stolen notebook

Новый сосед  по  парте оказался хорошим — даже слишком. Не в том плане, что он — тот самый одноклассник из  клише в тик токе, с которым вы соулмейты или просто ментальные братья-близнецы. Да даже не тот  спокойный отличник, который готов всегда помочь; не тот  тип учеников, который может  заболтать  учителя на весь  урок и никогда не даст  заскучать, бесконечно засыпая глупыми анекдотами — нет. Ничего из  вышеперечисленного. Этот парень молча сидел и выполнял  задания, лишь изредка отвлекаясь на сообщения в мессенджере. Этого Сону было более чем достатосно, ведь до этого одноклассники, делившие с Кимом парту, были ну слишком уж гиперактивными. Темноволосый блаженно выдыхает и растягивается на парте, мельком наблюдая за ленивой обстановкой в классе, параллельно наслаждаясь непривычной тишиной со стороны соседа — да, сегодня определенно какой-то праздник.

***

Когда садишься с кем-то  за одну парту — будто снимаешь одно жилье. Такой расклад априоре накладывает  разного  рода обязательства. Банальный пример из  реальной жизни: что-то  вроде дележки  счетов за квартиру, воду, электричество; в рамках  школы — это помощь  друг  другу на работах, турниры по  крестикам ноликам на скучнейших теоретических занятиях по  географии и, конечно, смех до боли в животе из-за очередной мелочи. Когда садишься с человеком за одну парту, словно  становишься невольно  ближе — уже не просто  одноклассниками, а как минимум товарищами, что даже учителя это подтверждают в своих неуместеых колких комментариях. Их: " товарищи за  четвертой партой у окна.." уже стало ( или всегда было) чем-то таким метким и правильным. И правда — товарищи. Но с новосельцем все как-то  не так. В попытках  обратить  на себя  внимание, колпачок от  ручки целеноправленно  отлетает  на противоположный край парты, после чего  Ким осознает, что  попытка реально глупая и, вроде как лишена смысла, но парень  придумал оправдание в случае чего, так что  отступать  и вовсе некуда. — Ох, извини – театрально выдавливает  из  себя младший. Не зря же на актерское мастерство  ходит, хоть и в бытовых ситуациях, но поставленная интонация спасает от полного позора. Однако, вместо  продолжения спектакля, резко  наступает  антракт. Сону видит его впервые — почерк молчаливого  соседа. Это действительно можно  назвать  искусством. Символы, так старательно выведенные, сливаются в строку, а далее в страницу аккуратного писания. И это необычно. Что заставляет невольно задержать взгляд на тексте, смысл котороо не так уж и важен. Ким зависает ровно до тех пор, пока старший случайно не перекрывает доступ к просмотру сия шедевра, заслоняя записи предплечьем, которое обвивает блуза орехового цвета. Ким быстро хватает часть письменной  принадлежности, отправленной в полет на соседний край парты пару секунд  назад. Старший на эту ситуацию  никак не реагирует, лишь монотонно продолжает выглядывать что-то  на доске, видимо, в поисках  новых материалов  для записи, когда слышит со стороны: —Классный почерк..                                         

***

А почерк действительно классный. Сону ловит  себя  на мысли об этом чуть  позднее, но  с легкостью  отмахивается, будто  бы ничего такого и не было, пока болтает со  своим другом, сидя на скамье, бесстыдно отлынивая от  занятий физкультурой. – Кому вообще нужна эта физра? — возмущенно  тараторил Ким другу, который в отличие от  него  самого  был  освобожден вполне законно. Короткое пожимание плечами свидетельствует  о  том, что  Ни-ки  разговаривать  не очень-то  и хочет, или он  устал  от  бесконечных  глупых  вопросов старшего, на что  Сону картинно  отворачивается и прекрасно  вживается в роль обиженки. Парень  облокачивается о стену и устало  выдыхает, глядя на режущий  свет  прожекторов в спортивном зале, параллельно прикидывая сколько  метров  от  покрытия площадки  до  потолка. На мгновение свет потухает и приходит осознание, что волейбольный мяч прилетел  аккурат  под  нос. Сону не успевает  даже вскрикнуть, лишь рефлекторно  дергается и почти  мгновенно  распахивает  глаза в поисках виновника и уже с ощутимой болью  в области  носа и затылка. В спортивном зале повисает неловкая тишина, хотя куда стандартней и логичней было  бы, если бы ребята глупо  посмеялись  с этой ситуации и разошлись  играть дальше. Противное, в какой-то  степени тошнотворное помутнение в глазах  мешает  воспринимать  происходящее как следует. И  только  тогда, когда Кима дергают за плечо, старшеклассник, вроде как включается в действительность, словно  по  щелчку выключателя. Перед  собой старший видит обеспокоенного Ни-ки, который продолжает грубовато потряхивать Сону. Друг помогает подняться с места, после чего они вместе покидают зал, ибо Рики говорит о том, что  Сону нужно сводить в медпункт. Через  несколько  минут, Ким точно  ощущает  себя в медицинском кабинете, а главный признак этого — запах. Сону практически не выносил ароматы медикаментов и всяких  пахучих пластырей, но из-за кого-то там, кого  он  еще не вычислил пришлось терпеть. Кровь  перестала течь довольно быстро, что свидетельствовало о том,что удар был не такой уж и сильный, но явно ощутимый в первые минуты после проишествия. Сейчас же о  произошедшем напоминали лишь  слегка опухший нос, испачканная белая рубашка и моральный осадок.  За последнее в особенности  юноше хотелось  пожаловаться кому-нибудь, чтобы выговориться о несправедливости судьбы. Зато,  Рики одолжил кофту( которую старший уже неоднократно пытался стащить), чтобы красных  пятен, так ярко выделявшихся на белой ткани, не было видно. За это Сону будет  еще долго  благодарить младшего, и, быть может, даже угостит чем-нибудь вкусным Нишимуру. Сону возвращается в класс примерно через  пятнадцать  минут  после  звонка на урок, но  никто  лишних  вопросов  и не задает, лишь  сопровождают переживающими взглядами.  Приятно, что  одноклассники беспокоятся, чему блондин слегка улыбается и поспешно занимает место рядом с Паком, который что-то  усиленно  расписывает в тетради. Сону нехотя достает учебники и с удрученным видом старательно  пытается  работать, с полной концетрацией включиться в урок, однако, еще не до конца стабильное состояние дает  о  себе знать, и внимание к работе значительно падает  ко  второй половине занятия. И как назло преподаватель внезапно решает  провести небольшой тестик именно сейчас. Сону  не очень хорошо сейчас соображает, но делать  нечего. Получив лист  с заданиями, парень постарался приступить к выполнению, искренне пытаясь написать хоть что-то. Конечно, он  может подойти  к преподавателю  после уроков и объяснить ситуацию, но  не хотелось  бы пользоваться привелегиями раньше времени, если есть иной вариант. Тут, Ким уже готовится принять  факт, что  у него  двоится в глазах, глядя на деревянную  поверхность с несколькими листами  бумаги, но перед тем, как полностью  поверить в  это, старшеклассник получает несильный толчок в плечо, что  заставляет  инстинктивно обернуться. Сону видит удивленного Сонхуна, взгляд  которого так выразительно указывает  на нечто на их  парте. Младший возвращается в прежнее положение и видит это во  второй раз. Этот каллиграфический почерк, в котором так ясно  читаются ответы на полученные ранее  задания.  Пак придвигает  лист  ближе, и Сону быстро  смекает  что  к чему, с благодарностью  кивая и принимаясь  переписывать предложения на свой бланк. Списывать  куда легче, чем  думать  самому, еще и не совсем в ясном уме, поэтому с копированием ответов Ким справляется минут  за семь и с облегчением ложится на парту, прикрывая глаза, и совершенно ясно чувствуя, как сознанием расплывается по  древу. Вырубаться прям в классе парень не планировал, да и звонок, который прогремит с минуты на минуту помешал бы несуществующим планам. Еле разлепив веки, младший натыкается на сконфуженный взгляд Пака, и уж теперь на все сто осознает, что сейчас не до сна. – Сону, я хотел  извиниться. – так непринужденно  начинает старший. Ким подперев голову локтями, с недоумением в путающихся мыслях и закрадывающимся интересом поднимает взгляд  на соседа. –На физ-ре.. – многословно, но  темноволосый констатирует факт и делает  небольшую  паузу, следя  за преподавателем.– Это от меня мяч прилетел  в тебя . Это было  неумышленно, ты не подумай!— Сонхун говорит чуть  громче и на удивление, даже не получает  замечание от  учителя Чхве. Ким хмурится, но  продолжает  молчать,  то ли ожидая  звонка, который должны  дать через пару десятков секунд, то ли тщательно ответ  продумывает. Но  Пак  снова опережает: –Вообще, я тебе  помочь хотел, поэтому и списать  дал, вот – еще больше оправдывается Хун  под внимательным лисьим взглядом. Хорошо объяснил — ничего не скажешь. Поэтому вместо слов и раздается такой долгожданный  звонок. Пак машинально начинает  собирать  вещи, переодически  поглядывая на соседа, но  тот совершенно не меняет своего местоположения и молчит. Старший собирается уйти, как вдруг слышит: —Тогда, дай переписать  конспект  с прошлого урока, – Сону сахарно так улыбается и тоже потихоньку поднимается с места. — и мы в расчете. Очаровательная улыбка вместо  точки. Сонхун дает пару секунд мозгу на осознание сутиации, однако, когда наконец догоняет, то тетрадь аккуратно выуживают  из  его  рук и, Пак лишь видит  удаляющуюся фигуру соседа, через мгновение смешивающуюся с толпой старшеклассников. — И что это такое было? Хун небрежно собирает сумку и спешит покинуть класс, и даже догнать Ким Сону, который так бесцеремонно позаимствовал у старшего тетрадь. Это странно, ведь брюнет даже формального согласия не давал на пользование своей собственностью.

***

Знал бы Пак, что совсем скоро для него станет обыденностью чуть ли не с боем возвращать свои конспекты из цепких рук соседа. Ведь Сону хитрый, как лис, так что старшему далеко не всегда удается одержать победу в подобных схватках, но.. Крепкая рука молниеносно окольцовывает тонкое запястье, с ярым напором притягивая ближе к "нападавшему". Сону, конечно, здорово напугался, но сделать особо ничего не мог, поэтому поддался внешнему воздействию и уже через секунду почувствовал, как ударился обо что-то, точне о кого-то. Парень боязливо открывает глаза, все еще ощущая довольно сильную хватку на руке. — Ким Сону, хватит таскать тетради без моего ведома, ну пожалуйста! — звучит больше как слезная просьба, нежели призыв к прямому действию. И правда, в голосе нет ни намека на агрессию. Светловолосый мягко улыбается, изображая правдоподобное удивление, и даже не предпринимает попытку освободить запястье, лишь внимательно наблюдая за своим ненаходчивым хеном. Хуна же такое поведение настораживает, однако, ответную реакцию получить хочется. — Сонхун, знаешь.. – Ким медленно подносит палец к губам, одновременно с этим набрасывая на себя пелену задумчивости. —Твой почерк сравним с фоточками милых котиков в пинтересте. Так бы взять, забрать себе и, глупо улыбаясь, любоваться долго-долго! — Котики? — Пак не особо уловил взаимосвязь этих диаметрально противоположных вещей. Блондин наигранно хмурится, с легкостью высвобождает запястье, готовясь начать активно жестикулировать, сопровождая словестное объяснение для непонятливого Пака. — Я просто сравнил две красивые составляющие: котиков, они в любом случае красивые и элегантные, так считают все; и почерк, который нужно огромными усилиями доводить до идеала, чтобы получить одобрение со стороны.. – Ким уже забыл, чем хотел закончить свою умную мысль, поэтому, чтобы не показаться совсем рассенням, быстро добавляет. — Я еще слышал где-то : "в почерке душа читается", вот. Так что можешь считать за комплимент. Брюнет невольно брови вскидывает, переваривая сказанное. И младший с удовольствием отмечает легкий румянец, равномерно расползавшийся по светлой коже одноклассника. Ким сладко улыбается, обнажая головокружительные ямочки на щечках. — А ты априори милый. — Как только Хун почувствовал непривычное тепло, ударившее по лицу, то понял — отступать поздно. — Типа котик? — Единственная логичная отсылка в их диалоге, иначе у Сону нет догадок на такое сильное заявление. — Типа пошли на свидание.