Мошенничество

Настя была не столько в ярости, сколько в растерянности. Настя и Макс встречались уже несколько месяцев, и она гордилась способностью пары быть абсолютно честными друг с другом. Или она имела. Молодая женщина никогда не лгала Максу. Она даже не думала об этом. Она просто подумала, что Макс сделал то же самое. Видимо, она ошиблась. Это началось на прошлой неделе, молчание. Настя знала, что если Макс скажет ей хоть слово, вспыхнет пламя. После ссоры она была на грани, и Макс мгновенно уловил ее волнение. Итак, было решено. Ни один из них не приближался к другому, а если и приходилось, то слова были короткими, а разговоры бесполезными. Но теперь мне казалось, будто это было вечность назад. Молчаливое обращение надоело. Однако раны, нанесенные разрушенным доверием и подорванным взаимопониманием, все еще звучали по-новому. Настя прекрасно могла воспроизвести ссору. Настя сидела за кухонным столом, когда Макс вернулся домой с работы в понедельник вечером. Она откинулась на деревянную раму, скрестив ноги и руки, побелев костяшками пальцев. Лицо молодой женщины исказилось от ярости, что было ясно видно по ее глазам и складкам кожи, закрывавшим нос. Макс поначалу ничего не заметил, весело повесив куртку, прежде чем посмотреть на свою девушку. М: Привет сказал он, прежде чем встретиться с ней взглядом. Она не встретила его. И вот тогда он понял. Он выжидающе посмотрел на нее, только тогда увидев презрение к нему на ее лице. М: Что-то не так? Настя усмехнулась, углубляя лицо в плечо. Н: Разве тебе не хотелось бы знать? Настя вернулась, подняв подбородок и встретив лицо Макса. Ее слова были грубыми и жестокими, пронизанными яростной решимостью. Макс слегка наклонил голову и осторожно поднял руки в притворной капитуляции. М: Я сделал что-то не так? Он пытался. Настя закатила глаза и крепче сжала свои руки. Н: Я говорила сегодня с Олей холодно сообщила ему Настя. Глаза Макса заметно расширились, и он значительно побледнел. Он тяжело вздохнул, проведя длинными пальцами по своей челке. М: Она… она…? Настя бросила на него взгляд, который пронзил его сердце, как кинжал. Если бы взгляды могли убивать. Макс вздохнул, признавая поражение, садясь на противоположный конец стола. М: Она сказала тебе смягчился Макс. Глаза Насти еще больше сузились, и она наклонилась вперед, положив руки на столешницу на расстоянии плеч. Н: Ну, разве у тебя нет умения указывать на очевидное? издевалась она, ее тон был все еще, но язвительным. М: Это было очень давно объяснил Макс М: Ничего серьезного не произошло, обещаю тебе. Я дам тебе слово, Насть. Настя ахнула, заметно обидевшись. Н: Ну, теперь твое слово полетит к черту, тебе не кажется? Ты солгал мне! Макс побледнел, отступив от своего положения, склонившегося над столом. М: Я ничего подобного не делал опасно прошипел он. Н: Тогда почему я никогда не знала? рявкнула Настя высоким голосом от осознания обмана. Н: Почему я должна была это узнать от нее? Почему ты мне не сказал? М: Может быть, я знал, что это произойдет. Заметил Макс, вытирая два пальца по столу, чтобы еще больше подчеркнуть свою точку зрения. Н: И когда мы договорились, что будем полностью осведомлены о каждой мелочи, произошедшей за те пять лет, что тебя не было? А? Потому что я, кажется, упустил этот маленький кусочек. Настя с силой стиснула край стола, побелевшие костяшки пальцев побледнели, а лицо разгорячилось. Н: Не каждая мелочь. безнадежно пояснила Настя. Н: Но можно подумать, что что-то столь огромное, как это, стоит знать! М: Мы никогда не обсуждали разговоры о чем-то подобном акцентировал Макс. М: Мы никогда не соглашались на это. Н: Это подразумевалось! Настя вскрикнула: Н: Разве ты никогда не думал, что, возможно, я заслуживаю знать? Макс выдохнул, разочарование от этого действия было очевидным. М: У каждого есть секреты, Насть. нежно прошептал он. Н: Они вряд ли можно назвать секретами, если о них знают многие люди возразила Настя, сдерживая весь свой гнев. Н: Очевидно, я никогда не была настолько важным, чтобы меня впустили в это дело. Видимо, было вполне приемлемо оставить меня в неведении! Макс наблюдал за вспышкой гнева Насти с легким раздражением. М: ты неправильно понимаешь. подсчитал он. М: Я никогда не пытался ничего от тебя скрыть. Н: О, а ты не был? Настя жестоко прервала его. М: Нет! Макс огрызнулся: М: Это был не я! И вряд ли ты имеешь право утверждать, что это был я! Н: Бред сивой кобылы! крикнула Настя, ее глаза сверкнули. Н: Вы намеренно скрыли от меня информацию! Что еще стоит за этим? Для этого нет ни рифмы, ни причины, ни скрытого мотива — ваш мыслительный процесс не предусмотрел никаких неизбежных последствий, кроме моего обмана! Настя с отвращением сморщила нос, а челюсть Макса застыла в камне. Макс даже не вздрогнул, когда Настя выкрикивала в его адрес обвинения, а Настя игнорировала негодяя в своей груди, пытаясь сломить его дальше. Ни один из них не думал рационально, и логика уже давно рассеялась. Вот как произошел спор и как он внезапно закончился. Настя ненавидела себя за то, что так низко наклонилась, но не чувствовала раскаяния в своем взрыве. Она считала, что все в порядке. Очевидно, она была права, а Макс ошибался. Это было так просто. По крайней мере, так она и предполагала, когда кричала и кричала. Теперь, безнадежно размышляя, она задавалась вопросом, что бы произошло, если бы Макс признал ее правоту. Не то чтобы это имело значение, потому что это не имело значения. Не имело значения, какая сторона одержала победу. Несмотря на выигрыш, можно было накопить только один результат: ничего. Кто бы ни победил, если бы борьба продолжалась… это было бы бесполезно. В любом случае… они застряли. В то время этот спор мгновенно задел чувства и разрушил веру. Теперь все, что оставалось, — это подавлять эмоции, связывая их обоих во взаимном недоверии и ярости. На тот момент ни Макс, ни Настя не пожалели о своих словах. Но теперь, когда Настя несчастно сидела рядом с Максом в душном зале заседаний, она молча желала, чтобы всего этого столкновения никогда не произошло. Насте вдруг захотелось научиться читать мысли, ей критически хотелось узнать, где находится Макс во всем этом городе. Его лицо было пустым, пока он слушал монотонную болтовню говорящего. Макс не принадлежал ко всем остальным бизнесменам. Не так. Ссора оставила его отстраненным, и он стал больше походить на корпоративного дрона, чем когда-либо. Настя мысленно вздохнула, долго и бессмысленно глядя в окно, пока час шел медленно. Она почти оцепенела, когда внезапный контакт вывел ее из отчужденного транса. Она чуть не подпрыгнула, но сдержалась, вместо этого тупо и зачарованно глядя на свои колени. Там, на своем колене, Настя заметила загорелую руку Макса, ладонь вверх, пальцы вытянуты в подношении. Настя лишь на мгновение взглянула на лицо Макса. Казалось, он поймал ее взгляд, и лицо его заметно смягчилось. М: Мне очень жаль тихо прошептал он, и в его карие глаза вернулся танцующий цвет. Настя нежно улыбнулась. Н: Я тоже сказала она, принимая молчаливое предложение Макса. Она вложила свои маленькие пальцы в его, наслаждаясь ощущением его руки, снова обнимающей ее. Макс ухмыльнулся, несмотря на то, что снова сосредоточил свое внимание на предстоящей встрече, заметно расслабившись на своем месте. Настя с радостью последовала ее примеру. Н: Нам предстоит обсудить гораздо больше поняла Настя, продолжая выравнивать прерывистое дыхание. Осталось кое-что прояснить, и политику, особенно ту, которая касается честности, придется обновить. Все это было до боли очевидно и удушающе думать об этом, поэтому Настя отпустила это. Потому что только сейчас все вернулось на круги своя. Или настолько нормально, насколько Макс позволял всему быть. И поэтому Настя улыбнулась немного ярче, сжимая руку Макса немного крепче. Они поговорили, спор на время был забыт, и пара снова была счастлива. Н: И это было настоящим облегчением. честно подумала Настя.