Сероглазка.

Шел 87 год. Время перестройки, перемен, о которых в своих песнях воспевает всеми полюбившийся Виктор Цой, а во всех городских и сельских ДК по вечерам играют песни группы ласковый май. На улицах ещё тепло в середине августа, воздух в это время чистый, а трава зеленее, звезды на небе горят ярче. И сегодня, стоял теплый летний вечер. У дома культуры собираются парни с разных районов и их девушки, было шумно, весело, в какой-то момент, даже, душевно. Девушка в зеленой олимпийке, с не совсем белыми от времени и носки вставками, сидела на скамье с сигаретой меж средним и указательным пальцем. Губы вишневого цвета время от времени вдыхали едкий дым не дешевых сигарет камэл, заполняя легкие, дополнительным теплом проходясь вплоть до кончиков пальцев. От тлеющей сигареты причудливо извивался дым, запах которого разносил слабый ветер. Недалеко послышались знакомые возгласы парней, а дальше и приближающиеся шаги. Черноволосая поворачивает голову, видит родной силуэт, освещенный одним из работающих рядом фонарей. Откидывая в сторону уже бычок, она встаёт с места, падая в объятия парня, что раскинул в стороны руки для этого. Смешанный запах духов и тех же сигарет, вдыхая его, она всегда успокаивалась, рядом с ним, всегда было хорошо, только он относился к ней так трепетно и нежно. — Ты чего здесь, а не в дк, Сашенька? — поглаживая длинные волосы, собранные резинкой красной, начинает разговор парень, что всего на пару сантиметров выше нее самой. — обидел кто? — Нет, Вова, все хорошо, — отвечает Гиреева, потом, чуть ли не шепчет — давай уйдём, проведем время вместе. А парень вздыхает, тревожно ему, пора новость сказать его подружке, уже месяц тянет, одна она в неведении, что в армию его забирают, в горячую точку, две недели осталось. — А поехали на берег Казанки, посидим как раньше, мелкими еще. Сашка быстро согласилась, вместе с Вовой побежала к машине, которую одолжили у знакомого. Махнул рукой попутно парень, мол, не теряйте, они поймут, рады даже, может наконец и девушке своей расскажет, что скрывает. Не далеко было то место, доехали за минут 15, под ручку спускаясь на место, где встречались, сбегая ночью из дома. Учились вместе, вот и 18 лет им стукнуло, школу закончили в этом году. Девушка уже выбрала место учёбы, хочет, на архитектора, а Вова рад, правда рад за нее, подшучивал над ней, мол «дом мне строить будешь значит», а сам парень и не знал, что делать будет. Отслужит в армии, а там видно будет, думал он. Сидели они на большом камне, смотрели на звезды, говорили будто не о чём, сидели в обнимку, он поглаживал ее плечо, слышалось шуршание, от ткани верхней одежды. Вова был нежен, всегда, робко обнимал, даже улыбка была другая, больше тепла давала, чем другим. — Саша, мне нужно сказать тебе, — начинает парень, с кличкой «Адидас», руки бросает в не сильную дрожь от волнения и страха. — Что случилось? — насторожилась девушка, отлепляясь от груди парня, из которой еще в начале слышала быстрое биение сердца. — Ты, будешь меня ждать из армии? — говорит, поднимая взор, прямиком в серые глаза, свет луны в них отражался, и они будто светились в темноте, очень они ему нравились, серогалазка, так ее называли в их группировке. — Вова… — затихает Гиреева, смотря прямо в карие глаза, будто не моргая. — Через две недели, меня забирают в армию, отправляют на Афган. — Голос то у самого дрожит, виду не подает, не может он слезы пускать при девушке. — месяц назад мне сообщили, я не хотел чтобы дошло до тебя. — И ты скрывал? Целый месяц, — слезы подступают, стекают по щеке из уголка глаза, голос выше стал, сердце будто стрелой пробивает, вся жидкость вытекает, теперь пусто, зрачки кажется, расширяются от шока и тревоги. Вова молчит, встает с места, напротив садится на корточки, держит ее за руки, поглаживая их аккуратно, целуя. Ладонь её себе на щеку цепляет, ластится об нее, а у Саши слезы льются. — Сашенька, я вернусь, обещаю тебе, — говорит он, не отрываясь от глаз её. — год или два, Сашенька… — Вова, там же, война идёт, — прерываясь на каждом слове, сглатывая слезы. Страшно, безумно страшно за любимого. — Вова, скажи что шутишь. Парень молчит, встаёт резко, поднимает за руку девушку, прижимает к себе крепко, она вцепляется в его кофту своими тонкими пальцами, не хочет отпускать. Ни один из них не хочет отпускать друг друга, стоят, хотят вечность провести вместе, чтобы все было хорошо… После той ночи прошли эти зласчастные две недели, проводы сегодня. Девушка сама не своя, сердце бешено стучит, слезы льются сами по себе, тягостно, печально. Не хочет отпускать Вову, уж слишком любит, не может без него, но ждать будет, столько, сколько нужно. Она знала, он ее судьба, никто другой не нужен, только он был для нее второй семьёй, когда родители уехали. Долго она уговаривала их оставить ее в Казани. Помнит, как парень уговаривал родных, мол «со мной она не пропадет», мать с отцом сами такие были в молодости, они рады за дочь, за Вову тоже, думают, что нашли они друг друга, хорошая пара. Все две недели они гуляли по ночному городу, смотрели на звезды и луну, яркую и красивую, на глаза Сашкины похожи, парень говорил. Аккуратные, плавные поцелуи в губы, буквально растворялись друг в друге, наслаждались каждой минутой вместе перед разлукой. Вечер, 7-8 часов, вечереет уже, чуть темнее чем раньше на улице, в кустах кузнечики стрекочат, в воздухе стоит запах сигарет и алкоголя, парня провожают весь универсам и родственники, но единственная Саша рядом с ним стоит. — Вернись живой, прошу, — в глаза смотрит, руку на щеку ему кладёт, поглаживает, он снова ластится, целует ладонь. Губы друг друга накрывают, остальные песни кричат на фоне, пока пара последний раз растворяются друг в друге, перед разлукой, оба не хотят этого, но оба знают, что выхода нет, время быстро пролетит, думают они. Языки их сплетаются, уже не слышат никого, звон в ушах, вокруг всё мутно, лишь влюбленные глаза смотрят друг на друга. Приходится отпустить, нехотя это делают. Адидас с друзьями прощается, у них другая химия, семья, выросли вместе, не знает, что бы делал без них. С братом обнимается долго, плачет уже, не хочет он сердцем этого, но голова говорит об обратном, никак не обойдешь, даже не страрайся. Девушка в след смотрит уходящему в машину парню, он кричит всем что вернётся, все встретятся вновь. Саша шепчет что любит его, взглядом провожает, переживает, но уверена, что вернётся, не оставит свою вторую семью, живым вернётся.