       эта квартира всегда приветствует его теплом и приятным запахом «апельсин-корица», который исходит от недавно зажжённых свечей в зале.       мокрая толстовка висит на крючке в шкафу, грязные кампусы небрежно раскиданы на коврике в прихожей, а губы наконец-то находят правильное место, осторожно прикасаясь к чужим. джисон закидывает руки на крепкие плечи, привставая на носочки, чтобы дотянуться до любимого лица.       – устал? – он заглядывает в прикрытые глаза минхо.       – хочу с тобой в постель, – на их языке это значит больше, чем да.       поэтому им хватает мгновения, чтобы джисон в домашней одежде лежал рядом с мужчиной, сильнее прижимаясь и укладывая голову на крепкую грудь.       сегодня они смотрят какой-то сериал, который выбрал минхо. хану сразу казалось, что после тяжёлого дня в школе и такой же тяжёлой домашки, которую по условию родителей он обязан был сделать, чтобы уйти к другу, он уснёт моментально. поэтому не удивительно, что веки стали тяжелеть на первой сцене, по итогу окончательно закрываясь и оставляя фразы героев фоновым шумом.       глаза распахнулись, казалось бы, через минуту, но телевизор напротив кровати был выключен, а сверху доносилось мирное сопение. за окном громыхало, напоминая про план, который был создан ещё в такси.       прижаться, поскулить, начать жмуриться и свести брови домиком.       ага. звучит легко, но внезапное смущение сбивает весь настрой.       как можно так бессовестно будить уставшего мужчину?       – мх... – срывается с губ быстрее, чем джисон успевает ответить на собственный вопрос. видимо, так и можно.       молния белой вспышкой подсвечивает тёмные шторы, а хан жмётся ближе. пальцами вжимается в чужую кожу и щекой потирается о ткань бежевой майки, а после всхлипывает.       – хён, – зажмуривает глаза, вжимаясь щекой в грудь. как же палевно. – ах... хён...       – м-м, – мычит минхо, рукой нащупывая чужую макушку. – что такое, милый?       младший в ответ лишь стонет, сильнее обвивая бедро мужчины, на которое закинул ногу ещё в начале фильма.       старший перебирает светлые пряди, массирует кожу головы в надежде, что успокоит мальчишку, но тот на прикосновения ластится, всхлипывая чаще.       – хан-а, – открывает наконец-то глаза, пытаясь привыкнуть к темноте. – что случилось, маленький?       уши краснеют, но джисон молчит. как же приятно слышать это прозвище с уст возлюбленного. только сдавленное мычание и стон вместо слов.       мужчина напрягается, аккуратно приподнимая щекастое личико за подбородок. всматривается и наконец-то замечает сведённые к переносице брови. и ощущает, как что-то отчётливо давит на бедро.       – хэй, маленький, проснись, – игра начинает набирать обороты.       джисон пару секунд не реагирует, заставляя старшего повторить. после третьего раза открывает глаза очень медленно, будто действительно только что проснулся.       – м-м, хён, – он дует губы.       – что-то случилось, хан-а? ты беспокойно спал.       джисон смотрит в окно, пытаясь избежать зрительного контакта с этим дьяволом. что-то неразборчиво мямлит, добавляя тише:       – во сне было так приятно, хён, ты так хорошо касался меня.       – вот как... – минхо понимающе кивает. – именно поэтому у тебя сейчас каменно стоит? возбуждён только от своей фантазии, это мило.       – эм-м... хён, я... – младший мямлит.       – это провокация, хан джисон, – неожиданно шепчет старший. – и маме своей не говори, маленький.       мужчина опрокидывает джисона спиной на мягкие простыни, двумя руками опираясь по разные стороны от головы. вдавливает в промежность колено и целует.       хан мычит в чужие губы, выгибаясь в позвоночнике и проезжаясь членом по скрытому тканью бедру. его словно током прошибает, когда одна из ладоней прижимает его обратно к матрасу, ограничивая движения крепкой хваткой на талии. да, джисон точно может признаться, что ловит жесточайший кинк на силу и разницу в их размерах.       поцелуй выходит за рамки привычного. язык проходится по дёснам, и, как только младший приоткрывает рот, минхо углубляет. голова кружится от всех действий, руки подрагивают, обвивая шею, но джисон старательно пытается ответить на поцелуй.       у него с минхо всё впервые.              красные губы спускаются к шее, попутно мажа по чёткой линии челюсти. всхлип вырывается неосознанно, как только мужчина прикусывает нежную кожу.       – тебе так не терпится почувствовать член в своей заднице, маленький? – минхо дразнит чувствительность младшего несильными укусами, покрывая ими, кажется, каждый миллиметр своего пути. – такой робкий и несдержанный мальчишка.       джисон кивает на каждое слово, потому да, да, да, он нетерпеливый, даже слишком, до того, чего ему хочется.       а конкретно сейчас хочется минхо. и пятно от предэякулята на нижнем белье тому свидетельство.       руки задирают мягкую ткань, открывая вид на подтянутый живот и розовые яркие соски. мужчина улыбается:       – рот открой.       младший послушно размыкает губы, сжимая их после того, как край футболки цепляется за передние зубы. минхо кивает, приглаживая непослушные прядки на чужой макушке.       старший кончиками пальцев ведёт от милого кадыка до пупка, щекоча своими прикосновениями. ему в удовольствие наблюдать за заломанными бровками мальчишки, который бесполезно пытается уйти от дразнящих покалываний под кожей.       он аккуратно стягивает нижнее бельё вместе с пижамными штанами. возбуждённая головка с характерным звуком шлёпает по поджатому животу, заставляя хана вздрогнуть. смущение под тяжёлым взглядом кошачьих глаз старшего охватывает желанием свести колени, спрятать наготу. но минхо не позволяет, разводит острые колени в стороны, наклоняясь.       теперь джисон может ощутить скрытый под спортивками бугорок, упирающийся в мошонку.       старший аккуратно касается губами пухлых щёк, начиная с милой родинки на правой и заканчивая поцелуем в проколотую мочку. ладонь обхватывает твёрдый член младшего, пока тот сжимает простынь в кулаках. это ещё более приятно, чем касаться себя с одной лишь мыслью об этих руках.       – может, начнём с дрочки? – минхо задевает ноготком уздечку, успевая поймать плаксивый стон своим ртом.       целует нежно, пытаясь через это своеобразное слияние душ выразить всё, что чувствует к мальчишке под ним. и забрать все чувства, которые этот мальчишка дарит в ответ.       – хочу тебя в себе, хён, – он отрывается, после кратко чмокая уже порядком покрасневшие губы. – пожалуйста, минхо-хён, забери мою девственность.       минхо ломает.       сердце просто не позволяет отказать такому нуждающемуся джисону.       старший отстраняется на мгновение, отходя к письменному столу, где его ожидает рабочая сумка. выудив из переднего кармашка на замке небольшой пакетик со смазкой, он спешит вернуться к горячему и горячо любимому парню, что ожидает его в мятых простынях.       – откройся мне, маленький, – мужчина подхватывает ноги хана под коленями, приподнимая. – держи их в таком положении.       сумев преодолеть смущение, младший выполняет просьбу. внимательно наблюдает за тем, как минхо открывает смазку, выливая себе на пальцы. колечко мышц сжимается в предвкушении, мелкая дрожь пробивает тело.       совсем не страшно.       с родным хёном уже ничего не страшно.       – максимально расслабься, милый, – старший водит по входу самым кончиком пальца. – если станет больно – останови меня, хорошо?       дождавшись кивка в ответ, минхо аккуратно входит. он не спешит, пытаясь растянуть младшего для себя бережно. вводит второй после ещё одного кивка светлой макушки, с нажимом проводя по стеночкам внутри, сгибая пальцы в поиске главной точки наслаждения.       и как только находит, кажется, сам вздрагивает от удовольствия на лице хана. младший высоко стонет, до синяков сжимая собственные бёдра:       – ещё, хён-а, было так приятно, сделай так ещё раз.       минхо делает. конечно, он сделает это, и не только пальцами. мальчишку хочется опорочить, загнать собственный член по основание грубо, вылизать после всю сперму из этой дырки.       однако сейчас он лишь добавляет третий палец, который проходит достаточно легко. сейчас должно быть нежно. подарить джисону первый раз хочется нежно.             убедившись в готовности, минхо спускает спортивки с нижним бельём, тяжело выдыхая на долгожданную свободу от мешающейся и ненужной ткани. скользкой ладонью проводит от основания члена до красной головки, возвращаясь обратно, и аккуратно пристраивается к уже податливому колечку мышц.       небольшой толчок, и джисона встряхивает. он отпускает руки, цепляясь ногтями за простыни.       минхо продолжает движение, закидывая чужие ноги себе на плечи. мельком целует мягкую кожу на лодыжке, поглаживает большим пальцем.       – замечательно, маленький, ты так хорошо принимаешь меня, справляешься просто превосходно. потерпи чуть-чуть, сейчас будет приятно.       у старшего давно сбилось дыхание, теперь он держится лишь для того, чтобы не войти полностью резко.       через пару секунд, тянущихся целую вечность, их бёдра касаются друг друга.       минхо низко стонет, останавливаясь, дабы дать младшему привыкнуть. в ушах звенит, но даже через этот гул мужчина улавливает всхлипы.       сразу же обращает внимание на скрытое под руками лицо. мальчишка вздрагивает с каждым новым всхлипом.       – эй, милый, – старший мягко касается чужих запястий, осторожно отодвигая маленькие ладошки от красного личика. его приветствуют слёзы в ярких глазах и мокрые дорожки на щеках. – тебе больно? маленький, не нужно было молчать, боже, давай я сейчас выйду, мы примем тёплую ванну и уже в следующий...       договорить, точнее продолжить тараторить с максимально беспокойным видом, ему не дают. хан улыбается, продолжая шмыгать носом:       – хён, мы сделаем это сейчас. мне слишком хорошо, чтобы ты так подло оборвал всё удовольствие.       – но слёзы, милый...       – я немного перевозбудился, – он смущённо отводит взгляд. – мне так хорошо, минхо-хён, с тобой мне всегда хорошо.       мужчина облегчённо выдыхает, неуклюже целуя покусанные губы хана.       такой непредсказуемый.       – тогда продолжаем? – с пущим энтузиазмом хмыкает старший. его ладони наконец-то занимают законное место на мягких ляжках, сжимая.       – да, хён, да.       но теперь минхо толкается увереннее.       член не успевает выйти даже на половину, как его загоняют по основание вновь. комната наполняется запахом любви, а звонкие вскрики джисона отскакивают от стен.       у младшего глаза закатываются в исступлении, пока он царапает предплечья мужчины. минхо не врал, действительно приятно. приятно на грани слишком.       он так хорошо наполняет его, входит под нужным углом и постоянно проезжается по простате. у джисона голова кругом, а слова благодарности с губ срываются в унисон с ноющими всхлипываниями.       – спасибо, спасибо, хён, спасибо, что я твой, спасибо, – мальчишка скулит на последних буквах, долго тянет их.       минхо с каждым словом ускоряется, со звонкими шлепками врезаясь в красные от частых соприкосновений ягодицы. одна из рук ползёт вниз по бедру, в конечном итоге обхватывая горячую плоть.       у джисона на животе уже лужа смазки, о которую его член при каждом движении бьётся, выпуская новые капли из алой головки.       мужчина надрачивает в такт своим толчкам, упиваясь вскриками и громкими стонами. младший плаксиво просит не останавливаться, пока минхо увеличивает амплитуду.       – маленький, ты такой маленький, хан-и, – загнано дышит старший, склоняясь ближе к мокрым глазам. одновременно с этим он складывает джисона пополам, удивляясь такой прекрасной гибкости. – я куплю тебе ошейник, милый, ошейник, где на кулоне будет выведено моё имя.       он резче двигает ладонью по возбуждённому до предела органу мальчишки.       – я скоро, хён, ещё чуть-чуть, пожалуйста! – джисон ноет, вплетая пальцы в чужие волосы. их лбы соприкасаются, после чего они оба жмурятся.       – только мой, хан-а, ты только мой.       в ушах звенит от резкой вспышки удовольствия. хан глаза закатывает, сжимая член в себе, пока дрожь пробивает тело. его разум далеко в исступлении.       тёплая вязкая жидкость окрашивает белыми каплями живот, пока минхо содрогается внутрь. они долго кончают, стараясь отдышаться после оглушительного оргазма, иногда прерываясь на поцелуи.             джисон чувствует себя на седьмом небе от наслаждения, перебирая мокрые пряди на чужой макушке.       он только что лишился девственности.       с самым любимым мужчиной.