A Voice That Can Be Heard

Как бы Сугуру ни хотелось как обычно свалить вину на своего друга, на этот раз он вынужден признать, что был неосторожен. В конце концов, он никак не ожидал, что его сожрет то самое проклятие, которое он сам собирался поглотить. К тому моменту, когда они с Сатору успели сориентироваться, Сугуру уже был в его пасти, хлопая широко распахнутыми глазами в ответ на пораженное выражение лица Сатору. Но, как бы ему ни хотелось еще понаблюдать за его ошеломленным видом, в следующую секунду Сугуру уже исчез… Точнее, был съеден. «Ну что за безответственность…», — подумал Сугуру и вздохнул, заметив, как медленно падает его тело. Быть съеденным для него определенно в новинку, потому что обычно он тот, кто… глотает. В конце концов, его поток мыслей задержался на вопросе, а так ли происходит переваривание у проклятий, как у него самого. «Мне не хочется быть выблеванным», — он сморщил нос, прежде чем, наконец, полностью расслабиться и вперить взгляд в темное ничто перед ним. Вся эта ситуация его не сильно волновала, ведь он был уверен, что Сатору обязательно его вытащит. Как и всегда. Если только не произойдет что-то еще более неприятное. Как, например, внезапный удар Сугуру о неровную землю, сопровождаемый внутренними мольбами об отсутствии новых синяков, которые ему уже надоели. Он же как раз возвращался с миссии перед столкновением с этим странным проклятием. И вдобавок к внезапному освобождению, он обнаружил, что оказался посреди заброшенной улицы в компании трех неизвестных ему молодых шаманов. А что еще хуже, все они были вооружены и смотрели прямо на него. Так что, настолько неловко, насколько это вообще возможно, Сугуру поднял руки и улыбнулся: — Я пришел с миром.

***

Ценой начала разговора с этими тремя магами, которые, как он думал (или как ему хотелось думать), были из Киото, стала пара ударов по его рукам. — Лжец! — девушка с короткими каштановыми волосами достала что-то из своей маленькой сумочки и направила на него. — Ты вывалился прямо изо рта проклятия! Как мы можем тебе доверять?! — …, — Сугуру молча уклонился от очередной атаки розоволосого мага. Обратив внимание на его стойку и волну от удара, Сугуру мгновенно осознал, что с ним случилось бы, не уклонись он. Он присвистнул, награждая его впечатленным взглядом. — Неплохой у тебя удар, парень. — О, — удивленный ответом Сугуру, тот неловко почесал затылок. — Спасибо, наверное? — Итадори! Не слушай его! — крикнул темноволосый маг, давая Сугуру шанс заметить изменения в своей проклятой энергии. Тот мгновенно наложил на себя проклятие-щит от греха подальше. Или, точнее, от животного, появившегося из тени парня. «Техника теней… — Сугуру приподнял бровь, решив сдержать шикигами проклятием первого класса. Даже жаль уничтожать его из-за какого-то недоразумения. — Довольно необычно. Значит, он Зенин, да?». Опережая их следующую атаку, Сугуру призвал три проклятия, чтобы задержать противников. — Эй! — крикнула девочка, указывая на жирное проклятие, сидящее на ней, и успешно его стряхивая. — Раз уж ты не проклятие, то что это все значит?! Качая головой, Сугуру сжал переносицу, прежде чем ответить: — Я манипулятор проклятиями. И как бы я ни ненавидел — в отличие от одного моего знакомого — издеваться над детьми вроде вас, ты не дала мне и слова вставить. И, как бы она ни хотела продолжить спор, Сугуру был прав. — Может, стоит его выслушать? — предложил розоволосый мальчик, медленно опустив проклятие, сидевшее на нем, на землю. Наблюдая за этим, Сугуру вскинул бровь и призвал все три проклятия обратно. — Я, кстати, Итадори Юджи. Первогодка в Магическом Колледже. Извини, что напал на тебя. Не зная, смеяться ему или плакать, Сугуру просто кивнул, закатывая рукава, проверяя кожу на наличие новых синяков или порезов. — Ничего страшного. Я бы поступил так же. Я Гето Сугуру. Второгодка. — Второгодка? — озадаченная его ответом, девушка направилась прямо к Сугуру. — Мы уже виделись со всеми на втором курсе. Хватит врать! Может ты все-таки и проклятие! «Но я не…», — устав от этих обвинений, Сугуру уже собирался ответить, но был прерван недоуменным голосом темноволосого парня: — Гето… Сугуру? — прошептал он, привлекая внимание их всех. — Эм? Фушигуро, ты его знаешь? — спросил Итадори, вздыхая с облегчением. — Что ж ты раньше не сказал! «Фушигуро?», — подумал Сугуру, пока парень отвечал: — Не знаю. А вот Годжо-сенсей может. — Сатору? — услышав имя своего лучшего друга, Сугуру уставился на говорившего. — Еще и сенсей? Когда он успел стать учителем? — … — … — О нет… — простонала девушка, морща лоб. — Не говорите мне, что это реально происходит. Я слишком устала для такого дерьма. — К сожалению, мы должны что-то предпринять, Кугисаки, — первое впечатление Сугуру об Итадори было нетипичным, и он даже растерялся. — Скажите, Гето-сан, вы знаете, какой сейчас год? — Эм… — моргнув, Сугуру ответил. — 2006? — Сука! — Кугисаки возвела взгляд к небу, умоляя дать ей хоть минуту покоя. — Я только собралась с силами пригласить Маки на свидание, а тут это! Блять! — … Разинув рот, Сугуру наблюдал за ее реакцией, а затем спросил у Итадори, всегда ли она такая. — А, да, — он вздохнул и неловко положил руку ему на плечо. — Сейчас еще хуже, потому что она давно не виделась с девушкой, в которую влюблена. Извините за это, Гето-сан. — Ничего, — Сугуру слабо улыбнулся, — я понимаю. — Судя по последним новостям, Годжо-сенсей сейчас за границей, — вступил в разговор Фушигуро, устремив взгляд на девайс в своих руках. — Когда я сказал ему возвращаться, он просто ответил, что привезет сувениры и бросил трубку. Он даже не дал мне шанса объяснить ситуацию. — Он не стал с тобой разговаривать? — Итадори нахмурился, прежде чем снова глянуть на разъяренную Кугисаки. — Удивительно. Наверняка он сейчас очень занят. Хмыкнув, Фушигуро положил свое устройство в карман, а потом заметил на себе взгляд Сугуру: — Что-то не так? — А? Эм, да, — поняв, что ему больше нечего терять, Сугуру указал на его карман и спросил. — Это телефон такой? Ни разу не видел подобного дизайна. — … В сопровождении очередного стона, Фушигуро оставалось только присоединиться к Кугисаки в ее жалобах на их отвратительный день.

***

Из хорошего, Итадори предложил сдвинуться с места, потому что спокойно поговорить посреди пустой улицы не получится. По итогу все четверо оказались в местном парке. Сугуру уселся на скамейку, а остальные заняли места на лавочке напротив него. Немного расслабившись, Сугуру задумался над всем, что произошло. Сначала было необычно большое количество проклятий на предыдущей миссии, о которых ничего не было сказано в рапорте, а потом появление того проклятия, которое его сожрало и выплюнуло в совершенно другом месте. В месте, где молодые шаманы не знали, кто он такой, и называли Сатору своим учителем. Это все привело его к единственному заключению: — Это будущее, да? — спросил Сугуру, переводя взгляд с одного из них на другого. Они выглядели как минимум удивленными, раз уж никак не комментировали его ситуацию. Они только спросили, знает ли он, какой сейчас год, прежде чем преступить к красочному освобождению от стресса. — Какой сейчас год? На этот раз пришлось ответить Кугисаки: — 2018. Вы проделали довольно долгий путь, Гето-сан. Не уверенный, как на это отвечать, Сугуру выбрал самый безопасный вариант и просто кивнул. Хотя внутри он понимал, что крупно проебался. 2018, серьезно? Простонав от абсурдности происходящего, Сугуру захотелось думать, что все вокруг него — лишь галлюцинация. Или, по крайней мере, сон. Но все еще зудящие раны говорили сами за себя. Он не замечал взглядов трех пар глаз, следящих за каждым его действием, пока Итадори не произнес: — Мне… Мне очень жаль, что так получилось. Вы, очевидно, были ранены, когда мы на вас напали, так что… Сугуру засмеялся над его потугами объясниться, а все трое широко раскрыли глаза, увидев его реакцию. — Я уже сказал, что все в порядке, я бы поступил так же. В конце концов, не каждый день видишь, как кого-то выплевывает проклятие, которое ты собирался изгнать. — Вот-вот, — Кугисаки кивнула, наслаждаясь своим долгожданным, хоть и недолгим, отдыхом. — Я хотела спросить, откуда вы знаете Годжо-сенсея? Улыбаясь, Сугуру опустил рукава и с нежностью взглянул на песочницу неподалеку. Воспоминания с первого курса мгновенно заполнили его мысли: вот он засыпает Сатору за шиворот горсть песка, заставляя его вскрикнуть. Он помнит свой заливистый смех, только усилившийся, стоило ему увидеть красное лицо Сатору. Сугуру даже не заметил, как смягчился его голос, зато всем остальным его эмоции были прекрасно видны: — Он мой лучший друг. — Друг? — фыркнув, Кугисаки опустила голову на плечо Фушигуро, кажется, приняв это за шутку. — Еще и лучший? У вас с головой все в порядке? Сощурившись, Сугуру усмехнулся: — Все мы не без изъяна. — Я, наверное, впервые слышу, чтобы кто-то называл Годжо-сенсея своим другом, — в ответ на это заявление Итадори Сугуру оставалось только прижать тыльную сторону ладони к губам, отчаянно пытаясь сдержать рвущийся наружу смех. — Вы одноклассники там, в вашем времени? — Да, — ему потребовалась еще пара секунд, чтобы взять себя в руки и вернуть ладонь на бедро. — Сатору, Сёко и я учимся в одном классе. Итадори хмыкнул, прежде чем прижаться плечом к Фушигуро. — Интересно, каким Годжо-сенсей был в школе? — Тебе реально нужно об этом спрашивать? — на лице Кугисаки отразилось удивление, когда она наклонила голову, чтобы встретиться взглядом с Итадори. — Судя по тому, как он ведет себя сейчас, раньше он был еще более назойливым! Поэтому-то и сложно представить, чтобы кто-то захотел с ним дружить! Это было грубо. Но, честно говоря, тут Сугуру не мог поспорить. Однако, прежде чем он хоть как-то ответил, всех отвлек громкий хлопок. Они мгновенно повернулись на звук и увидели мужчину, явно старше 25, но младше 30, который направлялся прямо к ним, драматически прижимая руку к груди. Это был Годжо Сатору, сильнейший из шаманов и его лучший друг, человек, которому он доверял больше всех. — Ты меня ранила, Нобара! — он все приближался, ни на секунду не сводя взгляда со своих учеников. Возможность со стороны понаблюдать за его взрослой версией вызвала в Сугуру противоречивые чувства. «Хотя почему?», — подумал Сугуру, игнорируя разговор, который Годжо вел с учениками. Он все еще был таким же привлекательным, как и раньше, — не то чтобы он когда-то это признает — и стал значительно выше. Даже не беря во внимание, как сейчас выглядели его глаза, Сугуру понял, что заставило его так себя почувствовать. Его улыбка. Улыбка Годжо Сатору сильно отличалась от той, которую он привык видеть на лице своего Сатору. Она выглядела… вымученной. Как будто он скрывал, что на самом деле хотел сказать, за своим шумным поведением. — Ты же сказал, что сейчас заграницей, — наконец выходя из ступора, Сугуру услышал раздраженный голос Фушигуро. — Поправочка: я был там, — вздохнув, Сатору обхватил себя руками, только больше выводя из себя своих студентов. Всех, кроме Итадори, который выглядел просто запутавшимся. — Я бросил трубку, потому что был занят кое-чем, с чем уже давно пора было разобраться. А когда я вспомнил, что ты так и не сказал, почему звонил, я, великий Годжо Сатору, немедленно отправился на помощь к своим ученикам. — Боже, — чувствуя себя неловко от поведения своего учителя, Кугисаки в конце концов обратила внимание на Сугуру, который все еще смущенно наблюдал за взрослой версией Сатору. — И вот это ты называешь своим лучшим другом? Эм… Сугуру не нашелся, что ответить. У него совершенно не было времени подготовиться к тому, что Годжо наконец обернулся, чтобы взглянуть, с кем там разговаривала Кугисаки, и увидеть призрака из прошлого, который всегда мечтал быть частью его будущего. Сказать, что Сатору удивился, ничего не сказать. К сожалению, Сугуру это заметил. Он увидел его выражение лица и мгновенно понял, что все это значило. Даже если он пытался это скрыть, все было очевидно. Но вместо того, чтобы сосредотачиваться на этом, Сугуру только и смог, что выдавить из себя слабую усмешку: — Привет, Сатору. Сугуру все еще сидел на скамейке, так что ему пришлось поднять взгляд, чтобы увидеть выражение лица Сатору. Задирать голову ему пришлось недолго: Сатору мгновенно опустился на колено, всматриваясь в лицо Гето Сугуру из 2006, того, кто был его одноклассником, того, которого он все еще считает своим единственным. — Сугуру? — едва слышный шепот пронзил Сугуру до костей. Он никогда раньше не слышал от Сатору такой интонации. Это его напугало. Но еще больше обеспокоило. И он решил отложить все тревоги на потом, фокусируясь на том, что было прямо перед ним. На Сатору. Так что без всяких скрытых намерений Сугуру медленно наклонился вперед, игнорируя взгляды, направленные на них. А от того, что случилось после, у студентов отвисли челюсти. Раз уж Сугуру мог пройти сквозь Бесконечность, ему не составило труда опустить глазную повязку, чтобы увидеть яркие голубые глаза Сатору. Он выглядел абсолютно точно так же, только чуть старше. В глазах Сугуру 28-летний Годжо Сатору был так же восхитителен, как и всегда, возможно, даже более, чем его молодая версия. Но в конце концов тишина была нарушена: Сугуру заметил влагу, собравшуюся в уголках глаз Сатору, и натянул повязку обратно, прекрасно осознавая, что кончики его ушей покраснели. Это было слишком близко, слишком интимно по сравнению с тем, к чему он привык. — Извини, — пробурчал Сугуру. — Ты в порядке? Глаза болят? Тебе не нужно было отключать Бесконечность, идиот. — Ох… — после короткой паузы Сатору, вместо того, чтобы формулировать ответ, решил просто наклониться вперед, сокращая расстояние между ними. Сугуру следовало бы догадаться, что тот до сих пор не знает о понятии личного пространства. Он сам виноват, что решил, будто Сатору вырос из этой привычки. Максимально приблизившись к лицу Сугуру, Сатору мягко улыбнулся. Это его выражение заставило Сугуру подавиться воздухом. Слишком уж ласковым оно было. — Ты из другой временной линии, да, Сугуру? — в ответ на это он мог лишь моргнуть, что Сатору принял за подтверждение. — Я так и подумал. Его терпению пришел конец и, не в силах больше выносить эти поддразнивания, Сугуру оттолкнул Сатору, отметив, что все еще может к нему прикасаться. — Да отлепись от меня! Серьезно? Ты до сих пор не слышал ничего о личном пространстве? — И не думаю, что когда-нибудь услышит, — вздохнула Кугисаки, прежде чем пихнуть одноклассников под ребра. — Ой, Годжо-сенсей, мы лучше пойдем отдохнем. Оставляем Гето-сана на вас. А? Взгляд Сугуру немедленно устремился на трех молодых шаманов, и часть него хотела было пойти с ними. Но другая часть желала остаться и понаблюдать за тем, в кого вырос его лучший друг. Осознав, что ему немного неловко находиться рядом со взрослой версией Сатору, глаза Сугуру расширились, и он повернул голову, пытаясь скрыть проступающий румянец. — Сугуру, как ты здесь оказался? — Эм… — сделав глубокий вдох, Сугуру встречается с ним взглядом. — Меня сожрало проклятие, и я каким-то образом очутился на пустой улице. Я встретил твоих учеников совершенно случайно. — Тебя… — забыв, что чувство такта существует, Сатору засмеялся. Это было раздражающе, но в то же время настолько притягательно, что невозможно отвести взгляд. Это было… очень странное чувство. Пока он смотрел, как Сатору смеется без тени стыда, его сердце затрепетало еще быстрее. — Ты такой ребенок, Сатору, — от этого замечания его смех лишь усилился. — И что? — вытерев воображаемые слезы, Сатору немного расслабился. — Как долго ты уже здесь? Промычав, Сугуру пожал плечами. — Я не уверен. Твои студенты уже изгнали проклятие, которое меня выплюнуло. А что стало с тем, которое съело, понятия не имею. Сатору был со мной, когда это случилось, так что на этот счет я спокоен. Он вернет меня назад. «Потому что я доверяю ему», — произносит тоненький голосок в его голове, и это абсолютная правда. Не услышав ответа, Сугуру приподнял голову и улыбнулся, когда заметил, как Сатору указывает на себя. — Не ты, дурак, — вздыхает он. — Я имел в виду моего Сатору. — Ну конечно, — Сатору поджал губы и спрятал руки в карманы. Словно ребенок, он начал ворчать, что Сугуру должен обращаться к нему «Годжо», потому что он явно старше него. Услышав это, Сугуру засмеялся, что привлекло внимание Сатору. Как будто он услышал что-то, что не должен был, либо не слышал уже очень долгое время. Но Сугуру не хотелось злить его еще больше. Было ясно как день, что в прошлом с ним случилось что-то ужасное. Или, в случае Сугуру, в будущем. Но сейчас он предпочел бы не думать об этом, наслаждаясь моментом. — Это… тоже звучит странно, — произносит Сугуру, продолжая улыбаться, и встречаясь с растерянным взглядом Сатору. — Какая разница, что ты будущая версия моего друга? Для меня ты всегда будешь «Сатору», и я не собираюсь ничего менять, просто потому что это тупое проклятие выплюнуло меня в каком-то странном месте. Сатору усмехнулся, позабавленный его ответом. И хотя Сугуру не видел его глаз за повязкой, он мог представить нежность в их взгляде, которой не было в его времени. Когда смущение ослабло, Сугуру потянулся, думая почесать затылок, но забыл про раны на руках. Он вздрогнул от боли, заставляя Сатору мгновенно схватить его за запястье. — Тебя ранили. Сугуру улыбнулся: — Да, ничего страшного. Профессиональный риск. Сугуру уже было хотел спросить, что не так, но внезапно почувствовал, как Сатору стянул его со скамейки. В следующую секунду все вокруг завертелось, и его начало подташнивать. — Бля, Сатору, ты мелкий… — он пошатнулся, ощущая как ком в горле грозится вырваться наружу. — Мог бы и предупредить, раз уж телепортируешь, идиот. Драматично вздохнув, Сатору ответил, все еще придерживая Сугуру за талию, чтобы он не свалился на землю: — Во-первых, нет во мне ничего мелкого, Сугуру! А во-вторых, — он наклонился, сокращая расстояние между ними. — Не зови меня идиотом. Мои ученики могут услышать. — … — не зная, смеяться или закатывать глаза, в итоге Сугуру выбрал последнее. — Не думаю, что, если они услышат такое от меня, что-то изменится. Сатору уже открыл рот, чтобы ответить, но передумал, и просто отстранился, не убирая руку с его талии. — Пошли, навестим Сёко. Сугуру мог только задаваться вопросом, почему же Сатору так себя ведет. «На самом деле, не так уж сложно догадаться, что произошло, — размышлял Сугуру, переводя взгляд с Сатору на землю и обратно. — В конце концов, те дети даже не знали, кто я». Когда они зашли во двор, в котором часто тренировались, он, занятый своими мыслями, не сразу заметил направленные на себя пристальные взгляды — один из которых был скорее агрессивным — и сделал шаг назад секундой позже, чем следовало. В мгновение ока его лицо украсил порез, из которого потекла кровь. «Дерьмо!». Сугуру продолжает уклоняться от атак девушки, защищая лицо руками. Что, впрочем, только ухудшило его состояние. Но не то чтобы его это сильно волновало. По сравнению с его ежедневными стычками с проклятиями, это детский лепет. Сугуру обратил внимание на нападавшую и заметил ее наряд и очки, но больше всего его внимание привлекло оружие в ее руках. Это было Играющее Облако, с которым он ежедневно тренировался. — Маки! — она хотела было оставить очередную царапину на лице Сугуру, но между ними возникла сильная рука, а Бесконечность защитила от удара. — У тебя отлично получается. Но это немного выходит за рамки твоих тренировок, да? — Завали, Сатору! — в ее голосе слышалась ярость, а во взгляде не было ничего кроме ненависти. Правда, Сугуру не ожидал, что все это направлено на него. — Что этот… монстр здесь делает?! Резко втянув воздух, Сугуру побелел. Монстр? Ему хотелось засмеяться, закричать, спросить у нее, что она имела в виду, но он не мог. Не сейчас, когда Сатору продолжал ее успокаивать, а его сознание рушилось. Он не мог так поступить с ними и не хотел усугублять их положение. А поскольку эмоции продолжали затуманивать его мысли, он просто ушел. Или точнее убежал. «Трус», — прошептал тонкий голос у него в голове, пока он вслепую бежал, в ярости от того, насколько уязвимым он себя чувствовал. Это все еще стояло у него перед глазами: ее взгляд, казалось, способный пробить дыру в его груди. Тут он почувствовал, что опирается на ближайшую стену. Она назвала его монстром. И это слово отвечало на все вопросы, которые он хотел задать Сатору потом. Однако сказать, что Сугуру был сильно удивлен, будет преувеличением. Его, конечно, застала врасплох та ее атака, даже настолько, что он необдуманно сбежал, но на самом деле, он уже с детства знал, что с ним что-то не так. И ничто в мире не могло этого изменить. Его жизнь — полный провал, все, чем он смог стать, это сосудом, вместилищем, урной для проклятий! Вот поэтому… Поэтому… Ему нужно было найти смысл в своей жизни. Он хотел, чтобы хоть что-нибудь, кто-нибудь в этом проклятом мире сказал ему, что он нужен. Что ему позволено жить среди других людей, населяющих эту планету. А она назвала его монстром. Что ему оставалось делать? Стоять и глазеть, пока Сатору пытается наладить их дерьмовые отношения? Нет уж, он не мог так поступить, особенно теперь, когда понял, насколько изменился Сатору за эти годы. И все это из-за него, Гето Сугуру из этой временной линии. — Какого черта… — шепчет Сугуру, шагая по знакомому пути, решив немного сбавить темп. — Я уже ничего не понимаю. Что ему теперь делать? Стоит ли рассказать об этом Сатору, когда он вернется в свое время? Или просто забыть об этой затее и плыть по течению? — Я облажался, — произносит он, возводя взгляд к чистому небу. — По-крупному. Теперь он задумался, так же ли чувствовали себя Фушигуро с Кугисаки. Казалось, было правильным проклинать неизменное небо, продолжающее наблюдать за их жалкими жизнями.

***

По подсчетам Сугуру, Сатору потребовалось около получаса, чтобы найти его возле торгового автомата. — Серьезно? — спрашивает Сатору, наблюдая за тем, как Сугуру пьет кофе. — Ты убежал только чтобы купить попить? — Я захотел пить, — ответил Сугуру, не сводя взгляда с заходящего солнца. — Она в порядке? Вздохнув от усталости, Сатору просто покачал головой: — С ней все будет нормально. Не забивай голову. — И не забиваю, — врет Сугуру, выкидывая пустую баночку от кофе в ближайшую урну. — Я ее даже не знаю. — Тогда почему ты ушел? Этот тон… Сугуру замер, надеясь, что со стороны этого не заметно. На первый взгляд могло показаться, что Сатору просто спросил, зачем он сбежал ранее. Но для того, кто хорошо его знает, это прозвучало так, словно Сатору хотел услышать ответ от кого-то другого. И кто из них теперь старший? Усмехнувшись тому, насколько несправедливой была его ситуация, Сугуру проигнорировал обиженный взгляд Сатору, так и не отодвинувшись от автомата. — Я ушел, потому что не хотел усугублять ситуацию. Ты же пытался ее успокоить, а мое присутствие в этом совсем не помогало. — Да, но… — Никаких «но», Сатору, — перебил Сугуру, наконец встречаясь с ним взглядом. — Впрочем, мне некуда бежать. Может, просто пережду здесь, пока не найду путь обратно, либо пока мой Сатору за мной не придет. Ему не хотелось этого делать, особенно после того, как увидел влагу в глазах Сатору, но он должен был дать понять, что человек, которого ищет этот Годжо — не он. Они были двумя разными личностями, которые, тем не менее, могут разделить одно будущее. Хотя Сугуру в этом искренне сомневается. Ему плевать, как устроен мир или что там предначертано судьбой. Все, что имеет значение, — выбор, его выбор, который определит, как он хочет прожить свою жизнь. Видимо, Сатору заметил его реакцию и вздрогнул: — Прости. — Эм? — Сугуру удивленно моргнул, прежде чем ответить. — Я все правильно расслышал? — Сугуру… — не в силах больше сдерживаться, Сугуру засмеялся, согнувшись пополам, когда увидел смущенное лицо Сатору. — Эй! — Кто бы мог подумать, — Сугуру прикрывает рот тыльной стороной ладони. — что настанет день, когда великий Годжо Сатору станет извиняться. Господи прости, что за… — Сугуру, ты бессердечный кусок дерьма! Смех Сугуру только усилился, растопив лед между ними. — Как оригинально, Сатору. В ответ тот лишь надулся и продолжил бурчать себе под нос, жалуясь на подлость Сугуру. Когда Сугуру уже собирался погладить его по спине, чтобы успокоить, он остановился на полпути, вспомнив, в каком положении сейчас находится. Сатору заметил его движение и мгновенно схватил за запястье, а другой рукой коснулся раны на его лице. — Я в порядке, — Сугуру попытался вяло сопротивляться. — А вот и нет, — Сатору потянул его за собой в противоположном от медпункта направлении. Словно прочитав его мысли, он произнес. — Один мой студент сказал, что Сёко куда-то ушла. Скорее всего вернется к утру. — Тогда куда мы… — На кухню, — перебивает его Сатору, все еще сжимая его запястье. — Можем поесть и отдохнуть, пока ее ждем. Сугуру сглотнул комок в горле, решив не отвечать. Не то чтобы он не мог, просто не понимал, почему чувствует себя настолько смущенным. «Соберись!» — сказал он себе. И прежде чем тишина успевает окутать их, Сатору произносит: — Так ты собираешься спросить, что случилось, или нет? — А можно? — Ты можешь делать что захочешь, Сугуру, — Сатору пожимает плечами, стараясь скрыть то, что он на самом деле вкладывал в эти слова. — Хотя не на все я смогу ответить честно. Сугуру фыркнул, догоняя Сатору и теперь идя с ним наравне: — Ничего страшного. На самом деле не так уж сложно догадаться, что сделал Сугуру в этой временной линии. Сатору неосознанно усилил хватку на его руке, а Сугуру просто не стал сопротивляться. Через пару минут они уже были на кухне, так и не проронив ни слова и не разъединив рук. Сугуру решил, что лучше не стоит об этом заговаривать, так что просто молча шел за Сатору, пока тот сам его не отпустил. Но Сугуру почему-то захотелось потянуться и снова схватить его за запястье. Просто… это ощущалось правильным, особенно после того, как Сатору нахмурился, осознав, что именно ему придется готовить им еду. Сугуру по опыту знает, насколько Сатору нравится физический контакт, и каким навязчивым он может быть. Но вот к такому он не привык. Ему отчаянно хотелось спросить, почему Сатору выглядел настолько расстроенным. Поэтому в качестве компромисса Сугуру набрался смелости и стал рядом с Сатору, прикасаясь к нему плечом. — Помощь нужна? Лицо Сатору мгновенно засияло, на что Сугуру лишь закатил глаза. — Все в порядке. Я просто разогрею то, что уже есть. — Тогда я накрою на стол. Естественно никто из них не собирался комментировать, насколько естественной и уютной ощущалась эта ситуация, но оба отметили это про себя. В конце концов, они словно инь и ян всегда прикрывали друг другу тыл. Удивительно, но несмотря на годы, разделявшие их, казалось, что ничего не изменилось и Сатору до сих пор помнит каждую минуту, которую они провели вместе. Поэтому Сугуру в итоге уселся на столешницу, а Сатору подал ему миску с супом. Сделав глоток, он заметил, что Сатору прислонится к столешнице рядом с ним, вместо того, чтобы сесть на стул в нескольких метрах от них. — Присесть не хочешь? — спросил Сугуру, заранее зная ответ. — Не, мне и тут хорошо. Сугуру хмыкнул, сверля взглядом глазную повязку Сатору. Тот, даже если заметил, решил не подавать виду и налил себе супа. Когда Годжо уже собирался сделать глоток, Сугуру прошептал: — В этом времени я уже мертв, да? Сатору замер. Сугуру с болью отметил, как побледнел его друг. Если бы он его не знал, обвинил бы в этом недостаток воздуха. Но они знакомы целую вечность. Так что повисшая тишина лучше любых слов обрисовывает их трагическое прошлое. И даже несмотря на то, что это был не совсем его Сатору, страх и тревога, отразившиеся на его лице, дали Сугуру тот ответ, которого он ожидал. — Что ж, не скажу, что удивлен, — небрежно произнес Сугуру, на что Сатору поставил свой суп на стол и хмуро взглянул на него. — Что? — В смысле “не удивлен”? — Ну... — Сугуру решил, что сейчас явно не время для еды и поставил свою тарелку рядом с супом Сатору. — С нашим образом жизни стоит ожидать ранней смерти. Или, например, вдруг я когда-то стану плохим и буду твоим врагом. Услышав эти слова из уст Сугуру, Сатору только больше нахмурился, в то время как Сугуру продолжал сохранять спокойствие. Используя это как предлог открыться, он понизил голос и пустился в объяснения. Не так-то просто раскрыть свое сердце и добровольно стать уязвимым. Для шамана вообще на грани невозможного. Их всегда учили быть начеку, отгородиться от всех и лишь использовать свой дар для искоренения зла, которое продолжает таиться в этом мире. Но сейчас, увидев, как ведет себя Сатору из будущего, как продолжает носить эту тупую улыбку, даже находясь рядом с ним, Сугуру захотелось разорвать ее на части и увидеть его настоящие эмоции. Ведь Сатору, как никому другому, нужен кто-то, кто его защитит. Даже сильнейшим нужна защита. И раз открыться самому – единственный способ сделать это, Сугуру с готовностью разорвет себя на части. Как нелепо... Сугуру неловко кашлянул, прежде чем наконец заговорить: — Это мое проклятье, Сатору. Манипуляция проклятиями, хоть и звучит круто и полезно, на самом деле обоюдоострый меч. Ты же знаешь, как поглощение проклятий влияет на мое восприятие и эмоции, да? Сугуру глубоко вздохнул, ожидая ответа Сатору, прежде чем продолжить. И только когда тот кивнул, Сугуру выдавил из себя печальную улыбку и отвернулся. Ему не хотелось, чтобы кто-то знал об этой его слабости. Но понимание, что Сатору все равно уже в курсе, немного облегчил груз на его плечах. И из всех людей помочь ему с этим должен был именно он. Как и всегда. Иначе и быть не может. Так что, приняв окончательное решение, Сугуру, наконец, сделал шаг вперед, необходимый для достижения того, что пока что не удавалось ни ему, ни Сугуру Гето в этом времени. Доверься ему. Выложи все. Верь в человека, который все еще заботится о тебе несмотря ни на что, немного больше. Так он и сделал: — Я не рассказывал об этом никому из своего времени, но рано или поздно я скорее всего поглощу проклятье, которое полностью изменит мой взгляд на жизнь. Скоро я могу пережить нечто травмирующее, и это катализирует метаморфозы в моем характере, который я сформировал только ради желания найти смысл в этом проклятном мире. Если учесть, как много проклятий я поглощаю ежедневно и как сильно от этого страдаю, не удивительно, что однажды я просто сломаюсь. Ты... всегда говорил, что мы сильнейшие. И я рад, что был кому-то нужен. Но если случилось бы что-то, заставившее меня пересмотреть взгляды, которые я строил всю жизнь... тогда действительно, сейчас я об этом задумался и понимаю, что неудивительно... — Довольно. Одно единственное слово заставило Сугуру замолчать, а через секунду он оказался в объятиях Сатору, чье лицо теперь находилось в несколькоих дюймах от его лица. Больше всего Сугуру удивили его глаза. Спущенная на шею повязка позволяла увидеть бесконечную ярость во взгляде. Этого Сугуру точно не ожидал, но ему хотелось увидеть больше. — Как ты... — Сатору усилил хватку на его руке. — Как ты вообще можешь о таком думать? Тебе 16! — И мы все равно ответственны за спасение большинства не-магов, — Сугуру нахмурился, глядя в глаза Сатору, медленно наполняющиеся пониманием. Кто-то же должен сломать эту маску. И если ему придется играть роль плохого парня, то Сугуру подойдет к этому со всей ответственностью. — Мы же сильнейшие, да? — глаза Сатору расширились, и Сугуру не мог понять, испытывает он вину или печаль. — Ты всегда мне это говорил. Однако судя по тому, что я видел, становление сильнейшим шаманом не привело тебя ни к чему хорошему. Резко вздохнув, Сатору отвел взгляд: — Не привело ни к чему хорошему? Ха! Никогда не мог подумать, что услышу, как кто-то говорит мне это прямо в лицо. Ты, наверное, головой ударился, пока во времени путешествовал. — Мне даже не нужно напрягаться, чтобы увидеть, как ты сейчас страдаешь, Сатору. И тут лед тронулся. По реакции Сатору Сугуру понял, что попал точно в цель. — Я не страдаю. — Лгун, — хмыкнул Сугуру. — Я... — хватка переместилась с запястья Сугуру на его ладонь. Заметив это, Сугуру не отреагировал и просто ждал продолжения. — Я в порядке. Как я могу не быть? Я сильнейший шаман! У моих учеников огромный потенциал, они могут превзойти меня, тренировать их и жить с ними — одно удовольствие! И теперь ты говоришь, что я страдаю? Я, который получил привелегию быть особенным? Он наверняка мог придумать еще больше аргументов, чтобы доказать, что Сугуру неправ, что он доволен своей жизнью. Но когда Сугуру взял его дрожащие руки в свои, его дыхание замерло. Все стало еще хуже, когда Сугуру коснулся его лица. — Тогда прекрати это. — Прекратить что? — У тебя печальное выражение лица. Оно полно сожалений. Сатору, честно, изо всех сил старался не заплакать. Но нежное прикосновение, стирающее предательские слезы, не оставило ему и шанса. Наконец он получил то, в чем так долго нуждался. Всего секунду спустя Сугуру уже крепко обнимал Сатору. Он не знал, кто из них это начал, но это было неважно. Единственное, что имело значение это — руки Сатору, продолжавшие сжимать Сугуру в попытке выразить всю ту боль, что он скрывал в себе. Сугуру было очень интересно узнать, что именно произошло между Сатору и Гето из этой временной линии, но он понимал, что находится не в том положении. Это было бы нечестно по отношению ко всем и к нему самому. Хотя, если честно, вселенная обошлась жестоко с ними обоими, так что он не мог винить Сугуру из этого времени, что бы он ни сделал. У него не было на это права. И он также не мог попросить у Сатору прощения, ведь, технически, он был ни в чем не виноват. После всех этих размышлений о том, что же сказать дальше, Сугуру отодвинулся от Сатору и встретился с ним взглядом. — Спасибо за все, что ты сделал, Сатору, — уголок его губ слегка приподнялся, когда он заметил влагу, стоящую в глазах Годжо. — Ты большой молодец. Я видел твоих учеников, они все очень способные. Благодаря тебе они проживут долгую жизнь. Я... Сугуру замолчал и, заталкивая стыд поглубже, положил руку на грудь Сатору: — Я тобой горжусь. И тебе тоже следует. Он нечасто говорит такие вещи вслух, но бывают времена, когда просто необходимо дать своим друзьям знать, что кто-то ценит все, что они делают и их усилия не напрасны. Жизнь шаманов сложна. Обычные люди никогда не поймут ужас того, с чем им приходится сталкиваться каждый день, чтобы просто защитить их. Но сами они понимают. А Сугуру захотелось рассмеяться во весь голос от осознания: ему нужно было побывать в будущем, чтобы понять, в чем он действительно нуждался, чтобы выжить. В чем нуждался каждый из них. В друг друге. Конечно, это нелепо, но Сугуру казалось, что именно в этом кроется корень горя Сатору. Он не особо понимал почему, но углубляться в это казалось неправильным. Ему хотелось только шептать Сатору слова утешения, сжимая его в объятиях, пока ему не станет легче. “Люди плачут не потому что они слабые, — подумал Сугуру в тот момент, когда почувствовал тяжесть головы Сатору на собственном плече и тут же запустил руку в его волосы, — а потому что слишком долго были сильными.” — Я скучал по тебе, — прошептал Сатору. — Мне тебя так не хватало... В ответ Сугуру лишь промолчал, и если Сатору и обратил на это внимание, то ничего не сказал. Рано или поздно ему снова придется разбить его сердце. В конце концов, это не его время. Он не тот Сугуру. Но пока этот момент еще не наступил, он продолжал обнимать Сатору и молиться, чтобы тот обрел счастье, которого заслуживает.

***

В магическом колледже очень часто можно услышать, как кто-то плачет. Но если это сильнейший шаман разрыдался на руках у своего старого друга... Даже Нобара была вынуждена признать, что она в замешательстве. — Что у них за отношения? — прошептала она другим магам, подслушивающим вместе с ней. — Он никогда не показывал эту свою сторону. По большей части он... просто выбешивал всех вокруг. И тут все узнали, что даже на великого Годжо Сатору найдется управа в виде, как сказала Маки, худшего шамана всех времен, Гето Сугуру. — Он казался таким милым... — прошептал Итадори. — Что такого могло с ним случиться, что он превратился в человека, которого ты нам описывала, Маки? Все как один тут же перевели взгляд на раздраженную шаманку, которая все еще держала оружие в руках, просто на всякий случай. — Мне вообще плевать на причину, окей? — прошипела она, зло глядя на стену, отделяющую ее от жертвы. — Я хочу, чтобы его здесь не было. Кто знает, может его мир еще поблагодарит меня за то, что я разобралась с ним еще до того, как он стал опасен. — Но... — Итадори вздохнул. — Я... просто не понимаю. Он же почти нашего возраста, да? Нобара кивнула, прежде чем сделать шаг назад. Подслушивать такие вещи казалось очень... неправильным, даже по ее стандартам. Было странно даже думать об этом, не говоря уже о том, чтобы слышать, как такое происходит в паре метров от нее. — Дерьмо случается, — было единственным объяснением, которое она могла предложить Итадори.

***

— Чтоб я еще раз... — пробормотал Сатору, забирая из рук Сугуру салфетку. Увидев его опухшие глаза, Сугуру невольно задумался, а как выглядел бы в такой ситуации его Сатору. Но в тоже время ему не хотелось бы стать свидетелем подобного еще хоть раз. Он не до конца понимал почему, но в нем проснулось желание уничтожить всякого, кто может заставить Сатору снова почувствовать себя так. “Ну, по такой логике мне стоит и себя на части разорвать”, — усмехнулся Сугуру, заставляя Сатору обиженно на него взлянуть. — Не смей надо мной смеяться! — надулся он. — Ты вообще-то тоже плакал! — А... — Сугуру провел рукой по лицу. — Ну да, кто ж знал, что я стану реветь в моем-то возрасте. — Ты что издеваешься? — Хотя, думаю, мне это было нужно. Как и тебе. Сатору как будто бы хотел что-то ответить, но, передумав, продолжил молча сидеть рядом с Сугуру. Только сейчас, когда с эмоциональными переживаниями было покончено, Сугуру по-настоящему заметил их разницу в габаритах. Сатору всегда был чуть выше, но сейчас... Он обзавелся неплохими мышцами, которые были не сильно заметны издали, но очень ощущались вблизи. Это осознание толкнуло Сугуру на очередной шаг очень для него не характерный. Как человек, ради которого Сатору убрал свою Бесконечность, Сугуру имел полное право склонить голову к его плечу, обеспечив им обоим необходимый физический контакт. — Сугуру? — Сатору дернулся от неожиданности. — Ты в порядке? — Мне кажется, это я должен тебя спрашивать, — хмыкнул он. — Ты никогда не был особо тактильным, — тут Сугуру почувствовал, как рука Сатору обнимает его за талию. — Это... странно. — Хочешь, чтобы я тебе врезал? Хихикая, Сатору продолжил поглаживать его по боку. После этого повисла тишина. Они сидели, наслаждаясь присутствием друг друга, слегка касаясь один одного то тут то там, стараясь запечатлить в памяти каждую секунду того драгоценного времени вместе, что у них осталось. Ведь, в конце концов, Сугуру все равно придется вернуться, а Сатору вновь останется один на один с непредсказуемым и пугающим будущим, и никто из них не знал, чем это закончится. Пока шестеренки в голове Сугуру продолжали бешено крутиться в попытках предугадать каждый возможный расклад, он аккуратно взял ладонь Сатору в свою, тут же почувствовав ответную крепкую хватку. В мыслях Сугуру уже почти сформировался план, когда Сатору отстранился на пару сантиметров и взглянул прямо ему в глаза. — Сможем ли мы...— он замолк, будто не зная, какие слова подобрать. Сугуру молча смотрел на него, терпеливо ожидая продолжения. — Сугуру, мы... А затем всплеск знакомой проклятой энергии ударил по всем органам чувств, заставив их распахнуть глаза и повернуться в его направлении. “Он пришел”, — Сугуру тихо вздохнул, почувствовав, как взрослый Сатору спрыгнул со стойки. Когда он хотел последовать за ним, тот, как настоящий джентельмен, протянул руку помощи. Даже не осознавая этого, Сугуру уже протянул руку в ответ, принимая предложение. И он продолжил держать его за руку, даже когда они уже шли к месту всплеска энергии, проклиная мир, который словно нарочно хотел оставить величайшего шамана в одиночестве на всю жизнь. И Сугуру это ненавидел. Ему это абсолютно не нравилось. Почему его друга должно ждать будущее, в котором он будет вынужден стоять на вершине один, не имея никого рядом? Мы сильнейшие. Так всегда говорил ему Сатору, словно это бремя станет легче, если они разделят его на двоих. А когда Сугуру из этого времени ушел, Сатору остался один на один с этой тяжестью. Почему? Как бы ни было печально, ответ на этот вопрос найти не так уж сложно. В конце концов, Сатору добрый человек. Так что Сугуру решил ничего не говорить, продолжив идти, не отпуская его руку. Они оба боялись нарушать тишину, помогавшую сдержать эмоции, которые так яростно рвались наружу. — Сугуру! — крикнул Сатору с заметным облегчением в голосе. — Ты мудила! Будешь мне месяц прислуживать за этот цирк, что ты устроил! Поторопись, портал сейчас закроется! Усмехнувшись, Сугуру прищурился: — Меня устраивает. Ты, кстати, опоздал. Надувшись, Сатору из 2006 наконец вышел из портала и перевел взгляд на свою взрослую версию, которая все еще держала Сугуру за руку. Для осознания ему понадобилась пара секунд, после чего его глаза за темными стеклами очков забавно расширились. — Отпусти его, — этот его тон Сугуру еще никогда не слышал. — Кем бы ты ни был, отпусти Сугуру, или я тебя заставлю. — ... Сугуру собрал всю свою волю в кулак, чтобы не встретиться взглядом со старшим Сатору и не разразиться смехом. — Не обращай на него внимания, — Сугуру отпустил его руку, потупив взгляд. — Он идиот. — Эй! — Мне, вообще-то, тоже обидно, знаешь, — прошептал Сатору, заставляя Сугуру, наконец, рассмеяться и сделать пару шагов вперед. Было очень сложно вот так оставлять позади человека, до которого он дотрагивался еще пару минут назад. Так что тогда останавливает его от создания последнего воспоминания, которое послужит мотивацией для будущих начинаний? — Сугуру? — но прежде чем он осознал, что Сугуру собирается сделать, тот повернулся, схватил его за затылок и потянул. Их тела столкнулись в объятии. Даже его собственный Сатору потерял дар речи. Но это не помешало Сугуру прошептать свои следующие слова, слова, которые он только что решил положить в основу своего нового пути. К черту судьбу. Пусть горит синем пламенем ради тех, кого он любит. — Я кстати тебя услышал, — он погладил мягкие локоны Сатору, прежде чем отстраниться и встретить его растерянный взгляд. — Мы еще встретимся. Я об этом позабочусь. Сделав резкий вдох, он лишь сильнее сжал талию Сугуру и отчаянно спросил: — Как? — Я же манипулирую проклятиями, —Сугуру пожал плечами, словно это было само собой разумеющимся, и одарил Сатору обнадеживающей улыбкой. — И мы нашли одно, способное переносить людей из одного измерения в другое. Возможно, я потрачу недели, месяцы, даже годы на то, чтобы приручить его, но я обязательно это сделаю, и тогда вернусь. — Не беспокойся, — продолжил он, поглаживая Сатору по щеке в попытке поднять настроение. — Верь мне. Я поговорю с Сатору, если вдруг что-то внезапно заставит меня изменить взгляды на жизнь. Я не могу оставить тебя одного, после того, что здесь увидел. Кроме того, — он наклонился и прошептал прямо ему в ухо, — уверен, что Сатору будет умолять меня, чтобы я вернулся. Как только это случится, мы навестим тебя. — Я тебя, вообще-то, слышу, чтоб ты знал! — наконец Сугуру закатил глаза и отстранился. — А теперь, —Сугуру бросил на него последний, полный надежды и желания изменить все к лучшему взгляд. — Увидимся, Сатору. Ошеломленный, Годжо Сатору сначала шагнул вперед, затем назад, после чего остановился и помахал двум молодым шаманам на прощание: — Ага. Удачной дороги. “Я буду скучать по тебе”, — читалось в его взгляде, когда Сугуру, наконец, вошел в портал.

***

— Ты читер, — первым делом сказал ему Сатору, когда они ступили на твердую землю перед магическим колледжем. Сугуру, в свою очередь, только усмехнулся и потрепал его по голове. Сатору замер, одарив его взглядом, в котором был вопрос, кто он и что он сделал с его лучшим другом. Но прежде чем обсудить то, что Сугуру увидел в будущем, прежде чем Сугуру поделится каждой эмоцией, которую он испытал, и прежде чем он наконец-то решится преодолеть барьер между собой и своим другом, он поднял руку и призвал проклятие, которое изменило жизни их всех, к себе на ладонь. У Сатору аж челюсть отвисла, когда он проглотил его. — Ты что, тупой?! — он рванулся вперед, схватив Сугуру за плечи. — Мы не знаем, как оно может на тебя повлиять, а ты... — Я в порядке, Сатору, — он кашлянул, прислонившись к его плечу. Он улыбнулся, почувствовав чужие руки на своей спине. — Я... не хочу, чтобы с нами что-нибудь случилось. А особенно с тобой. Прикусив губу, Сатору решился задать вопрос: — Что произошло? Ты что-то узнал в том месте? Много чего. Но пока что Сугуру не хотелось ничего, кроме как чувствовать нежность и тепло исходившие от Сатору. — Сатору, — хмыкнув в ответ, Сатору положил руку Сугуру на затылок, давая знак, чтобы он продолжал. — Ты мне доверяешь? — Ты же знаешь, что да, — фыркнув, Сугуру отстранился, вглядываясь в его глаза. — Почему ты спрашиваешь? — Ну... — Сугуру хитро улыбнулся, явно что-то замышляя. — Что ты думаешь о прыжках между измерениями? Сатору улыбнулся, сощурив глаза в предвкушении: — Звучит хаотично. О, так и будет. Но воспоминания о Годжо Сатору из 2018 заставляют Сугуру выбрать самый сложный путь из всех возможных в магическом мире. — Давай сделаем это.