то, что между нами

- с каких пор ты стал таким красивым, джисони? Минхо проходит мимо, становясь рядом с младшим, чтобы наконец отснять очередной челлендж. Его обыденный тон ни о чём не говорит: действительно ли он так считает или говорит ради забавы. Хан на его слова смущённо поджимает губы, но затем хмурится. - поосторожнее с этим. Я такими темпами скоро сдамся. - сдашься? Что? Never give up, Хан! - я не про это, - взгляд младшего бегает где-то под собственными ногами, а слова превращаются в резкие обрубки, разбавленные нервными смешками, - заваливаешь меня комплиментами и флиртом. - это плохо? - нет, конечно, нет, просто.. - тогда в чём проблема? У Минхо огромные, широко раскрытые глаза. Их глубина неизмерима и непостижима для Джисона, но ему хочется понять, выяснить, если не для них двоих, то хотя бы для себя. Ли почти не моргает, неотрывно смотрит и терпеливо ждёт, параллельно поправляя какие-то застёжки на спортивных перчатках. Хан не то что бы волнуется или не знает, что сказать. Наоборот, ему есть что обрушить на не привыкшую к глубоким и сложным мыслительный процессам голову хёна. Скорее не так. Минхо просто не любит ходить вокруг да около (что сейчас собирается делать Джисон, ведь подобрать нужные слова так тяжело) и усиленно размышлять над вещами, никогда не ищет сложных путей и говорит прямо то, что думает. В своих изречениях и решениях весьма лаконичен и безмятежен. Для него нет причин усложнять очевидное. Нагружать голову пустыми переживаниями и содеянным не видит смысла, ведь что сказано, то сказано, а что сделано, то сделано. Иногда это даже можно назвать бесстыдством, но вот такой вот он хён. Беззаботный в большинстве случаев и с холодным рассудком. И Джисон поражается и восхищается отношению Минхо к вещам и жизни. Этот мужчина, который просто усердно работает, ищет счастье в мелочах, не концентрируется на негативе и заботится о своём здоровье. Но так невинна, чиста и трепетна его забота о мемберах, о близких, о суни дуни и дори. О нём. - давай потом поговорим об этом. Нужно снять челлендж. - хорошо. И нельзя сказать, что ему всё равно. Просто Ли Минхо тот, кто может быть терпеливым. Всё прошло более чем успешно: идеально исполненная хореография и парочка взаимодействий на камеру ради веселья. Это конец и рабочего и просто дня. Направляясь в общую комнату отдыха, Джисон решает начать обыденно, так, как по его мнению всегда было и должно быть дальше. - пройдёмся пешком? На это предложение Минхо вздыхает и смешно кривит лицо. Хан знает, что тот не любит лишние телодвижения, но это нужно для того, чтобы у него было больше времени и возможности для изложения собственных мыслей. И больше свежего воздуха, конечно, если ему вдруг от собственных доводов станет нехорошо. Можно продышаться и убежать от этого хёна. Плаксивое мычание так же следует за Минхо, пока он переодевается, собирает свои вещи, даже когда пьёт воду. - так что? Проводишь меня? - уже даже так? с чего бы мне вдруг тебя провожать? - если не хочешь, то так и скажи, - маленькое зерно тревоги и обиды всё же поселяется в груди Хана, - я не заставляю. Ли закатывает глаза. Конечно, что как не это. И если он всё же согласится, то это с его стороны будет звучать больше как одолжение. Эта мысль затмевает всё хорошее о Минхо в голове Джисона из-за собственного же стараха. Но Минхо просто такой, будет недовольно ворчать, но в итоге просьбу выполнит, всегда поможет, всегда подскажет, всегда будет крепкой опорой. Потому что дорожит. Потому что этот хён и правда с неподдельной душой, но не любит оголять свои чувства перед всеми. Он сделает это тихо, тайно, а потом покажет свою мягкую улыбку кота. - я не против прогуляться с тобой, Хани, меня лишь смущает гора в сторону вашей общаги. - тебе так лень подниматься, - Джисон кротко усмехается, хлопая того по плечу, - не переживай. Если сильно устанешь, могу тебя на руках понести. - правда?! - яркая улыбка ослепила, а громкий вскрик оглушил Джисона, но он лишь кивает. - Да ладно. Не заставлю я тебя себя нести. Какой из меня хён тогда, м? Если уж ты устанешь, то лучше я тебя на руках понесу, окей? И Хан соглашается без лишних раздумий над последней фразой, лишь бы они уже наконец вышли из этого душного здания на улицу, где его голова хоть немного, но прояснится и подготовленные мысли встанут в определённый порядок. - погода.. уф, холодно. Я не чувствую свои пальцы даже в перчатках. Минхо бубнит это куда-то в ворот куртки, посильнее вжимая шею. И правда стало холоднее. - а мне тепло. Хочешь, - Джисон, что шёл лишь на маленьких пол шага впереди, останавливается и расставляет руки в стороны, - я тебя обниму, чтобы согреть. Хан не знал, о чём думал, когда предлагал такое, хотя предложение не оказалось странным, они часто обнимались и вообще были щедры на прикосновения друг к другу. Слова как-то сами слетели с губ, как само собой разумеещееся. И он почти опускает руки, когда не встречает взаимности в действиях, но.. Минхо щюрится. Снова так хитро, только и видно его глаза, остальное лицо закрывает маска. Но всегда, абсолютно всегда его глаза - его душа, пропитаны чем-то особенным, проницательным. Подмечает для себя каждую деталь как ценность. Понимает и схватывает всё. Но любит дразнить. Старший лишь на немного пятится назад, и это пугает, но тут же мелко семенит, вставая рядом и кладя подбородок на плечо Хана. Он слегка дёргается. - ну. Где объятия? Джисон теряется, не сразу окольцовывает объёмное и мягкое перед ним. Но это становится таким приятным в ту же секунду, как его ладони оказываются на этом облаке, точнее туче, судя по тёмно-серому цвету куртки. - на счёт сдамся.. - слушаю. Старший мгновенно встрепенулся, хоть и голос подал усталый после тяжёлого рабочего дня. - не может быть так, что я один это чувствую. Ну, знаешь.. Всё, что между нами. - а что между нами? И теперь эти тёмные омуты устремлены на него, на голую душу Джисона прямо здесь и сейчас. Так близко, что сердце с силой отбивает ритм, желая выпрыгнуть в чужие руки. Нет. В родные руки. И только бы хён сквозь плотную ткань своего многослойного одеяния не почувствовал это. Минхо приспускает свою маску. Нос к носу и у Хана немеют губы. Это ошеломляет. - джисон? - а. Да. Между нами. Я понял, что среди всего того, что есть во мне для тебя как для друга и брата, поселилось и что-то, что эту дружбу и братство отторгает. - мм.. Понимает ли он? - до тебя доходит, о чём я? - думаю, да. Минхо хён не глупый совершенно. Он мудрый и сообразительный, в его голове всё решается как дважды два, пазл собирается в одно мгновение и картинка вырисовывается моментально. Он догадливый, он смышлёный. И глубоко чувствует на самом деле самые замысловатые вещи. Он превосходный и необычный. Экстраординарный. Альбом маньяк был про него. И, стоя в таком положении и думая все эти мысли, всё становится ещё более неловким. Джисон старается не смотреть на длинные ресницы хёна, которыми периодически медленно взмахивают, не смотреть на порозовевшие щёки, не смотреть на родинку на правом крыле его носа, не смотреть на обветренные губы. Не смотреть в его глаза. Что наоборот, не стесняясь, делает Минхо, желая наконец поймать взгляд младшего и запечатать на себе. Руки Ли вдруг медленно ведут по бокам бёдер Джисона в мягких спортивках, хорошо так, бесстыдно, обхватывая их, затем переходят к талии, которую сквозь такую же огромную пуховую куртку тоже не прощупать, и смыкаются в районе поясницы. Хан лишь слегка ёрзает от неожиданного для себя смущения. Минхо заключил Джисона в свой замок. - продолжай, Джисони. - и раз мы оба это понимает, то.. Я думаю, что будет логичным, если мы сейчас перешагнём на следующий этап. Как ты на это смотришь? И Джисон всё-таки опускается в темноту, позволяет себе уйти в эти чёрные воды. Как можно ошущать себя настолько защищённо и спокойно во мраке? Но Хан чувствует именно это. Минхо молчит, лёгкость на его лице и в покачивающихся движениях, пока они оба заключены в объятия друг друга, обволакивает и Джисона, позволяет окончательно расслабиться и довериться. Снова смотрит в эти глаза, которые так невинно и трепетно хлопают ресницами, что волей не волей, но наконец начинаешь понимать всех вокруг. Минхо очаровательный, и держать прямо сейчас его в своих руках, находясь нос к носу - подарок небес. Уголок губ Ли приподнимается в луковой ухмылке, и он движется ближе, прямо на Джисона, прямо к его губам, останавливаясь лишь в паре миллиметров и не отводя прищюра. - я поцелую тебя, Джисон. Хан усмехается и часто моргает глазами. Нет, он совсем не растерялся, абсолютно нет.. - звучит как утверждение, хён. - а я и утверждаю. - ты как-то резко.. - а я просто предпочитаю действовать, если мне дают зелёный свет, Джисони. Сердце из груди подскакивает к горлу и падает куда-то в пятки. Но Хану хочется удостовериться. - может, ты что-нибудь скажешь в ответ на моё признание? - хмм, - голова Минхо задумчиво наклоняется вбок, а взгляд поднимается куда-то кверху, - это мало похоже на признание. Какие-то слова. Походил вокруг да около и теперь спрашиваешь. - но ты же сказал, что всё понял! - да, но я бы хотел услышать конкретику. Я бы хотел, - и говорит тихо-тихо своим мягким голосом, смотря в самую глубь джисоновой души, - чтобы ты озвучил это так, как есть. - ну вот зачем ты мне устраиваешь такие испытания, - Хан хнычет и пытается вырваться из рук, но хватка слишком крепкая, его не собираются отпускать, - мне это не легко даётся. - а мне не легко тебя понимать. - не обманывай! Ты всё всегда понимаешь, просто любишь прикидываться! - может быть, но я хочу услышать, как мой любимый джисони признается мне в симпатии прямым текстом. Это будет услада для моих ушей. Рот Хана раскрывается в безмолвии, и он не в силах его наконец захлопнуть. Хочется что-то сказать, как-то выкрутиться. Но.. Минхо прав? Почему он трусит сказать прямо? Наверно, потому что это Минхо. Хён, реакции которого он боится. Непредсказуемый во всём, он готов следовать этой игре, но под конец жестоко обломать. В случае Джисона, Ли не просто обломает, он, наверно, прямо так и сломает младшему сердце. - обещаешь, что не будешь вредничать, как сейчас, и серьёзно к этому отнесёшься? - когда я был не серьёзен, - минхо поджимает обиженно губы, - наш более чем серьёзный разговор заслуживает серьёзной реакции. - ты прав. И так, - пытаясь набрать побольше морозного воздуха, что так кстати проясняет и очищает разум от всего лишнего, Джисон выдыхает, - ты мне нравишься, Ли Минхо. И мне бы хотелось, чтобы наши отношения наконец вышли на новый уровень. Довольная улыбка, которую привыкли сравнивать с улыбкой кота, расцветает на лице Минхо моментально, и он блаженно щурится будто от яркого солнца. - погода сегодня хорошая. Что-то тревожно начинает нарывать в груди Хана. - так, ты что сейчас, уходишь от темы? - нет, я говорю, что ты мне тоже нравишься, Джисон. - а погода тут при чём? Младший и правда в недоумении и не до конца понимает, но немного успокаивается. - это моё признание. Ты бы никак не узнал, но я всегда говорю эту фразу только тогда, когда выхожу куда-то с тобой. И подумать над этим не дают, потому что тут же притягивают к себе, резко, нетерпеливо, но касание к губам самое нежное, самое аккуратное. Минхо целует неторопливо, но настойчиво. Едва дав волю его языку, он тут же проскальзывает в рот Джисона и сплетается с его. Так мягко, влажно и тепло. Так долгожданно. В груди и голове Хана сейчас лишь какие-то резкие цветные вспышки, мимолётные, но бесконечные, вновь и вновь взрываются и пускают импульс по всему телу. Он переносит руку на плечо Ли, не контролируя, сжимает с такой силой, как будто от этого зависит вся его жизнь. Но это так. Как будто, если ослабит совсем на чуть-чуть, то Минхо может сбежать. Его гигиеничка очень кстати ложится на губы Ли и делает их ещё приятнее, ещё целовательнее. Минхо ведёт языком по нижней губе Хана старательно, с любовью и обратно припадает, с новой силой и резвостью. Как изголодавшийся. Джисон, который поймал его пыл, с каждой секундой ощущал всё сильнее слабость в ногах, но не отступал. Куда-то делся весь кислород, но это не всплывает в голове ни у того, ни у другого. И Джисон, кажется, был готов задохнуться. Старший ухватывается за язык Хана напоследок и слегка прикусывает его, тут же отстраняясь и растягивая губы в ослепительной улыбке. Перед глазами звёзды кружатся в каких-то беспорядочных танцах, поэтому младший лбом утыкается в плечо напротив. Нехватка воздуха ощутилась вдруг слишком остро. Джисон чувствует, как по его спине ведут рукой уже без перчатки неторопливо, как зарываются кончиками пальцев в районе загривка и ведут вверх, затем приглаживая распушившиеся на воздухе волосы, с нескончаемой нежностью и, вау, внезапным теплом. Руки Минхо такие горячие. Младший под этими касаниями разнеживается как котёнок в тёплых и любящих ладонях хозяина, и, кажется, чуть не валится с ног, но чувствует, как его всё ещё крепко держит в районе поясницы вторая рука старшего. - я хорош в поцелуях, не так ли? Ты еле на ногах стоишь. Голос едва слышный, но самодовольный разносится где-то над ухом Хана. Да, целуется Ли Минхо крышесностно. - не обольщяйся сильно. - откуда вдруг грубость, м? Но Джисон молчит. Он лишь носом движется ближе к закрытой шее и утыкается в неё, медленно вдыхая и выдыхая. Он в надёжных руках. Относительно придя в себя, голову Хана снова посещает эта фраза: "Погода сегодня хорошая." Да, он помнит, Минхо довольно часто это говорил. Но казалось, что не только с ним, ведь эта фраза универсальная, для всех. По крайней мере Джисон так думал. И почему именно она, что в ней особенного для Ли Минхо? И.. как давно? - я надеюсь, что правильно думаю, но как давно? - как давно что? Джисон слышит этот полусонный, хриплый голос и почему-то хочет запищать как девчонка. Ну это просто до безумия мило. Ах, Минхо так устал и не может нормально концентрироваться на диалоге. Но младшему нужно это выяснить, а потом он обязательно крепко возьмёт хёна за руку, прижмётся поближе и отведёт в его общежитие, где поможет разобрать вещи и закажет ужин. Он будет заботливым младшим. - ну "погода сегодня хорошая".. - аа, - лёгкий смешок заставляет и Хана улыбнуться, - погода хорошая уже довольно давно. Ещё с пре дебюта. - и ты молчал? Почему? - я не был уверен, это во-превых, во-вторых, я про-айдол, Джисони, и ты про-айдол. Только благодаря молчанию мы стали ими. Чувства бы мешали нам. - ты серьёзно думал, что они бы помешали нам, - стало до боли в груди неприятно, - помешали бы чему? - помешали бы достичь того, что у нас есть сейчас, как индивидуально, так и группе. Джисон, - слышится в его тоне слегка уловимая нотка раздражения, но он всё ещё терпеливо излагает свою мысль, - просто прими моё мнение. Я считал так. - и считаешь до сих пор? - не знаю. - но я хочу однозначный ответ. - слушай, я не думаю, что ты хочешь ссориться. Я тем более не хочу. К тому же, ты, который всё это время не был уверен, почему претензии все только ко мне? Ли отстраняется и пронзает взглядом, в котором вдруг почувствовался леденящий душу холод. Действительно, почему Джисон злится? Минхо не был уверен во взаимности не дружеских чувств, а Джисон слишком долго был не уверен и не мог принять, что те же самые чувства испытывает. Они оба были не уверены, оба юны. Оба боялись. Но теперь, когда смелости и решимости набралось у обоих, всё хорошо. Теперь всё хорошо и нужно просто ловить это счастье, наслаждаться каждым мгновением. Ни к чему какие-то обиды. - это время было необходимо. - Минхо звучит так уверенно, что становится завидно, потому что Джисону по непонятным причинам стало страшно, но дальше сказанное отпускает этот страх в одно мгновение. - Теперь, когда мы оба уже зрелые мужчины, то можем об этом говорить и можем пробовать. Взвешивая все за и против, мы совершим как можно меньше ошибок и точно убережёмся от каких-то импульсивных решений. - извини, извини меня, хён. Я правда не хотел и понимаю, что всё это было нужно. Прости, я всплыли на пустом месте, словно маленький ребёнок. Джисону стыдно смотреть в глаза Ли Минхо. В эти здравомыслящие и добрые глаза, в которых не было и намёка на упрёк. - посмотри на меня. - мне стыдно. - джисони, посмотри. Неуверенный взгляд всё же отлипает от носков кроссовок Хана. И он убеждается в который раз, насколько надёжен этот хён. - всё хорошо, всё так, как и должно быть, м? - да.. - славно. Старший неожиданно чмокает в губы не успевшего сообразить Джисона и берёт его за руку, ведя вперёд. - мы здесь стояли, кажется, вечность, у меня ноги болят и как-то прохладно, ыыа. Вот надо было тебе идти пешком. - аа, - только сейчас опомнившись от приятного, Джисон достаёт свой телефон из кармана куртки, - мы не далеко ушли, просто, я расчитывал, что мы будем идти, пока говорим и.. В общем, я сейчас такси вызову. - ну уж нет, - Минхо резко разворачивается и выхватывает телефон, - ты хотел пешком, значит пешком. Дополнительная так сказать заминка, это полезно - гулять. Тем более ночью воздух куда приятнее. Хоть и морозно.. Но погода сегодня и правда хорошая. Они сталкиваются взглядами, и тёплые, знающие улыбки расцветают на их губах. Мысль о том, что это "их фраза" греет сердце и нежно его обнимает. Только их, их особенное и личное. Что дало начало их отношениям. - пойдём скорее, Джисони. Я хочу уже поесть и плюхнуться в кровать. - я зайду к вам и закажу тебе еду. Что ты хочешь? - мм, как заманчиво, - старший довольно тянет, несильно размахивая туда сюда замком из их рук, - ну раз ты угощаешь, то я хочу нэнмён, жареный рис с кимчи, суши.. - а не много ли на ночь, - Хан смеётся, подначивая, - опять утром будешь говорить, как тебе тяжело, и что всё лицо опухло, милый хён. - а мне сейчас вкусно покушать дороже завтрашнего мучения с опухшим лицом и тяжестью. - ну понятно, - младший усмехается и всё же возвращает себе телефон, открывая приложение, - если ты хочешь, то я ни в коем случае не могу тебя отговаривать. - я рад, что мы друг друга поняли. Минхо подмигивает, на что Джисон слегка бодает его плечом, смущённо улыбаясь. Ледяной воздух уже не так сильно холодит всё внутри. Они не спеша идут в сторону общежития Минхо и как и всегда болтают обо всём и ни о чём, теперь разбавляя это лёгкими поцелуями в щёки, нос и губы, пока их пальцы крепко переплетаются и согревают друг друга. Теперь они есть друг у друга в том самом смысле. Теперь это то, что будет делать их сильнее и увереннее.