Если бежать,так только вместе

В Глэйде как всегда вечное движение, то на плантациях Ньют заставляет работать новоприбывших, то Томас снова находит приключения на пятую точку, ибо же куратор бегунов—Минхо, пытается подшутить над бегуном, который сделал неудачный забег. Все как обычно и ничего примечательного. Но вот один день изменил ход событий. Сонный Глэйд вот только начал просыпаться, как и бегуны что уже были на ногах. Готовясь к забегу, новенький бегун с самого утра не мог найти свой мини рюкзак для заметок. Тот ворчал все время, затягивая шнурки на берцах, и обвинял всех подряд в этом случае. Врата открылись, и бегуны рванулись к новой встрече с затхлым запахом от стен. На пути в пятую секцию, бегун по имени Клиффорд, а коротко Клиф нашел ту самую сумку, что не мог найти с самого раннего утра. Удивившись, он медленным шагом подошёл к сумке, и убедившись что это его, он взял в руки. — какого черта? Я же помню что ложил ее на свой стол! Минхо остановившись, осмотрел предмет в его руке, и глянул на него исподлобья. Нахмурив брови, он выдохнул и сказал: — давай разберемся с этим позже, сегодня откроется 8 секция, нужно там осмотреть все, глэйдеры жаловались на то что звук исходит с той стороны. — ладно. Согласившись с куратором бегунов, он побежал вслед за ним. Подбегая к этой секции, врата ее не открылись, от чего удивились бегуны. — что за день сегодня то такой? — что-то случилось. Пробежимся мимо 2 и 9, может там что-то открыто. Кивнув, они снова пробегали мимо высочайших стен, что были усаженны густым плющом. Остановившись возле какой-то открытой секции, что должна быть закрыта как минимум неделю. Переглянувшись, они отправились туда медленным шагом, предостерегаясь опасности. Там по дороге была найдена кровавая майка, и дабы распознать кому она принадлежала, куратор подошёл к ней, и сев на корточки, стал рассматривать. Поняв, что это женская майка, ещё больше удивился. — какого шанка? У нас не было ни одной девушки, а тут женская вещь и в крови. Ее хотели отправить к нам через лабиринт? Глупо. Отойдя ещё дальше, они увидели часть порванной штанины, и рядом какую-то разбитую колбу с запиской: «если я доберусь живой до того самого Глэйда, отдам эту колбу зараженному» — это было лекарство получается? От метаморфозы? Вот кланк. Сжав кулаки до такой степени, что побелели костяшки, он взял записку и засунул в свой рюкзак. Провозившись весь день в лабиринте, в надежде найти ещё что-то. Но больше они ничего не нашли, и пошли к Глэйду. Они пошли к себе в картохранилище, рассматривая свои находки, и немного обсудив сегодняшний случай, Минхо направился к Ньюту, так как он здесь самый мудрый и рассудительный глэйдер после Алби. Ньют рассмотрел записку вдоль поперек, но так и не найдя зацепки, отдал ее куратору. Протянув свёрток пшенично-волосому парню, тот аккуратно открыл его и увидел долю голубой жидкости и осколки с кровью. Заново завернув колбу в бело-желтую ткань, он отдал ее также как и записку. Он подпёр свой подбородок рукой, явно задумавшись. Это было очень странно и необычно для всех, также было много не отвеченных вопросов, что крутились в голове. Заместитель кивнул в сторону выхода, намекая что разберётся с этим сам. Никто не знал о находках в лабиринте кроме Минхо и Ньюта, ведь если бы они рассказали об этом всем, то все бы начали паниковать, что к ним пытаются пробраться, а этой паники им уж подавно не нужно. Томас об этом узнал только через два дня, что бы куратор бегунов и заместитель немного разъяснили ситуацию и более мягко поднесли Томасу, что очень резв к подобному. Секции снова стали открываться как и должны, возвращая свой привычный ритм работы. Клиффорд сильно заболел после того случая, что даже Клинт и Джефф не знали как сбить очень высокую температуру, которая держалась почти неделю. Вместо Клифа в лабиринт бегал Томас, что прям рвался найти что-то ещё, что даст намек на выход или лекарство на всякий случай. Вот снова пробегая мимо второй секции, Том увидел какую-то новую записку прямо перед входом в секцию, но сама она была закрыта. Подойдя ближе, он начал ее читать. « я жива, и это хорошо. Только я разбила колбу и поранилась, хотя и хотела донести ее целой. Надеюсь это кто-то найдет и прочтет это, также надеюсь что вы найдете и меня.» — Минхо, подойди сюда. Бегун подбежал к брюнету, и осматрев предмет в его руках, насупил брови. Он не понимал, к чему все это. Какие-то странные находки, которые прямо намекают на то что к ним скоро кто-то придет и это-то кто-то явно не такой же как и они. Страшно даже представить, что будет после прихода того самого человека, что оставляет загадочные вещи совсем не из их мест. Взяв снова записку и поклав ее в рюкзак, они поступили так же как и в первый — отдали Ньюту. Голова заместителя была забита только этими мыслями — " от кого это все? Этот человек сможет навредить нам? Если нет, то что с ним делать?» И ещё множество, которых перечислять больше жизни. Но то что произошло на следующий день, ещё больше удивило всех. День начинался бы как обычно, бегуны снова собирались и ждали открыться врат, но по истечению некоторого времени, этого не произошло. Бегуны подходили и осматривали что-то, что могло помешать им открыться. Но ничего не обнаружив, они пошли сказать об этом самому главному — Алби. Тот насторожился, узнав об этом от шокированных глэйдеров. Тот заявил о собрании в Хомстеде. Ближе к обеду, все глэйдеры были в здании. Все шептались, рассказывая свою теорию о причине собрании. Алби вытянул руку, прерывая шум, давая сказать лидеру. — итак, у нас есть новости. И я бы сказал они не очень успокаивающие. Сегодня с утра бегуны не смогли пойти в лабиринт, врата не открылись. Все снова начали шептаться, и удивлёнными голосами стали это обсуждать и высказывать лидеру свое мнение по поводу этого. Алби снова задумался, но продолжил: — я не знаю с чем это связано, но это может быть опасно. Врата могут открыться ночью, и если это и вправду произойдет, нам конец. Сегодня нам нужно обезопасить свой сон, поэтому подойдёте к куратору строителей и попросите у него все что необходимо. Собрание окончено. Здание начало потихоньку опустошаться, некоторые подходили к Алби и спрашивали о своем, а потом уходили в след за остальными. Галли качал головой в разные стороны, думая как быть дальше, и где взять столько обработанных досок, что бы всем хватило? Самым последним вышел Ньют, хмуря брови и бродя по плантации, явно не следя за работой новичков, которые косячили и уж терпеливый куратор плантации еле как держался, вскипая внутри себя от раздражения.