Дежавю

Хан Суюн робко коснулась ручки двери. Ее миниатюрная ладонь непокорно тряслась. А что, если они ошиблись? Что им делать, если за дверью никого нет? Девушка обернулась и многозначительно посмотрела на ребят. Ю Чонхек медленно кивнул ей в ответ. — Открывай. Не зря же мы проделали весь этот путь. Он был прав. Неважно, каков исход. Они были готовы ко всему. Ручка двери плавно повернулась, дверь со скрипом поддалась и открылась. Ребята зашли внутрь палаты. Страницы истории, которую Суюн нещадно создавала столько времени, перьями оседали по всей комнате. Солнечные лучи проникали сквозь шелестящие занавески и освещали пустую кровать. Ребята замерли. В палате никого не было. Хан Суюн начала пятиться назад, как бы намекая остальным, что здесь что-то не так. Чон Хивон обнимала беспомощных детей, в то время как Ли Хенсон чуть заметно качал головой, тараторя малопонятные отрицания. Ю Чонхек планировал зайти в палату после всех остальных, но ноги его не слушались. Не справившись с порывом, он растолкал ребят и пулей влетел в помещение. Его глаза мигом расширились. — Никого… Он вопросительно взглянул на Хан Суюн: несмотря на ком в горле, девушка продолжила: — … Но это ведь еще не конец, правда, Ю Чонхек? Мы обязательно… Она, возможно, впервые за всю свою жизнь, не знала, что сказать. Слова будто разом вылетели из ее головы и смешались с летающими вокруг историями. Ю Чонхек молча стоял и смотрел на кровать. Он был готов к такому исходу? Наступила мучительная тишина. — Возможно, он так восстанавливается… Ли Кильен медленно вошел в палату, нервно сминая свою толстовку в руках. За ним последовала и малышка Син Юсон. Дети были правы. Надежда есть всегда. Мальчик продолжил говорить: — Может, ему нужно еще немного времени, и тогда… — Да сколько ему еще нужно времени?! Ю Чонхек поздно сообразил, что «сморозил». Он развернулся и посмотрел на Ли Кильена. Того начало чуть заметно потряхивать. Все остальные уставились на бывшего регрессора с удивлением. Неужели он сдается? Ю Чонхек вышел из палаты, ни проронив ни слова. Члены группы Ким Докча лишь обернулись ему вслед. Вновь наступило молчание. Нет, это точно не тот исход, которого все ждали. Словно боясь тишины, Чон Хивон предложила: — Давайте позовем Айлин. Возможно, она поймет намного больше нас. — Да, я сейчас ей наберу, — ответила Уриэль и тут же достала телефон из заднего кармана джинс. Внезапно за окном послышался рев мотора. Кто-то завел машину. Дети подбежали к окну и, словно одновременно сойдя с ума, начали истошно выкрикивать фразы, наподобие «Чертов преступник» и «Не делай этого». На вопросительные выражения лиц остальных Ли Кильен выкрикнул: — Хенсон-сси, этот террорист угнал твою новую тачку! *** Бывший регрессор припарковал машину рядом с нерабочей станцией метро. Сколько времени он был за рулем? Не сказал бы даже сам Ю Чонхек. Да, он действительно стал «угонщиком»: вытащить ключи у наивного Ли Хенсона из кармана куртки оказалось легче лёгкого. Все, видимо, подумали, что у Ю Чонхека просто припадок, и это скоро пройдёт, но все было немного не так. Он побежал. Вдали показалась река Хан и огромный разрушенный мост. Ноги словно сами вели его туда, где все началось. Справившись с отдышкой, которая все чаще проявляла себя после конца сценариев, парень взобрался на бетонную глыбу неподалеку от моста. Да, сил стало намного меньше, чем раньше. Гребанный Звездный Поток! Через пару минут парень перепрыгнул последнее препятствие, зацепившись за край арматуры, и достиг конечной точки. Мост Донго. Точнее, его остатки. Ю Чонхек не знал, почему приехал именно сюда. Возможно, ностальгия привела его к этому месту. Именно здесь, в ныне разрушенном вагоне метро, началась история «Ким Докча». Парень присел на краю моста, свесив ноги в пустоту. Река Хан, некогда заполненная Ихтиозаврами и прочими существами, сейчас плавно и беззвучно текла вдоль своего русла. Ю Чонхек посмотрел на небо и вдохнул побольше воздуха, чтобы восстановить дыхание и остудить голову. Солнце почти ушло за горизонт, но на небе не показалось ни одной звезды. Ни одной. «Больше никто не будет смотреть на нас в этой Вселенной». Парень прикрыл глаза, взглянув на мир сквозь ресницы. «Мы получили свободу, но ценой чего?» — подумал он. Перед его глазами всплывали десятки обозленных туманностей, сотни сценариев, которые он преодолел вместе с товарищами, и тысячи лет, проведенные во Вселенной, но ярче всего горело воспоминание об этом месте. Возможно, дети правы, и этому ублюдку действительно требуется время и силы, чтобы вернуться домой. Ким Докча всегда знал, как и что нужн… — …отри ты уже на меня! Эй! Что? Вдали послышался чей-то голос. Ю Чонхек распахнул глаза и прислушался. Тишина. Парень подскочил со своего места и огляделся: вокруг валялись обрывки газет, недалеко от моста в мусоре копошились дикие собаки. Но людей он так и не приметил. Может, показалось? — Эй, «солнечная рыба», я здесь! Голос стал громче. Ю Чонхек оглянулся и посмотрел в сторону обрыва: звук исходил именно оттуда. На противоположном краю моста, около старого вагона метро стоял человек и махал рукой. «Солнечная рыба? Какого хрена?» Бывший регрессор с недоверием начал приближаться к разрушенной части моста. Незаметно сгустившиеся сумерки не давали рассмотреть того, кто стоял на противоположном обрыве, но это не помешало сердцу парня начать стучать быстрее. Этого не может быть… Шаг сменился на бег, ведь с каждым метром незнакомец приобретал все больше знакомых черт. Темный силуэт постепенно становился светлее, через пару секунд Ю Чонхек смог различить развивающийся на ветру белый плащ и побежал еще быстрее. «Это же он? Это он?» Сотни мыслей затуманили рассудок, когда парень добежал до обрыва. Прямо перед ним, в десятках метров пустоты, стоял человек и улыбался. — Может поможешь мне перебраться и поговорим? Я лишился крыльев! Голос Кима Докчи дрожал, но не от страха, а в предвкушении встречи. Он еле стоял на ногах, казалось, что он вот-вот упадёт с моста в реку от бессилия. Ю Чонхек замер, не в силах вымолвить и слова. Ким Докча. Наш Ким Докча. Тот, кого он искал столько лет, тот, кто растерял части своей истории по всей Вселенной, стоял сейчас перед ним и улыбался. Вибрация телефона привела регрессора в чувства. Он достал мобильный и посмотрел на экран. То же самое сделал и бывший Король Демонов. «Этот мост еще работает. Не спрашивай. Так сказала Бие.» Хан Суюн. Парень обернулся и пристально осмотрелся, но так и не нашел девушку. Хотя, может, она… Появилось новое сообщение: «Только «четное» количество людей может пересечь мост.» Ребята посмотрели друг на друга и снова на экраны телефонов. Появилось явное чувство дежавю. Ким Докча заговорил первым: — Ну что? На счет три? Ю Чонхек молниеносно понял, что нужно делать, и ответил на вопрос Кима Докчи, делая шаг вперед: — Три. Одновременно два парня по разные стороны разрушенного моста сделали шаг навстречу друг к другу. Некогда невидимая плита стала излучать золотое сияние. Опора была. Получилось. Больше не было причин справляться с эмоциями. Они побежали. Как далеко нужно было зайти регрессору, чтобы увидеть своего спонсора? Как долго нужно было летать сквозь Вселенные, чтобы собрать все его части в одно целое? Сколько раз нужно было умереть, чтобы дойти до конца сценариев?.. Почему истории Кима Докчи соединились именно здесь, а не в палате? Где Хан Суюн? Последние вопросы заполнили голову главного героя скептицизмом, и он сбавил шаг. Парни остановились в полуметре друг от друга. Наступило неловкое молчание, но и оно было в радость. Ким Докча улыбался своей искренней улыбкой, но Ю Чонхек не был готов улыбнуться в ответ. Нужно было знать наверняка. — Надеюсь, сейчас ты не скинешь меня с м… Рука регрессора плотно сжала шею своего компаньона. «Да, именно с моста я тебя и скину, Хан Суюн». Он медленно подвел Кима Докчу к краю моста, вцепившись в его горло уже двумя руками. — Я смотрю… Сил у кого-то… Поубавилось, да? Ким Докча смеялся сквозь кашель. Как бы ему не было больно и тяжело дышать, он все еще был рад видеть этого ублюдка. — Это я… кретин. — Докажи мне. Глаза Ю Чонхека налились яростью. Спустя столько времени он все еще был готов убивать. Ким Докча понял всю серьезность ситуации практически сразу. Вцепившись в рукава регрессора трясущимися руками, он еле-еле выговорил лишь несколько слов: — Хан Суюн больше не может делать клонов. Ю Чонхек колебался. Ведь это могла быть правда. На мгновение он совсем забыл о том, что конец сценариев постепенно забирал способности у бывших воплощений. Да что уж там, даже Созвездия лишались своих сил. Парень отвел взгляд и молча опустил компаньона на золотую плиту. Ким Докча упал на пол и начал кашлять. Он даже не успел восстановить дыхание, как его тут же заключили в крепкие объятия. Ю Чонхек, как оказалось, тоже упал на колени рядом с ним и не смог иначе совладать с эмоциями. «Мгновение назад, вообще-то, ты чуть не убил меня, придурок», — осознал бывший Король Демонов и от всей души засмеялся. Ю Чонхек отстранился от компаньона и взглянул ему в глаза. Сколько же этот парень пережил, пока ждал спасения? И ждал ли он этого вообще? Ким Докча нежно коснулся лица регрессора ладонями, словно говоря: «Я здесь! Я настоящий!» — Ты же больше не оставишь нас, м? Другие волнуются, — вопрос Ю Чонхека был ожидаем с самого начала. — Я постараюсь. Ким Докча отвел глаза и ухмыльнулся, но тут же замер, когда почувствовал чьи-то губы на своих губах. Возможно, Ю Чонхек изначально хотел дать затрещину этому Королю Самопожертвования, но тело окончательно вышло из-под контроля, а чувства взяли верх. *** Сколько они просидели в объятиях? Минуту, час, день, неделю? Никто не скажет. Ну… Кроме Уриэль, которая, сидя за камнями с Хан Суюн, в этот момент рыдала от счастья, жуя желтую конфету. — Это — Канон? Автор? — Похоже на то. Хан Суюн тепло улыбнулась ангелу, от чего та зарыдала еще громче, счастливо размахивая кулачками около рта. — Есесесесесссссс…!!!