Крутой Человек-паук

В Нью-Йорке у Вилла всё еще были незаконченные дела. Паук пристально следил за злодеями, которые теперь творили беспредел, так как Вилл обещал, что Паук не будет вмешиваться в их дела. При помощи своих гаджетов, ему удалось поместить на Млатоголового и Электро жучок. И если последний не был сейчас опасен, то Млатоголовый активно распространял наркотики по Нью-Йорку. Вилл смог выследить логово этого наркобарона. Огромный склад был доверха наполнен мешками с кокаином и прочими запрещенными наркотиками. Также Паук заглушил сигналы и пробрался на этот склад. Рации здешних охранников перестали работать, выдавали помехи. Также Вилл обесточил этот ангар. Он скрытно убирал охранников одного за другим. — Проверь, что там с генератором, — сказал бандит. Включив фонарик, второй пошёл на разведку, и вскоре угодил в паучью ловушку. Паук обматал его в паутину и подвесил к потолку. — Так и знал, что этому Пауку нельзя доверять, как и Осборну! — злился Млатоголовый. — Мы не могли ничего поделать, Паук уничтожил все наши наркотики, — отвечал испуганно охранник. — Вы идиоты! — кричал их Босс. Он было начал звонить Осборну, но его телефон также здесь не работал из-за заглушки. — Эй, Кувалда! Нам нужно поговорить, — начал Паук, незаметно пробравшись в его кабинет. — Паучья твоя голова! Ты нарушил обещание, сукин сын! — злился Джозеф (его настоящее имя) — Никто не ручался за меня, — отвечал Вилл, — Я не позволю превратить свой город в наркопритон. — Ты сделал уже всё, что хотел, — отвечал Млатоголовый, — Теперь просто оставь меня в покое. — Я даю тебе последний шанс, Джозеф. В следующий раз ты сядешь за решётку. И будь уверен, в этот раз подкупить судью не получится, — ответил ему Паук и выпрыгнул в окно. *** Сам Вилл, как и человек-паук, был не всегда таким успешным. Добиться бывалых успехов ему помогли его интеллект и упорный труд. Не обошлось и без помощи его Дяди Фреда Уолсона. Отца Вилл практически не видел, отец умер, когда тому было всего пять лет. Умер Джек Уолсон при загадочных обстоятельствах, по всем новостям это выдали, как крушение. Но Вилл до конца не верил, что такое могло произойти и пытался разгадать эту тайну. Вилл был вундеркиндом, в 16 он уже защитил степень магистра по Теоретической физике и прикладной математике, а также по машиностроению. В 18 лет защитил диссертацию по физике, по квантовой запутанности, в Стэндфорде. Его интеллектом был восхищён Доктор Курт Коннорс, учёный, который правда вёл совсем иные предметы — биологию и химию. Ещё до укуса паука Вилл создал себе прочный фундамент к своей заветной цели. Археология была просто его хобби, а это значит, что он разбирался в Антропологии и истории, а также знал несколько языков. *** После победой над Скорпионом в начале своей геройской карьеры Вилл активно продолжил помогать людям и спасать город, как завещал ему его учитель Фэй. — Ты обучился всему, что я тебя учил. И что я вижу? Ты стал героем, использовал свою силу в благих целях, — начал Фэй, — В отличие от моего предыдущего ученика Скорпиона. Он использовал свою силу, чтобы причинять вред невинным. — Все ваши уроки мне очень пригодились, учитель, — отвечал Вилл. Помимо боевых искусств, учитель давал ему задания на выносливость, для закалки. Вилл помнил, как ему было холодно на морозе в горах, практически голышом. — Ты должен научиться дышать. Тогда тебе не будет холодно, — говорил учитель. Но у Вилла не попадал зуб на зуб. Его трясло от холода. — Сконцентрируйся. Это задание под силу и обычному человеку, а ты как никак сверхчеловек, — говорил Фэй. — Мне очень…холодно…это обязательно? Где мне пригодится это? — спорил Вилл. — Не заметишь, как пригодится, — отвечал учитель. В начале супергеройской карьеры, у Вилла появился новый заклятый враг. В тот день Норман Озборн работал над сывороткой суперсолдат, в надежде повторить или даже улучшить сыворотку Стива Роджерса. Тогда у Озборна ещё не было конкурентов, Оскорп жил свои самые светлые времена. Озборн был болен, каждый день приближал его к смерти, в принципе как и всех людей, но отличалось это тем, что ему осталось жить совсем недолго, состояние ухудшалось с каждым днем. — Норман, с вами все хорошо? — спросил его ассистент. Озборн кашлял очень сильно, сам он весь дрожал. — Недолго мне осталось, нужно приступить к экспериментам на людях, — ответил Норман. — Может есть другой способ вас исцелить? — спросил ассистент. — Я перепробовал всё, и сделал себе только хуже, — отвечал Озборн, — Я пойду даже на преступление, лишь бы закончить начатое. Фелиция работала на него. Она тоже была одной из его ассистенток. Ей Озборн не дорожил совсем. В его голове родилась идея. Он хотел использовать сыворотку на ней прежде, чем использовать её на себе. Вечером он оставил её после работы. — Да, Норман, вызывали? — спросила Фелиция. Атмосфера, царящая в его кабинете, девушку очень пугала. Здесь было совсем мало света, практически темно, если бы не лампа на его стол. Деревянные жалюзи закрывали окно, не пропуская также свет, исходящий от ночного города. На столе стояла фотография Нормана со своей женой и сыном. Жена была мертва, а сын находился в коме уже пару лет. На стене видела также и фотография самого Озборна. Вокруг неё висели различные маски, Норман любил их коллекционировать. Тяга к путешествиям, это его объединяло с Виллом. Несколько масок имели японское происхождение, это были демоны из японской мифологии. Пару масок было египетских, а ещё три брали свои корни из племён индейцев. Дома у Озборна масок было ещё больше — Маски ацтеков, древних Майя и даже Норвежской Мифологии, там даже была Маска якобы Локи. Фелиция заметила, что Норману очень нравится зелёный цвет. Его кружка имела такой цвет, его рубашка под пиджаком, ремешок его дорогих часов. К тому же потолок имел салатовый цвет с готическим рисунком. Весь интерьер был хаотичным и сумбурным, отсылая всех входящих сюда к различным культурам, которые не сочитались между собой. — Дорогая Фелиция, ты очень хорошая работница, — похвалил её Норман. — Неожиданно, ведь вы меня совсем не цените, — отвечала девушка. — Сядь рядом, — предложил ей сесть за стул рядом с собой Озборн. Девушка послушно села. Норман включил музыку на старом магнитофоне, который ещё играл пластинки. Он любил классику, она успокаивала его. Фелиции становилось некомфортно, Озборн сидел слишком близко, атмосфера пугала её, а сам Норман вёл себя странно. Он налил себе в стакан виски и посмотрел на Фелицию. Ей в какой-то момент показалось, что он хочет её изнасиловать, так как на его лице промелькнула довольно странная улыбка. Норман злоупотреблял порой алкоголем, ещё одно из его утешений. — Вам нельзя пить, вы больны, — сказала Фелиция и положила руку на его руку, когда тот пытался взять стакан. — Немного виски мне не повредит, — ответил Норман и грубо убрал её руку от себя. Озборн выпил виски, а затем налил ещё. — Сыворотка…она мне поможет…я…я излечусь, — говорил Норман. — Сыворотка ещё не готова. У всех наших подопытных крыс была обнаружена агрессия, помутнение рассудка. Нужно вернуться к исходной стадии. Где-то был совершен просчёт, — отвечала Фелиция. У Нормана был заготовлен хлороформ, которым он смочил белую тряпку. Он схватил блондинку за горло и приставил тряпку к её носу. Девушка теряла сознание. — Вернуться к исходной стадии… — добавил Норман. Он взял на руки обмякшую девушку и понёс в лабораторию. Но ему встретился на пути его второй ассистент. — Что случилось, Норман? — спросил он. — Я же сказал, пойду на всё, — отвечал Озборн. Норман ударил его и вырубил. Он запихнул девушку в капсулу. Мужчина начал что-то нажимать на панели управления. — Сейчас мы и проверим, как действует Сыворотка, — сказал Норман и улыбнулся. Камера тотчас наполнилась газом белого цвета. На экране показаны жизненные показатели Фелиции. Её сердцебиение участилась, а мышечная ткань стала прочнее и больше. — Работает, — довольно произнес Норман. Но после эксперимента девушка не приходила в себя, она впала в своего рода кому. — Черт… — произнес Норман. Он уложил её на стол и подключил к капельнице. Озборн отдавал себе отчёт в том, что если она умрет, то всё пропало. Сам же он решил прислушаться к ней, и решил поискать ошибку в уравнении. Но ошибки не было, и он подумал, что женский организм просто не может вынести действия сыворотки. — Я все равно умру. Будь, что будет, — сказал Норман. Он нажал на панель управления и сам залез в камеру. Озборну стало плохо, он начал бить по стеклу руками. Не стоило мешать алкоголь с лекарством. Возможно, ещё при его болезни имелись противопоказания, своего рода аллергия на активное вещество. Норман отключился, но вскоре очнулся, почувствовав прилив сил, он с лёгкостью разбил пуленепробиваемое стекло. — Дааааа!!! — заорал он, — Аахахахаха! Превосходно!!! А Фелиция пробыла в коме около недели. Затем она все же очнулась, заметив, что вся лаборатория разгромлена. — Озборн, что ты наделал? — сказала она вслух. Норман уничтожил все наработки по этой Сыворотке, чтобы никто не мог ей больше воспользоваться, на самом деле, для себя он наработки оставил, чтобы излечить своего сына. В тот день Фелицию уволил Норман. Сила полученная ею толкнула её на скользкую дорожку, она использовала её в своих целях. Норман соорудил себе костюм, своего любимого цвета. А образом для его маски послужила коллекция его масок, в итоге получилось что-то очень похожее на Гоблина, так себя Норман и назвал. В компании Оскорп теперь велись эксперименты на людях. И конечно, Человек-паук не мог это проигнорировать. Он наведался в Оскорп, при помощи своих гаджетов он нейтрализовал лазеры и отключил турели, отключил сигнализацию. Вся охрана была в неведении, что по зданию ползает Паук. Но Норман находился в тот день в Оскорп и заметил неладное. Он надел на себя свой костюм. — Где бы ты ни был, Паутиноголовый, выходи, — произнес он вслух. Паук спустился с потолка. — Разумное решение, — с ухмылкой произнес Гоблин, — Что тебе здесь нужно? — Слышал, ты похищаешь людей и проводишь над ними эксперименты, — отвечал Вилл. — Я знал, что ты когда-то узнаешь обо мне, — начал Гоблин, — Спаааать… Он распылил газ на Паука, и тот вырубился. Норман закрыл его в криокамере и поставил на заморозку. Дозы оказалось мало, и Паук начал приходить в себя. — Вот тебе и пригодились уроки Мастера, Вилл, — произнес Вилл вслух. Он начал бить по двери железной камеры. — Хм… — был удивлён Гоблин, — Ты все ещё сопротивляешься. Нужно было дезинтегрировать тебя на атомы, но мне надо тебя изучить. Тело уже немело от холода, но Вилл держался как мог и продолжал наносить удары по двери. — Давай, Вилл…мы не можем умереть вот так…- произнес устало Паук. Одна рука уже вообще замёрзла и не двигалась. Второй Вилл ударил со всей сил, сжимая кулак. Удар был такой сильный, что дверь вылетела, а кости на кисти сломались. Вилл стиснул зубы, адская боль, по руке текла кровь, но она быстро свернулась на холоде. — Занятно, — произнес лишь Гоблин и вытащил свой нож. Он начал размахивать им, но Вилл ловко уворачивался, хоть его ноги все ещё и не пришли в себ после такого мороза. Если бы не уроки Мастера, он бы и остался в этой камере. Вилл второй рукой поймал нож Гоблина, схватился за него. Через костюм и пробную кожу он не мог его порезать. Вилл с ноги ударил Нормана в челюсть. — Неплохой кабинет, со вкусом, — заметил Паук, — Антропология и древняя мифология. — Мне не нужно одобрение героя, — отвечал Озборн. Он взял стул и ударил им Вилла. Стол разлетелся в щепки, но Паук не получил сильного урона, лишь был немного сконфужен, потому и пропустил мощный удар от Гоблина. Чутье должно было предупредить его, но его рефлексы сейчас были притуплены. Норман нанёс ещё удар, впечатывая Паука в стену. — Ты пожалеешь, что пришёл сюда, — угрожал Норман. Он пытался ножом проткнуть его, но никак не получалось, Виллу хоть и было больно, но он получал лишь синяки от этих ударов ножом. — Прочная кожа, — изучал его Озборн. Чутье вновь работало с прежней силой, а рука практически зажила. Вилл начал уворачиваться от ударов Нормана и проводить контраатаку. Весь кабинет был разрушен. — Отличные рефлексы. И…Чутье, — продолжал изучать Паука Гоблин, — Но я тоже не промах! Он провел апперкот, Паук упал от такого удара на пол, но также быстро встал. В ушах стоял звон. На руках Озборна выступили шипы, он ими пытался нанести увечья своему врагу, но Вилл успешно уклонялся, однако, в комнате было довольно тесно. Он взял Нормана и выпрыгнул вместе с ним в окно, разбив это самое окно Гоблином. Они наносили удары друг другу, Вилл уже вполне ощущал на себе эти удары Гоблина. — Ты думал, что застал меня врасплох?! — крикнул Зелёный Гоблин. У нему подлетел его глайдер. — Познакомься с моим верным железным конём, — добавил он. Гоблин метал свои режущие плоть сюрикены, от всех увернуться не получилось, один воткнулся Виллу прямо в грудь, другой в ногу. — Ха! Нашёл твою слабость! Они сделаны из Титана! — кричал довольно Норман. Раненый Вилл продолжал сражаться, до этого ещё никто не наносил ему такой урон. Гоблин врезался в него на глайдере и впечатал в асфальт. Асфальт раскрошился под Виллом. Из глайдера вылезли острые и толстые лезвия, которые впились в живот Вилла. — Тоже из Титана, — добавил Гоблин. Он поднялся в воздух, поднимая с собой на этих лезвиях тело Вилла. Любого бы уже разорвало от таких лезвий, но Вилл был очень прочным, его кожа, кости и мышцы были прочнее, чем у обычного человека. — Полюбуйся, Нью-Йорк! Вот он ваш герой! — кричал Гоблин. Вилл терял много крови. Он притунулся паутиной к противоположному зданию, снимая себя с лезвия. — Ааааааааааааааааааааа!!! — кричал он от боли. Но все же смог вытащить себя из этой западни. Он прицепился к зданию и залатал раны паутиной, чтобы остановить кровотечение. Норман со всей скорость двигался у нему, но Паук предчувствовал это и влетел в Нормана ногами, и тот упал с глайдера, а глайдер пробил собой стены здания. — Ох, черт… — прохрипел Вилл, харкаясь кровью, открыв при этом чуть маску. Глайдер мог намотать на себя людей, что спали в доме. Кого-то засыпало обломками стены, Глайдер вот-вот влетел бы прямо в пятилетнюю девочку, но Вилл вовремя схватил его и отправил назад на улицу. Однако, Гоблин, вновь призвал Глайдер к себе, не успев упасть на землю. Вилл начал спасать человека из-под обломков, в него полетели тыквенные бомбы, которые Паук успел свернуть в кокон и отправить броском подальше от здания. Он вытащил человека из-под обломков и притянулся при помощи паутины к Гоблину, сев ему буквально на плечи, он начал наносить Норману сокрушительные удары по лицу. Гоблин терял управления, Глайдер бился об здания, царапая собой стены, разбивая окна жилых домов. Норман понял, что проигрывает, и пора уходить. Он взял бомбы и кинул в жилой дом. Паук не успел перехватить их и они всё же взорвались. Он бросил Гоблина и залетел прямо в горящее здание. Он спустил на паутине несколько человек вниз. Имелись жертвы, взрывом убило 5 человек, а трое сильно пострадали. Вилл держался изо всех сил, дышать было тяжело, а огонь опалил его костюм в области спины и на берде правой ноги. Паук нашёл всех пострадавших и отправил к скорой, которая только подъехала вместе с пожарными. Паук тоже изучил Гоблина в этом бою. Он начал совершенствовать свою паутину и свой костюм, чтобы в следующий раз не допустить жертв. — «Приходится платить большую цену…» — подумал Вилл. *** Кроме Гоблина у Вилла был и ещё злодей на начале карьеры. Доктор Коннорс наступил на те-же грабли, что и Осборн, только он хотел вернуть себе руку. Его эксперименты с ящерицами не сработали. Он превратился в огромного ящера, который приносил Виллу большие неприятности. — Доктор Коннорс, — звал своего преподавателя парень. В лаборатории стоял погром. Мебель перевернута и разбита, выбита дверь. На стенах следы от когтей Ящера. — Опять…сколько мне его ещё останавливать? С каждым своим превращением он сильнее. И хитрее, — вслух говорил Вилл. Паук направился на поиски Ящера. Его можно было бы найти по следам погрома, но они заканчивались на улице, возле люка. Все дороги вели в канализацию. — Всё стабильно. Но канализация Нью-Йорка довольно большая, — заметил Паук. Он использовал свою паучью сеть, которую протянул в разные стороны, которые вели к различным дорогам большой канализации. Паук мог понять по вибрациям, какая из дорог ведёт к Коннорсу. Эта вылазка Паука едва не стала смертельной для него. Ящер увеличился в размерах с прошлой с ним встречи. Конечно, Виллу удалось его победить, но так не могло больше продолжаться. Он вернулся в лабораторию Коннорса, где пытался найти антидот для Язера. Но познания Вилла в области генетики и биологии были недостаточны для такого рода экспериментов. В тот момент неожиданно в лабораторию вошла девушка, азиатка, которую звали Хелен Чо. Вилл учился с ней, только направленность в их обучении отличалась. Это была первая его девушка, ещё до получения способностей. Вилл сильно запал на эту азиатскую красотку. Они дружили, но признаться в настоящих к ней чувствам Вилл никак не решался. — Да скажи ты уже ей, — сказал Сэм. — Я столько раз пытался. А была не была…попробую ещё раз, — отвечал Вилл. — Давай, Дружище, на сей раз у тебя всё получится, я верю, — ответил друг. Вилл подошёл к их общей подруге. — Чем сегодня занимаешься? — спросил её парень. — Буду делать конспект, который задал Доктор Коннорс, — отвечала Хелен. — О, отлично…слушай, я мог бы помочь с конспектом, — предложил ей свою помощь Вилл. Девушка мило улыбнулась. Она давно поняла, что Вилл чувствует к ней. Конечно, она не могла отказать ему, так как он тоже ей нравился. — Тогда после занятий пойдём ко мне, — отвечала Хелен. — Да-да… — отвечал парень. — «И чего я так переживал? Это же очень и очень легко.» — подумал Вилл. Да, парень был ещё довольно робок в эти годы. Он большую часть жизни провел без отца, да и до своей смерти отец мало занимался им. Вечером Вилл пришёл к Хелен. На девушке лишь был белый халатик, не скрывавший красоты её ножек. Вилл впервые видел её в таком облачении. — Ты собираешься заходить? — с улыбкой спросила девушка. — Ам…да… — отвечал парень. Девушка пошла с ним в комнату, где она и делала конспект. Вилл посмотрел на монитор её компьютера. — «Регенерация… Ящеры…восстановлено конечностей…» — думал Вилл. — А Коннорс не слишком зациклен на Ящерицах? — спросил парень. — Да, он хочет вернуть свою утраченную руку, — отвечала Хелен. — Почему именно ящерицы? Ведь есть ещё и Аксолотль. Их уровень регенерации куда выше, — не понимал Вилл. — Не все виды живых существ подойдут человеку, — ответила девушка. Вилл ненароком положил свою руку на руку Хелен. — У тебя тёплые руки, — произнесла девушка. — «К черту эти конспекты…я хочу её как никогда раньше…» — подумал Вилл. Он подался вперёд, обнял, а затем поцеловал. Девушка отвечала взаимностью, их языки ласкали друга. — «Как же я ждал этого момента…и зачем я так долго тянул? А может ждал нужного момента?» — думал Вилл. Интуитивно он сбросил с плеч Хелен халат и начал целовать её шейку, опускаясь ниже. Он не верил, что видит её обнажённую грудь воочию. Вилл целовал её и ласкал. — Ты прекрасна, — сказал зачарованно парень. Это был его первый раз, естественно, парень пока действовал не так уверенно. Хелен целовала его торс, ещё не такой как сейчас, тогда Вилл не был так накачен, но все равно следил за собой. Девушка разделась, а Вилл лёг на кровать, Хелен сняла с него трусы и начала делать ему минет. Это были новые ощущения, ныне Вилл ещё такого не ощущал. Вскоре все забыли о конспектах, Хелен скакала вовсю на члене Вилла. Первое проникновение в узкую девственную киску девушки далось с трудом, но всё прошло куда лучше, чем представлял себе Вилл. В дальнейшем дороги этой парочки разошлись, жизнь распорядилась иначе, а у Вилла появилась новая пассия. Теперь Вилл увиделся с Хелен вновь уже спустя много лет. Она стала ещё красивее, чем была раньше. Девушка в белой форме подошла к Виллу. — Вилл? — спросила она. — Хелен? — был приятно удивлён парень. — Что ты…что ты делаешь? — спросила Хелен. — Нужно разработать антидот, — отвечал парень. — Это не так-то просто. Очень опрометчиво с твоей стороны, ведь если ты не сделаешь антидот правильно, у Коннорса могут возникнуть последствия ещё хуже, — отвечала девушка. — А что мне остаётся. Мне надоело постоянно сражаться с ним, — проговорился Вилл. — Сражаться? С ним? О чем ты? — спросила Хелен. — Я имею ввиду…все эти превращения, — оправдывался словно школьник Вилл. — Ты… Человек-паук? — поняла теперь всё Хелен, — Ты очень изменился, такой накаченный, мощный. И ты пытаешься как-то скрыть, что ты супергерой? Думаю, это довольно трудно. — Все думают, что я просто бодибилдер. К тому же, может ли у бизнесмена быть время на что-то вроде супергеройства? — отвечал Вилл. Хелен была в шоке. — Значит, это именно ты постоянно вытаскивал Коннорса из западни, — добавила Хелен, — Я… я помогу тебе разработать антидот. Но это будет непросто, не говоря уже о рисках превратить Коннорса в Ящера навсегда. Организм может просто неусвоить лекарство. У Ящера, возможно, очень сильная иммунная система. Вилл практически не слушал её, он разглядывал её. А сейчас, со своими обостренными чувствами, он мог чувствовать и её запах. От неё прекрасно пахло какими-то маслами, лаком для волос, а от халата ощущался лёгкий запах антисептика. Вилла тянуло к Хелен, он схватил её за талию и подтянул девушку ближе к себе. Он поцеловал её. На удивление, девушка не стала сопротивляться. — Вилл… Вилл, нам нужно сосредоточиться на работе, — говорила Хелен. Парень кивнул. — Да, пожалуй… — добавил он с неохотой. Как же хотелось целовать её ещё дольше, ласкать, обнимать, а потом заняться горячим сексом. Но Хелен была сосредоточена на работе. Сейчас судьба Коннорса была куда важнее, и Вилл взял себя в руки. На приготовление антидота ушла целая неделя. Неудачи, потраченные нервы и время. И вот, первый образец показал, что антидот действует на подопытных крысах. — Вилл! Кажется получилось! — была довольна Хелен. — Неужели? Наконец-то! Ещё одну битву с ним я мог бы и не пережить, — отвечал Вилл. — Ты за себя беспокоишься? — спросила девушка. — Прости, я просто со всеми этими деньгами стал слишком много думать о себе, — отвечал Вилл. — Но ты всё ещё спасаешь людей. Значит, ты думаешь о людях, — заявила Хелен. — Я делаю это для того, чтобы… исправить грехи моего отца и моего деда, — признался Вилл. В прошлом дед Вилла, по имени Густав Уолсон, участвовал во Второй Мировой. Дед был немцем, и понятно, чью сторону тогда он занимал. Густав был учёным учёным работал на Гидру, на самого Красного Черепа. Даже после поражения фашистов, Гидра продолжала свою подпольную работу и эксперименты на людях. К нынешнему моменту дед Вилла был слишком стар, 120 лет. Дожить до таких лет ему могла помочь лишь какая-то Сыворотка. Вилл не мог знать наверняка, ведь он давно не общался со своим дедом. Густаву не нравилось, что его внук водит роман с азиаткой. Во всяком случае взгляды своего деда Вилл не разделял, но в прошлом и он запятнал свою репутацию, работая с Гидрой. Можно сказать, что Вилла обманули, но он вполне осознавал, на какие риски идёт. Гидра ушла в подполье, а Вилл больше не имел с ними дел. Но если бы это вышло на всеобщее обозрение, его ждала бы тюрьма. На радостях Вилл поцеловал Хелен. Он начал расстегивать пуговицы на её медицинском халате. — Вилл… Вилл, не сейчас… — говорила она. — Я опять поспешил? — спросил парень. — Слишком многое сегодня мне пришлось узнать. Нужно время, чтобы все это переосмыслить, — отвечала азиатка, — К тому же, у тебя есть жена. — Да, ты права, — отвечал Вилл. Ему и самому было странно, ведь он любил свою нынешнюю жену. Но прошлое сегодня тянулось к нему, вспыхнули те самые чувства. К тому же неуёмное либидо не давало покоя. Антидот подействовал. Коннорс избавился от своей проблемы с Ящером. Но поиски обретения новой руки не оставляли его в покое. — Док, я изобрету для вас протез такой, что вы не почувствуете отличий от обычной руки, — сказал Вилл. — Это будет сложно, но куда лучше, чем постоянно превращаться в Ящера, — ответил Коннорс. Виллу вновь поступило сообщение. — Мне нужно идти, — сказал Вилл. — Удачи тебе, — с улыбкой произнесла Хелен. Вилл выпрыгнул в окно, натянув маску. Мысли не давали ему покоя. Заряженный энергией, Паук летел по городу, ловил потоки ветра этих каменных джунглей. Вечерний закат был необычайно красив этой ночью. Но любоваться им долго Вилл не мог, нужна была помощь людям.