Единственный вариант

Антон опускает ладони на плечи Арсения и подаётся вперед. Последние несколько месяцев выдались активными и суматошными, у них было не так много времени, чтобы просто насладиться друг другом, и Шастун с нетерпением ждёт отпуска, чтобы наверстать это. — Тоша, знаешь какой сегодня день? — День рождения Димы. — А еще? Шатен растерянно хлопает ресницами и косится на стол. Лимонад, хрустальные стаканы, картонная коробка из кондитерской. — Очередной выдуманный праздник? — спрашивает Антон. — Да нет, настоящий. Пять месяцев, как мы с тобой официально вместе. Арс целует Шастуна в щеку, в подбородок, подбирается к губам. Теплый ветер толкает в спину, шелестит листва. — Ты поэтому меня заманил? - шепчет Антон, наслаждаясь близостью. — Ага. Хотел побыть вдвоем хоть часок. Тош, я соскучился. Улыбка расцветает на губах шатена, на которые в следующее мгновение обрушивается чувственный поцелуй. Голова привычно кружится, кровь закипает. Пять месяцев, целых пять месяцев. А ведь когда-то Антон думал, что они и недели не продержатся, но сейчас он с радостью готов признать собственную ошибку. Они подходят друг другу. Приняли друг друга и смогли понять. Шастун отрывается от ненасытных губ и отступает, заводя руки за спину. — А что в коробке? — спрашивает Антон, повеселев. — Угадай. Шастун открывает крышку, любимые эклеры, покрытые цветной блестящей глазурью, пробуждают аппетит. Арсений хватает стул и садится рядом с любимым. Ласковое солнце гладит кожу, пахнет травой и теплой влажной землей. Так хорошо. Так спокойно. Попов и Шастун болтают, иногда прерываясь на поцелуи и дразнилки, до тех пор, пока небо не окрашивают яркие краски заката, а в окнах дома, находящегося рядом, не зажигается свет. Доносятся звонкие голоса, а это значит, гости уже на пороге. Брюнет берет шатена за руку и помогает встать: — Идем к ребятам? — Угу, — кивает Шастун. Арсений прижимает Антона к себе и ведет к дому, но вдруг останавливается у крыльца и поворачивает голову. — Тош… Антон поднимает на него взгляд, дыхание в его груди замирает, но эти чувства больше не приносят дискомфорта. Они его, а значит, нужные и честные. И они тянутся к тому, кто бережет их и шатена тоже. — Я люблю тебя, — говорит Арсений и, не дожидаясь ответа, продолжает путь. *** Вечеринка, как и всегда, проходит шумно и весело. Единственное, Дима всерьез задумывается о покупке второго дивана, потому что компания не слабо разрослась, а ведь это еще не конец. Может, стоит задуматься о покупке двух диванов? Звучат тосты, гремит музыка и звон бокалов. Шутки не прекращаются ни на секунду, вызывая заливистый смех. И ничего вроде бы нового, ничего необычного, но Антон ценит каждый такой момент, хочет сберечь его и запомнить. Пока они еще так беззаботны, пока они так легки на подъем, что любая мечта кажется достижимой. Гости расходятся ближе к трем часам ночи. Серёжа, как трезвый водитель, вызывается развезти всех по домам, а Антон с Арсением остаются помогать оставшимся. Арсений идёт провожать Оксану, а Антон с Ирой назначаются главными по тарелочкам. На кухне приоткрыта форточка, через которую сочится свежий ночной воздух, шумит вода в раковине. Ира ставит тарелку в стопку и шагает к окну, открывает форточку шире. — Ир, у тебя все нормально? — спрашивает шатен, становясь с ней рядом. — Да. Все хорошо. — Точно? — Антон… — вздыхает она. — Что? Я же волнуюсь. Ира улыбается и ерошит волосы Антону, за что получает шлепок по руке. — Хватит строить из себя мудреца, познавшего жизнь. Бесишь. — Ладно, больше не буду. Что думаешь о предложении моего друга? Подработка в салоне его сестры звучит как отличное предложение. Ногти у Кати вполне сносные. Ты очень красиво их ей нарастила. Да и дизайн неплох. — Не знаю пока. Может быть. — Нет, ну ты определенно странная. В чем дело? — Мама подала на развод, — глухо отвечает она. — Серьезно?! Твоим родителям уже столько лет и именно сейчас? — И это уже третий раз. Как думаешь, это удачное число? — Вот же черт, - шипит Антон. — Расслабься. Больше чем уверена, это никуда не приведет и ничего не изменит. — Ир, тебе пора заняться своей жизнью. Пусть они сами разбираются. — О-о-о… советы от Тоши Шастуна. Приму к сведению. — Не пародируй его. Выглядит ужасно. — хихикает Антон. — Кто выглядит ужасно? - раздается за спиной голос Арсения. — О чем вы тут воркуете? — Да так, ни о чём, — отвечает Шастун, оборачиваясь. — Ладно уже, идите домой. Я тут сама закончу, — вмешивается Ира. Антон обнимает Иру на прощание, взглядом показывая, что их разговор еще не окончен. *** Шастун и Попов покидают погруженный в сонное царство дом и неспешно шагают по ночному городу, наслаждаясь тихой и теплой темнотой, окутавшей дома и кварталы. Арсений крепко держит руку Антона и почему-то молчит. Слишком долго молчит. — Все нормально? — спрашивает шатен, когда они уже практически добираются до двора его городской квартиры. — Да. А у тебя? — Тоже. — А у Иры? Антон стискивает зубы, опуская голову. Ревность Арсения к Ире поутихла, но иногда все еще всплывают такие моменты, как сейчас. И эту ситуацию невозможно игнорировать. — Арс, ты же знаешь… — Знаю. — Брюнет крепче сжимает руку Антона и открывает дверь подъезда магнитным ключом. — Но было бы здорово, если бы она поскорее влюбилась в кого-то другого. Они поднимаются в лифте и входят в темную квартиру. Попов отправляет Шастуна в душ первым, а после уходит сам. Антон проходится по спальне. На пробковой доске приколоты кнопками фотографии. Вот они всей толпой на Новый год, а это Антон с Арсением на вечеринке обнимают друг друга. Сердце Шастуна, кажется, раздвигает ребра, не помещаясь уже в своем домике, и он ложится в постель. Дремота наваливается сверху, но мысли Антона не отпускают его в сон. Шатен думает о сегодняшнем дне, о их маленькой годовщине с Арсением, о том, что Антон не всегда бывает хорошим парнем, но он учится. Через пару минут матрас рядом с Шастуном прогибается, а под одеяло заползает прохлада, которая тут же сменяется жаром тела. Антон обнимает Арсения, устраивая голову у него на плече. Поздняя ночь. Они вдвоем. Никто не узнает. Никто, кроме Попова, и дело в том, что шатен хочет, чтобы брюнет наконец-то узнал это. — Арсюш, — тихо зовет Антон. — М-м? — Ты меня любишь? — Что за вопрос? — Трудно ответить? — Конечно, люблю. — Скажи нормально. — А это чем не нормально? — Ну, Сюш, — Шастун легонько ударяет его кулаком по груди. — Скажи, как положено. Брюнет прижимается губами к волосам Антона и шепчет, рассыпая искорки по коже: — Я люблю тебя. Шатен обнимает его крепче и зажмуривается: — И я тебя тоже. Проходит секунда. Две. Арсений вдруг дергается, и Антон открывает глаза, наблюдая, как брюнет что-то набирает в телефоне. — Ты что делаешь? Корреспондентам пишешь? — Отмечаю этот день в календаре, — с сумасшедшей улыбкой говорит Попов. Антон выхватывает мобильный и отшвыривает его в сторону. Арс опускает подбородок и смотрит на Антона дьявольски горячо: — Скажи по-нормальному. — Уже сказал. — Нет. Как положено. Антон облизывает губы, и Арсений обхватывает его запястья, заваливая шатена на спину. — Тош… — Я люблю тебя, — говорит Шастун смело, разрешая дурацким бабочкам забиться в припадке. - А можешь еще разок, когда я диктофон включу? - Я тебя сейчас выключу, если будешь дурака валять. Брюнет смеется, наклоняясь к губам Антона. Они делят дыхание на двоих, крепко прижимаясь друг к другу. — Спасибо, что выбрал меня, - шепчет Арс. — Ты так и не понял? — Чего? — Ты был единственным вариантом. — Тош… — Спасибо, что меня терпишь. — Ты тоже, видимо, не все понял. Или перепутал пару букв в слове «любишь». Попов смотрит в глаза Шастуна, не оставляя сомнений, и шатен улыбается, понимая, что правильный выбор тот, который делает сердце, сотрудничая с разумом. Но если что, всегда можно поискать магазин, где продаются мозги.