Шоколад и Ваниль.

Хаотичные шумы, звон посуды, скрипы мебели, неторопливое радиовещание от имени медиа-команды Университета. Время обеда в Роанском Международном Государственном Университете. А у Альберу Кроссмана же муражки пробегают по шее от накатывающего раздражения. эти, напыщенные лицемерием и вежливостью лица, что жаждат найти выгоду для себя, зная о положении Кроссмана, в усмерть раздражают. Он - золотой наследник крупнейшей международной компании, идеальный ученик в университете, ответственный президент студенческого совета, с о в е р ш е н с т в о. многие глупые богатые детишки считают, что в нём нет изъянов, и, ведясь на лучезарную улыбку, лижут ботинки Альберу. Да и не только детишки. Он готов водить за нос каждого, кто представляет для него выгоду. Конечно, Альберу самому выгодна такая репутация, что у него имеется, и он планирует подниматься еще выше по социальной и карьерной лестнице. но могут они хотя бы соблюдать такт? у него железная выдержка, как говорит его брат-близнец, что и сам Альберу отрицать не может. на протяжении годов он привыкал ко многим ограничениям, и терпеть такое для него - как два пальца. но, с какого то черта, день сегодня идёт не очень то благополучно. Эмоции, что вообще не показываются на ружу, немного чувствуются. Это не очень то и хорошо, но, на то он и названный "Кронпринц", что бы легко усмирять такие порывы. Идентичный по внешности, но не по цветам, парень, стоящий рядом, ловит маленькие эмоции брата. Кладёт руку ему на плечо, хватая диалог с назойливыми мошками на себя, и незаметно постукивает пальцами по форме Блондина. Плечо расслабляется. Беру Кроссман - обаятельный "шоколадный" мальчик, известный весёлым нравом и озорным чувством юмора. Частая тема для обсуждения у девушек со всех кафедр. Почти такой же идеальный как его брат. Такой же табель успеваемости в университете, такой же статус, такое же положение в обществе. почти что полная копия Альберу, только внешность - полная противоположность, как и характер. никому не дано узнать о том, что, на самом деле характеры то у них совершенно одинаковые. Для всех, Альберу - яркое, но спокойное и равномерное солнце, надёленый всеми положительными качествами. А Беру - сравнивается с ночью, противоположной солнечному свету Альберу, но является таким звёздным и ярким. Когда его называют ночью - это совершенно не обозначает что то порочное, ужасное и сокрытое. Он светится, словно океан звёзд, заявляет о своих правах, весело мигает светом планет и расплывается млечными путями повсюду. Вездесущий, очень отзывчивый и озорной. Хотя, давайте признаем, что их прозвали так в основном их за их внешности. Ну, правда, в чём они неправы? Кейл считает что не правы во многом. потому что, в ответ на подобные обращения к близнецам он лишь в уме усмехается. да эти двое скорее похожи на Льва и тигра. только тигр чёрный. Кейл старательно избегает встреч с этими двумя "небесными телами" сразу же, как поступил в Уник. От них за киллометр веет опасностью, в основном, для самого Кейла. Не дай бог кто нибудь из них когда то обратит на него внимание(что мало вероятно, слава богу). Он не собирается работать и делать что то раздражающее, да еще и против его воли, нет. Если верить слухам, он то и делает, что сидит на шее у своего богатого папаши, увлекается вредными привычками и тунеядствует. возвращаемся к действу в кофетерии. У Альберу медленно сводится челюсть(и едет крыша), а Беру тактично помогает брату не взорваться. Пестрят улыбки, звучат пошлые шутки одногруппников, визгливые хихиканья девушек. до носа доносится запах дорогих, но приторных духов, с которыми явно переборщили. Потом близнецам явно придется проветриться, и не только что бы избавиться от запахов. стресс - вещь накапливаемая, от которой, хочешь не хочешь, надо избавляться. Беру умело манипулирует разговорами в толпе подростков, тянет на нужные ниточки, в нужный лад, и разговоры со стороны кажутся обычной болтовней юных особ. Только Альберу знает о том, что все части разговоров умело продумываются наперёд. И всё что бы поменьше тревожили блондина. Иногда Альберу правда благодарен небесам, что в этой бесконечной войне за власть, престиж, и выживание, он не один. С самого детства, как только умерла их с братом мать, они действовали бок о бок. росли, опираясь друг о друга. Они вдвоём - это было единственное, что осталось у них. рука об руку шли по извилистым путям иерархической лестницы, топтали головы богачам, даже не выбивали, яростно вырывали место под солнцем. то, ради чего они были рождены, и чего были обязаны добиться. На самом деле, в академии они оба были подобно светилам. Альберу Кроссман и Беру Кроссман - два солнца Университета Роан. Толпы студентов роятся в большом кафетерии. Много групп подростков с различным статусом. Ты мог вступить в какую то группу, имея определённый статус, как можно было и определить твой статус, основываясь на группе в которой ты находишься. В их Университете не редкость встретить и прямь необычных людей. Уголок лазурных глаз ловит что то шустрое и яркое, соединяясь с разговорами подле него. - Его что, до сих пор не отчислили? - чей-то возмущенный голос. - Кого "Его"? - чётко различаемый голос Беру. - Ну, вы разве не слышали? Того отброса. - Воу, не припомню, что бы наш Уник славился какими то "отбросами." - Беру шутит, хихикает, его эмоции подхватывают остальные. - Хей, я правда не слышал не о каком отбросе академии, хотя какой курс уже тут. - какой то низкий голос. - Да ну, быть не может! Хотя, это вполне возможно. - девичий голос. На теме о каком то отбросе все навострили уши, приготовившись слушать несколько человек, что имели свойство собирать всевозможные сплетни и байки. кто то начал торопить их всё рассказать. Альберу и Беру заинтересовались. Это уже что то новенькое. - Он только в этом году поступил, и отучившись всего лишь один семестр, прослыл отбросом и мусором! Его, на самом то деле, и в Университете не часто увидишь. - в голосе слышится заинтересованность. - Господи, да не томи ты, скажи уже что это за загадочный идиот! - того, кто сказал это, ткнули локтем. - М, его вроде как Кейлом звали? ну, тот красноволосый пацан. честно, по началу я думала, они у него крашенные! ну не могут быть волосы такого цвета от природы, да ещё и прямые. - явно женский голос. - И как оказалось, это его натуральный цвет, да? - Да! У него ещё и личико на удивление миловидное! - какая то странная эмоция проскочила в этом возгласе. острые уши близнецов ухватывают всё. - Что не скажешь о его характере. - чей то сарказм. - И вправду. - парень, говорящий это, наклонился к столу и поднёс ладонь ко рту - Я вот слышал, что совсем недавно он учинил какую то драку не подалеку от Института, так ещё и кого то бутылкой по голове огрел! - Охо-хо, это уже интересно. - Альберу, молчащий до сих пор, обратился к толпе. Лазурные глаза миловидно прищурились, его поза заставляла думать, что он заинтересован. Этот невербальный сигнал подхватила толпа, разьяснив всё про красноволосого типа. ах, как жаль, что их уши раньше не добирались до него. хотя они, на минуточку, были в студенческом совете! А сам альберу был молодым президентом, с честью принявшим свою должность от предыдущего президента. они обязаны были знать. только потому, что они раньше ничего не знали, теперь считали его интересным. в это время, рыжая голова в капюшоне думала о том, как ещё подольше задержать осведомленность нового студенческого совета о нём. Буквально в этом году, после того как он поступил, переформировали студенческий совет с нуля, и набрали новых, наиболее зарекомендовавших себя молодых студентов. Хенитьюзу было не выгодно, что бы новые верхушки много обращали на него внимание. он всего лишь отброс-первокурссник, ясно? а некая красная макушка в капюшоне, пока венценосные близнецы впитывали новую информацию, как губки, исчезала за дверью на кухню кофетерия. - Бикрокс, я пришёл. В ответ на это в тонкие руки молча был всунут крафтовый пакет с неким содержимым. - Воу, шустро. хорошая работа. У повара в маске дернулся уголок губ. Этот несносный мальчишка вечно говорил "хорошая работа" вместо банального "спасибо". это он почти никогда не говорил. (исключением из правил был его отец, и атмосфера за пределами университета). В этот момент карие глаза сверкнули красным, с удовлетворением смотря в сам пакет. стоит признать, бикрокс очень исполнительный парень, насколько бы вредным он не был. Он, Хонгу и Раону понравится. Кейл не знал, что сейчас он улыбался, держа в руках объёмный крафтовый пакет, на что повар беззвучно фыркнул. - На этом всё. Я пойду. Кейл всегда действует слишком быстро, и молодой повар уже смотрит на исчезаующую за дверью спину. Хааа, ну почему этот парень всегда такой?.. Брюнету остаётся лишь вздохнуть, и продолжать делать свою работу. Силует с пакетом в руках прошмыгивает среди множества столов и студентов, юрко отворачиваясь от подставляемых подножек и мастерски игнорируя всевозможные обзывательства. Кейл пригинается, когда со спины ему в голову летит пакет с соком, и имигрирует за спину несчастного студента в которого попал сок. Университет ничем не отличается от школы или колледжа, везде одинаково господствует коррупция и чернь. Кто то чуть ли не стянул капюшон с его головы, на что Кейл цыкнул и шустрее рванул к выходу. В то время как горе-Хенитьюз думал, что совершенно незаметно проскакивает среди студентов, некая группа элитных студентов устремила взгляды сплошь на него. Шушуканья стали настолько гулкими, и настолько посвящёнными одной персоне, что весь буфет уже гудел одним и тем же. Что-что, а девочки из приближенных близнецов отлично и оперативно могли распространять слухи. И изощеренной оперативности их методов близнецы каждый раз восхищались, ведь поверьте, не каждому подвластно меньше чем за 3 минуты заставить почти всех студентов в столовой подхватить одну молву. Эти девочки - мастера своего дела. Кейл конечно допускал мысль о том, что сегодня что то слишком часто на несколько квадратных метров его пытаются поймать или осадить, но предавать значения этому конечно не стал. а зря. Внезапно откуда-то раздался громогласный голос, зовущий светилоподобных близнецов. - Ваше высочество Альберу Кроссман, Беру Кроссман! Чёрт повернул голову Кейла инстинктивно обратить взгляд в сторону стола студсовета. Его болото красно-карих глаз встретилось с лазуритным морем. Край радушки уловил внимание глаз тёмно-черного дуба. Вот же ж дерьмо. Они с президентом студсовета, президентом, блять, чётко встретились взглядами. (а так же обратил на себя внимание тёмного близнеца). хоть и дело было пары миллисекунд, ошибки быть не может. его провели. и его точно заметили. В это время солнцеподобный парень внутренне ликовал. Победа, их небольшой ребяческий план сработал. и, хоть кроме Хенитьюза, на них обратили глаза море других студентов, было всёравно. Альберу доволен одним зрительным контактом. - Наши Звёзды и Солнце Академии, вы как всегда умны и находчивы, спору нет. - похвала просыпалась к близнецам, что предложили эту идею. суть состояла в том, что бы кто то очень громко позвал их по имени, и тогда, возможно, кое кто обратил бы на них внимание. Довольные выполненной задумкой студенты снова вернулись к другим, бытовым и незатейливым вещам. Зачем Кроссманам было что бы какой то отброс посмотрел на них? а Чёрт их знает, но каждый остался довольным после реплики благодарности и сердечных похвал от Альберу. Одновременно с этим в груди альберу бушевала буря. впервые он творил что то подобное. ладно, тот отброс изначально не ставил цели прийти что бы поглазеть на него или Беру, но тот взгляд с каким он встретился не поддаётся описанию. Он знает, что не все поголовно могут присмыкаться перед ним, и враги у них с братом безусловно есть. Но даже те немногие, кто против него, в глаза всегда смотрят приторно-ласково, обмазывая уста притворной лестью, и в лицо не допустят ни малейшего смешка. Взгляд этих же глаз был другой. Вместо даже заинтересованности, которая тогда промелькнула у всех в кофетерии, ему в память врезалась скука. Мерный, тягучий взгляд, без капли заинтересованности, обращенный скорее с эмоциями "что опять?" был даже слегка насмешливым. тень, упавшая тогда на глаза, казалась бездонной ямой. ямой, что затягивала без остатка. Господи, да взгляд как взгляд, что он взвёлся то. но вопреки внешним эмоциям и мыслям, сердце в груди бешенно колотилось. Беру же незаметно присвистнул. Надо же, что его брат встретился глаза-в-глаза со знаменитым отбросом, так и взвёлся весь. Беру видит как прыгает грудная клетка Брага, в ресницы едва заметно дрожат. Что в этом парне такого особенного? Тёмному не удалось так же устремить взгляд прямиком в глаза подростку, но он точно приметил его привлекательность и.. нахальность? хотя для того, кто известен как отброс, это, в прочем, неудивительно. - Беру, мы должны держать его рядом. - шепчет блондин, незаметно, что слышно одному Тёмноволосому. Что? что случилось с его братом меньше чем за секунду? Беру в непонятках оглядывает брата, спокойного на вид, но разум которого явно пребывает в хаосе. В это время Альберу судорожно рыщет в мыслях, почему он сказал сейчас то, что сказал, и что происходит с ним. Пока Кейл в панике скрывается среди коридоров, Беру самому себе обещает, что обязательно выяснит, что таит в себе красноволосый отброс. Ради брата, и ради академии. Отбросы - не те, кто достоин учиться в их университете. И этот явно тупой парень точно не тот, кто достоин внимания его брата.

***

Кейл просто поверить не мог. спустя столько месяцев удачного скрывания от почти всех назойливых мух, он так легко прокололся. Просто ужасно. ужасно. Он уже слышит фантомный смех Розалин и заёбанно-усталый вздох профессора Эрухабена. Кстати, что касается Эрухабена, нужно будет заскочить к нему на этой неделе. На данный момент Хенитьюз плашмёй лежит на своей кровати в общежитии, закрыв лицо руками. Возможно, он себя накручивает, но кажется ему, что совсем скоро его неспешной да мирной жизни в Университете настанет конец. Стоит ли вообще теперь пытаться что то срочно придумывать, что бы отвязаться от них? нет, фокусы, которые срабатывали раньше, что бы к нему лишний раз не лезли, теперь работать не будут. учиняя скандалы и драки он лишь привлечёт ещё большее внимание близнецов и студенческого совета вместе взятых. Возникает вопрос, почему он так сильно избегает именно солнечных близнецов Кроссман? ведь по сути то, видимых причин что бы они обращали на него внимание, нет. Всё просто. Они слишком похожи. Имеется ввиду, не близнецы похожи друг на друга, а Кейл похож на них. Пускай многие слепы. Пускай для многих они невинны и святых, подобно святилам на небосводе. Но их истинная сущность - это хитрые до невозможности ублюдки. И Кейл прекрасно понимает, что сам точно такой же. Похожие типы людей чувствуют друг друга издалека. Кейл и без того наслышан о предотвращении Кроссманами наркооборота в подполье Университета. Опустим то, что и сам Кейл косвенно приложил к этому руку. Обращать внимание нужно на то, какими методами пользовались близнецы. Что Кейл, что кроссманы, они пользовались одинаковыми методами. Извращенными, подковыристыми, но зато рабочими. было бы просто замечательно, будь это просто паранойя Кейла. Да, должно быть, это просто обычная паранойя.. - НУ ТЫ И ЛОШАРА! - Громогласный бабах двери в комнату, и красное вихристое нечто штормом влетает в комнату Кейла. Дерьмо. Чрезвычайно весёлое дерьмо. это точно не паранойя. - Это твоё новое приветствие? - раздражительно наклоняет голову на бок, хмурясь в сторону бескультурной гостьи. - Да какое тут приветствие, когда весь уник на ушах стоит!! Ты вообще вкурсе, что меньше, чем за полчаса разлетелись слухи, которые ты месяцами сдерживал? - Плюхается на край кровати Кейла рядом с ним, вопросительно и весело заглядывая тому в глаза. Кейл, вздыхая, закрывает лицо руками, выдавая вид крайней обреченности. - Знаю, что ты хочешь сказать. студенческий совет взялся за дело. - Верно! Теперь единственной темой для разговора у студентов, особенно у первокурсников, являешься его великая персона ты. Розалин не унимается, сволочь такая, хихикает и тыкает рыжего пальцами в бок. Розалин пнули коленом в бедро. - А ещё, Кейлушка, наш прекрасный университетский алкашонок - Нависает хитрой рожицей над лицом Кейла, двумя руками опираясь возле его головы. - Пошёл так же небольшой слушок о том, что старший принц Альберу настолько заинтересовался тобой, что в столовой заставил кого то громко назвать его по имени, только что бы ты взглянул на него. Конечно, этот слух уже пускал не студсовет, но те, кто подслушивал их разговоры рядышком, ясно всё услышал. Розалин подмигивает. Вот же-ж лиса. Это она тогда дежурила около стола студсовета, проветривая свои непоседливые уши. Весело ей наверное было смотреть за этим и слушать все это. А так же самой болтать о чем попало рядом со всякими ищейками слухов. А сейчас она сидит с улыбкой от уха до уха, почти ему в лицо дышит и забавляется. От такой выпиющей наглости Розалин возмущённо пихают в живот. - Я тебя прибью, если этот слух распространился среди девушек Уника, и ещё как нибудь по-гейски приукрасился. Розалин, поднявшись и потирая живот, улыбалась, хоть и хмурилась от неожиданного удара. - Вот сука! - Кейл взлетает с кровати за петляющей по комнате Розалин. Дерьмо оказалось дерьмовей ожидаемого.

***

Что-что, а безделье и тунеядство всё-таки наказуемо, сколько бы он мастерски не избегал этого. Точнее, наказуемо оно только от одного недовольного златовласого профессора. От него он уклонятся не может, доебётся, да и не особо хочет. Потому что Эрухабен - одна из важнейших связей в Университете у Кейла, да и просто хороший ответственный взрослый(а так же терпеливая нянька для одного черноволосого малыша). Он часто укрывает Хенитьюза, а так же помогает с прикрытием от профессоров и ректоров. Вместо отчисления и неудов по предметам, иногда всё же лучше дежурить себе тихо-спокойненько в саду закрытого здания Университета. В этот сад мало кто заходит, и он почти что закрыт от посторонних глаз. (Эрухабен, видно, даже к выбору места его дежурства приложил руку. Кейл обязательно потом угостит этого золотого профессора хорошим вином.) Тихо, мирно, и Кейл понемногу метёт узкую тропиночку. Мерный утренний свет солнца просачиваются сквозь густые кроны деревьев, освещая полутемный и закрытый от всего мира сад. Белые камушки рядами укрошают клумбы, растут живописные цветы и невиданной красоты густые деревья. Этот сад похож на маленький райский уголок. прохлада просачивается за шиворот рубашки, даря приятный холод. Закрытое здание университета окружает этот сад, а так же тут располагается деревянная, покрытая лаком, беседка. Розалин, впервые пронюхивая о нем, по красоте описывала его как какой то средневековый тайный сад королевского двора. (Эта извращенная девица автоматом приписала возможности творить непотребства в этом закрытом саду. жуть.) Слышится шёрох листьев и звук неспешно подметающей метлы. Умиротворенное выражение лица ничуть не говорило о том, что Кейл недоволен "наказанием". Для Огненноволосого это скорее награда, быть подальше от людей и делать что то в своём медленном темпе. Стройный силует посреди сада почти заканчивает работу, редкие прямые лучи солнца падают прямо на его волосы, что становятся при свете ещё ярче. Волосы горят алым пожаром, ореолом из света распространяясь над головой. В этот момент некто у входа в сад замирает. Смотря на этот силует, даже и не подумаешь сказать, что этот юноша хоть на толику плохой. Со спины он так ещё прекраснее. Стройная спина, немного опущенные плечи, свободная белая рубашка колыхаемая ветром. Волосы цвета пожара особенно ярко светились посередине сада. Словно он и есть сдесь самый красивый, и самый главный цветок. Редкий, завораживающий цветок. Что то замирает в груди у Беру Кроссмана. Нет, конечно, Кейл безусловно красив, и свет солнца играет тому на руку, но.. без но, должно быть, Беру просто надо проморгаться и наконец окликнуть этого отброса, что бы развеять глупо нахлынувшее наваждение. - Ты долго будешь там стоять? Тишину прорезает отчетливый, но спокойный голос. он оказывается хорошо слышен с того места, где стоял Беру. Тёмноволосый немного вздрагивает от неожиданности, но тут же приходит в себя. Беру хочет завести непринуждёную беседу, как он это обычно делает со студентами, что бы расположить их к себе. В этот момент Кейл оборачивается на него. Почему то пока что он не походит на дебошира из слухов. Слишком спокойный голос. Слишком плавные движения были. Слишком спокойный взгляд.. Кейл незаинтересованно смотрит в глаза из горячего шоколада. - Если пришёл проверить выполнение работы, то я уже почти закончил. Так же без уважения, без шквала лести, без намёка на ищущаю выгоду улыбку. На самом деле, равнодушие сквозило во всём этом. В голосе, в выражении лица, в позе. Но Беру её воспринимал это как неуважение, вовсе нет. Беру берет себя в руки снова бодро шагая к Кейлу. - Как член студенческого совета и заместитель нынешнего президента студенческого совета, а так же как отвечающий за социальную деятельность студентов, я должен время от времени следить за сохранностью этого сада. Думаю, когда тебя отправляли сюда, осведомили о том, что это сугубо закрытая территория Университета, и тебя направили только в качестве наказания. Открыто держит руки, не создавая закрытую позу, ярко улыбаясь парню напротив. - Понятно. Мне осталось совсем немного убраться, и я скоро уйду. Я продолжу, что бы закончить поскорее. Сухой ответ кейла такой обычный, что аж непривычно. У самого же Кейла нет вообще никакого желания отвечать хоть капли уважительно. Что ему надо? Кейл, отворачиваясь к Беру спиной, и мерно продолжает свою работу. Беру думает, что это странно. Может, не узнал или спутал? Хотя косвенно он уже представился. - Слушай, нам до этого не удавалось познакомиться лично. Давай представимся. - Беру подходит к Кейлу и протягивает ему свою ладонь. Загорелая кожа притягательно блестела на солнце. - Беру Кроссман. Кейл из под опущенных ресниц мгновение смотрит на Беру. Так он не ошибся. Это действительно одна из царстенных заноз. Ну, что же, делать нечего, и Кейл протягивает руку. - Кейл. - Коротко отрезает, стремясь даже рукопожатие сократить до минимума, едва касаясь тёмной кожи. Рука Кейла оказывается весьма меньше руки Беру(на самом деле это не так, просто руки у Хенитьюза тонкие, от того и кажутся маленькими по сравнению с нормальными руками). Беру почти не удаётся коснуться кожи, но этого было достаточно, что бы почувствовать очень холодные руки красноволосого. Это очень сильно контрастирует с тёплыми, почти что горячими руками Беру. Кейл не даёт и шанса задержать рукопожатие хоть немного, быстро отворачивается, уходя в глубь сада. Он планировал здесь остаться бы после работы, что отдохнуть, насладившись упокаивающей атмосферой сада, но сейчас желание полностью отпало. Что-бы раздражение не накатило ещё больше, он стремительно идёт к выходу из сада, попутно бросая в мусорные баки мешки с мусором. Кейл упорно не замечает то, что у него до странного долго жгло руку после рукопожатия с ним. Беру странно пялится на удаляющуюся спину отброса, ощущая небольшое покалывание на кончиках пальцев. Может, простыл?

***

Беру сидит в кабинете студсовета, пластом развалившись на диване под осуждающий взгляд брата. Ибо Альберу сейчас сидит за рабочим столом разбирая документы, да какие то формальные фигнюшки. Пока старший не на много кроссман пыхтит над документами, младший кроссман пыхтит над догадками. слухам никогда верить нельзя, он это знает как никто другой, но всё же.. поведение кейла хоть и грубое, оно пока что не похоже на поведение того, кто бы стал сразу посылать тебя и кидаться чем попало. а может, ему просто повезло? Беру прикрывает глаза ладонью. Но почему его мысли так часто возвращаются именно к этому парню? - Слушай, Брат.. - Не желаю ничего слышать от тунеядца. - Да буду работать я, буду! дай мыслями поделиться и подтвердить собственное сумасшествие. Кроссман-солнечный зантересованно поднял бровь, поставив подбородок на руку. - Слушаю. Беру, выдавая даже позой своё мученеческое положение, для пущей театральности свесив одну руку с дивана. - Я недавно увиделся с Кейлом Хенитьюз. - На одном только имени Блондин выпрямился. - Конечно, да, парень он не из любителей формальностей, но пока что он не шибко то и похож на того дьявола в слухах... Особенно, если учесть ту картину в столовой. Но он всё ещё портит репутацию нащей Академии. Мало кто обращал на это внимание, но, хоть и Кейл является отбросом, тогда он никаких скандалов не учинял. Пока в него летели объедки и его пытались остановить или толкнуть, он просто шёл к выходу игнорируя ситуацию. В ответ на изрекание шоколадного раздался протяжный и тяжёлый вздох. - Думаю, у нас ещё будет время, что бы выяснить что за перец этот наш Хенитьюз, раз он заинтересовал нас обоих - Снова, но уже на фоне, блондин перебирает бумажками. - Не заинтересовал он меня! - Почти вскакивает с места, возмущённо глядя глазами цвета теодолитов в братца. На это голубоглазый саркастически приподнимает бровь. - Да ну? А то, что за последние несколько суток ты слишком часто возвращаешься к догадкам о нем и даже решил навести справки по его репутации, ничего не значит да? Вот тут спорить нечего. Беру правда всё чаще становится заинтересован информацией про Кейла, пытаясь рыть даже слухи многолетней давности. но Беру вовсе не заинтересован, в том смысле о котором говорит брат. он просо хочет докопаться до истины. Он всё ещё считает этого рыжего лиса отбросом. - Совершенно ничего, мой милый братец. - Беру сверкает ровным рядом зубов, и из за его темной кожи его улыбка кажется в два раза ярче чем оно есть на самом деле. - Это скорее банальное любопытство и желание докопаться до истины. Ты прекрасно знаешь мою точку зрения. Блондин вздыхает, попутно переворачивать очередной листик документов. - Как хочешь.

***

Альберу Кроссман сам не знает, почему у него возникает такая реакция к тому красноволосому сумасшедшему. Да, тот красивый, бесспорно, но.. Хотя нет, он знает ответ. Это любопытство. Гадское, почти что животное, колющее под рёбрами любопытство. Персона, о которой он был почти ни слухом ни духом, как оказалась была на ушах почти всех студентов. Кроме него. Это то и странно, потому и вызывает пущий интерес. Мысли иррационально то и дело возвращаются в этим пылким волосам и непокорному взгляду. Ещё на первом курсе он, вместе с братом, проделали огромный путь для того что бы захватить в свои тиски Университет, и воссиять в верхушках студсовета. Они перерывали каждый уголок, обрели множество последователей и союзников. Тогда Кейла в Университете ещё не было. И, с их положением, это незнание о такой запоминающейся персоне было просто невообразимо. Тем более при условии, что Альберу и Беру самолично подписывали документы касающиеся первокурсников в этом году. Даже потом помогали профессорам с организацией промежуточных экзаменов. Так от чего же он не помнит его? Просто так они явно не могли пропустить его, заметили бы в любом случае. Либо при проверке экзаменов, так как плохие оценки сразу же запомнились, либо же при рассмотрении пропусков у студентов. от чего следует теория, что у этого стандартного на вид отброса и тупицы есть явно не такие же тупые посредники среди учителей, студентов, а так же, возможно, его предполагаемые люди есть и в студенческом совете. что бы проверить это, нужно для начала сблизится несомненно с самим Кейлом, а так же прошерстить всю поднаготную членов студенческого совета. И до профессоров добраться надо. Будет сложновато конечно сделать это с некоторым "золотым" лауреатом, но не невозможно. Нельзя исключать не единой догадки. От чего то солнцеподобный Кроссман начинает чувствовать фантомную головную боль. Господи, ну за что ему всё это?..

***

Время бежит, словно горная река, неумолимо смывая всё на своём пути. Водовороты событий поджимают каждого, и лишь самому человеку решать, бороться ли ему против них дальше, или же утонуть в них навсегда. За последний месяц одного рыжеволосого парня настигла сразу два таких водоворота. причём живых и навязчивых. То от Розалин и Чхве Хана вести, что верха академии кто то подковыристо штудирует, наводя справки по социальным статусом студентов, то Эрухабен сообщает о том, что собраний профессоров стало намного больше и их чаще дрючат с отчётами. Студенческий совет стал чаще дежурить по отдаленным корпусам(бедная Розалин, она то и дело ноет Кейлу в уши о том, как её задрали эти поручения от президентов). Ладно, если бы это были обычные подготовительные ритуалы к экзаменам там, или какие то верха государств опять доёбывались до Уника, но нет. выводы, составленные Кейлом, на основе нынешних знаний о Университете, говорят только об одном. Университет проверяют изнутри. Не зря же начали собирать справки по стратам среди студентов и их социальном положении среди учеников. А так же, что не менее важно, начали проверять репутацию. Хотя не стоит оставлять догадку о том, что это просто какая то конкурсная или отборочная хуйня. но это не отменяет факта того, что на его отбросскую личность начали обращать больше внимания, и уделять больше времени. эх, а ему так нравилось быть своеобразным призраком университета. шепотки, что преследовали его повсюду хоть и раздражали, но давали прочную уверенность в созданном им же имидже. так к нему почти не подходили посторонние, то от презрения, то от страха. Чхве Хан очень часто задавал Кейлу вопросы по поводу того, зачем Хенитьюз у вообще залегать на дно и срамить репутацию. Особенно при условии, что на самом деле Хенитьюз исподтишка помогает в некоторых пустяковых задачах, что бы с его друзьями и близкими всё было в порядке. И плевать, что только с точки зрения самого хенитьюза разгром какого то наркодиллера является пустяком. Он же легко смог это сделать? Легко. значит пустяк. (Кейл, какой же ты слепой). А вот портил он свою репутацию как раз для того, что бы как сейчас не сидеть в кабинете студсовета под пристальный взгляд некоего солнышка-Кроссмана. Альберу пристально смотрит на Хенитьюза, что сейчас сидит на диване возле письменного стола альберу. положив подбородок на скрещенные руки, голубые глаза смотрят испытывающе в красноволосый силуэт. - Ещё раз спрашиваю. ты точно уверен в том, что не хочешь занять одно из пристижных мест в студенческом совете? - Точно не хочу. Для счастья души мне достаточно лишь вашего отдаленного сияния, Ваше Высочество, и такой отброс как я точно не достоин стоять на одном ряду с Солнцем и Звёздой нашего Университета. - Поливает уши Кроссмана лестью как нефиг делать. У Блондина дёргается бровь от раздражения, но сердце бешено колотится от непередаваемого волнения. Хенитьюз, единственный и первый человек, кому удается так сильно сводить с ума Кроссмана. он даже не волнуется, не смущается, не комфузится, он сходит с ума. Да, Альберу знает, что мог с самого начала прекратить в себе и удалить эту нарастающую симпатию. но он не может. или, вернее, не хочет? ему кажется, что если он потушет всё что происходит в нем, упустит что то важное. Кроссман с идеально уложенной причёской не знает, что делать. Он должен удерживать его рядом. если он дальше не будет предпринимать каких либо попыток, они не смогут даже иногда, как сейчас, перебрасываться любезными колкостями. Он правда не хочет упускать его. (и пусть, что судьба в любом случае бы снова и снова сводила их вместе, не зависимо от попыток Кроссмана. людям такое знать не дано.) Сердце Кроссмана бешено стучит, отдавая набатом в ушах, от чего тот с усилием потирает виски. Хенитьюз воспринимает это как головную боль, причиной которой стал несомненно он сам. Кроссман так устал. Только последний месяц и пару недель, после встречи с этим несносным парнем, отняли у него столько сил. Но хоть он и жалуется, ему не хочется, что бы это прекращалось. - Хаа.. Ты сводишь меня с ума. - уже обречённо, на выдохе, утыкая уставшие глаза в собственные ладони говорит блондинистый Кроссман. Кейл думает, что у него не вызывает никакой реакции картина перед ним. хотя, глубоко на подкорке сознания отпечатывается ощущение покалывания в пальцах, и подавляется желание взглотнуть. Альберу красив даже уставший. Очень красив. И Кейл будет нагло врать, если скажет, что ни капли не заглядывался на эту внешность. (хотя Кейл и так постоянно врет, даже самому себе.) Да даже Беру, который, синхронно со своим близнецом странно ошивается вокруг Хенитьюза, такой же притягательный красавец. Кейл укроет в своих самых грязных мыслях моменты того, как он заглядывался на этого "принца самой темной ночи" , когда тот случайно упал в бассейн в верхней одежде. Прилипшая к яркой темной коже белая рубашка, была слишком трудным испытанием для Хенитьюза. Кейл решается на очень смелый, и неожиданный даже для него самого, поступок. Кроссман не поднимает головы, но слышет шорох дивана и лёгкие шаги. Вероятно, Кейл собирается уходить. Альберу не может усмирить ощущение позорного проигрыша в их схватке. но шаги не отдаляются. Они приближаются, заставляя невольно затаить дыхание. Звуки обходят стол Кроссмана, кажется, приближаясь к окну.. снова какой то шорох и.. звук закрытия и защёлки окна? Лазуритноглазый поворачивает голову в бок, не скрывая недоуменя во взгляде. - У вас в кабинете холодно. я просто закрыл окно. - Нейтральным взглядом смотрит прямо в голубые омуты, и закрывает поплотнее шторы в кабинете. было кстати вправду холодно. Только после замечания Хенитьюза, Альберу понимает, что у него замёрзли руки. Мышцы пальцев рук от холода стало труднее задействовать, и они начали болезненно ныть. - У вас руки выглядят холодными, ваше высочество. - Рыжий подходит, беря одну ладонь Кроссмана в свою. Они обе одинаково ледяные, ни одна другую сперва не греет. Кроссман в удивлении раскрывает глаза, и пелену усталости как рукой сметает. У Кейла же разум в буре эмоций и смятении, что он, блять, сейчас творит?? Он рвёт жопу, лишь бы держаться подальше от того, с кем сейчас он держится за руку! и не только добровольно, он же и инициатор! но, ладно, все не так просто. Кейл очень хочет, что бы эти действия Альберу посчитал хамством и посягательством на его персону после наглейшего отказа, разозлился, отправил Хенитьюза восвояси и не захотел впредь с ним пересекаться. Но Альберу не отталкивает, не злится, не комфузится и не смотрит на Кейла как на сумасшедшего. Кейл внутренне удивлён, когда в ответ на его действия, Альберу добровольно переплетает их пальцы, своей второй рукой накрывая их руки. Кейл непроизвольно сжимает в кулак свободную руку. - А у тебя они действительно холодные, серебряный отброс. - Отвечает Альберу, Кейл же на это фыркает. Тишина висит в воздухе, а оба подростка чувствуют лёгкое телесное тепло, начинающее передаваться через их руки.

***

шли день за днём, и неделя за неделей, месяц за месяцем. совсем скоро по улицам будет гулять новогодняя атмосфера, на голову валисться снег, и новогодние каникулы не заставят себя ждать. Кейл, уже ставший второкурссником, выдыхает рассеивающийся по холодному воздуху пар и прячет замерзшие руки в карманах. Второй семестр его первого года обучения в Университете только на днях окончился, и его успешно перевели на второй курс. за последние многочисленные месяца, после наступления второго семестра на первом курсе, у Кейла много чего в жизни изменилось. Например, в его обычной, размеренной, спокойной отбросовской жизни появились два несносных близнеца. Один - по виду словно яркое солнце, несущий за собой ореол света, олицетворение святости и добродетели. Любитель справедливости и добра, с ярко-голубыми глазами и почти что сотканными из золота волосами. Второй - тёмный и загадочный, словно сама ночь, а искры его эмоций подобны ярким беспорядочным звёздам. Тёмные каштановые волосы заманчиво блестят на свету, а кожа, загорелая-загорелая, почти что шоколадного оттенка, невольно притягивающая взгляд. Глаза цвета дубовой коры, способные ярко выделяться среди остальной темной гаммы. И оба - несомненные красавцы, аполлоны, благословсёные самой афродитой дети. Красивые лица, ухоженный и изводящий своей идеальностью внешний вид. Даже их тела - совершенное произведение искусства, и мечта любой молодой студентки. (Кейлу как то повезло увидеть их занимающихся в бассейне, где тот, по счастливой случайности тогда отрабатывал прогулы, протирая полы.) И эти оба бегают хвостом за Кейлом. И что один, что второй - сплошные головные боли. Кейл, сам того не понимая, впустил их в свою жизнь. Сначала в круг знакомых лиц, считая, что все обойдётся и он в любом случае сможет от них потом избавится. Это потом так и не наступило. дальше они стали все чаще пересекаться, Кейл углублялся в интриги подполья Университета, проникая в устройство государства. Случайно вынужденные ситуации заставили их работать сообща, что бы сохранить шкуры каждого. Из обычной работы сообща вышло доверие. Доверие, что каждый готов подставить ради друг друга спину, и каждый готов быть рядом до последнего. И теперь, два непоседлевых Кроссмана занимают отдельную ячейку в жизни Кейла. Кейл блаженно надеется что дальше уж точно не пойдёт, да и куда там дальше. Два навязчивых солнечных близнеца(Беру, хоть и считается звездами, для Кейла несомненно ещё одно солнце. постоянно выедает глаза своим присутствием.) закрепились глубоко в подсознании как два Хёна, чего сам Кейл никогда не признает. Они встали на ряду с его верными друзьями, его напарниками, его детьми(Кейл тоже ещё не скоро признает, что все же считает тех троих непоседливых детишек своими малышами). Сколько бы он не ворчал, не посылал их, не рассчитывал что вот вот перестанет с ними контактировать, они уже стали индивидуальным островком в жизни Хенитьюза. Столько больших изменений произошло за последние месяца, что не сосчитать. Эти изменения касаются не только окружающей среды и окружения я Хенитьюз. Кейл и сам сильно изменился. - Кейл!!! - мгновением сзади на Кейла налетают, буквально, обнимая руками вокруг шеи и чуть ли не роняя беднягу в только-только выпавшую белую массу. В ответ на действия тигроподобного близнеца, Альберу слегка покачивает головой, но тепло улыбается. - Брат, ты так снесешь нашего бедного Донсена. - Сзади подходит блондин, плотно обёрнутый шарфом. Хенитьюз в ахуе, в шоке, и уже готов давать по шапке во всех смыслах. Да, они договаривались встретиться, но зачем так пугать? - Ты больной, Кроссман? У меня чуть ли сердце от испуга не выпрыгнуло, кретин! - обильно свернословя тех, кого по сути даже плохим взглядом одаривать нельзя, Кейл пытается оттолкнуть от себя прилипчивого шоколадного мальчика. В ответ на усилия Кейла отстраниться, Беру лишь сильнее обнимает его, ерзая носом в пламенных волосах. не часто удаётся так контактировать с Хенитьюзом, от того приходится ловить каждый момент. Рыжий сверкает глазами в сторону Блондинестого близнеца, взглядом умоляя помочь, на что тот в притворном непонимании давит лыбу. Бедняге остаётся сдаться, поглаживая руку беру возле своей шеи, что бы тот ненароком его не придушил. - Бандиты. Вы оба. Задрали. на заёбанные и желчные изречения Кейла Беру фыркает, а Альберу тепло посмеивается. - Кейл, не сердись на него сильно. Он только недавно с семейного собрания. Рыжий всем своим видом говоря, что это не его проблемы и вообще почему он должен страдать из за этого, всё же мягко поглаживает беру по предплечью. Беру немного расслабляет хватку вокруг шеи Донсена. - Давайте лучше поскорее приступим к делу, ради которого мы собрались в такой мороз на улице. Альберу кивает, а Беру, наконец насладившись запахом волос Кейла, отлипает от несчастного. Во время зимних каникул планируется проведение специального Университетстского мероприятия в честь нового года. Что то на подобии новогодней вечеринки, на которой соберуться не только студенты, но и люди с правящего света. И конечно же, помощью в организации(считай, полной его организацией) попросили заняться Альберу и Беру. Они, как самые авторитетные лица среди студентов, согласились. Не хотя, потому что на самом деле хотели провести побольше времени с Кейлом и новообретенной Компанией, но согласились. Кейл же встрял во все это по весьма заковыристым причинам. В основном по причине того, что совсем недавно соседняя страна через их университет попыталась подорвать авторитет государства. А кейлу просто тогда посчастливилось поставить раком этих ублюдков, разъебав всех их крыс в Унике. Конечно, под надёжными крыльями солнечно-звёздных близнецов. Ответственность тяжёлым грузом давит на плечи. Особенно, на плечи подростков, заставляя их жертвовать своим временем и юностью. Альберу, видя совсем побелевшие, ставшие по цвету как окружающий их снег, руки горе-Донсена, обеспокоенно берет того за руку. Она оказывается ледяной. Ледянющей. - Донсен, у тебя руки холоднее снега сейчас. - возмущается констатируя факт Блондин, крепче беря за руку Хенитьюза, переплётая их пальцы. На его счастье Кейл и сам весьма продрог, а рука Альберу оказалась тёплой, от того выёбываться и отстраняться не стал. - Давайте поговорим о сторонних темах потом, сначала нужно разобраться по поводу будущего празднества нового года, посетив сразу несколько мест. Предлагаю не терять времени и начать прямо сейчас. Кейл не терпит задержек и торопит близнецов. Те послушно следуют за Хенитьюзом, зная, что тот безукоризненно прав. Снег падает вихрями, снежинками тая на волосах студентов. Прекрасное, но такое холодное и проблемное время года, скоро переведёт трех юношей в новый год их жизней. Одной судьбе известно, как будут меняться их жизни, а пока только снег и небо наблюдают за ними, провожая их по одной дороге.

***

Цоканья бокалов и каблуков, тошнотворные своей приторностью духи, постоянные лебезяния богатеев. Выводящие из себя пестрые наряды миллиардеров и шишек общества. У Альберу голова уже кругом от этих фальшивых улыбок и перекошенных любезностью морд. Неволей в голове проэцируется образ некоего не-отброса с его вечно непроницаемым лицом. Беру тоже уже почти на исходе от этого утомительного мероприятия. Даже его почти не заканчивающийся энтузиазм и энергия грозят скоро закончиться. Раздражение скапливается под загривком, склизким потом стекая за шиворот. Два светилоподобных близнеца с самого престижного Университета страны, ведут диалоги с цветом общества, которое решили собрать перед празднованием в честь нового года. И причем решили собрать все эти ядовитые и запрелые цветочки даже не они.(но, по иронии судьбы, организацией занимались они). В целом, это просто увеселительное мероприятие для богатеньких, на котором эти самые богатенькие лижут жопы друг другу и ищут связи повыгоднее. Колкие репейники, вызывающее одно раздражение, да и только. Где то в отдаленном углу зала прописался известный, уже не только своим отброссничеством, Хенитьюз. Он кое как отлип от каких то странных директоров, что до раздражения навязчиво, от чего то пытались подлебезить к нему. Сам же Кейл, по своему обыкновению, не желая и капли разговоров с кем то вообще из человеческой расы, грубо, с нескрываемой раздажённостью, отвадил неприятных лиц. Унылым и скучающим взглядом обводит роскошно украшенный зал, с мраморными плитками и высокими каменными колоннами, меж которыми то и дело мелькают неразборчивые лица светского общества. Веки наполовину прикрыты, а ресницы грозят совсем захлопнуться. кажется, его скоро потянет спать. В утонченной ручке неторопливо, даже движениями выдавая скуку, вертит фужерчик с вином. Чёрные кожанные перчатки обольстительно отражают свет люстр. Зевнув, и решив, что так он уж совсем отрубится, решает двинуться куда нибудь на выход. маленькие терассы, что специально расположены на этом этаже для таких мероприятий, вероятнее всего уже заняты или облюбованы кем то другим. так что Хенитьюз, оставив недопитый фужер на одном из столов, следует по некоторым, окольным и запутанным путям на самый верх Университета. Цель его - одинокая, и обычно закрытая, крыша. Только вот закрытая она уж точно не для него. в тишине легонько звякает копия ключей от крыши. Ледяной ночной ветер тут же благодатно обволакивает Кейла, врезаясь ему в лицо своей резкостью, и тот набирает полную грудь холодного воздуха. Следуя по поверхности крыши к перилам, рыжий характерно-резко расслабляет чёрный галстук и расстёгивает пару верхних пуговиц. Пиджак был снят уже на пути к крыше и брошен в какой то из аудиторий, через которую он делал обход. Рукава рубашки задираются выше предплечий. Наконец, накопившаяся в его теле духота, начала отступать, даря парню некоторое расслабление. Озноб траспространился по его телу, наконец позволяя сосредоточиться на важных для него мыслях. И без того рыже-красные волосы, собранные в низкий хвост, при легком ореоле звезд, обретают необыкновенный окрас рубинов. Юноша облокачивается на перила открытой крыши, ветер развевает его волосы. Из мыслей его прерывает чувство того, что какая то теплая ткань была накинута на его плечи. Рядом, каким то мистическим образом, оказываются злополучные близнецы. Им стоило весьма немалых усилий наконец удовлетворить желание наживы богатых тварей, и, незаметно улизнуть. чудным образом совпало так, что, при проскальзывании через очередной мрачный коридор, на глаза попалась знакомая фигура с хвостиком. Так они и оказались на крыше вместе с Кейлом, который от чего то не закрыл за собой дверь. Близнецы, зачарованно смотря на этот такой хрупкий, но такой смелый силуэт, на фоне звёздного неба, не могут не задуматься. Всего за каких то пол года, какой то человек, обычно ненавидящий внимание и общество, стал тем, при котором они явно сходили с ума. По другому и не назовёшь, то, как часто их сердца пропускали удары при виде Хенитьюза. то, как иррационально они принимали решения, основываясь лишь на мимолётных желаниях и хотелках(это уж точно не в их осторожном и расчитанном подходе). то, как часто они хотели видеть его рядом с собой. То, как незащищённо и открыто сразу два близнеца чувствовали себя рядом с Кейлом. Они не сразу поняли, что то, что они начали испытывать, это внезапная влюблённость. Хотя было ожидаемо это запоздалое осознание, учитывая саму сущность их характера. Что иронично, что один, что второй, сначала обуславливали это любопытством и предосторожностью держать опасный, по их тогдашнему мнению, обьект, в поле зрения. Кейл был тогда для них действительно настораживающим обьектом. Дальше последовало пересечение в закулистной деятельности троих молодых людей. Связи Кейла с людьми по всему Университету и не только начали узнаваться, и в основном шокировать братьев. Братья уже на тот момент успели обговорить дела, касающиеся Хенитьюза, друг с другом. Оба, хоть и были слепы к собственным чувствам, были чутки к чувствам друг друга. Ситуация была сложной, поскольку тогда они начали понимать, что Хенитьюз им начинал Нравиться. Страсть преследовала обоих. Не то что бы между Братьями, из за общего обьекта симпатии, не возникало ссор. Ссоры были, долгие, конфликтные, проблемные. Но, всё-таки, они оба парни рассудительные, и всё-таки приняли своеобразный компромисс, решив оставить события течь своим чередом.(а именно, они позволили друг другу ухаживать за Хенитьюзом, а дальше, с кем тому быть, решать будет уже сам рыжик. Множество событий происходило между близнецами, разными только по внешности, и рыжим парнем. Рыжий отброс оказался вовсе не отбросом, и тот отторгающий вид разбился в дребезги перед Кроссманами, открыв им мягкую, нежную сущность. сущность, что до больного дорожит всеми близкими людьми, и ради только их безопасности готов поставить на кон даже свою жизнь. сущность, что ненавидит боль, но так много скрывает её в себе. И, в прочем, описывать его можно долго. Дальше братья поняли, что влюбились. Бесповоротно, глубоко, и нежно. Раньше никто из них и представить бы себе не смог, что они способы на что то хоть отдалённо напоминающее симпатию. А так же, кто бы мог подумать, что появление одного-единственного человека в жизни, может поменять множество вещей. После встречи с тем, кого они уж точно теперь не могли назвать отбросом, они сильно изменились. Бездушные, идеальные, чёрствые куклы обрели душу, а так же шанс на очищение и обретение человечности. - Кейл, ты вообще в курсе, что на улице минус, а так же почти середина зимы? - Альберу поплотнее окутывает пиджаком их рыжего сумашедшего. Беру с явным беспокойством смотрит на Кейла, подходя к тому справа, прижимаясь своим плечом к плечу Хенитьюза. - Ничего не знаю, мне не холодно. - выдыхает пар, поднимая голову к верху в совершенной расслабленности. Как будто он не чувствует холода. Альберу, чья правая рука всё ещё покоилась на пиджаке, всё-таки рискнув быть оттолкнутым, приобнимает Хенитьюза за плечо. Хенитьюз не ворчит, и не отвергает лишний навязчивый телесный контакт от кроссманов, а всё ещё задумчиво смотрит на усыпанное звёздами зимнее небо. Кейл уже давно думал об этом. о том, в каком направлении он изменился, встретившись со всего лишь двумя людьми. Альберу Кроссман - яркое солнце, ослепляющее всех на земле своим сиянием. Беру Кроссман - бесконечная россыпь звёзд на тёмном полотне ночи. Но мало кто берёт во внимание, что на самом деле, звёзды охраняют солнце даже при свете дня, оставаясь невидимыми. Как и не брали во внимание то, что ночью солнце так же всё ещё не полностью сходило с небосвода. Это же касалось и близнецов, уж слишком метко прозванными светилами. Солнце могло бесконечно поддерживать звёзды, как и звёзды могли без устали трепетать над своим солнцем. Но и Солнце, и Звёзды, не могли бесконечно справляться со всем в одиночку. Им нужна была Луна. Луна нужна для того, что бы дарить всему живому спокойствие по ночам, сменяя солнце. нужна, что бы поддерживать и вести за собой многочисленные звёзды, являясь их скопищем, и контролируя тёмный свод за ними. Небо, с точки зрения романтизма, не могло существовать без луны. Во время нахождения с близнецами, Кейл осознал. Солнце и Звёзды, уже даже не академии, страны, должны были найти свою луну. И Кейл готов стать луной для своих светил. Готов соединять их ещё сильнее, делая ещё более недоступнее для простых смертных. Готов защищать их, защищая их тень. Готов контролировать угольно-чёрное небо, дабы у светил не потухал их свет. Он будет для его Солнца, и для его Звёзд, одной-единственной луной, даже если для всего общества будет отбросом(хотя даже это уже давно не так).