Я спасу тебя

Сколько бы команда Аобаджосай не была уверенна в своих силах… Сколько бы Суга не верил в команду… Но… Случилось то, чего Коуши боялся больше всего. Шел второй сет, и вот мяч падает прямо на площадку Сейджо. Звучит сигнал окончания матча. Нет… Они же… не могли проиграть вот так Широторидзаве? Трибуны соперников восторженно кричали победе их команды, а Аобаджосай… Нет… Нет! Они не проиграли! Это же не правда? Сугавара помнит какие радостные были волейболисты. Видел их настрой, что чувствовался даже физически. Помнит как утром, пока никого не было, пожелал Ойкаве удачи, обнимаясь с ним, спрятавшись за спортивный зал. Помнит, как Ойкава обещал ему выиграть, а Суга тихо посмеивался. А сейчас. Что пошло не так? Аобаджосай вышла в финал, как и Широторидзава. И вот они встретились на площадке. Капитаны пожали друг другу руки. Вроде начиналось всё хорошо. И вот первый сет проигран с счетом 22:25. Команда паникует. Они никогда не привыкнут к игре Широторидзавы. Не привыкнут к их блокирующему, что только ломал их. Не привыкнут к удару Вакатоши. А после и второй сет проигран. 23:25. Мяч отскакивает от пола, после опять падает, и катится в сторону. Ойкава опускает руки, гневно смотря на Ушиджиму. Они проиграли. У них второе место. Второе. – Не расходитесь, у нас ещё вручение наград. – Вздохнул главный тренер, пока Суга поджав губы смотрел в пол, но не на игроков. Он не может на них посмотреть. Он не может смотреть на их выражения лиц, что отражали боль и скорбь. Проходит торжественная часть. Они вновь садятся в автобус, уезжая в школу. Рядом с Коуши сидит до ужаса молчаливый Тоору, что тоже не смотрит ни на кого, сжимая кулаки на коленях. Суга уже протянул руку, чтобы накрыть сжатую руку ладонью, но Ойкава отдернул руку, а после отрицательно помотал головой. И Суга не стал к нему лезть дальше, окончательно отвернувшись от связующего и прикрыв глаза, чтобы слезы не смогли выступить. – Вы хорошо постарались. – Начал тренер, когда они вернулись в спортзал Сейджо. – Да, вы проиграли. Вы чувствуете огорчение и неприятное чувство. Оно будто съедает вас. Так запомните это чувство, чтобы работать над собой в дальнейшем. Суга не знал. Правильно ли было говорить тренеру такие слова, но и поспорить он с ним не мог. Ведь любой проигрыш должен становиться стимулом для развития. Но все равно есть какое-то странное чувство, будто должно что-то случиться. Коуши встревожено посмотрел на Тоору, что уже собрался уходить. – Ойкава? – Менеджер схватил парня за руку, встревожено смотря на волейболиста. – Коу-чан, всё хорошо! Не переживай! – Шатен улыбнулся, похлопав по плечу Сугу. – Встретимся завтра в школе? – Ага… Ничего не хорошо! Сугавара так и хочет побежать за Ойкавой, чтобы допросить его, но лишь остается на своём же месте, смотря на удаляющуюся спину и сжимая кулаки. Идя по улице, пепельноволосый пытался набрать номер Ойкавы, что вообще не обращал внимания на звонок. Суга вздохнул, поднимая голову к небу, на котором стали сгущаться тучи. Будет дождь. Мелкие капли стали редко падать на землю, когда телефон Суги завибрировал. И как только парень прошелся взглядом по имени абонента тут же улыбнулся принимая вызов. – Алло? Суга-чан? Ты в порядке? –Сразу же послышался голос его подруги. – Я была на матче. – Всё хорошо, Алиса-чан! – Посмеялся Суга, когда по щекам покатились слезы. – В следующий раз мы их победим. – Суга… – Алиса-чан, всё и вправду в порядке! Это всего лишь игра! – Суга быстро стал стирать дорожки слез. – У нас будут ещё матчи. Будут… – Суга, как же хорошо, что ты это понимаешь! – На том конце облегченно вздохнула Хайба. – Увидимся завтра в школе! Ты только не расстраивайся! – Хорошо, до завтра! – Суга отключил вызов, выдохнув. – Я нисколько не переживаю. Вновь эта гнетущая атмосфера в доме. Полнейшая тишина. И слышен только тиканье часов. – Молодой господин? – Раздался голос служанки. – Вы наконец-то пришли! – Да, пришел. – Хмыкнул Суга, роняя сумку на стул. – Вас ждет отец… в кабинете… – Голос женщины дрогнул. – Хорошо, – Суга опустил голову, направляясь в кабинет отца, где горела лишь одна настольная лампа. На столе были разложены документы, а за столом сидел и сам мужчина, попивая виски. – А вот и ничтожество пришло! – Раздался хриплый голос отца, что стал тихо смеяться. – И как тебе быть менеджером такой же ничтожной команды как и ты? – Отец… – Помолчи, сосунок! – Резкий хлопок ладонью о стол. – Нет, скорее это из-за тебя команда не победила сегодня. Ведь ты самый ужасный менеджер! – Отец! – Суга поднял голову на отца, что уже подходил к нему. Сердце замерло от страха. – Замолчи! Тебе слово не давали! – Мужчина схватил парня за грудки, встряхивая. – И долго ты будешь ещё позорить меня!? – Всегда… – Что? Я не расслышал! – Мужчина встряхнул Сугу ещё раз. – Я говорю, что всегда буду тебя позорить! – Коуши поднял взгляд на мужчину, уверенно смотря в его глаза. Мужчина посмеялся, отпуская парня, а после подошел к книжному шкафу, доставая оттуда книгу с тонкой обложной. – Да что ты говоришь? – Отец сладко улыбнулся, а после со всей силы размахнулся, ударяя этой самой книгой парня по голове, от чего школьник упал на пол. Из глаз потекли слеза, а во рту появился мерзкий вкус крови. – Повтори-ка снова свои слова. Зря. Зря Суга пришел в кабинет отца. Он же знал, что так и случится. Как же он ненавидит всё это. И вновь Коуши чувствует, насколько он беспомощный. Не может даже дать отпор тому, кто вроде является его родителем. И пока Суга огорченно думал о своем существовании, он получал множество ударов книгой по телу. Было больно, было страшно. Но он ничего не сможет сделать перед этим человеком. Ничего против отца. Он волочится из кабинета еле перебирая ногами. Тело до ужаса болело. Казалось, что легкие сейчас взорвутся, но нет. Этот человек умеет бить так, чтобы Коуши не пострадал. Чтобы не было и намека на домашнее насилие. Такое было не часто, но… после таких поучительных уроков, тело Коуши долго отходило от постоянной боли. И смотря в зеркало, парень убедился в этом. Ни единого синяка, и только боль и кровь во рту напоминали парню, что его отец монстр. Летний дождь стал громко шуметь за окном. Слеза скатилась по щеке. Как же все уже надоело… *** – Суга-чан! – На парня налетела его подруга, крепко сжимая Коуши в объятиях. Боль вновь пронзила тело, но он стойко выдержал поддержку Хайбы. – Ты как? – Моя дорогая подруга, если вы думаете, что я так просто откажусь от своих слов, то вы очень плохо меня знаете! – Суга недовольно покачал головой, а после ярко улыбнулся девушке. – Сегодня будет тренировка, там мы все и разберемся. – Вы вчера так круто играли, хоть я и ничего толком не поняла. – Вздохнула Алиса, крутя в руках сумку. – А как насчет тебя и Ойкавы? М? – Ах, это? – Суга неловко отвел взгляд. – Признавайся! Вы стали встречаться? – Алиса упрямо смотрела на покрасневшего парня. – Нет, мы не встречаемся. – Целовались, но не встречаетесь? – Я сегодня хотел поговорить с Ойкавой, вчера… не было подходящего момента. – Опять откладываешь важный разговор в дальний ящик? – Светловолосая надула губки, приближаясь лицом к лицу друга. – Если ты с ним не поговоришь, я лично рассажу ему о всех твоих грязных секретиках! – Ты так не поступишь. – Покачал головой Суга. – С чего это ты решил, что я не расскажу ему? – Похлопала своими красивыми глазами второгодка. – Я ему целую книгу подарю с твоими секретами. Во всех подробностях. Составлю целую энциклопедию! – Алиса-чан! – Пригрозил Коуши, а после заливисто посмеялся вместе с подругой. Уроки шли, но за все время он ни разу не увидел Ойкаву, как и Хаджиме. Неужели эти двое впали в депрессию? Нет, Иваизуми точно бы не впал в неё. Тогда, может, он выводит Ойкаву из депрессии? Тогда бы волейболист позвонил бы ему и рассказал об этом. И когда он пришёл в зал, Ойкавы тоже не было, но зато появился Хаджиме. Рассерженно Суга подошел к игроку, что стал отходить на безопасное расстояние. – И где вас носило? – Только и спросил пепельноволосый, пока Хаджиме неловко отводил взгляд от менеджера. – Суга-сан, ты же понимаешь, что Ойкава личность… немного… дерьмовая? – Начал брюнет. – Он сейчас немного погрустит, а после вернется обратно в строй… – Ты всё это время был с Ойкавой? – Суга вздохнул. – Как он? – У него поднялась температура, скорее всего после вчерашнего. Вот он не пришел. – А как?.. – Ведет себя как обычный Мерзокава. – Хмыкнул доигровщик. – Жди вечером звонка, он просил передать, что позвонит после тренировки. – А да? – Суга улыбнулся, а после похлопал по плечу друга, что вздрогнул от страха. – Ладно тогда иди разминайся. – Х-хорошо! – Суга-кун, ты как всегда всех воспитываешь кнутом и пряником? – По-доброму посмеялся главный тренер, садясь на лавочку рядом Сугаварой. – Здравствуйте, тренер! – Коуши приветственно поклонился старшему. – Ну, можно и так сказать. – Ойкава значит заболел? – Уточнил мужчина. – Да… это даже как-то странно. Все же лето на дворе. – Задумался менеджер, смотря как волейболисты уже во всю разминаются. – Организм штука непонятная, но все же удивительно, что такой здоровый парень слег. Проведаешь его сегодня? – Да, разумеется! – Активно покачал головой Суга. И как только тренировка закончилась, менеджер вылетел из спортзала, устремляясь к выходу с территории школы. Суга знал, где находится дом Ойкавы, до него можно и прогуляться пешком. Он поговорит с Ойкавой. Но вновь раздалась мелодия звонка. Ойкава и вправду ему позвонил И как только он ответил на звонок, ужасно удивился голосу Матоко-сенсея в нем. Как так получилось? – Алло? – Коуши, ты можешь приехать в больницу? – Послышался усталый голос мужчины. – Матоко-сенсей? Что-то случилось? – Суга развернулся, направляясь в сторону больницы. Что-то случилось с Ойкавой? – Да, к нам поступил Ойкава Тоору. – Что? Суга замер. – Сразу говорю, он запретил мне звонит тебе. – А, вот оно что! – Хмыкнул Суга, уже подойдя к остановке, а после запрыгивая в автобус. – Коуши? – Вы же ему не сказали, что я сейчас приеду? – Парень потер переносицу. – Нет, но… – И не говорите. Я сейчас приеду, Матоко-сан. В госпитале как и всегда пахло спиртом и лекарствами. Повсюду ходили медики и пациенты. Быстро разобравшись на ресепшене с медсестрой, школьник побежал на нужный этаж. Уже добравшись до нужного этажа его остановила мужская рука. – И куда это мы бежим? – Матоко улыбнулся, останавливая злого Сугавару. – Матоко-сенсей… – Коуши, спокойнее, он… немного не в том состоянии… – Что с ним? – Глаза Сугавары забегали в разные стороны от паники. – Травма колена. – Врач поправил очки на переносице. – На этом все, я больше не могу ничего сказать. – Пожалуйста, Матоко-сенсей, расскажите мне все. – Суга умаляющее смотрел на мужчину, от чего тот вздохнул. – Ты что-нибудь слышал о травме «колено прыгуна»? – Нет. – Это профессиональная травма, и встречается она часто в спорте, где нужно много прыгать. И волейбол один из таких видов спорта. Примерно у 40-50% спортсменов это встречается. У Ойкавы-куна травмирована связка надколенника. И обычно такая травма появляется от чрезмерно интенсивных тренировок, отсутствия соответствующей разминки и травматического повреждения. – Суга стоял и запоминал. – Скажи, пожалуйста, ты знаешь, что могло случиться? – Вчера был матч, очень серьезный матч. – Подумал Сугавара. – Тендинит так быстро не проявляется, Коуши. – Мужчина покачал головой. – Эта травма развивается постепенно. Сначала просто боль, редкая и не такая заметная, но если вовремя не обратиться, то… – Матоко вздохнул. – Этот парень намеренно не хотел идти проходить обследование. Он терпел боль, пока совсем не смог пошевелить ногой. – Врач похлопал парня по плечу. – Иди, ребенок. Но чтобы через час тебя здесь уже не было. Нет… Как этот парень мог травмировать колено? Суга отошел от врача, направляясь в палату, где лежал пострадавший. На кровати сидел Ойкава, сжимая кулаки на коленях и опустив голову, как тогда в автобусе. Правая нога перебинтована в районе колена. И когда шатен услышал, что дверь открылась, поднял голову, встречаясь взглядом с Сугаварой. – Коу-чан? Что ты здесь делаешь? – Придурок! – Пепельноволосый закрыл за собой дверь, решительно приближаясь к шатену, а после крепко обнял. – Коу-чан? Все же в порядке! Ты как тут?.. – Заткнись, Ойкава! – Суга уткнулся носом в шею волейболиста, что напряженно положил руки на спину менеджера. – У меня только один вопрос. Когда ты успел? – Я… тренировался… Я не смог прийти в школу, не хотел, чтобы все видели меня таким… – Дуракава… – Суга отодвинулся от парня, смотря в печальное лицо парня. – Я проиграл… Я обещал тебе не проиграть… – Ойкава, ты не должен держать всё в себе. – Парни смотрели друг на друга, и вот слеза потекла по щеке Тоору. – Я не достоин, не достоин тебя, прости, Коу-чан! Я не сдержал обещание… Коуши схватил парня за щеки, смотря в мокрые глаза второгодки, а после прижался губами к губам шатена, втягивая того в поцелуй. Поцелуй со вкусом солёных, горьких слёз. Их второй поцелуй. Суга сильнее прижимался к парню, когда Тоору крепче обнял его, путаясь пальцами в пепельных волосах. Пусть тело болело после вчерашних ударов отца, но ему так хотелось почувствовать руки Ойкавы, что отчаянно касались тела пепельноволосого через слои одежды. На мгновение Суга отодвинулся от шатена, глубоко вдыхая, а после вновь вовлек в трепетный поцелуй Ойкаву, поглаживая большими пальцами мокрые от слез щёки. – Я люблю тебя, Тоору. – Шептал Суга между чувственными поцелуями. – Я люблю тебя, и мне не важно выиграл ты или нет. Ты всегда для меня будешь победителем, Тоору. Ты не должен был так перенапрягаться. Я же волнуюсь о тебе, переживаю. – Коу-чан, – Ойкава крепко обнял Сугу, утыкаясь носом в шею парня и оставляя едва ощутимые поцелуи. – Прости меня, Коу-чан. – Глупый Тоору, – вздохнул Сугавара, ложась на больничную кровать, рядом же лег и Ойкава, продолжая держать Сугу в объятиях. – И как мне с тобой встречаться, если ты такой ребенок? Совсем не заботишься о своем здоровье. – Коу-чан, пожалуйста, дай мне шанс. Всего один. Я исправлюсь. – Шатен виновато смотрел на уставшего Сугавару. Как же Суга устал от всего этого, но смотря на такого разбитого Ойкаву, он лишь улыбнулся, притягивая шатена для нежного и такого нужного поцелуя. – Давай встречаться, Ойкава Тоору? *** Придя на следующий день к пациенту, Суга привел с собой озлобленного Иваизуми, что всю дорогу только и проговаривал через какие круги ада сейчас пройдет Ойкава. В палате было тихо. Медсестра сказала, что Тоору на процедуре. Суга уже удобно уселся на кровать Ойкавы, вспоминая вчерашний вечер. Они пара. Лицо покраснело от смущения. Пара. Такое вообще возможно в обычной жизни? Начать встречаться как в какой-нибудь дораме. – И чего ты покраснел? Тебе плохо? – Взволнованно спросил Иваизуми, устроившись на соседней койке. – Ты себя нормально чувствуешь? – А? Да… я в полном порядке. – И разговор на этом закончился. Они, молча, ждали, когда же Ойкава вернется в палату, и спустя минут семь шатен медленно вошел в палату, опираясь на костыль. – А вот Ойкава-шило-в-заднице-Тоору! – Хаджиме резко встал с места, а после влепил затрещину связующему. – Ай! Ива-чан! Не начинай! – Ойкава подошел к кровати, потирая больной затылок, а после осторожно уселся рядом с менеджером, положив голову на плечо Суги. – Давай ты прибьешь меня позже? Как только меня выпишут так сразу. – Нашелся здесь принц! – Хмыкнул Хаджиме, усаживаясь обратно на свое место. – Тренера, да и вся команда очень злы на тебя. У нас на носу тренировочный матч. – Что говорят врачи? – Прервал гневную тираду Суга, потрепав шатена по волосам. – Две недели без каких-либо физических нагрузок, а после я опять как новенький! – Тоору вздохнул. – Две недели без волейбола… – Сам виноват. – Вставил своё слово Иваизуми. – Я согласен с Ивой! – Поддержал волейболиста Суга, тыкая больного пальцем под ребра. – Если бы мог, то задушил бы на месте. – Вы такие злые! – Проскулил шатен, потеревшись о плечо пепельноволосого. – Нет бы посочувствовать! – Ты не заслуживаешь сочувствия. – Хаджиме закатил глаза. – Если бы Коуши здесь не сидел, я бы тебя сильно избил, чтобы по делу было. – Брюнет хмыкнул. – Но раз твой ненаглядный здесь, то пощажу. – Двое пар глаз посмотрели на Хаджиме в упор. – Что? Было и так понятно, что ты – Ойкава-заноза-в-заднице-Тоору, просто так не отстанешь от Суги. – Мы как бы и не скрывали… – Суга, прошу тебя об одном. – Хаджиме серьезно посмотрел на менеджера. – Если он обидит тебя, дай мне возможность его закопать. Всегда об этом мечтал!