Независимо

Они стали все чаще совершать такие прогулки, причем место было неважно: у тренировочных площадок, вдоль казарм, при случае небольших вылазок в город или как сейчас по верхней части стены. В этом месте весь мир был как на ладони и, можно представить, что он принадлежит тебе; и исполинского размера монстрам карикатурно похожих на людей. Здесь ветер был сильнее и заставлял их плащи за спиной трепетать, а в наступающих сумерках черты смазывались – обстановка становилась интимнее. Они прогуливались в молчании, но им было комфортно как никогда; не нужно сотрясать воздух бессмысленными словами, каждый думал о своем – ни о чем важном. Лишь когда они остановились у края стены, где перед собой видны лишь смутные очертания, Эрвин заговорил: – Каждый раз перед очередной вылазкой, когда ты будешь рядом со мной, и неизвестно станет ли она последней для кого-то из нас, у меня возникает один и тот же вопрос. – Он помедлил, пытаясь собраться с мыслями, но ни разу не повернул голову и не посмотрел на Леви, – Но потом мы возвращаемся назад и кажется глупым его задавать. Снова настала тишина и, когда стало ясно, что продолжения не последует, Леви сам повернулся к Эрвину и молчаливо приподнял бровь, понукая к рассказу. Проигнорированный, он слегка задел руку Эрвина кончиками пальцев, всего лишь привлекая внимание, когда наоборот хотелось обхватить его ладонь и сжать своей. – Говори уже, что хочешь. Мне все равно, насколько глупым ты это считаешь. Эрвин вздохнул и ветер растрепал его короткие волосы, – Мне просто стало интересно: встретимся ли мы когда-нибудь снова, может даже в другое время? – Когда тишина вновь затянулась, теперь уже Эрвин посмотрел на Леви, который с безразличным видом смотрел перед собой. – Маловероятно, – тихо произнес Леви, и Эрвин его услышал – его ответ все равно унесло ветром.

***

Лишь в полуразрушенном домике в Шиганшине, на полу рядом с ветхой кроватью, Леви признался, что отдал бы что угодно, чтобы ответить по-другому.

один

– Ох, а мне раньше не доводилось встречать такого горячего охотника. – Если я выстрелю тебе в сердце, будешь считать меня по-прежнему таким горячим? Это странно, но Эрвину впервые захотелось поиграться со своим сегодняшним ужином. Несмотря на то, что в большинстве случаев он предпочитал сырые стейки и кровь животных – изредка мог позволить побаловать себя теплой человеческой кровью. Эрвин не жаловался на судьбу почти бессмертного существа, хоть и временами чувствовал меланхолию. За почти тысячу лет с момента обращения ему удалось основать небольшой клан из таких же вампиров, которых он мог без стеснения назвать семьей. Хотя если многие вампиры предпочитают коротать годы в одиночку, то Эрвину хотелось даже после «смерти» окружить себя соратниками – это казалось правильным. Проблема охотников на вампиров для Эрвина казалось серьезной, но очень далекой, потому что, живя практически на отшибе и не имея в пешей доступности крупных городов, легко расслабиться. Конечно, за столь долгую жизнь Эрвину доводилось встречать охотников и, хоть он этим не гордится – убивать их. Ему попадались охотники всех мастей: опытные и совсем зеленые, самоуверенные (удивительно, но такие умирали чаще других), хитрые и трусливые. Все они считали, что, убив вампира, очистят мир от угрозы для людей и, конечно, разбогатеют. Однако, по мнению Эрвина, никто из них не дотягивал до того, чтобы он склонил свою голову перед ними перед смертью. Эрвин Смит никогда не искал себе спутника жизни тем более в рядах охотников. Однако этот красивый мужчина, судя по всему, станет его погибелью. – Ты уже попал в мое сердце.

***

Признаться честно, Леви считал себя достаточно опытным охотником, поэтому побывав в разных ситуациях, мог быстро разработать стратегию и исход боя. Только раньше его цели не пытались с ним флиртовать. Тем более так нелепо. Если быть честным, Эрвин был красив и намного превосходил его ростом, но Леви не ищет развлечения с теми, за чью голову обещали приличную награду. В эту ночь двое мужчин попали в ситуацию, в которой оказались впервые. И закончилась эта встреча совсем неожиданно, по крайней мере, для одного из них. В конечном итоге Леви попытался пару раз напасть на вампира, пытаясь скрыть вспыхнувший румянец на шее. Такого позорного боя у него не было никогда в жизни, поскольку в конечном итоге, его обезвредили и закинули на плечо. В замке прибавилось на одного пленника.

***

Оглядываясь назад, невозможно было поверить, что раньше Эрвин Смит привык просыпаться с серебряным ножом у горла или колом у сердца от Леви, сбежавшего в очередной раз из выделенной ему комнаты. Однако нет человека более упрямого чем Леви Аккерман. Хорошо, что Эрвин Смит в каком-то смысле уже не человек.

***

– Леви, как думаешь есть ли мир, в котором мы тоже встретились? Однажды Эрвин задал такой вопрос посреди их очередной прогулки по стенам замка. У него была привычка пускаться в философские размышления время от времени, а может, ему просто нравилось слушать мнение Леви. – Думаю, сегодняшняя кровь оказалась просроченной: снова задаешь бессмысленные вопросы. Эрвин вздохнул и промолчал. Леви посмотрел на профиль его бледного лица с высокими скулами и светлыми волосами, которые растрепал ночной ветер, и на фоне бесконечного леса, вампир казался задумчивым и неожиданно одиноким. В этот момент Леви подумал, что нигде еще нет такого выдающегося мужчины, поэтому хмыкнул и сказал: – Маловероятно.

два

– Пап, скажи, почему вы с отцом поженились? Леви, который мыл посуду, застыл. Собственно, ты никогда не сможешь подготовиться к этому вопросу от своего ребенка. Шестилетнему Жану, видимо, на эти мысли надоумили его друзья из детского сада, а поскольку Леви был ответственным взрослым, он повернулся к своему ждущему чаду и сказал: – Спроси у отца, – да, он спихнул вопрос Эрвину. Очень по-взрослому. Леви проследил как Жан скрылся за поворотом кухни, чтобы найти Эрвина, который брился в ванной. Однако в следующий момент они вдвоем появились перед Леви, причем у обоих на лице было выражение всемирного предательства. И, если почему оно возникло у Эрвина было очевидно, то причины, по которым его сын смотрим на него с таким выражением лица, оставались неясны. Тем не менее Леви приподнял свою бровь с вопросом, глядя на обоих. – Отец сказал, что я должен спросить у тебя, – Жан не выдержал первым и попытался злобно нахмуриться, как всегда делал Эрвин, но в детской версии это выглядело скорее забавно, чем недовольно. Родители еле сдержали смешок и переглянулись. – Мы поженились, потому что любим друг друга, – вздохнув ответил Леви, как будто это было очевидно. Жану было не очевидно. – Ага, а почему? – ребенок с намеком уставился на родителей. «Мда, нужно будет узнать потом откуда растут ноги у этого интереса» – Раз ты не против небольшой истории, – Эрвин подхватил Жана и посадил его за стол, куда позже присоединились и взрослые. Не раньше того момента, пока Леви не налил всем по чашке чая. Эрвин продолжил: – Мы с твоим папой были хорошими друзьями.

***

– Какого черта ты снова избил младших из моего класса? – высокий блондин держал за воротник парня, который был ниже его на целую голову. – Я не знаю никого из твоих сопляков, – спокойно сказал парень, – Я избил так много людей, что и не запоминал каждого. Это стало последней каплей и двое сцепились в драке. Повезло, что место было безлюдное и здесь практически никто не ходил, поэтому никто не мог им помешать. В ход шли преимущественно кулаки, хотя в какой-то момент, когда Эрвин попытался схватить более шустрого противника, Леви оттолкнулся от ящика, на который запрыгнул секундой ранее, и в прыжке ударил того ногой прям по голове. – Тц, все вы альфы умеете только наезжать на других, а сами по себе ничего не стоите, – произнес Леви, аккуратно подхватив небольшой сверток у сцены, – Да еще и нападаете на слабых. Эрвин, который очутился на земле, пытался прийти в себя и расслышать хоть что-то помимо звона в ушах. Стыдно признавать, но в тот момент, когда Леви к нему приблизился, он застыл, почувствовав приятный, легкий запах – это стоило ему победы. Как только Эрвин поднял голову, его противника уже и след простыл.

***

Это уже потом Эрвин узнал, что Леви защищал мальчишку, которого задирала местная шпана, причем из его школы. Узнал, что Леви не обижает слабых и считается самым сильным бойцом в их районе. Эрвин не считал себя непобедимым воином, но обычно из-за его роста с ним опасались связываться. Однако Леви был не так прост. Следующие несколько недель он пытался найти Леви и извиниться за недоразумение, хотя на секундочку, побили его самого – Эрвина преследовал тот самый аромат, который он тогда почувствовал в подворотне.

***

– Отец, ты, видимо, очень сильно хотел подружиться с папой, – со скепсисом произнес Жан. Леви замаскировал смешок кашлем. – Конечно, твой папа был самым сильным – кто не хотел бы с ним дружить? – Эрвин не смутился, а лишь пожал плечами.

***

– Ну и что ты тут забыл, блондинчик? – это был голос Леви, который доносился прямо позади Эрвина, – Думаешь, раз омега тебе накостыляла, то теперь можешь ходить и вынюхивать чего, авось перепадет? – К концу речи его голос стал холоднее, но насмешка в голосе никуда не исчезла. – Ты не так понял, Леви. И у меня есть имя – Эрвин, – спокойно попытался сказать «блондинчик». – Я пришел извиниться и сказать, что вышло недопонимание и в качестве извинений хочу пригласить тебя куда-нибудь. Собственно, за такое извинение «блондинчик» схлопотал еще раз, и вспоминая этот случай, Эрвин признавал, что было не очень уместно приглашать того на свидание после предупреждения Леви.

***

– А можно ближе к сути: мне ничего не понятно, – Жан с намеком повернулся к Леви. – Отец запал на меня с первого взгляда, но болтать у него выходило лучше перед своими младшими, и после нескольких хороших ударов от меня – сменил тактику. Он узнал, что мне нравится чай одного редкого сорта и смог его достать, – Леви с нежностью посмотрел на Эрвина и тот улыбнулся ему, – после чего я решил послушать, что он мне скажет. Мы ходили на свиданки, а после окончания школы Эрвин сделал мне предложение и появился ты, – Эрвин со скепсисом смотрел на задумчивое лицо Жана, когда то просветлело: – Все понял, спасибо, па, – Жан спрыгнул со стула и умчался в свою комнату. Эрвин с вопросом повернулся к своему мужу. Леви пожал плечами: – Он же мальчик, Эрвин. Ему нужна была короткая и эпичная история, а не твоя ностальгическая болтология. Эрвин с улыбкой смотрел на своего мужа и еще раз вспомнил, как он встретил этого прекрасного мужчину, который подарил им сына. Нежно взяв руку Леви, которая лежала на столе, он поцеловал золотой ободок на его пальце и прижался лбом к кисти. Лицо Леви смягчилось, и он положил свободную руку на голову Эрвина. – Леви, как думаешь, где-то существуют наши другие версии, которые встретились как мы? – Маловероятно, – Леви лишь думал, что его устраивает и этот вариант.

три

Леви Аккерман стоял напротив могилы человека, которого считал угрозой для себя и всех людей в целом. Дождь гулко стучал по поверхности черного зонта, шуршал, ударяясь об идеально выстриженный газон, и бесшумно стекал по поверхности холодного камня. Небо было затянуто серыми тучами без намека на хоть один солнечный луч. «Сейчас он все равно был бесполезен» - подумал Аккерман. Надежда человечества погребена под несколькими фунтами мокрой земли. Теперь Метрополис остался без защиты, и неизвестно, откуда поступит следующая угроза. Единственное, что Леви знал точно, что на его руках еще одна смерть. Смерть, возможно, самого незаменимого существа на этой планете. Однако Бэтмен никогда не скорбел.

***

Даже после нескольких споров с Чудо-Женщиной Леви не отрекся от попытки воскресить Супермена, пришлось прибегнуть к помощи Киборга, который испытывал научный интерес. Никто не ожидал успеха, но надеялся на благополучный исход, но видеть ожившего Супермена казалось все еще не реальным. Он выглядел все так же уверенно и как будто сиял изнутри, все его лицо было безучастной маской, в которой не отображалось ни малейшего проблеска сознания. Сердце Леви на мгновение дрогнуло. Однако в следующую минуту оказалось, что Супермен уже стоял перед ним – настолько внезапно это произошло, что никто не заметил движения, а лишь смазанную полосу. Пускай сейчас он и не пожалел, что надел полное обмундирование, лишь сняв капюшон, поскольку в этой комнате все знали личность Бэтмена, — это не спасло от чудовищной силы, с которой Супермен сжал его шею и поднял над полом. Леви чувствовал, как рука все сильнее пережимает его трахею и пытался вырваться, но все усилия против Супермена заранее обречены на провал. Ему оставалось только безуспешно дергать ногами и хвататься за руки, в желании ослабить давление на шее. В какой-то момент Леви подумал, что так все и закончится: он это заслужил. – Эрвин, отпусти, - прохрипел Леви из последних сил. В этот момент в яростном взгляде что-то дрогнуло и в отчаянной попытке, встряхнуть и сбить с толку, Леви обхватил ногами его за пояс и вплотную прижался всем телом. Не ожидав такого маневра, рука Эрвина дрогнула, чем смог воспользоваться Леви. Обхватил его лицо двумя руками, он с силой притянул чужое лицо и впечатался в его губы своими. Через мгновение лицо Эрвина смягчилось и приобрело беззащитное выражение. Леви вложил все чувства и страсть, какие смог найти в себе, дабы спасти свою жизнь от человека, способного его убить. И тут же Эрвин обхватил его руками: подхватив бедра одной рукой, а другой обнять поперек спины, и с не меньшими чувствами ответил на поцелуй.

***

После пробуждения сознания Супермена между ними возникла закономерная неловкость, которую ощущали все члены Лиги. Все дело в том, что на поцелуе все могло только начаться: присутствующие стали свидетелями того, как одна из рук Эрвина, поддерживающая Леви, пробирается под плащ его костюма и шарит по броне в поисках сочленений. Может в этот момент и Бэтмен и не думал о том, как приятно оказаться в невероятных сильных руках Супермена, но обязательно подумает об этом в одиночестве. Конечно, нет. В настоящий момент Леви принимает решение избавить себя от присутствия в столь компрометирующей позиции – прикусывает Эрвину губу, что, конечно, не наносит ему никакого вреда. Самый большой вред, думает Леви, нанесен моей репутации. Однако вскоре Супермен уже находится без сознания в руках Киборга. Никто из членов команды не хотел бы лицезреть картину, в которой Супермен засасывает Бэтмена, держа его на руках. В оправдание Эрвин говорил: выглядело все так, будто Леви его возлюбленный, который рад его видеть после воскрешения. Доводы Леви звучали неубедительно даже для него самого. С другой стороны Леви был Бэтменом и это означало, что он не должен никому ничего объяснять. На все вопросительные взгляды сокомандников он отвечал ответным убийственным взглядом и продолжал заниматься более важными делами. Леви и есть Бэтмен – он не позволит своему эгоизму снова отнять надежду у человечества: Эрвин – его луч света, а также для каждого, кто будет в опасности в этом мире. У Супермена достаточно ответственности, что тяжелым грузом лежит на его плечах, которые несмотря ни на что остаются несгибаемыми. Бэтмену достаточно стоять плечом к плечу с Суперменом, пока он – их лидер, ведет мир к справедливости, и возможно, нести часть его бремени. Леви старается не вспоминать как ощущались теплые губы Эрвина. *** – Так будет лучше для всех. – Не решай за меня, Леви, – Эрвин аккуратно приподнял его подбородок. – Вместе мы будем сильнее. – Тск. Посмотрим. Эрвин улыбнулся, почувствовал свою победу.

***

Спустя много лет, когда оба лидера, воспитав себе достойную замену, ушли на покой – их все еще вспоминали с восхищением и благоговением. Они вдвоем построили новую систему, в которой безопасность и благополучие граждан поддерживались повсеместно. Их называли Великими Лидерами и Самой Могущественной Парой во Вселенной, а Леви все так же считал это нелепым и бессмысленным. – Интересно, встретились ли наши версии в другой вселенной? – Почему с каждым годом твои вопросы становятся все пространнее? – ответил Леви. – Неужели старость? Эрвин лишь с нежностью посмотрел на него и улыбнулся. Леви нахмурился, посмотрел на восходящее солнце и сказал: – Маловероятно.

четыре

– Раньше, когда я отмечал праздники со своей семьей, мама готовила наши любимые блюда, а вечно занятой отец приходил немного пораньше. Все поздравляли друг друга и меня, но я думал вроде: «всем весело, ну и хорошо». – Эрвин не торопливо наполнил широкий бокал вином, и даже глядя на этикетку было видно, насколько он дорогое. – Сейчас я понял, что праздновать и готовиться к празднику намного лучше, – он мягко посмотрел на Леви и жестом предложил поднять бокалы. – Только перед тем, как мы начнем празднование, я спрошу: а что мы, собственно, празднуем? – хоть Леви и поднял бокал в ответ, но весь его вид выражал недоумение. Он оглядел небольшой стол, полностью заставленный изысканной едой из дорогого ресторана, на Эрвина, одетого в лучшую рубашку, которую ему подарил Леви, и с намеком посмотрел на мужчину. Он увидел, как засияли глаза Эрвина восторгом и смехом, и на губах появилась яркая улыбка, – Как что? Конечно же, триста пятидесятый день с момента, как ты согласился ко мне переехать. Лицо Леви смягчилось, думая, что мог бы и не спрашивать, ведь только Эрвин был способен на такие широкие жесты по незначительным поводам. Бокалы столкнулись с легким звоном. «Ну хоть вина вкусного попьем».

***

Леви был аферистом. Аферистом лучшим в своем деле. Ему нравилось находить богатых лошков и чистить их кошельки от денег, но он не брал все. Не все, нет. Такие суммы, – ради которых не стоит и поднимать свою лощенную задницу от чертовски дорогих кожаных кресел, – ничего для них не значат. Первый раз увидев Эрвина он думал точно так же, собственно, и женщина, жаловавшаяся на него и работу, которая для него значит намного больше. В баре Леви выслушал несчастную, кто выглядела ужасно яростной и насылала все кары небесные, и решил увидеть того своими глазами; интерес к этому мужчине был профессиональным – тот был прилично богат. И вот пару «случайных» совпадений и Эрвин считает, что это судьба с большой буквы С. Ничего нового для Леви, что после их первой горячей ночи Эрвин остается без кошелька и одежды в номере отеля, а он сам идет тратить легко добытые наличные. Ничего неожиданного для Эрвина, что Леви в истинном характере оказался так же притягателен, как и в момент первой встречи. Он обещает ему все на свете, лишь бы Леви был рядом. Аферисту нужна его мишень. Эрвин говорит: был не в себе, когда обещал ему золотые горы; говорит: им не стоит больше встречаться. Леви в ярости. В следующий раз, когда он видит Эрвина, тот не удивлен, лишь доволен происходящим. Эрвин упрям и больше не верит в совпадения, поэтому берет судьбу в свои руки.

***

Спустя год он держит руки самого красивого мужчины, с которым они живут вместе и ужинают потрясающе вкусной едой. И Эрвин может сказать, что по-настоящему счастлив так, что хочется поделиться этим со всеми, но единственной жертвой его жизнерадостности сидит перед ним и ни о чем не подозревает. «Думаешь, мы встретимся в другой версии себя?» «Маловероятно» И в тысячах разных вселенных, ты – плечом к плечу, в крепких объятиях, у моей могилы, глаза в глаза, – спросишь меня: встретимся ли мы в другой вселенной. Я лишь хмыкну и скажу: – Маловероятно. Хорошо, что от ответа ничего не зависит.