Воскресший феникс

Глава 69

Соответствуя внезапному разделению, Урю и Чад откололись от группы и направились в неизвестном для Ичиго направлении, начиная поиски команды Нелл. Кто мог знать, какие там приключения встретят два парня… С какими врагами столкнуться… Через какие трудности пройдут… Неважно, это их дело. Все мысли Ичиго закреплялись лишь за его собственной целью. Ведомые бывшим членом Эспады, Ичиго и Сокьёку следовали за Гриммджо нога-в-ногу, не слишком сильно напрягая резервы, но и не слишком волочась. Комбинация из звуков сонидо и сюнпо приглушенно раздавалась по одноликим и безвкусным коридорам, превращая путь в занудное шествие. Кто-то, наверное, нашел бы серую идентичность внутреннего интерьера дворца какой-нибудь пугающей… но не они. Лицо Ичиго выражало лишь сосредоточенную хмурость… но вот в глазах будто бы пытались вспыхнуть иные эмоции, высекаемые некими мыслями, как искры. Разжечься огню иных чувств не давал сам подросток, упрямо прогоняя что-то внутреннее. Он все ещё твердо двигался вперёд, не позволяя себе мешкать ни секунды. Гриммджо изгнал свою ранее проявляемую азартность. Вместо этого, он пустил всё внимание на концентрацию и сосредоточенность. Его глаза ловко метались по углам запутанных лабиринтом коридоров, ища самые мелкие отличия между оными. Параллельно этому, он использовал пескису для лучшего отслеживания движений. Сокьёку так же изменилась в лице. Вернее будет сказать, что она надела «маску» из отсутствия любых эмоций, с сосредоточенным взглядом вперёд. Вот только мысли её бесконтрольно вальсировали в пустотах разума, как снежинки на ветру. Она проигрывала на повторе какие-то фрагменты прошлого, пытаясь осмыслить их и собраться с силой. Все трое разделяли взаимное молчание между собой, будто бы позволяя друг другу сфокусироваться на важной работе. Вот только у кого «работа» была важнее? Наверное у Гриммджо. В конце концов, именно он был их проводником и должен был знать правильный путь и все возможные уло… – Ч-чёрт… - звонко процедил сквозь зубы арранкар, привлекая внимание товарищей-попутчиков. – Свернули не туда? – проявляя лишь граммы беспокойства, вопросил Куросаки. – Нет. Идём правильно. – опровергая предположение, Джагерджак свернул влево на очередном перекрёстке. – Я просто… Вспомнил про кое-что… – И это «что-то» явно важное, да? – с тихим вздохом из некоторого раздражения и усталости, предугадал подросток. – Да-а-а… - натянуто протянул Гриммджо, пытаясь правильно подобрать слова. – Тут… повсюду камеры… или что-то в этом роде. – … - Ичиго уставился в спину арранкара со взглядом, что так и говорил «Ты серьёзно?», но итогом просто вздохнул. – То есть. Теперь все знают что мы тут. – Да… - кратко отстрельнул Гриммджо, продолжая двигаться к новому перепутью. – Б… Блеск… - цыкнув меж зубов, отчитал юноша. – Есть идеи, кого мы можем встретить на пути? – Э-э… Нумерос… Может кого-то из остатков от Приварон, если кто ещё там живой остался… И… О! Скорее всего Аарониро! – перечислил арранкар, поворачивая направо. – Уточняй. Я тут поименно никого не знаю. – нейтрально отчеканил Куросаки, выполняя поворот за Гриммджо. – Новено Эспада. Слабейший из всех. – легонько ухмыляясь, заявил Джагерджак. – Вроде он в Эспаде давно… не знаю, не интересовался. Уродливый и злобный ублюдок! Постоянно выставляет из себя знать из-за своей силы поглощать врагов и прибавлять их силы к своим. Вроде у него и какой-то лейтенант синигами есть… Ухо Ичиго зацепилось за упоминание жнеца душ. – Он поглотил лейтенанта синигами? – едва приподнимая одну бровь, уточнил Куросаки. – Не лично вроде. Нумерос шептались, что он поглотил какого-то пустого, который то ли захватил тело синигами, то ли сожрал синигами. Не помню. Опять же, меня это не волновало, да и не волнует. – подтверждая свои незаинтересованность, Гриммджо бесцельно пожал плечами. Будто бы получи трещину, хмурость подростка перевоплотилась в глубокое раздумье. Лейтенант синигами… Поглощенный или захваченный пустым… Он уже слышал о подобном! Разве не… не Кукаку говорила ему об этом?! О её погибшем брате, с которым она его сравнивала? Нервные импульсы бросили в мозг бури сигналов, разжигая не только мыслительные процессы, но и пробуждая память… и возжигая отгоняемые чувства… особенно гнев. Могли быть так, что он встретится с тем, кто имел в себе «останки» погибшего члена клана Шиба? «’Как там она сказала его звали? – мысля лишь у себя на уме, рассуждал-вспоминал подросток. – Как-то на «К»… К… Кай?... Нет…. Кайен? Кайен Шиба, так?’» Если Судьба взаправду бросит ему такую кость… он не станет отказываться. Он убьёт пустого или арранкара. Быстро или медленно, безболезненно или мучительно? Это уже определит их встреча. Ичиго молча выругал себя за витание в туманных планах. Нужно было сосредоточиться на главной цели, а второстепенные задачи оставить на втором плане. – Зная, кто пленница, - к внезапности для Ичиго, голос подала ранее молчавшая Сокьёку, – Соуске Айзен не оставил бы её в закрытой камере… Без стражи, я имею ввиду. – Я же вроде говорил? Улькиорра Сифер. Куатро Эспада. – бросив из-за плеча удивленный взгляд с приподнятой бровью, повторился Гриммджо. – Да… Верно… Я запамятовала. – легонько покачав головой, признала леди-палач. – Но… только этот Сифер? Больше никого? – Зоммари и Ннойтора мертвы, Аарониро к ней и за километр не подпустят, Ямми слишком тупой для этого, Заэль её бы в лаборатории разобрал, Харрибел нянчится со своими фрассьонос, Барраган слишком горделив чтобы подчиняться, а Старк и Лилинетт… Гриммджо резко прервал перечисление и замолк на упоминании Примера Эспады. Черт… а ведь они теперь были врагами, да? То есть, если они встретятся, то должны будут порвать друг друга на куски… а Гриммджо в первый раз в жизни этого не хотел… нет… во второй. Первым стал Куросаки. Но что же получалось? Что им было делать, если они столкнутся? Джагерджак имел ощущение, что Старк ожидаемо встретит его как врага, назовёт предателем и начнёт бой… но какая-то часть арранкара цеплялась за веру в то, что им не придётся воевать… не нужно сражаться. Может… им стоило просто попытаться поговорить? – Что-то не так? – от мыслей Гриммджо оторвала всё та же спутница, что смотрела на него с некоторым непониманием. – Ты прервался. – А да… В общем… Старк и Лилинетт… Старк слишком ленив и даже если ему доверят охрану, то он просто остался бы спать в своей комнате, а Лилинетт обычно не отходит от него, так что тоже мимо. – бывший Эспада нейтрально пожал плечами, сохранив в голове идею о разговоре. – А вот Улькиорра… он совсем… совсем другой. Даже по меркам пустых он… пустой. Просто воплощение своего аспекта смерти. Пустота. А ещё он предан Айзену до могилы и терпеть не может всех вокруг, так что у меня ноль сомнений, что на страже будет только он один. С таким заключением отряд на полной скорости влетел в пугающе просторную комнату полную тьмы. Их дальнейший путь стелился дорожкой из белокаменной плитки, пролегая прямо между двумя параллельными рядами колон, имевших в дизайне немного выделяющийся бледно-фиолетовый оттенок и незначительные трещины-царапины. И сколь быстро группа проникла в помещение, столь же быстро и остановилась. Затормозив по пути, за ними приподнялось небольшое облако пыли, что тут же улеглось на пол или растаяло во тьме. Практически одновременно, трио активировали-усилили свои поисковые способности, обнаружив-ощутив постороннее присутствие прямо на их пути. Действуя единогласно, все разом схватились за свои орудия, принимая относительно расслабленные стойки для равных защиты и атаки. Гриммджо, как временно ведущий в группе, сделал дерзкий шаг вперёд и с оскаленным рыком уставился прямо в глубокую тьму, прекрасно понимая кто там был. «Выползай уже, Аарониро! – рявкнул арранкар тьме, направляя остриё катану в сторону предполагаемого врага. – Я знаю, что ты там!» На объявление не последовало никакого ответа… пока не раздалась серия хрустящих и хлюпающих звуков, что смешались с ритмом размеренной ходьбы, пока скрывающийся не вышел в поле зрения, оказавшись… человеком!... но маскировка не сработала, как того захотел Аарониро. «Ну понятно… - тихо протянул Ичиго, делая небольшой шаг вперёд и волоча по камню своё нодати… высекая в процессе небольшие искры. – Значит… так раздались карты? Ну ладно… меня это устраивает.» «Куросаки?» – вопрошающи шепнул Гриммджо, совсем не понимая, что нес его товарищ. Следуя своей волне, Ичиго медленно вышел вперёд и начал постепенно сокращать дистанцию к действующему члену Эспады, на тревогу второго. «Мне как-то сказали… что я похож на него… Кайена Шибу… тогда я подумал: «Бред», но теперь… видя это своими глазами? – медленно Ичиго приподнял лицо к замаскированному Аарониро, обнажая ему свои пылающие злобой глаза!... злобой… и уколом предательства. – Кажется, она была права… мы и вправду похожи… слишком… похожи…» Будучи в фальшивом теле, Аарониро тревожно сглотнул. Как слабейший из Эспады, причем обращенный будучи на самой слабой ступени в иерархии пустых, он как никто другой был способен ощущать страх от доминирующего присутствия. Не только подсознательное, но и инстинктивно. И сейчас… он не мог пошевелиться от ужаса. Хотя нет… мог. И он пошевелился, лишь для одного. «ПОЖРИ ЕГО, ГЛОТОНЕРИЯ!!!» - гортанный, монструозный и совершенно не подходящий внешности Кайена Шибы, крик вырвался из глотки Эспады, объявляя его Ресуррексион. Комбинация из резкой ударной волны, сбивающего потока воздуха, духовного давления и фиолетового дымка накрыла собой всю огромную комнату… но никак не поразила присутствующее трио… что и стало мгновенно-переломным моментом, ибо НИКТО из них не собирался ждать! Прямо пока тело Аарониро претерпевало монструозные и хтонические трансформации, становясь похожим на гигантский организм из размякшей плоти и щупальцев-отростков, Гриммджо, Сокьёку и Ичиго бросились в атаку с трёх фронтов! Гриммджо забежал с левого фланга и сразу подготовился к двойной атаке! В одной руке он занёс свою катану для пронзающего выпада, а в другой начал заряжать шар Серо! На его лице расплылась широкая ухмылка обещающая мир боли. Заходя с правого фланга, Сокьёку готовилась лишь к выпаду. Её вторая рука все ещё не функционировала, что значительно ослабляло атаку… так что девушка-занпакто просто наполнила каждую клеточку тела духовной силой и практически превратила себя в стрелу на натянутой тетиве. И, зашедший сверху, Ичиго собирался обрушить рубящий строго вертикальный удар прямо на торчавший верх тела Аарониро в форме Кайена. Куросаки не колебался ни секунды и намеревался убить пустого наверняка. Он подстегнул за духовные силы и побудил фантомный огонь придать ему больше силы, отчего красная кромка нодати начала тихонько источать искры. Все атаки обрушились на трансформирующегося арранкара в один момент. Вонзивший катану, Гриммджо садистски прокрутил лезвие, воссоздав небольшое углубление в мясной туше, и на рывке сменил ведущую руку. Практически запихав серо в проделанное отверстие, он выпустил луч разрушения а Аарониро, понимая что атака не пробьёт арранкара насквозь… но хорошенько изувечит его внутренности! Совершая рывок, Сокьёку мгновенно перевела цент тяжести в достижении идеального равновесия между собой и мечом. В форме нодати, у неё не было возможности атаковать чем-то достаточно сильным… кроме задержанной в лезвии Ничига Тенсё! Прямо в миг перед столкновением с плотью, леди-палач разом вспыхнула духовным давлением, начиняя клинок «сырой» Ничига Тенсё! И только когда лезвие пронзило плоть и вошло в тушу пустого по самую цубу, Сокьёку «отпустила» порожденную технику, произведя внутри Аарониро ещё один взрыв! Ощущая хруст собственных костяшек, Ичиго хищно прищурился, выверяя момент для идеального удара… и тут же рванул на сюнпо! Двойная атака взрывом от Сокьёку и Гриммджо удачно ошеломила мутировавшего пустого, дав Куросаки засечь момент отсутствия резких дерганий. С безжалостностью палача и точностью хирурга, он сокрушительно обрушил едва искрящееся лезвие прямо на голову фальшивого Кайена, проводя лезвием до живота и даже ниже, уходя в бесформенную мясистую плоть… отчего раздался звук странного хлопка-разреза. И звук тот не оказался случайным… ибо он стал ознаменованием рождения невозможного удара. Ведь весь Аарониро в своей огромной мерзкой форме оказался разрезан ПОПОЛАМ!!! Огромным подспорьем в этом оказались те две атаки, нанесенные Гриммджо и Сокьёку, ведь ныне мертвый Новено Эспада оказался неспособен восстановить столь серьёзные внутренние повреждения, отчего был практически пуст внутри. Без лишних слов, Ичиго спрыгнул с расчленённой туши вперёд, вынужденный выполнить акробатическое сальто-разворот. Через пару секунд к нему присоединились и два его товарища, выглядящие вполне себе довольные результатом. – Ну вот же черт! – громко усмехнулся Гриммджо, убирая Пантеру в ножны и вызывая щелчок цубой. – Всё было та-а-ак просто! – И быстро. В основном благодаря нашему синхронному взаимодействию. – кратко кивнув, заявила Сокьёку. – А мы такими темпами всю Эспаду случайно вырезать не собираемся, а? – ухмыляясь, то ли спросил, то ли пошутил арранкар, видя играющее покачивание головой от девушки-занпакто. «Хватит. Мы замедлились.» – веселье прервал отстраненный Ичиго, что выглядел как-то блекло. Поведение подростка удивило дуэт пустого и занпакто, вызвав непонимание у первого и тревогу у второй. Конечно, они понимали серьёзность положения дел, особенно Сокьёку, но было ли лишним сейчас разделить секундный момент этого небольшого триумфа? Нет… Она покачала головой. Он был прав. Нельзя было медлить, особенно сейчас. Посмотрев на арранкара, леди-палач качнула ему головой, призывая вновь возглавить их конвой, на что Джагерджак хлестко кивнул и вновь повел группу, оставляя позади медленно растлевающие в ничто останки Аарониро. Даже пыли не осталось…

*Сейрейтей. Руконгай.*

Перебирая и сортируя очередную стопку бумаг и сведений, Кукаку не смогла сдержать легкого вздоха преисполненного усталостью. Казалось, лишь недавно остатки некогда почитаемого клана Шиба слились со множеством простых душ Руконгая… а теперь ей приходилось регулировать-руководить финансово-политическим положением дел чертовски крупного района проживания мертвых! Это не был ВЕСЬ район Руконгая, но, как к её ужасу казалось, намеревался стать им. Выдрав из стопки несколько листов, она небрежно встряхнула бумажками и протерла глаза пальцами обновленного протеза, созданного и предоставленного ей Го Когай – одним из Связанных, что ныне жил вместе с ними и даже был принят в некогда умиравший клан Шиба. И вот с этих Связанных всё и полетело-поползло! Стоило парнишке Куросаки оставить на её попечение трёх последних представителей этого вида, как те сочли себя должными отплатить ей за доброту! И ладно бы это была какая-то мелкая помощь по делам бытовым и трудовым, но нет! Двое пацанов – Хо и Бан – крайне быстро прижились в мире мертвых и начали, как она это называла, «крутить аферы»! Собирая вокруг себя толпы людей, они рекламировали всем услуги клана Шиба по защите и помощи нуждающимся… ДАЖЕ НЕ СМОТРЯ НА ТО, ЧТО НИКАКИХ УСЛУГ НЕ БЫЛО!!! Но вместе с этим, они, можно сказать, открыли собственное предприятие по выпуску манги. Ещё до появления Связанных, Кукаку изредка слышала про эти «книжки», но не проявляла к ним особого интереса… А ТЕПЕРЬ ЭТО БЫЛО ОДНО ИЗ ГЛАВНЕЙШИХ ФИНАНСОВЫХ ПРЕПРИЯТИЙ КЛАНА!!! Го Кога же не сразу влился в какую-либо деятельность. Он предпочел уйти в изучение искусств строительства и инженерии, смешивая оные с собственными знаниями о современности живых и чуть-чуть добавляя свои духовные силы. Итогом этого «Повышения квалификации» стала та самая рука-протез, что ныне использовалась Кукаку. Внешне даже было трудно понять, что это была не настоящая рука! Лишь сегментированные пальцы и шарнирные сустав выдавали искусственную природу конечности… ну и скрытый клинок, спрятанный в самой руке и выходящий из тыльной части предплечья, как коготь богомола. Но на этом протезе Го Кога не остановился и практически начал штамповать искусственные конечности для каждого инвалида в Руконгае, а те в свою очередь клялись верностью клану Шиба… ХОТЯ КУКАКУ ОБ ЭТОМ НЕ ПРОСИЛА!!! Ну и кроме протезирования, старший Связанный занялся некоторой реконструкцией района. Не зря же он наверстывал материалы по инженерии и архитектуре. Результатами его трудов стали медленно преобразующиеся дома и улицы некогда нищих территорий. Это не был блистательный писк моды или благородное сияние знати, он как никто другой понимал, что подобное могло вызвать чрезвычайное раздражение у жнецов душ. Поэтому все дома просто выглядели цивильно и без мороки, часто напоминая «копировать-вставить», но люди были рады, ведь это были лучшие условия, чем жизнь в едва стоящих халупах. Наверное, только последнее и не вызывало у Кукаку раздражения и головной боли… да и, честно говоря, ничто из этого не вызывало. Она просто была в шоке от столь резких перемен и трансформаций. Но её остолбенение проходило и исчезало, когда она вспоминала все те счастливые улыбки людей, что ныне ходили по улицам района мертвых. Раньше казалось, что эти же самые люди только и мечтают о том, как бы поскорее всплыть к верху брюхом во второй раз, а сейчас… у них была воля продолжать их новую жизнь… не-жизнь… К ЧЕРТУ ЭТУ ЗАПУТАННОСТЬ!!! Отстранившись от мыслей, матриах клана ещё разок тряхнула бумагами и начала изучать текст, быстро меняя лист за листом. Бумаги оказались несортированной смесью отчетов и предложений от случайных душ. В отчетах сообщалось о начале или завершении постройки новых зданий или дорог. Изредка мелькали цели новых конструкций, будь те школами, больницами, тюрьмами или… игровыми залами? Прочитав последнее, у Кукаку взбухла вена лбу. «ХО И БАН!!!» - подумала она, побыстрее меняя лист на другой, лишь бы не видеть что ещё могли устроить эти два шутника. Вообще, она НЕ возражала против происходящих перестроек, ибо те всё ещё шли на благо района и жизней людей. Поэтому она чаще всего ставила печать и подпись о согласии. А вот с предложениями было куда труднее, отчего ей приходилось отбрасывать любые настроения в далёкий ящик и сосредотачиваться на тексте с хмурой прагматичностью. Предложения о переназначении некоторых участков на огородные плантации были самыми безобидными среди всех и так же часто получали одобрения, только нужно было сверить вымеченные участки с картами и расположением относительно иных объектов. Бары и пабы уже реже получали согласие. Счастье людей счастьем, но нужно было поддерживать порядок, а случайно бродящие по ночам пьяницы ничуть не сопутствовали обеспечению последнего. Но худшее было всегда последним… предложения об организации вооруженной защиты. Их она всегда отклоняла. Без разговоров. Это было слишком опасно для всех… кроме синигами, что будут самыми недовольными. Она могла лишь представить, какой кошмар может случиться, если бы она давала согласие. А она ведь считала, что быть главой клана проблематично… ТЕПЕРЬ ОНА ЧЕРТОВ БОСС ЦЕЛОГО РАЙОНА!!! Как там Хо и Бан её обзывали? Вроде… Крестный Отец? Она не до конца понимала, что это значит, но ощущала, что это означало власть и силу… связанные с криминалом… Эти паразиты ну просто не могли не дать ей подобную кличку! Раздраженно вздохнув, она принялась расставлять подписи и печати, изредка сверяя новые документы со старыми и сопоставляя всё с картами. Помнится, капитаны и лейтенанты синигами часто жаловались на количество бумажной волокиты… Хех… Ну-ну… Просто некоторым усидчивости не хватало… удивительно, что у НЕЁ была усидчивость! Собственно, именно поэтому Кукаку быстро разделалась с документами, даже и не заметив как пролетело два с лишним часа. Рассортировав бумаги по категориям, она лишний раз тихо прорычала про то, что никогда не просила о подобном. Оставив большую часть документов на столе, она схватила парочку достаточно важных бумаг и направилась к своему личному сейфу, спроектированному, сконструированному и созданному ей и Го Когой. Механизм хранилища открылся как по магии, хотя то была специальная функция замка, реагирующего лишь на реацу Кукаку. Но прямо когда дверца открылась, из хранилища вылетел один с виду непримечательный листик, плавно раскачавшийся в полете и упавший прямо у ног матриарха клана. Левый глаз Кукаку дернулся в искре едва не взорвавшейся истерики, ведь черт пойми что это был за лист, откуда он вылетел и куда его нужно было сортировать! Унимая свой гнев, женщина торопливо наклонилась за документом… что оказался не документом. Любые намеки на негативные эмоции разом смылись с её лица, дав окрасить чистый холст красками удивления и тонкой печали. На листке не было никаких букв, лишь рисунок. Очень старый и сделанный не ей, он это помнила. Покойная жена Кайена была создателем искусства… изобразив на бумаге своего мужа. Единожды моргнув, Кукаку как зависла. Она внимательно смотрела на рисунок, совсем позабыв про бумаги и открытый сейф… пока не зашуршала единственная в комнате дверь и не вошел Го Кога. – Кукаку, я тут… - старший Связанный вошел в помещение читая какую-то документацию в одной руке и неся чашку чая в другой. Он прервался на полуслове, когда увидел зависшее состояние женщины. – Ты… в порядке? – А?... Я? – будто отошедшая от контузии, матриарх Шиба неловко огляделась, пару раз переметнув взгляд между вошедшим мужчиной и рисунком Кайена. – Да… В норме. Просто нашла тут кое-что. Вернувшись к движению, она быстро убрала собранные ранее бумаги в сейф и закрыла хранилище, оставив рисунок при себе. Двигаясь в размеренном темпе, она вернулась за стол и жестом предложила Го Коге подойти к ней, что мужчина и сделал, поставив перед девушкой чашку чая. – Хэй! Чай? Спасибо! – чутка повеселев, поблагодарила Кукаку, поднимая чашку протезом и делая небольшой глоток. Да… Горячий зеленый чай был кстати. – Без проблем. – остро улыбнувшись, Связанный принял и благодарность и скрестил руки на груди. Он неторопливо перевел взгляд с женщины на рисунок, немного удивившись увиденному… но не попутав лиц. – Это… Кайен, да? – Ага, он самый. – сделав ещё один глоток, признала Кукаку. – Вау… Ты конечно говорила, что он и Ичиго похожи, но НАСТОЛЬКО… - выделено закончил мужчина, все ещё не до конца веря глазам. – ХАХ! Перекрась Ичиго в черный, укороти его гриву и заставь ходить с веселым лицом – вообще не отличишь! – весело прочирикала девушка, крайне забавляясь происхождению такого сценария. – Хах! Он бы ни за что на такое не согласился. – Го Кога мягко покачал головой в отрицании, прежде чем чутка серьёзнее сфокусироваться на портрете. – А если серьёзно… это прямо удивительное сходство… Как если бы они были близнецами… Ну или просто родственниками. Кукаку медленно протягивала чашку к губам для ещё одного глотка, но резко остановилась. Её глаза растеряно уставились в пустоту, прежде чем она перевела взор на рисунок и убрала чай из руки. Почему это… так её зацепило?...

*Уэко Мундо. Лас Ночес.*

Преодолевая последние рубежи на пути к Орихиме, Ичиго невзначай вернулся к произошедшее ранее экзекуции, ведь боем то он назвать не мог. Нет-нет, его не жгло какое-то внутреннее чувство порождаемое каким-то кодексом морали и чести. В его голове просто пролетела одна небольшая шальная мысль, которую он строго отбраковал в отряд глупостей. На секунду, лишь на одну единственную, подросток подумал о уровне сил в этой Эспаде. Пока они вели свой марш, Гриммджо невзначай упомянул-перечислил всех участников элитной вражеской группы, объясняя их распределение по уровню сил числами. Ноль – Серо – был сильнейшим и являлся тайной фигурой в рукавах Айзена. Некто Ямми Льярго, которого Джагерджак окрестил безмозглой горой мышц. Девятый – Новено – слабейший, но стойко занимавший своё место и ныне убитый Аарониро, который запомнился подростку лишь тем, что носил облик Кайена Шибы. Коротая время, ум подростка тратил скромные запасы энергии на размышления, создав заинтересовавший юношу вопрос. Членов Эспады было десять. От девяти до нуля. Чем число меньше, тем сильнее. Ныне из этой элиты было убито трое, как заключил Гриммджо. Ннойтра – Куинто Эспада – был обезглавлен голубоволосым арранкаром во время битвы у пробитой стены. Зоммари – Септима Эспада – был убит самим Ичиго во время всё той же битвы. Причем убит был, как сам Куросаки помнил, простым ударом без какой-либо приложенной силы. И уже ранее упомянутой Аарониро – Новено Эспада – буквально взорван и разрублен. Сопоставляя все эти имена с их положениями, Куросаки мягко хмурился. Эспада. Так называемая элита в армии Айзена. Те, кто по сути должны были быть противопоставлением Готей-13. Брать в расчет разность в количестве фигур было бессмысленно. Суть была в другом. Какой силой обладали меньшие числа? Ведь те, кто уже был мертв, не ощущались как кто-то способный противостоять капитанам синигами. Конечно же Ичиго не видел их освобожденных форм, но это не меняло того факта, что даже будучи без шикая Капитаны легко могли бы противостоять этим арранкарам. Так насколько должны были быть сильны меньшие числа? Стоило ли сразу относиться к ним с опаской? Подготавливаться к внезапным изменениям на поле боя? К несчастью, ответ могло лишь дать прямое столкновение с этими самыми арранкарами. Это раздражало и тяготило подростка. Сейчас у него было предостаточно самых разных проблем и мыслей, так что внезапные «сюрпризы» были ему целиком и полностью не нужны. Ему итак хватило одного такого «подарочка» за сегодня… от этого чёртового Хогьёку… Плавный переход освещения мягко коснулся взора подростка, непреднамеренно принуждая путника моргнуть. Вновь серия спутанных коридоров и поворотов прервалась колоссально огромной комнатой, но в этот раз она была наполнена тусклым светом. Ичиго непреднамеренно поднял взор вверх, пытаясь увидеть источник освещения, но встретил лишь далёкую тьму утопившую в себе потолок помещения. Ичиго нахмурился. Подобные дизайнерские решения так и напрашивались на вопрос, а не пытался ли владелец крепости что-то компенсировать. В иной ситуации, Куросаки бы обязательно озвучил эту шутку, но ныне ему было не до этого… особенно когда он усилил чувства и обнаружил два новых присутствия. Легонько дернувшись, подросток резко перевел всё внимание на серую тень впереди, отчетливо услышав звуки ходьбы и увидев вышедшею к свету… Орихиме… рядом с бледнокожим арранкаром. Железная хмурость сковала лица Ичиго, маскируя за собой нарастающую злобу. Вражеский арранкар был окинут беглым взглядом, подцепившим все выделяющиеся детали. Бледная кожа. Черные волосы средней длины. Зеленые радужки глаз. Половина головы сокрыта фрагментом маски в форме шлема. От глаз на щеки шла пара зеленых полос. Хмуро-безразличное выражение лица. На его поясе была катана с зеленой рукоятью и ножнами. Гарда имела два изогнутых края с двух сторон и прямую линию между ними. Трио остановилось напротив дуэта, сохранив между собой расстояние в пару десятков метров. Никто, казалось, не намеревался начать разговора, так что Ичиго забрал это право себе. – Черные волосы, бледная кожа… лицо будто бы убил щенка без угрызений совести… - нарочно издеваясь в конце, вызывающе начал Куросаки, дополняя слова парой шагов вперёд. – Улькиорра Сифер, да? – Похоже, этот мусор уже многое тебе рассказал, синигами. – звуча абсолютно и полностью безразлично, Улькиорра холодно посмотрел на Гриммджо и вернул внимание к Ичиго. – Двойное оскорбление значит? – вызывающе качнув головой, юноша сделал ещё один шаг вперёд. – Обозвать моего напарника мусором, а меня – синигами? Да как у тебя язык не сгнил? Ну да плевать. Сейчас я не настроен на битвы, поэтому скажу тебе то же, что говорил Айзену… Отпусти Орихиме… или я убью всех и каждого здесь! Зловеще рыкнув в конце, Ичиго не заметил, как Орихиме испуганно дернулась от услышанного. С её губ слетел тревожный вздох и сама она затряслась… но заметить это удалось лишь… Сокьёку… которая осуждающе и с подозрением прищурилась. – Почему ты решил, что твоя угроза возымеет эффект? – всё ещё не имея эмоций в голосе, вопросил Эспада. – Потому что я воплощу её в реальность. Да уже воплотил!... и сейчас добавлю к списку тебя! – злобно зарычав, Ичиго сделал ещё пару шагов, вызволил нодати из ножен и принял двуручную стойку с открытым корпусом. Вслед за ним стойки приняли Гриммджо и Сокьёку, придерживаясь наиболее удобных и доступных для них стоек, но чуть позади Куросаки. Казалось… численное преимущество! Трое на одного – бой определенно будет односторонним!... пока Улькиорра не выхватил катану. В тот же миг помещение затопило желтоватым светом. Команда из трёх не сразу осознала что произошло. Казалось… свет и свет… Но до смерти быстро Сокьёку осознала резкое изменение положения дел, когда наткнулась на прозрачное препятствие перед собой. Красно-розовые глаза с шоком обнаружили сформировавшуюся из реацу преграду, что отделила леди-палач и голубоволосого арранкара от Ичиго!... оставив подростка вместе с Улькиоррой и Орихиме. Своё положение Куросаки осознал не сразу. По первой, он даже не обратил внимания на своё попадание в «клетку». Но, как плавящийся металл, его эмоции быстро изменились на холодную фокусировку. Тело подростка автоматически испустило поисковую волну, пытаясь осознать положение дел и найти хоть какой-то способ разрушить барьер, но ощущения… путались… и непонятно от чего! – Лорд Айзен предвидел, что вы начнёте штурм группой. – отстраненно заявил Сифер, начиная медленно шагать вперёд. – Поэтому в этом помещении был установлен барьер, чтобы отсечь кого-то из вас от группы. – А он предвидел, что когда я закончу с тобой, в гроб нечего будет класть? – жестоко отбил Куросаки. Медленно напитывая мышцы духовной силой. – Слишком громкие слова для мусора. Одновременно подсекая миг… Ичиго и Улькиорра бросились в атаку! Звон столкнувшегося металла бросился в пляс с рычанием поднятого ветра, вальсируя между глухими хлопками развевавшихся плащей! Порождая противный скрежет, оба меча скоблили друг друга в звериной манере, высекая незначительные искорки. Но не одна сталь вступила в схватку. Беря инициативу, Улькиорра резко шагнул вперёд напирая на клинч. Движение никак не сказалось на Ичиго, но то была подготовка к ломовой атаке техникой пустых – Бала. Осознавший ход врага, Ичиго скосил лезвие в диагональном положении и решительно разъединил клинки в ничью, выполняя отточенный оборот на ногах и пропуская ударную Балу мимо спины. Перенимая право, подросток перенаправил энергию инерции в секущий горизонтальный удар… но лишь для того, чтобы мгновенно сменить тактику и нанести удар пяткой с разворота! К несчастью, Сифер успел среагировать на резкий переход и с виду спокойно схватил вражескую конечность за лодыжку… лишь для того чтобы ощутить боль от дробящего удара в челюсть! Будучи пойманным за ногу, Ичиго лишь злобно нахмурился. В его возможностях был доступен удар как нодати, так и рукой, но обе атаки были слишком читаемы. Поэтому он придал импульс реацу в мышцы второй ноги и спины. Ощутив духовное усиление, юноша непредсказуемо «отдёрнул» себя в падение на спину, нанося вертикальный удар второй ногой снизу-вверх, попадая в подбородок арранкара! Ошарашенный атакой, Улькиорра слабо отшатнулся назад и потерял хватку на ноге подростка, но не растерялся до конца. Подмечая крайнюю открытость почти что «подброшенного» юноши, Сифер мгновенно рассек воздух горизонтальным ударом, изначально целясь в коленные суставы ног, но атака попала лишь по икре правой ноги, оставив после себя гнетущую рану. Пронзённый жалящей болью, Ичиго тихо зашипел, но не потерял концентрации. Осознавая собственное неудобное положение, он акробатически оперся на руки и выполнил сальто назад… но не смог остановиться увидев атакующего его Улькиорру! Лишь воспроизведя настоящее тройное сальто назад, Куросаки контратаковал хлестким ударом в катану арранкара, будучи ненадолго застывшим вверх ногами. Наконец нормально встав на ноги, Куросаки едва болезненно поморщился. Рана на ноге болезненно жалила по нервам, мешая ему нормально сфокусироваться, так что он безмолвно обратился к огню в крови и тут же ощутил притупление боли… но… неведомо ему… рана перестала кровоточить… и по ней расползлась голубоватая сетка в виде сосудов… Ничуть не изменившись в лице, Улькиорра бесстрастно занес руку катану для новой атаки, но решил действовать куда твёрже. Последовавший взмах он скомбинировал с серией мерцаний в сонидо и парой рукопашных атак. Принявший идентичное решение, Ичиго распространил по мышцам реацу и бросился в ломовую атаку, отвечая на силу силой. Сталь вновь заплясала в танго из насилия и жестокости. Немые мечи вступили в свой особенный диалог и снова начали вгрызаться друг в друга как дикие животные. Металл пытался разрубить металл, но на деле две души пытались разрубить противника. Серо-серебристое лезвие с белой кромкой против черного лезвия с красной кромкой. Нодати против катаны. Пустой против Синигами. Двигаясь куда решительнее и резче, Ичиго сменил стиль хвата и стойку. Удерживая меч в одной руке, он твердо опирался на носки стоп, делая небольшие прыжки-толчки при каждой хлыстоподобной размашистой атаке! Легкий хаос, казалось, затесался в технике подростка, даруя атакам некую ауру непредсказуемости. Противостоя ему, Улькиорра ответил стойкой и атаками, чем-то напоминающими фехтование шпагой. Каждое его движение было преисполнено точностью и остротой. Почти что каждая атака являлась пронзающим или колющим выпадом, изредка смешивающимися с внезапными косыми взмахами в голову или ноги. Было ли это задумано Судьбой или же нет… но два этих стиля… столкнувшиеся друг с другом… взаимно аннулировали себя. Тихо рычание из смеси злобы и раздражения стекло с горла подростка, когда его нодати вновь столкнулось с катаной Улькиорры, взаимно сводя атаки в ноль. Куросаки был раздражен тем, что битва затянулась. Будь он в лучшей форме… Да даже если бы и был, этот арранкар обладал навыками, этого нельзя было отрицать. Наверное, из всех ранее встреченных прислужников Айзена, этот имел наиболее развитое тактическое мышление. А по силе он был четвертый… Тянуть дальше нельзя было. Нужно было закончить бой побыстрее и… желательно… без шикая… и тем более банкая… Сейчас… он не знал что могло произойти… не после того как… Опять он отвлёкся. Напрягая мышцы лица, Ичиго сосредоточил внимание на продолжавшемся обмене бесполезными атаками, высчитывая темп. Ведя мысленный счет и запуская внутренний метроном, подросток запомнила ритм и счет атак, нарочно начиная задавать и повторить один и тот же ход ударов: горизонтальный взмах, диагональный взмах, горизонтальный, вертикальный, диагональный. Улькиорра, казалось, счел это повторение простым использованием удобного паттерна, не замечая процессов высчитывания за глазами подростка. В нужный миг… когда оба меча вновь взаимно остановили себя между бойцами… Ичиго сделал свой ход. Как если бы он проигнорировал инстинкт самосохранения и пошел ва-банк, Куросаки сократил дистанцию кратким рывком… подбросив нодати вверх! Полностью бесчувственное лицо Улькиорры не изменилось ни на миллисекунду, но где-то глубоко в его глазах вспыхнула искра удивления… резко трансформировавшаяся в пламя боли. Не давая арранкару ни секунды на осознание ситуации, Ичиго выпустил духовное давление и затопил каждую клетку организма энергией! Красная дымка обволокла его тело эфирно-прозрачным «доспехом», особо сильно сгустившись на сжатых кулаках. Не прошло и секунды как подросток безжалостно и зверски ВОНЗИЛ свой кулак в живот Улькиорры, продавливая и скручивая мышцы арранкара! Впервые ощутивший стой неестественную боль, Улькиорра инстинктивно пробудил свою скоростную регенерацию и тут же занес руку с мечом для удара!... если бы не оказался опережен. Куросаки не собирался «давать дышать» арранкару. Подросток заблаговременно просчитал намерение врага, как был тому научен, и, действуя наперёд, схватил его за кисть вооруженной руки! С силой гидравлических тисков, он сдавил запястье бледнокожего до хруста костей, будто бы то была незначительнейшая мелочь. Но это не остановило Улькиорру. Даже со своей безжизненной и пустой натурой, он не лишился намерения сопротивляться и атаковать, поэтому быстро вытянул вторую руку с едва-едва формирующимся на кончиках пальцев серо… Лишь для того чтобы Куросаки снова среагировал как молния и перехватил конечность второй рукой, сломав пару пальцев арранкара! Преимущество в подобии полного доминирования присоединилось к Ичиго Куросаки!... но юноша прекрасно осознавал, что это было фантомное чувство. Вся ныне имеющаяся в его руках сила была скоротечной и временной. Поэтому он не стал терять и секунды. Растянув руки в стороны, Ичиго слегка нагнулся назад… и с резким рывком нанёс удар лбом в лицо Улькиорры! Со всеми физическими усилениями, атака преобразилась в настоящий пушечный выстрел, взорвав небольшую ударную волну! Замечая кратковременное ошеломление арранкара, подросток вновь повысил ставки. Отказавшись от сдавливающих захватов, он резко наполнил легкие воздухом и обрушил шквал рукопашных атак на противника! Прочертив в воздухе плавные дуги, Куросаки начал с легких кат и быстрых ударов. Держа одну ладонь раскрытой, он резко «вонзил» кончики пальцев в горло Сифера, на манер жалящего насекомого. Порвав ритм дыхания врага, подросток с оттяжкой накренился назад и завел вторую руку в сторону, лишь для резкого удара локтем в грудь. Ведя ту же руку, он напряг мышцы и добавил удар-пощечину тыльной стороной кулака, умудряясь сбить и разбить равновесие Улькиорры в щепки! Все ещё доминируя, Куросаки перешел к цепким захватам и, захватив арранкара за униформу, повернул того спиной к себе. Завершая серию комбо, будто бы из файтинга, он разяще атаковал вытянутой ногой по позвоночнику Сифера, выпуская и отбрасывая бледнокожего мужчину подальше от себя и случайно поближе к Орихиме. Почти в то же время, уши Ичиго уловили легкий усиливающийся свист, а рядом с ним в пол вонзилось приземлившееся нодати, позволяя подростку вновь вооружиться холодным оружием. Получивший недурную трёпку, Улькиорра нерасторопно выпрямился, ощутив неприятную влагу на нижней губе. Он провел большим пальцем по источнику посторонней влаги, двигаясь крайне размерено, почти что механически. Точно с таким же темпом Сифер подвел палец к глазам, узрев что неизвестной жидкостью оказалась его собственная кровь, вытекшая не из какой-то незначительной ранки, а прямо из нутра. – Я недооценил тебя. Возможно ты не такой уж и мусор. – отстраненно заявил арранкар, плавно принимая боковую одноручную стойку. – Не трепись и сдохни уже. – мигом пресёк Ичиго, принимая одноручную стойку с открытым корпусом. Подросток уже ощущал, как из тела выветривалась «одолженная» силе, но ещё один козырь теплился в его рукаве. Единственной проблемой было то, что он не хотел столь быстро обнажать скрытую карту в виде маски пустого… пустого, да… Воспоминание о его… двойнике… заскребло призрачными когтями по мыслям юноши, безмолвно рыча в изолированные участки сознания, что ныне были назначены руководить ведением боя. Если бы было лишь это… как на зло, центр обнаженной и обожжённой груди разлил по телу сбивающую боль. Сознание подростка медленно помутнело, предательски воссоздав в себе ощущение раскалывающей боли, на манер бьющегося стекла, или зеркала. Вынужденный схватиться свободной рукой за голову, Ичиго пытался изо всех сил сфокусировать всё внимание на Улькиорре и не упустить никаких подлых атак в момент своей уязвимости. Вот только… его зрение тоже предало ожидания. Мерцающими вспышками, Куросаки на миллисекунды оказался на крыше одного из домов внутреннего мира… затем на стене горизонтальной многоэтажки под дождём… затем снова во внутреннем мире… под дождём… и снова, и снова, и снова. Момент слабости не был упущен арранкаром. Видевший убийственную уязвимость юноши, Улькиорра мгновенно начал планировать свой следующий ход. Броситься в прямую атаку было глупо. Он уже столкнулся с навыками Куросаки и нашел их крайне опасными. Зандзюцу, кендо, хохо… плюс некие физические усиления духовной энергией, странная усиливающая аура в виде алой дымки. Атаковать в лоб слишком опасно, но и просто стоять в бесцельном ожидании бессмысленно. Тут же пришла идея зарядить Гран Рей Серо. Сифер был высокопоставленным членом Эспады и обладал не шуточной силой… и даже больше. Но рождался вопрос… а сработает ли атака? На кратком собрании-брифинге, после разрушения стены, оставшиеся члены элитной гвардии были уведомлены о том, что на записи Куросаки Ичиго сумел разрубить серо Гриммджо Джагерджака. Предатель и мусор, тот всё равно был и все ещё был на уровне Капитанов. В добавок ко всему… инстинкты Сифера тревожно гудели об опасности, даже не смотря на состояние врага… Взвесив «за» и «против», Улькиорра Сифер решил действовать наверняка. «Сковывай, Мурсьелаго.» - с твёрдостью и холодом заключил арранкар, выпуская мощный поток черно-зелёной духовной энергии, что медленно осела в воздухе и опустилась на землю в форме дождевых каплей, открыв миру Ресуррексион Куатро Эспады, Улькиорры Сифера. Точно в тот момент, разум Ичиго изгнал наваждения и «галлюцинации», дав юноша окунуться в эмоцию шока… перетекшего в гнев. Если бы не это… Если бы не его… проблема… он бы успел среагировать на вражеский выпуск и мгновенно атаковал арранкара прямо во время трансформации! Или вовсе не дал тому отпустить Ресуррексион! Но было поздно. События начали скручиваться во всё более чёткую удавку на его шее. Нужно был… Ток ударил по затылку и волосы встали дыбом! Куросаки выпучил глаза от внезапности ощущения и доверился естественному автопилоту тела, среагировавшему на неуловимое глазом движение! Резко раздвинув ноги и приняв полу-шпагат, юноша засек пролетевшую над головой тень от клинка и уже собирался отскочить назад… как тут же был ударен в спину! Потерявший баланс, Ичиго попытался сразу принять устойчивое положение, вытягивая ногу вперёд… если бы не дробящая боль от удара по рёбрам слева! Все ещё доверяя своему телу, юноша небрежно развернулся кругом для снижения инерции… замечая краем глаза, как Гриммджо и Сокьёку пытались разрушить разделявшую их стену… причем девушка-занпакто что-то кричала, судя по движениям рта, но никаких звуков не было… Ичиго не успел даже осознать причину «немоты» леди-палач, как вновь услышал крик чутья! В этот раз, он постарался среагировать не только на «автопилоте», но и самостоятельно. Развернувшись на сто восемьдесят, он выставил диагональный блок!... чтобы встретить пустоту… и ощутить новый удар в спину! С правого надплечья идя к левому боку, на его спине рассеклась убийственная рана, из коей вырвался поток крови! И лишь с этой раной Ичиго кое-что осознал… Пытаясь притупить боль, организм выпустил в кровь крупные дозы адреналина, едва смешавшегося в работе с ослабшим фантомным огнём, но главную роль гормон сыграл в ускорении мыслительных процессов. Именно так подросток понял… что его чувства были полностью парализованы! Он попросту не ощущал духовной энергии! Не ощущал колебаний в рейшу! И почти все его физические чувства - зрение, осязание, слух и нюх – затупились хуже любой дубины или камня! Звуковое искажение с задержкой донеслось до ушей раненного юноши, уступая зрению в скорости обнаружения Улькиорры. В этот раз Ичиго успел заметить внешние изменения арранкара в его Ресуррексион. Из спины, у него появились большие чёрные крылья летучей мыши. Волосы стали длиннее, а остатки маски-шлема преобразились в два длинных уха, выступающих вперёд и в стороны. Линии на лице перекрасились в черный. Ну и одежда стала более закрытой и чуть менее свободной… вот только это ничуть не уменьшало его ошеломляющей скорости. В следующий миг, Ичиго попытался ответить на избиение собственной атакой… но прямо в начале взмаха был перехвачен за запястье. Беспристрастное и скорее отстраненное лицо арранкара стало последним не расплывчатым объектом, что парень увидел, прежде чем ощутить грубое размывание пространства с последующим вбиванием себя в пол. Тот небольшой воздух, что сохранялся в легких парня, был тиранически выбит из организма, зверски прерывая темп и без того сбитого дыхания. Силы на восстановление начали медленно перекачиваться по тело, толкая мышцы подняться на ноги. Но вновь ещё функционирующее чутью издало сиренный гул тревоги, вынуждая организм выдать новую ракетную дозу адреналина. Разом напрягая все мышцы, Ичиго перекатился в сторону и вскочил на ноги, что бы тут же УВЕРНУТЬСЯ от серии из трёх донельзя ленивых взмахов вражеской катаны! Отбиться было невозможно, ведь нодати было выронено им в то самый миг, когда Улькиорра впечатал его в пол… но вооружиться было нужно. Арранкар с легкостью прочитал намерение подростка добраться до меча и вновь произвел серию легких рубящих атак, всё ещё не используя все возможности своего Ресуррексион. И неведомым обоим бойцам было то… что в теле подростка произошло изменение. Помимо раненной ноги, голубая сетка расползлась по ране на спине… пересекаясь и сочетаясь с КРАСНОЙ сеткой сосудов, особо концентрирующихся на руках и ногах. В тот же момент, Ичиго воспользовался одним из горизонтальных ударов Улькиорры, на самом зарождении атаки. Когда арранкар только-только завел руку в сторону, юноша бездумно ринулся прямо на траекторию взмаха, прекрасно созерцая движение серо-серебристого лезвия в свою сторону… … но прямо перед столкновением он наклонился назад и ПРОСКОЛЬЗИЛ под атакой, захватив свой меч в процессе! Поднявшись и выпрямившись, подросток мгновенно принял двуручную стойку кендо, готовясь к любой новой атаке. Его дыхание все ещё было сбито и восстанавливало темп слишком медленно. Вдобавок состояния не улучшали раны. Он не был уверен, сколько крови уже потерял, но судя по быстро растущей усталости – достаточно. Поэтому он освободил одну руку и схватился за лицо. В секунду опечатанное пространство накрыло тёмное духовное давления, вырвавшееся из глубин души подростка. Кроваво-красное и ярко-оранжевое реацу заметалось всполохами и языками пламени, приобретавшими глубокий черный контур на концах. В тот же миг, когда вспыхнула эта энергия, голубая и красная сетки исчезли, будто бы их и вовсе не было, а на ранах пузырилась белая жидкость, что лишь покрыла участки белой коркой. Буйство духовной энергии продлилось недолго и вскоре вся она сжалась на руке, а после перенеслась на лицо парня, сформировав из себя бело-костяную маску-лицо зубастого пустого с красно-оранжевыми линиями-отметинами на половине «лица». «Интересно… - монотонно произнёс Улькиорра, не замечая или игнорируя шок на лице испуганной до смерти Орихиме. – Маска пустого… И такое изменение реацу… Обычный синигами не способен сделать подобного…» Не желавший болтать и вообще затрагивать эту тему, Ичиго ощутил звериный порыв тёмных инстинктов и сжал на них поводок. Использование маски вернуло ему некоторую бодрость и даже помогло с ранами, но чувства всё ещё были спутаны и загублены. Лишь мышечная память и, ныне пробужденные, инстинкты толкали его к действу. Бесшумно вдохнув… он шагнул в сюнпо. В следующий миг сталь вновь скрестилась в противостоянии и безрезультатных попытках разрубить друг друга. Хоть за маской это было трудновато опознать, но почерневшие глаза подростка нахмурились. Он не мог говорить со стопроцентной уверенностью, но ему казалось, что он все ещё уступал. Нет, по сравнению с тем, что произошло пару десятков секунд назад, нынешнее столкновение было как небо и земля!... но нутро юноши… его набитое чутьё… легкая тревога и тихий звон опасности исходили от них, предупреждая быть настороже и просчитывать каждое действие… А с другой стороны… Что-то иное… тёмное и глубокое пыталось подтолкнуть его к тому, чтобы позабыть про всякую рациональность. Броситься в чистый кровавый раш с последующим звериным разрыванием добычи казалось таким заманчивым… и опасным! Напрягая лоб, Куросаки попытался согнать тёмные мысли прочь и успел точно к новым шагам Улькиорры! И вновь Сокёьку пришлось беспомощно наблюдать за борьбой Ичиго и арранкара. Орудуя своим нодати, она изо всех сил пыталась то разрубить барьер, то проанализировать его. Ни первое, ни второе ей не удалось. Духовная преграда была слишком крепкой для нанесения физического урона, а если причинить ущерб всё же удавалось, то структура буквально мгновенно восстанавливала свою целостность, будто бы отрицая повреждения. С духовным анализом ситуация была одновременно схожей и нет. Сокьёку пыталась «накрыть» барьер своим давлением, но структура «отбрасывала» постороннюю энергию. Иронично, но именно эти неудачи позволили ей понять природу преграды и найти источник вмешательства. Игнорируя рычащего и бьющего барьер Гриммджо, Сокьёку очень часто и быстро переключала внимание с боя Ичиго и Улькиорры… на дрожащую от ужаса Орихиме. Если бы только взор девушки-занпакто имел физическое свойство испепелять всё в поле зрения, то и барьер, и напуганная девушка уже бы были кучками истлевающих останков! Источником барьера была Иноуэ Орихиме, Сокьёку знала это! Отрицающая природа преграды была слишком схожа с отрицающей природой сил девушки! Сопоставить эту схожесть было просто, просто леди-палач нужно было точно убедиться в своей правоте – для этого она испытывала структуру. Ныне зная правду, Сокьёку злилась как никогда в своей жизни. Она зловеще скрипела зубами, напрягаю каждую мышцу до спазмов, а её глаза сверкали красно-розовой обжигающей силой. В порыве гнева, она могла бы нанести удар лишний по стене… но не делала этого из-за бессмысленности действия. Её запечатанное состояние не наносила достаточного урона, а шикай или банкай… она чувствовала, что нечто мешало ей активировать что-то из этого. Скорее всего, именно надетая Ичиго маска... Сделав резко-глубокий вдох сквозь зубы, она твёрдо и четко произнесла невероятно простой приказ, адресованный цели их спасательной миссии. «Иноуэ Орихиме… - спокойным можно было счесть голос Сокьёку, но вкладываемое в буквы железо и арктический лёд давали понять присутствие угрозы. – СЕЙЧАС ЖЕ ОПУСТИ ЭТОТ ЧЕРТОВ БАРЬЕР!!!!» На незнание девушки-занпакто и Гриммджо Джагерджака, Иноуэ НЕ БЫЛА причиной существования преграды!... ну… не полностью. Под выданной ею новой униформой, на её запястье был надет обруч-наручник, принуждающий её силы активироваться против воли. В добавок к этому, наручник смешивал с духовной структурой особую наработку Айзена, полностью приглушая любой шум вне духовного купола. И самое худшее? Она не могла самостоятельно снять обруч и использовать на нём собственные силы. Но почему же она не сказала об этом тому же Ичиго? Ведь он был внутри барьера и прекрасно смог бы её услышать? Для её молчания было несколько причин. Первая – Улькиорра Сифер. Тот кто был стражем её камеры. Хладнокровный и бесчувственный арранкар, относившийся ко всем, кроме Айзена, как к мусору. Она же не была исключением, только в их нечастых беседах он обращался к ней не «мусор», а «женщина». Из-за этого она считала, что у него были причины для такого поведения, но это лишь слегка убавляло её страх перед тюремщиком. Причина номер два… Ичиго Куросаки… или же тот, кем он предстал. Он более не был тем оберегающим юношей, коим она его помнила с детства. С его первых фраз, он поселил в ней мрачнейший ужас и тревогу. Как можно было вот так открыто и спокойно угрожать не просто убийством, а МАССОВЫМ?! И даже если он обещался сделать это ради её спасения… Это… это был не тот Ичиго, которого она помнила и в которого была влюблена. И так она переключилась к третей и последней причине… занпакто Ичиго… стоявшая за барьером… и сверлящая её взглядом из обещаний агонических мучений. Напуганная девушка прекрасно видела как девушка-занпакто открывала рот, что-то говоря, но не могла её слышать, а уж читать по губам тем более. Но мысли Орихиме были о другом. Именно послей встречи с ней, Ичиго стал таким жестоким… таким грубым… таким мрачным… таким… не Ичиго, которого она знала. Ей не хотелось такого говорить… признавать… но в том, что старого Ичиго больше не было, она винила именно её! Звон клинков не стихал ни на секунду, все ещё властвуя в звуковом пространстве. Изредка, право царствования пытались оспорить шумы скоростных сюнпо и сонидо, но и там гул металла всегда брал верх. Отскакивая назад, Ичиго горизонтально скрестил руки и добавил к отскоку молниеносный горизонтальный разрез. Атака подростка настигла Улькиорру, прорезав униформу и оставив на груди широкий разрез, прошедший прямо по цифре «4»… но регенерация арранкара почти мгновенно исцелила рану… но Пустой не заметил, что восстановление оставило грубый темноватый рубец… Замечая разрыв в дистанции, Улькиорра взмахнул крыльями и ускорил себя сонидо, с миг сократив расстояние и атаковав вертикальным взмахом! Ичиго едва успел поставить блок с опорой обеими руками, но подросток куда быстрее сместил центр тяжести и смести траекторию атаки. Руки начинали болеть… Отшагнув в сторону, Куросаки обрушил дробящую атаку навершием на лицо арранкара, но тот в миг исчез оставив на месте постобраз, шокировав юношу. Переместившись ему за спину, Сифер уже был в стойке для пронзающего выпада без рывка. Сохраняя мертвецкую невозмутимость на лице, Эспада вынес вооруженную руку вперёд… но был перехвачен прямо за меч! Сжав лезвие катаны в руке, Ичиго ощутил пренеприятнейшую боль. С легким хлюпаньем, из сжатого кулака вырвалось небольшое количество крови, но рана незаметно поросла белой коркой и перестала кровоточить. Сохраняя титановую силу сжатия, он резко дернул меч на себя, притянув к себе Улькиорру! Места для удара нодати категорически не хватало, так что Куросаки усилил и напряг плечо, ударив арранкара толчком на сюнпо точно в грудь. Слегка отшатнувшись назад, Сифер молча оценил силу удара, ощущая в себе наличие пары переломанных рёбер… но сверхскоростная регенерация уже выполняла свою работу. Столь же безмолвно оценив своё положение, он взмахнул крыльями и отлетел назад, так же отбросив Ичиго. Видя окно возможности, Эспада мгновенно вытянул вперёд руку и отправив вдогонку к подростку заряд Бала. Отброшенный, Ичиго устроил себе экстренное торможением используя меч как резервный тормоз и даже не успел перевести дыхания. Взбудораженные маской, инстинкты зарычали ему о летящей атаке, которую подросток встретил собственной. Резко вырвав меч из пола, и подняв облако бетонной пыли, он с мелкими трудностями разрубил Бала и оказался сокрыт в пыли. Итоговый результат, мягко говоря, не устроил арранкара. Эспада прекрасно понимал хоть и незначительное, но кое-какое преимущество от дымовой завесы. Броситься впрямую атаку было рискованно, хотя он и мог сократить дистанцию, чтобы сдуть облако крыльями… но Сифер выбрал иной подход. Сжав свободную руку, он сформировал в оной духовную энергию и придал форму копья. «Лус де ля Луна.» - имя атаки было произнесено с той же естественной Улькиорре монотонностью, что не уменьшало испускаемой техникой силы. Замахнувшись, Сифер бросил копьё прямо в пылевое облако намереваясь выгнать Куросаки на свет. Арранкар прекрасно знал и силе техники своего Ресуррексион, так что ничуть не сомневался в том, что и подросток почувствует опасность… но Ичиго имел своё мнение. Разорвав пылевое облако, на встречу энергетическому копью вылетела тонкая Ничига Тенсё, что не шла ни в какое сравнение с иными Ничига Тенсе из шикая и особенно банкая. Красно-оранжевый коготь несся по строгой горизонтали, идя прямо навстречу летящему копью. Сравнивая силы, огненный коготь не был бы способен разбить «Лус де ля Луна» и уж тем более пролететь дальше. Максимум, техника Ичиго смогла бы аннулировать себя с техникой Улькиорры. В худшем же случае, Ничига просто замедлит копьё. Но… опять же… Ичиго имел своё мнение… И не прошло двух секунд с появления Ничиги Тенсё, как из остатков пылевой завесы раздался жужжащий гул, а за ним вспыхнуло смесь свечений, сильнейшими из которых оказалось тёмно-багровое и огненно-оранжевое. В то же время… в глубинах пустыни Уэко Мундо запутанно маршировала группа синигами: ранее встреченная Ичиго группа Рукии Кучики, к коим прибавилась компания из нескольких новых лейтенантов и парочки капитанов, в частности Кенпачи Зараки, Бьякуи Кучики и Рецу Уноханы. Их цель найти и обезвредить Ичиго объединилась с целью найти крепость Айзена и… Их марш прервался самым внезапным и неожиданным для всех коллапсом! Песчаные дюны… Некоторые горы… Каменные деревья… Низшие пустые… Вечно ночное небо… Всё поверглось сильнейшей тряске, будто бы начался конец света, а затем… всё резко стихло. Медленно, но постепенно ускоряясь, тёмные звездные небеса начали освещаться и мир отчаяния окрасился в цвета апокалиптичного кровавого дня, источником чего стал гигантский луч багрово-темной и оранжево-огненной энергии лучивший из-за горизонта. В тот миг синигами получили свою путеводную звезду и ускорили марш в стократ. А в самом Лас Ночес… Вся крепость подверглась разрушению. Множество башен и стен замка были снесены не столько лучом разрушения, сколь ударной волной. Сети запутанных коридоров обрушились и стали непроходимо, замуровав в себе некоторых слабейших арранкаров аврмии…. Если те не умерли… При этом, даже когда луч уничтожения исчез, тряска и разрушения продолжались, а гул всё ещё разносился далёким эхо, что словно собиралось поселиться в мире пустых навсегда. Среди всего этого хаоса никто не остался на ногах или цел… даже барьер Орихиме. Чувствуя себя контуженными, участники и зрители битвы подростка с арранкаром медленно вставали на ноги, после сбивания отдачей. Сокьёку, Гриммджо и Орихиме, как стоявшие дальше всего от «взрыва», отлетели дальше всех. Посчастливилось им или нет, но все получили множество тупых ударов от столкновений со стенами и обломками каменных конструкций. «Агх… - поднявшись на колени раньше всех, Сокьёку ощутила неестественную внутреннюю слабость и бессилие. На секунду, показалось, что она вот-вот потеряет сознание. Дробящий гул, ушедший в мир, оставил в её голове отголоски себя, из-за чего она интуитивно приложила здоровую руку ко лбу. – Что… произошло?...» «Это… было… - Гриммджо поднялся следующим, и даже не понимал, как себя чувствовал. В его ногу вонзился острый кусок камня, лишивший бывшего члена Эспады возможности бегать. – Гран Рей… Серо?» Услышав арранкара-союзника, леди-палач попыталась направить духовные силы на восстановление, но снова ощутила приступ немощности. Обнаружив своё бессилие, она мигом встряхнула головой и забыла про себя. В последний миг перед отбрасыванием, она успела заметить, как разрушался барьер, а значит она могла воссоединиться с Ичиго! Едва встав на ноги, она попыталась побежать в спринте, но конечности превратились в безвольное желе, оставляя ей выбор только ковылять со скоростью улитки. Молча выругавшись на своё бессилие, она постаралась побыстрее прийти к центру битвы, утонувшему в океане каменной пыли… но пыль не простояла долго. Новый поток воздуха пронёсся по руинам боевой зоны, очистив воздух от ненужного занавеса. Источником порыва оказался Улькиорра!... но выглядевший в самом ужасном состоянии. Вся его униформа была уничтожена, оставив от себя лишь небольшие остатки штанов. Вся бледная кожа была изожжена до ужаса и выглядел он как жертва кошмарного пожара. Одно его крыло было полностью уничтожено, а от второго осталась лишь костяная структура без перепонок. Он двигался медленно, но не из-за боли. Каждое движение вызывало тошнотворный хруст или щелчки, кроша сгоревшую кожу и мышцы. Арранкар медленно поднял столь же обгоревшее лицо в сторону упавшего на колени Ичиго. Подросток, казалось, был в лучшем физическом состоянии, нежели его враг… но выражение лица… увидев его, язык не повернётся сказать, что Ичиго был в порядке. Его кожа побледнела как при критической потере крови. Ритм дыхание был уничтожен без остатков, а каждый прерывистый вдох был преисполнен хрипения и астматического хлюпанья воздухом. Всё его тело дрожало, но не из-за боли или страха, а из-за сильнейшей отдаче, сказавшейся на его организме. Но самое страшное… он был абсолютно бессилен! Он знал что стало причиной тому… Та атака, которую он произвел, пойдя на поводу у инстинкта. Использовав безмолвную Ничигу Тенсё как отвлечение, он вытянул вперёд ранее порезанную руку и вскрыл закрывшуюся рану. Сфокусировавшись, он начал давить на духовные резервы, инстинктивно черпая дополнительную энергию из маски, и тогда произошло это… Перед кровоточащей раны сформировался красноватый шар энергии. Серо. Но в тот же миг… кровь хлынула из раны непрекращающимся фонтаном! Ошарашенный увиденным, Куросаки попытался было прервать происходящее и отдёрнуть руку!... но его тело как парализовало… а в Серо начало впитываться всё больше и больше крови, что буквально ВЫКАЧИВАЛАСЬ из него!... но вместе с кровью он начал терять и духовные запасы. А затем… взрыв… ужасный гул… и вот он едва находится в сознании будучи на коленях перед врагом. Целиком осмыслить своё положение он не смог. Хриплый голос Улькиоррый возымел доминирование на шумом царствующего хаоса. «Я… поступил глупо… - сухо заявил арранкар, начиная источать неоново-зеленое и черное духовное давление. – Я должен был отнестись к битве серьёзно. С самого начала. Мне нужно было использовать «это» и убить тебя мгновенно. Но я захотел показать тебе, насколько все твои действа бессмысленны. Насколько твои угрозы пусты. Насколько ты бесполезен. Насколько ужасно…» «…Истинное Отчаяние.» Невидимый океан обрушился на руины поля боя, перекрыв дыхание каждому. Черно-зеленое реацу медленно обволокло Улькиорру клубящимися миазмами, оставляя лишь его засиявшие глаза. Под напором резко возросшего духовного давления арранкара, всё больше пыли и дыма было изгнано с округи, а небо, некогда освещенное красным, закрылось непроглядной тьмой пожравшей все звезды. Лишь луна осталась на почерневших небесах, тускло сияя в полном одиночестве. Медленно смесь энергии сошла с арранкара тяжелым дымовым покровом, стелясь с ног по полу, а Улькиорра предстал всем в совершенно новом обличие. Его униформа окончательно пропала, оставив Пустого в полузвериной форме. Фрагмент маски окончательно исчез в небытии, уступив место длинной паре ушей, как у летучей мыши. Руки и нижняя часть тела покрылись черным мехом, изначально показавшимся отвердевшей тьмой. С груди исчезла татуировка с номером. На обнаженном торсе, прямо в центре груди, зияло полое отверстие, из которого вниз по животу текла черная жидкость. На месте пальцев ног появились крючковатые когти, а ногти на руках превратились в когти-гвозди. Из спины выросла новая пара перепончатых крыльев, а из поясницы – два меховых отростка, на манер фалд. Новой частью стал крайне длинный и тонкий хвост, выросший из копчика и медленно покачивающийся позади. И глаза приобрели новые цвета, став черными с желтой радужкой. Но самым незримым и цепляющим было… полное отсутствие занпакто. Увидев новую форму, все онемели. И без того сраженный собственным бессилием, Ичиго вновь окаменел на месте, осознавая свою полную невозможность вести сражение с видоизменившимся арранкаром. Если бы… если бы только он активировал банкай… тогда бы он имел крайне высокие шансы встретить новую форму Улькиорры, даже в своём пострадавшем состоянии… Если бы только он не ослаб… если бы только… не те… ведения… не те мысли, что сбивали его понимание правды и лжи… Если бы… Если бы только он не испугался полученной информации… Едва устоявшая на ногах от нехватки сил, Сокьёку в шоке выпучила глаза и приоткрыла рот в немом вопросе… Что только что произошло?... По ощущениям… по реакции мира… по изменения… Улькиорра Сифер словно вошел в состояние Банкая! НО КАК!? Это не могло быть возможно! Она никогда не слышала и не видела, чтобы у арранкара было «Второе Высвобождение»! Даже Артуро Платеадо, один из сильнейших представителей вида и один из опаснейших пленников Мукена, НЕ ИМЕЛ иной формы! Осознав ужаснейший поворот событий, она бросилась изо всех сил попытаться быстрее добежать до Ичиго! Даже в своём жалком состоянии, она не позволит ему вновь пострадать, любой ценой… Схватившийся за осколок в ноге, Гриммджо тоже выпучил глаза и не мог понять созерцаемого. Второй выпуск… У Улькиорры был Второй Выпуск… Вторая форма за Ресуррексион… Но ни у кого из Эспады не было этой формы! Даже сам АЙЗЕН заявлял, что их Ресуррексион – аналог Банкая!!!Но он мог позже это обдумать! Имея из всей группы не сбитые инстинкты, бывший Эспада прекрасно ощущал колоссальную мощь источаемую Сифером. Было тяжело это признавать… но эта форма вселяло в сердце Джагерджака отчаяние. Мог ли он вообще что-то ему противопоставить? Был ли вообще смысл пытаться что-то сделать? Ну… СЕЙЧАС ОН ЭТО УЗНАЕТ! Схватившись за осколок, Гриммджо зверски зарычал и выдрал кусок камня из ноги! В ту же секунду его регенерация начала затягивать рану, что шло не так быстро, как хотелось. Второпях, он огляделся вокруг и нашел свой занпакто отброшенным на пару метров. Полу-хромая, полу-ползя, он побыстрее направился к мечу, намереваясь сразу активировать Ресуррексион. В самом, наверное, ужасном состоянии была Иноуэ. Ранее сдавливаемая страхом и ужасом от присутствия Ичиго и его занпакто, а так же своих собственных мыслей на их счет, она стала самой доступной для ауры отчаяния Улькиорры целью. Упавшая на колени, она крепко обняла себя обеими руками, не в силах свести заплаканных глаз с крылатого арранкара и ослабшего подростка. Безмолвно она молила небеса дать ей пробуждение от простого и страшного сна… но то была реальность. Орихиме настолько сломалась от эмоций, что не заметила разрушения браслета-наручника и возвращения её сил под контроль. Все предприняли действия, какими бы те ни были. Пытаться подняться… Бежать на защиту… Готовиться к сражению… Молиться… Но быстрее всех… был Улькиорра. Почти как телепортировавшись, он вмиг оказался рядом с Ичиго и столь же быстро сдавил юношу за шею, перекрывая дыхание и едва касаясь шейных позвонков. Арранкар с некоторой садистской медлительность поднял Куросаки над землёй, чуть выше уровня своих глаз, чтобы иметь более открытый доступ к его отмеченной шрамами груди. Сифер медленно поднял вторую руку и вытянул указательный палец к самому центру грудной клетки человека, сформировав на острие когтя маленький шар черной энергии с зеленоватым контуром. «Познай же… - шепча, но говоря так что слышали все, заключил Улькиорра. – Истинное Отчаяние.» Каждый находящийся на поле боя… потерял цвета... Все вмиг окрасилось для них серым… Лишь угольно-черный луч сохранил свой бездный цвет, проходя сквозь грудь Ичиго, мгновенно убивая подростка. Беспристрастный Сифер взглянул в лицо юноши, в последние секунды его жизни, более чем ожидая узреть застывшее выражение ожидаемого отчаяния… но увидел там лишь сомнение, непонимание, сожаление и гнев. Как осознал Улькиорра, ни одна из этих эмоций не была направленна на него. Ичиго направлял их на себя… и внутрь себя… Не получив ожидаемого и желаемого результата… Куатро Эспада остался холоден и безразличен. Он просто бесхозно бросил тело Ичиго на пол, уронив убитого лицом вниз. Гриммджо, Орихиме… и Сокьёку… все они оказались скованны ужасом и отчаянием. Их новообретенный друг… жестоко изменившийся старый или бывший друг… и единственный дорого сердцу человек… Он был столь быстро убит… и никто не смог ничего сделать… «Ич… чиго… н-нет… Б… б… - застывшая на месте, Сокьёку затряслась каждой клеточкой тела и дважды заикнулась в произношении. Отчаяние и отрицание застыли на её лице, черпая силы из сформировавшихся на глазах слёз… пока всё это не вспыхнуло ярчайшим огнём, затмевающим само пламя Дзигоку. Выражение чистейшей агонии, мучения, страдания и ненависти с жаждой убийства соединились в девушке, когда её силы предательски вернулись в тело. Единственный дорогой ей человек был только что убит… и теперь… ей было плевать на всё и всех! ОСОБЕННО НА СЕБЯ!!! – БААААНКАААААААААЙ!!!!» Трудно было сказать, что есть истинное отчаяние. Даже Улькиорра наверное сам этого не понимал и считал, что смерть в беспомощности – идеальное воплощение этого явления… Вот только… Испущенный Сокьёку крик… куда лучше подходил для описания «Истинного Отчаяния»…