Happy birthday, Mizoboys

      Когда только начались его приключения во времени, Такемичи Ханагаки начал постепенно забывать некоторые очевидные факты, на которые не обращал внимание со своими прыжками во времени. Например то, что у него есть родители. Родители, которые молча были где-то рядом и наверняка не понимали, что творится с их ребенком.       Такемичи смотрит на своих родителей и понимает, что был так себе ребенком.       — Он скоро придет, знаешь? — спрашивает мама, чей голос стал приглушенным из-за коридорных стен. Такемичи как можно тише снимает уличную обувь, пытаясь не выдать своего присутствия.       — По идее через пару минут. — заверяет отец с небольшой заминкой. Наверняка бросил взгляд на наручные часы, которые мама подарила на юбилей.       Пахнет какой-то сладкой выпечкой - на столе точно поставлен купленый в магазине торт, с воткнутой свечкой. Цифра семнадцать. В этом две тысячи восьмом ему исполняется семнадцать. В этом две тысячи восьмом он знает, что его будущее будет счастливым в окружении друзей, которых он приобрел за этот долгий период времени.       В этом две тысячи восьмом он хочет...       — Мам. Пап.       Мама поворачивается к нему и зажигалка в её руках дергается, мазнув чуть выше чем нужно. Отец поднимает взгляд от наручных часов и улыбается. Однако сразу же его выражение меняется.       — Что случилось, родной? — спрашивает уже мама, наконец разобравшись со свечкой и положив ее на стол.       Парень натягивает улыбку, но сам ей бы мало поверил. Он правда в последнее время какой не такой, как обычно, как говорил Чифую?       — Такемичи?       В объятьях мамы удивительно спокойно. Её руки аккуратно гладят по расслабленной спине. От нее пахнет моющими средствами для посуды - запах такой родной и запоминающийся, что не улыбнутся от щемящей нежности просто невозможно.       — Ничего. Просто захотел вас обнять.       Папа рядом хмыкает и присоединяется к групповым объятьям. Укладывает подбородок ему на голову, похлопывает по плечу, оглаживает. Он пахнет офисом и чем-то алкогольным. Уже успел выпить баночку пива?       — Я люблю вас.       — Мы тебя тоже. — шепчет мужчина в осветленую макушку. Отстраняется, только для того, чтобы сказать:       — А сейчас нужно задуть свечку и загадать желание.       — Пап, ну я же уже не ребенок. — Такемичи закатывает глаза, отстраняясь от матери, сделав только хуже для себя.       — Для нас ты всегда наш маленький мальчик. — женщина щипает и оттягивает щеку, в далекие годы такую по-очаровательному мягкую       Истина, которую навязывает чуть ли не каждый родитель своему подростку или взрослому. В голове младшего Ханагаки проскальзывает мысль, будет ли он тоже самое говорить своим собственным детям. Ответ очевидный - будет, хотя сейчас бы и открещивался от этого.       Цифра семнадцать напоминает об усилиях, пройденных за все это удивительно долгое время. Сколько лет прошло с тех пор, как был совершен его последний прыжок во времени? Десять или одиннадцать? Какая разница.       — С днем рождения. — произносит отец, прежде чем Такемичи дует на праздничную свечку.       И Шиме, и Фуюно думают только об одном в этот момент: как же быстро растет их маленький герой.