Я спасу тебя

– Это было твоё решение, Коуши. Я не знаю, правильно ли ты поступил или нет, но теперь тебе не стоит жалеть о решении. – Суга пустым взглядом смотрел на свою кружку с чаем, пока его подруга пыталась его подбодрить на том конце связи. – Ты же знаешь, поддержу любое твое решение, Суга-чан! – Послышался шум со стороны Хайбы. – И Иваизуми тоже так считает! – Он с тобой? – Кофейные глаза посмотрели на время разговора. Уже полчаса они разговаривали, точнее Алиса рассказывала обо всё, что творится на другом континенте, а Коуши внимательно слушал, радуясь за подругу. – Ещё бы! Иначе как он тут один? Ты видел его вечно хмурый взгляд? С ним никто не общается даже! – Посмеялась блондинка, а после ойкнула. Довела бедного Хаджиме. – А ты чем занят? – Я пью чай. И готовлюсь к учебе. – Парень покосился на свои папки с записями, а после лениво открыл одну из них. – Ты же через полгода, выходит, уже идешь на стажировку? – Поинтересовалась Хайба. – Уже знаешь, в какой школе будешь преподавать? – Да, в старшей школе Некома. – Ой! Правда в Некома!? Ты не шутишь!? – Радостно воскликнула Хайба. – Жаль, что мой братик уже окончил школу… Я бы хотела от него узнать, как ты вжился в свою роль. – Не дождешься, Хайба! – Суга выдавил что-то на подобии улыбки. – Для тебя это останется самой настоящей тайной! – Фи, какой ты злой! – Какой есть! – Коуши посмотрел на время. – Мне уже пора. Поговорим потом? – Конечно! – Согласилась девушка. – Поговорим позже. Ты главное не впадай в апатию и депрессию из-за расставания! Вы же не навсегда расстались? – Конечно, нет… – Вздохнул Коуши. – Всё, отключаюсь! Завершив вызов, пепельноволосый убрал в сторону телефон, падая головой на стол. Надоело. Он не собирается вновь встречаться с Ойкавой. Не станет, стоять на его пути к его успеху. Ойкава же не станет всё бросать и правда лететь к Сугаваре? Он надеется, что нет. Вчера команда Ойкавы выиграла со счетом два ноль. И это было последнее, что сделал Коуши, связанное с Ойкавой. Теперь же никаких новостей о его команде, никакого волейбола, никаких его вещей. Кстати о вещах. Лениво встав со стула, пепельноволосый направился в спальню, где в шкафу весел бомбер Ойкавы. Сняв его с вешалки, он последний раз прижался лицом к ткани. Вздохнув, он сложил кофту в коробку средних размеров, где ещё лежали их совместные фотографии, пара рубашек, несколько футболок и духи Ойкавы. Он отправит эти вещи Ойкаве, когда переедет из этой квартиры, ближе к району, где и была расположена Старшая Некома. Спрятав коробку под кровать, Суга упал на матрац, смотря пустым взглядом на потолок. Кажется, сейчас самый подходящий момент отдалиться ото всех. Будет замечательно, если за следующий год он не станет обузой для всех его знакомых и друзей, что стали для него хоть какой-то поддержкой. Первые с кем отдалится Коуши будут Куроо и Вакатоши. Тетсуро сейчас занят своими отношениями и своей практикой в министерстве спорта. Коуши будет реже отвечать на сообщения, будет ссылаться на свою занятость. То же самое и с Вакатоши. Но с ним и не будет проблем. Сейчас этот парень занят волейболом и только им. С Дайчи он поступит, как и с Куроо. Остаются только Хайба и Ойкава, что продолжает ему названивать и писать. Но это не надолго. Ойкаву можно и заблокировать, а Хайбе… придется ещё пару раз ответить на её сообщения и звонки. А что делать с Матоко-саном? Хотя… Он говорил, что станет волонтером и поедет на черный континент спасать жизни людей третьего мира. Да. После переезда Сугавары в Токио, через год переехал и Матоко-сан. Ведь такой квалифицированный специалист должен продвигаться дальше. Сейчас Матоко-сан занимает место главврача хирургического отделения. Он долго этого добивался, и Коуши искренне рад за него. Первым делом Сугавара станет, как можно правдоподобнее говорить своим вежливым и милым голосом. Продолжит улыбаться и делать вид, что всё это не задевает его. Убьет бдительность тех людей, что стали для него близкими. Да… Это не самая сложная задача. Следующим шагом станет тихий переезд. Чтобы никто не знал о его планах. Пусть и дальше все думают, что он снимает эту квартиру, которая постоянно напоминает ему об Ойкаве. Сжигает ли все мосты Сугавара со всеми? Возможно. Кого же он в этом винит? Только себя. И только себя. Винит только свою ничтожность, что продолжает напоминать о себе, заставляя, зажмуривать глаза, затыкать ладонями уши и дрожать, когда в голове раздается голос его отца. Он может только согласиться с этим, крепко сжимая ладошки до побелевших костяшек, пока слезы не прекращаясь лили из его опухших глаз. И так каждую ночь. Каждую ночь его окутывал кошмар, от чего так и хотелось закричать. И продолжается всё это на протяжении долгого времени, точнее с того времени, когда его нашел его отец в конце первого года обучения в университете, заставляя вернуться в Мияги. Тогда мужчина сам приехал за ним. Они встретились на почти безлюдной улице. В палых глазах горело какое-то безумие. Руки тряслись как у одержимого наркотиками торчка, но кроме этого Суга чувствовал страх и опасность. Опасность от этого мужчины, что был его отцом. И не зря. И когда Сугавара отказался от его просьбы, то мужчина накинулся на него с кулаками, но пепельноволосый быстро отскочил, не давая отцу навредить ему. Теперь он может и не терпеть все те унижения от этого родителя. Он сделал всего несколько шагов от мужчины, как услышал всё то, что слышал на протяжении всей своей жизни. Те слова, что напомнили ему о его никчемности. О том, что он не должен был появиться на свете. Те слова, что напомнили Сугаваре о том, почему отец поднимал руку на Коуши в своем кабинете. Почему так относился к нему. Почему отец ненавидел парня. «Забыл, что твоя мать и моя жена покончила с собой из-за тебя!?» – Слова, что никогда не исчезнут из памяти парня. Слова, что дали обратный отсчет в тот вечер. Да… так и есть. Это всё из-за него… она же тогда не была больна… Точнее была, но только из-за Коуши. Это он был виноват. Если бы его не было, она бы не оставила бы этот мир. Не оставила бы отца. Родила бы нормального малыша, а не Сугавару со своими странностями и особенностями. Так и есть. Лучше бы Коуши не существовало… *** – Итак, Сугавара-кун? Значит, вы будете проходить у нас практику? – Директор школы доброжелательно улыбнулся парню перед собой, что всё также обаятельно улыбался как и в старшей школе. Только глаза не светились от огня, как в те годы. Больше не было того огня в глазах. – Да, Куроко-сан. Так и есть, но я надеюсь и на дальнейшую работу в этой школе. – Пепельноволосый отвел взгляд. – Было бы замечательно продолжить работу в таком светлом и уютном месте. – Ну, об этом нам расскажет время и ваша старательная работа! – Директор указал на дверь в кабинет, где сейчас и будет проходить первый урок Сугавары в роли учителя. – Я даже рад, что вы смогли выйти к нам на практику. Из-за беременности Рине-сан пришлось взять декрет, но она так сопротивлялась, но теперь… Могу быть спокоен. – Мужчина похлопал молодого преподавателя по плечу. – А вы, Суга-кун, уже думаете о женитьбе? – В ближайшее время я бы хотел сосредоточиться на работе. Сейчас все эти отношения не занимают у меня высокое место. – Честно ответил Коуши. – Ох… Моя дочь так же говорит. – Вздохнул директор, качая головой. – После расставания только о карьере и говорит. Наверное, Вас тоже бросили? – В моей ситуации я оказался злодеем. – Коуши хмыкнул, когда они подошли к кабинету, где уже сидели ученики. – Я бросил своего любимого человека. – Вот значит как. – Понимающе кивнул мужчина. – Тогда предлагаю познакомить Вас, Суга-кун, с вашим первым классом. – Они зашли в класс, где их встретили третьегодки. – Познакомьтесь с вашим новым учителем, дети! Сугавара-сан – ваш новый учитель по литературе, будет практиковаться у нас ближайшие пару месяцев. И надеюсь, продолжит работать у нас дальше. – Позаботьтесь обо мне! – Коуши улыбнулся, слегка поклонившись. Краем глаза он заметил, как несколько девчонок смущенно улыбнулись. – Что ж, тогда я оставляю вас. Если будут вопросы, Суга-сан, можете обратиться ко мне. – Директор кивнул головой ученикам, выходя из класса. Сугавара оглядел класс, подходя к учительскому столу. – Итак, давайте мы сегодня поговорим? – Коуши открыл учебник, разглядывая его содержание. – Надеюсь, у вас нет такой привычки, как прогуливать и опаздывать на уроки? – Кофейный взгляд остановился на списке учеников, который ждал именно Сугавару. Коуши мило улыбнулся. – Наоми-чан, ответишь мне? – А? – Шатенка, покраснев, посмотрела на молодого учителя. – Нет… у нас нет такой привычки. – Пепельноволосый заметил, как девушка покраснела, отводя взгляд от него, Суга лишь кивнул. – Извините, Сугавара-сан, а можно задать вопрос? – Вдруг девушка с первой парты улыбнулась, накручивая прядь волос на палец. – Конечно! Если он связан с учебой! – Хмыкнул Суга, ещё раз взглянув на листок с именами учеников, и сейчас он понял, почему в списке так расположены имена. – Так… а Вы у нас Мая? Я прав? – И по смущенной реакции девушки, парень только кивнул. – Значит прав, Хироцу-чан. – Эм… Вы же только окончили университет? – Продолжила девушка. – Да, поэтому прошу отнестись ко мне с пониманием. – Пепельноволосый хмыкнул, смотря на хмурого брюнета парня, что сидел в третьем ряду за третей партой. – Не волнуйся, Хиро-кун, я не интересуюсь старшеклассницами и твоей девушкой. – Кофейные глаза заметили, как переменилось лицо парня с хмурого на удивленно-смущенное. – Как вы поняли? – Краснея, спросил парень, на что Суга покачал головой. – У вас парные браслеты, и ты так прожигал меня взглядом, пока я говорил с Хироцу-чан. – Печально улыбнулся Сугавара, облокачиваясь бедром о стол. – У меня был знакомый, что также смотрел на свою вторую половинку. И ревновал даже к лучшей подруге. – И что теперь с ними? Уверена, у них замечательная история любви! – Поинтересовалась рыжеволосая девушка. – Они расстались. – Хмыкнул Сугавара, замечая переменившиеся эмоции на лицах учеников. – Его вторая половинка бросила его, когда тот был на другом континенте. А после оборвала все связи с их общими друзьями и уехала, никому ничего не сказав. – Неловкое молчание нависло в кабинете. – Ну… это дела минувших лет! Так что цените все часы проведенные с вашей второй половинкой. – Суга весело улыбнулся. – Так… А теперь мне интересно. Есть ли ученики, что хотят поступить в университет с литературным направлением? Мне сказали, что ваш прошлый учитель вела факультатив? – Внимательным взглядом Коуши обвел класс и заметил только одну поднятую руку. – О! Наоми-чан! Какая неожиданность! Тогда мы будем все вместе тщательно изучать оставшийся материал, перед окончанием этого года! Два месяца… Два месяца как он полностью отказался от общения, и кажется, его никто больше не будет искать. Теперь Сугавара мог жить своей спокойной одинокой жизнью, продолжая быть примерным и вежливым учителем. И за эти два месяца он влился в среду, где ученики любили его маску жизнелюбия. – Сугавара-сан! – Окликнула его ученица, когда пепельноволосый подходил к территории школы. – А! Наоми-чан! – Суга вежливо улыбнулся. – Как Вы сегодня рано! – Да… мне нужно с Вами поговорить на счет дополнительного занятия. – Щеки девушки покраснели. Коуши продолжил путь. – У Вас сегодня какие-то планы? – Поинтересовался учитель. – Не то чтобы… – смутилась девушка. – Просто здесь неподалеку открыли кафе. И я бы хотела купить кофе перед нашими дополнительными. Вот сразу хочу у Вас поинтересоваться. Вы будете кофе? – Я не пью кофе. – Сугавара улыбнулся. – Но спасибо за заботу! Вам всё-таки стоит сходить в новое кафе. Начнем наше занятие на полчаса позже. – Пожал плечами кареглазый. – Удачи на занятиях! – Суга махнул ученице, поспешив в учительскую. – Спасибо, Сугавара-сан! Сугавара вздохнул. Зря он решил помочь ученикам в поступлении. В группу вошли ещё двое учеников, что хотели получить какие-то советы при поступлении и прогнать нужный материал. И эти занятия никак не напрягали Сугу. Ему даже в какой-то степени нравилась та работа, которую он выполнял. И сейчас в середине марта. Двое учеников заболели и не смогли уже пройти два занятия. Но Коуши это не волновало. Он мог и с одной Наоми позаниматься, а она бы передала бы и им материал. Сегодня должно было пройти их третье занятие без болеющих. Проведя пару уроков, Коуши почувствовал недомогание и резкую боль в животе. Пока ученики писали проверочную работу, пепельноволосый покосился на число. Точно… ему нужно выпить обезболивающее. Не привлекая внимания, он выдавил из блистера белую таблетку, а после закинул её в рот, запивая водой. Как же ему уже надоело всё то, что творится с его организмом. Коуши почувствовал на себе взгляд и вздохнул. Он давно заметил, что старшеклассницы неровно дышали в его сторону и на белый день, каким было 14 февраля, учитель получил достаточно шоколада от тайных поклонниц. Даже когда он учился в школе, столько внимания ему никто не уделял… Уделял… – Итак, пишите проверочную, я ненадолго отойду. – Предупредил Коуши учеников, спокойно выйдя из класса. Его сердце бешено стучало, дыхание сбилось. Влетев в уборную, Коуши скатился по кафельной стенке вниз, дрожащими пальцами расстегивая пару верхних пуговиц, чтобы парень мог дышать. Почему же он такое ничтожество!? В мыслях закатать в асфальт те годы, что были для него всем!? Отнести к мусору его друзей, команду Аобаджосай и просто стереть все воспоминания в ни что! Какой же он отброс! Шумно глотая воздух, пытался прийти в себя. Не время сейчас раскисать. Он на работе. Шмыгнув носом, Коуши, шатаясь, поднялся с холодного пола, подходя к зеркалу. Какой же у него жалкий вид. Потяжелевшей рукой парень открыл кран, после чего из него с шумом потекла холодная вода. Немного ополоснув лицо и промокнув его насухо бумажным полотенцем, Сугавара еще некоторое время простоял, а после вернулся в класс, собирая проверочные у немного тревожных учеников, что с жалостью смотрели на преподавателя. Коуши же ничего не сказал. Ему абсолютно плевать на то, как о нем думают эти люди… – …И всё же, любовь была основной темой в литературе. Она является самой актуальной темой во всех литературных произведениях . Начиная от любви к Родине и заканчивая любовью между двумя партнерами. – Коуши потер глаза, пока Наоми-чан записывала его слова в свою тетрадь. – Любовь была основной темой произведений Шекспира… – Извините, Сугавара-сан. – Перебила учителя девушка. – Мы уже долгое время говорим на эту тему, но Ваше отношение к любви совсем не положительное. – Ученица подбадривающее улыбнулась. – Может, я тогда я сама пройду эту тему? – Нет… Раз уж я ввязался во всё это, то должен довести дело до конца. – Нахмурился Сугавара. – Иначе, какой я учитель, раз не могу объяснить ученику тему? Пусть она и не очень приятна мне. – Бледная рука зачесала пепельные волосы назад. – Но вижу, ты тоже устала, поэтому сделаем перерыв. – Может Вам просто выговориться? – Предложила ученица. – Рассказать о Ваших тревогах. Попробуйте! Вам сразу полегчает! – Вы так думаете, Наоми-чан? – Хмыкнул парень, когда та активно покачала головой в знак согласия. – Ты просто ещё не знаешь, какого это ужасное чувство – любовь! – Почему же? – Девушка улыбнулась. – Вообще-то я влюбилась! – Да? – Улыбнулся Коуши, доставая пластиковую бутылочку с питьевой водой и блистер с таблетками. – Тогда уж ты расскажи, а я как твой учитель может дам совет. – Ох! Он такой замечательный! Когда я его впервые увидела, он казался таким сказочным! У меня аж сердце замерло. Он так мило улыбается, а ещё у него постоянно грустный взгляд. – Девушка отвела золотистые глаза в сторону в сторону. – Будто его сердце разбили на миллиарды частиц, и теперь ему приходится заново по маленьким кусочкам их собирать и склеивать. – Ойкава понимающе кивнул. Этот парень похож на него. – Мы с ним видимся, и, кажется, он начал мне доверять. От принятого обезболивающего, которое он попросил у медсестры, так как его собственное не подействовало, клонило в сон. Он, прикрыв глаза, внимательно слушал, как его ученица рассказывает о её возлюбленном. Коуши чувствовал, как боль стала стихать. Он слышит, как ученица спрашивает его о том, смог бы этот парень ответить на её любовь, но Коуши ничего не говорит, всё также сидя с закрытыми глазами, пока не чувствует, что кто-то прикоснулся к его губам. Он резко открывает глаза, на действие его ученицы, руками отталкивая нарушителя его личного пространства. Перед ним стояла уверенная в своих действия девушка. В глазах горел огонь. – Наоми-чан? Ты что только что сделала? – Холодным голосом спросил Коуши, быстро встав с места. – Вы мне нравитесь! – Выпалила ученица, вновь потянувшись к учителю, обнимая его. – Я хочу, чтобы вы посмотрели на меня! Я же лучше вашей бывшей девушки! Я Вас люблю! Я скоро окончу школу и мы!.. – Наоми-чан! – Коуши вздохнул, силой оторвав от себя девушку. – Я твой учитель! И то, что ты говоришь – это своего рода заблуждение! Ты не влюблена в меня! Ты просто запуталась. – Но я же красивая и умная! – Шатенка с силой сжала предплечье учителя. – Почему Вы не можете дать мне шанс!? Я скоро окончу школу! И тогда нам никто не станет мешать! – Я не люблю девушек! – Выпалил Коуши, вырвав руку у ученицы. – Я не люблю парней! Я никого не люблю, кроме одного единственного человека! – Но где же он тогда!? Ваш человек? Почему вы не говорите о нем!? – Потому что я ужасный человек! – Пепельноволосый уселся за свой стол, крепко сжимая веки. – Наоми-чан, занятие окончено на сегодня. – Прохрипел парень. – Подумайте о своём поведении на досуге. – Он указал ослабшей рукой на дверь. – Забирайте свои вещи и выйдите вон из класса. – Как бы Вы не пожалели о своих словах. – Девушка вышла из класса, захлопнув за собой дверь. Наступила тишина. Что не так с этой девушкой? Коуши устало взглянул на наручные часы, подаренные Матоко-саном. У него больше нет смысла задерживаться здесь… –… Кто может ответить на вопрос заданный автором этого произведения? – Коуши устало посмотрел на учеников. – Рэми-кун? – Парень уже хотел встать, чтобы ответить на заданный вопрос, как в кабинет вошла зам.директора. – Извините, что прерываю урок. – Женщина хмуро посмотрела на учителя. – Сугавара-сан, Вас вызывает директор. – Да, сейчас подойду. – Коуши кивнул. – Можете быть свободны. – Суга освободил учеников, а после вышел из класса, направляясь за женщиной в кабинет директора. Он не знал, зачем его зовут, и было как-то всё равно. После вчерашнего выступления Наоми-чан ему пришлось вновь копаться в ещё не зажившей ране, вспоминая такие больные, но такие родные воспоминания. Снотворное закончилось. Пролежав всю ночь, парень боялся заснуть, из-за чего он вновь сейчас чувствовал себя как призрак. В кабинете директора всегда было светло, но сейчас эта светлость никак не соответствовала атмосфере. Куроко-сан угрюмо посмотрел на вошедшего Сугу. Жестом приказал сесть на стул, напротив испуганной и печальной Наоми-чан. А что она здесь делает? – Наоми-чан нам рассказала интересные новости. – Директор сжал кулаки. – Она утверждает, что Вы, Сугавара-сан, ведете себя совсем не как учитель. – И как же это? – Вздохнул Коуши. Он понимал, к чему всё это ведет. – Она утверждает, что Вы приставали к ней на дополнительных занятиях. – Директор удивился, смотря, как просто улыбнулся парень. Он этого и ожидал. – Я не стану объясняться. – Суга пожал плечами. – Я бы рассказал правду, что на самом деле было. Стал бы доказывать, что именно эта ученица полезла к больному преподавателю, что весь день пытался выжить, принимая обезболивающее. Кричала о любви. И эта ученица бы кричала в свое оправдание, и даже бы опять всё перевернула в свою пользу. И я бы ответил, что сам недавно прошёл через больное расставание. Но знаете… – Коуши хмыкнул, смотря, как испуганно на него смотрела ученица. – Я не стану, оправдывать себя. – Директор хмуро перевёл взгляд на ученицу. Попросив девушку выйти из кабинета. И когда в кабинете остались директор, его заместитель и сам Коуши, мужчина вздохнул. – Вы же понимаете, что если вы сейчас не станете отрицать все слова, сказанные ей, то можете вылететь отсюда? – Куроко-сан отпил из стакана воду. – Понимаю. – Кивнул Сугавара, смотря в окно. – Мы не можем так всё оставить. – Зам.директора положила лист с заявлением девушки на стол. – Вы же понимаете, что всё серьезно? – Понимаю. – Кивнул Коуши. – Поэтому вы можете меня уволить без всяких сомнений, если я не стану отрицать слова Наоми-чан. – Но ты не мог так поступить с девчонкой? – Не мог. Я уже сто раз сказал, меня всё это не интересует. – Кивнул пепельноволосый. – Но и выставлять девчонку в плохом свете тоже не хочу. Пусть уж все будут считать, что я был злодеем, чем… – Врунья? – Нахмурилась женщина, поправляя очки на переносице. – У неё вся жизнь впереди. Пусть спокойно доучится в этой школе. – Вздохнул Коуши. – Могу прямо сейчас написать заявление на увольнение. – А как же твоё будущее? – Мужчина медленно достал лист из ящика стола. – Тебе всего 22 года. – Меня оно не интересует. – Ты поступаешь импульсивно, Суга-кун. – Пыталась вразумить его женщина. – Я знаю. – Согласился Коуши, выводя на бумаге слова. – Но не волнуйтесь, я не стану сожалеть о своем решении. – Парень дописал заявление, отдавая директору. – Отработаешь до конца учебного года. За это время мы найдем нового преподавателя. – Директор вздохнул, вложив заявление в одну из папок. – Я могу быть свободен? – Кареглазый опять посмотрел в окно. – Мне нужно подготовиться к следующему уроку. – Да, конечно! – Улыбнулся Куроко. – Мы больше Вас не задерживаем. *** Чашка с чаем уже как десять минут стояла перед парнем и медленно остывала, пока владелец кафе, стоял за стойкой, приготавливая кофе. Прошел месяц после увольнения. И кажется, впервые в жизни Коуши не сожалел о выборе, который он сделал. Впервые в жизни он почувствовал, что поступил правильно. – Так значит теперь ты всё? Больше не учитель? – Седовласый мужчина подтолкнул к парню пирожное. – Стоило этого ожидать. Ты красивый, обаятельный. Девчонки так и липнут к тебе. Не удивлен, что та девушка, решила так тебя себе забрать. – Глупая она ещё. – Вздохнул Коуши, медленно отпивая горячий чай. – Чем теперь будешь заниматься? – Морщинистые руки, слегка протерли своё рабочее место. – Пока не знаю. – Суга прикрыл глаза. – Попробую что-нибудь. – Правильно! Отдохни, парень! Поразвлекайся! – Поддержал старик, и Коуши кивнул, молча поедая свой десерт. Плату за квартиру за несколько месяцев он только что отдал. Теперь может немного отвлечься от всего. – Но не забывай старика проведывать, хоть ты и оплатил аренду! Жаркие летние денёчки текли в своём медленном и мучительном темпе. После сезона дождей, что начинался в июне, наступила всеми не любимая духота, от которой даже не чем было дышать. Именно в такие невыносимые для организма дни по всей квартире были закрыты окна плотным однотонными шторами. На фоне работал телевизор на минимальной громкости, чтобы не чувствовать себя так одиноко в темном пространстве. В паре с телевизором шумел и вентилятор, раздувая прохладный воздух, что трепал мокрые пепельные волосы. Худые и бледные пальцы крепко сжимали ручку, что задумчиво зависла в воздухе, пока парень пытался собраться с мыслями. Он вновь покосился на коробку с вещами Ойкавы. Хоть он и обещал себе вернуть вещи после переезда на другую квартиру… но он так не хотел расставаться с ними. Нет смысла больше её хранить. Да… Но только в последний раз. Сугавара бережно достал из коробки кофту парня, прижимая её к груди. Как бы ему не хотелось сейчас обнять Тоору, молить прощение за все те поступки, за те слова, что он сказал… Всхлипнув, Коуши оторвался от кофты, складывая её обратно. Отодвинув коробку подальше от себя, парень вновь принялся писать на листе, слова, которые Ойкава получит, может, через полгода. Когда уже Ойкава не сможет точно найти Сугавару, в этом мире точно… Письмо выходило слишком большое, и слова что были выведены на белой бумаге, заставляли Коуши вновь расплакаться. Ну, что он за тряпка!? Всё уже давно решено! Он продолжил выводить слова, и когда последнее слово было написано, когда последняя точка была поставлена. Дрожащая рука отодвинула от себя ручку с листом. И теперь помимо телевизора и вентилятора, разносился громкий плач Коуши. Даже так прощаться с Ойкавой было сложно. А что чувствовала его мама, когда писала ему письма? Глаза сильно болели от пролитых слез, покраснели и жгли. А ему ещё писать три письма. Для Матоко, Алисы и Дайчи. Опухшие глаза покосились на чистые белые листы. Вздохнув, парень опустил голову. Если он немного поспит, ничего же не случится?.. *** – Так значит, эта посылка должна оказаться у адресата через три месяца? – Мужчина внимательно осмотрел коробку, выискивая недочеты. – К чему такая точность? – У моего друга будет день рождение, – Коуши улыбнулся, нагло обманывая мужчину. – Я никак не смогу прилететь к нему, но подарок отправить смогу. – А что с остальными письмами? – Мужчина покосился на два конверта. – Они тоже должны оказать у адресатов в это же время, что и посылка. – Сугавара серьезно посмотрел на работника. – Хорошо. – Мужчина, протянул договор парню. – Распишитесь здесь. – Пепельноволосый кивнул, выполняя указания мужчины, внимательно изучая договор. – Можете оплатить услугу у девушки за стойкой. Всего доброго! – Мужчина улыбнулся парню, забирая подписанный документ. Вот теперь и всё, наверное? Коуши медленно прошелся по окрестностям, где чаще всего появлялся. В скором времени осень заступит на свой пост. Прекрасная пора, которую Коуши больше не увидит. Он улыбнулся. Замечательно. Пусть сегодня было и не так тепло для лета, но это только радовало. Последнюю неделю он проведет в одиночестве. – Ох! Суга-кун! – Старик улыбнулся пришедшему, махнув рукой. – Я как раз думал о тебе! Давненько ты к старику не приходил! – Владелец кафе поставил на стойку чашку чая, что всегда заказывал Сугавара. Благодарно улыбнувшись, Коуши сел вдыхая аромат ягод. – Я прихожу регулярно раз в неделю. – Пепельные волосы свисали, когда парень опустил голову, рассматривая коричневую жидкость к чашке. – Разве за это время можно соскучиться? – Кофейные глаза покосились на задумчивого старика. – Ещё как можно, мальчик! – Кивнул седоволосый. – Я каждый день скучаю по своей жене, хоть мы и видимся каждый день. Разве когда любишь, возможно не скучать? – старик посмеялся. – Вот по тебе я тоже скучаю! Конечно, не так сильно, как по моей старушке…Но думаю, если ты перестанешь ко мне заходить, то случится что-то плохое. – Владелец кафе задумчиво почесал подбородок. – Не знаю, от куда это чувство? – Не волнуйтесь, что со мной может случиться? – Улыбнулся Коуши, посмотрев на мужчину, но по телу прошли мурашки. Старик будто видит, что скоро Сугавара перестанет к нему захаживать. – Как я могу не заходить в это уютное кафе раз в неделю? – Вот именно! – Согласился мужчина, ярко улыбнувшись парню. – Постарайся заходить почаще к нам. Суга не обещал ничего наверняка. Он лишь слабо кивнул, продолжая пить чай и слушая старика, что продолжал любовно говорить о своей жене. О том, что недавно она приготовила любимый пирог мужа. О том, что их дети и внуки обещали приехать через две недели на годовщину их свадьбы. Сорок пять лет вместе – это и правда знаменательная дата. Хотел бы Сугавара их поздравить, да только его уже не будет. И вновь Сугавара прогуливался по улочкам. Неделя прошла быстро, чему был очень рад Коуши. На улице уже темнело. На небе собрались серые тучи, предвещающие скорый дождь. Парень медленно свернул на улицу, как вдруг столкнулся с кем-то. – Ох! Прости! Не заметил! – С издевкой произнес голос. Суга поднял испуганный взгляд на мужчин, что также посмеялись. – Ты и есть сын того ублюдка? – Что? – Не понял Сугавара. – Вы меня с кем-то спутали. – Пепельноволосый хотел обойти странных личностей, как ему на плечо упала тяжелая рука. – И куда же ты собрался? Сугавара? – Хмыкнул мужчина. – Твой папаша, задолжал нам крупную сумму денег. – Лениво произнес второй мужчина. – И пропал полгода назад. Долг не выплачен. А в поручителях записан его сынок. Сугавара Коуши. – Он мне не отец. – Пробормотал Суга. Его сердце бешено стучало от страха. – Нам как-то всё равно. Отец он тебе или нет… ты в поручителях, значит должен отдать нам долг того ублюдка. – Пожал плечами третий, его грубая ладонь схватила парня за щёки, рассматривая лицо. – М-да, действительно на девчонку похож. – Коуши дернулся, и мерзкие пальцы отпустили лицо, а после спустя пару смешков от других громил резкая пощечина прилетела но лицу Коуши, от чего голова пепельноволосого повернулась в бок. Щека горела. – В общем, парень, если хочешь жить, то должен каждый месяц отдавать нам эту сумму, что указана на этом замечательном договоре. – Мерзкий мужчина зажал в руке парня смятый лист. – Там есть все контакты, вернемся к тебе через месяц. Поэтому рекомендую, чтобы ты набрал нужную сумму до этого времени. Иначе… твое милое личико пострадает. И вновь этот дурацкий и мерзкий смех. Суга хмыкнул сжимая в руке лист. Приняв это за ответ, мужчины похлопали парня по плечу и скрылись в темноте. Идиоты. Думают, смогли его запугать. Коуши проводил силуэты взглядом, а после продолжил путь. Как можно запугать человека, который уже попрощался с жизнью? В квартире как всегда тихо. Он тихой поступью прошел в спальню, чтобы не нарушать эту тишину. Коуши упал на кровать, прикрывая глаза от усталости… И когда он вновь открыл глаза, в голове была пустота. За окном доносился шум дождя. Коуши медленно встал с кровати, подойдя к окну. Ему кажется? Или на улице слишком светло и шумно? Кажется, Коуши возвращался домой по темноте. Значит, он смог заснуть? Коуши перевел взгляд на телефон. И правда, наступил новый день… «Скажи, мама, почему ты просто не сказала мне, что я во всем виноват? – Коуши посмотрел на письма матери, обращенные к нему. – Зачем ты покончила с собой, если виноват я? Как мне теперь жить? Почему ты так поступила? Зачем ты меня обманываешь в этих дурацких письмах? Ты рада за меня? Хотела, чтобы я жил дальше? А смысл? Лучше бы не оставляла мне эти письма, что заставляют ещё больше чувствовать вину! Я виноват! Виноват, что родился таким. Из-за твоих лживых слов, я жил, забыв, что именно я виноват!» Прерывисто вздохнув, Сугавара оглядел комнату. Он давно нашел отличный способ покинуть это мир. Останется только дождаться, когда наступит вечер. Взяв в руки блистер со снотворным с тумбочки, которая стояла у кровати, и положив его в карман джинс. Парень вышел из квартиры перед эти, кинув взгляд на письма, лежавшие на письма. Теперь всё. Он выключил настольную лампу. Закрыл дверь, пряча ключ под коврик. Он больше сюда не вернется. Выйдя из подъезда, несколько капель дождя прилетело в лицо Коуши. «Ты же любишь дождь, мама? – Хмыкнул про себя Суга, делая ещё несколько шагов. – Из-за тебя я тоже полюбил этот проклятый дождь. Пытался понять тебя, почему ты так улыбалась, когда шёл дождь. Он же ничего не приносит кроме грусти». Коуши продолжал идти. Его пепельные волосы на пару тонов стали темнее, превращаясь в серые. Рубашка вся вымокла от этого проклятого дождя. Оглядевшись по сторонам парень нахмурился. В этом районе он никогда не был. Слишком много машин, люди куда-то постоянно торопятся, прячась под зонтами. Они совсем не обращают внимания на то, что происходит рядом с ними. Кофейные глаза немного прищурились, видя вдалеке очертание мостового бордюра. Вот и то, что надо. Коуши выдавил из блистера несколько таблеток своего снотворного, а после проглотил. Производитель данных таблеток писал, что препарат начинает действовать через десять минут, но на самом деле Сугавара мог уснуть благодаря им только через двадцать минут. Он подошел к мосту, всматриваясь в воду под собой. То, что надо. Он аккуратно перелез через железный забор. «Скажи, мама, а ты предвидела, что я умру? – Коуши поднял глаза к серому небу. – А если бы предвидела, моё не желание жить, то было бы письмо на этот случай? – Он всхлипнул. – Не думаю. Я так старательно играл роль хорошего мальчика, что сам забыл о своей вине по отношению к тебе. А если мы с тобой встретимся на том свете? Я не смогу посмотреть в твои глаза. Мне же будет стыдно… Поэтому, если ты меня слышишь, мама, то не ищи меня там». Парень улыбнулся, когда понял, что сознание стало туманным, а хватка на поручнях ослабла. «Вот и всё… Прощай, Ойкава…» Парень полетел вниз, совсем не слыша, как в его сторону кто-то кричал. Ведь когда он встретился с водой, ему уже было всё равно. Он наконец-то сделал это…