На час раньше, чем 25

      Холодало. Погода была, что называется «солнце светит, но не греет». После недавнего дождя температура воздуха опускалась с каждым днём всё ниже и ниже. Мизуки успел уже навернуть пару кружков вокруг остановки в надежде на то, что согреется. Выходя из дома, Мизуки накинул одну только кофту, не подумав о том, что +15 градусов — не слишком теплая погода для пускай и новой, идеально выглаженной, но совсем не греющей кофты. Но как же хотелось покрасоваться!               Эна всегда ругала Мизуки за безответственное отношение к здоровью. Шапку зимой он не носил, теплые куртки не надевал, а перчатки и вовсе никогда не покупал. На его: «Красота требует жертв!» и «Да мне не холодно!» Эна всегда удивлялась как в первый раз и отвечала: «Ну ты дура…»              Вся улица была отсыпана жёлтыми листьями, но похолодание с каждым днём всё нарастало и нарастало. В каком-то смысле Мизуки даже был рад этому, ему нравилась небольшая осенняя прохлада. Но через несколько дней снова обещали потепление.              Несмотря на все это, конкретно сейчас Мизуки хотелось только одного: наконец-то дождаться Эну и пойти туда, куда планировали, иначе он просто примёрзнет к тому месту, где стоял.              Спустя ещё пару минут, Мизуки уловил вдалеке бегущий силуэт девочки с короткими волосами. В считанные секунды Эна добежала до Мизуки и тут же схватила его за плечи, в попытках устоять на ногах и отдышаться.              — Ху…Мизуки! Я… Фух!.. — Эна старалась выровнять дыхание. Она опоздала на полчаса. — Я просто на автобус не попала! Фу-ух!..              Кажется, девушка, наконец, пришла в себя. Убрав руки от Мизуки, она встала перед ним ровно и виновато улыбнулась.              — Я здесь чуть все конечности не отморозила, пока ждала тебя! — Мизуки постарался улыбнуться, но получилось очень криво и неестественно.              — Ну прости! А вообще-то я тебе давно говорю, что одеваться надо теплее! Чего ты вырядилась опять? — Эна всё ещё старалась перевести дыхание.              Мизуки стиснул зубы и вытащил руку из кармана. На лоб Эны пришёлся несильный дружеский щелбан.       — Эй! Ну правда!              — И где же это ты так долго пропадала? — Мизуки прищурился и начал идти в направлении местного супермаркета.              — Да я опять с Айри встречалась… Нужно было… Ну, уточнить короче кое-что.              — С Айри? Опять? Не знала, что вы так близки. — Мизуки ухмыльнулся.              — Да нет… Не знаю. Просто подруги. Видимся иногда.              — Ничего себе «иногда»! — вскинув брови, воскликнул Мизуки. — Ты, по-моему, уже неделю к ней каждый день захаживаешь! Слушай, Эна… — Мизуки изобразил на своём лице самую хитрую из улыбок, которые умел делать. Эна тем временем напряглась от такой интонации. — А не влюбилась ли ты часом?              Эна вспыхнула. От шока она даже остановилась прямо посреди дороги.              — Кто?! Я?! Да я никогда! Это вообще не про меня! — Эна замахала руками, как будто это могло бы усилить отрицание.              Мизуки заливисто засмеялся, взял Эну под руку и, продолжая смеяться с реакции подруги, потянул её, чтобы идти вместе дальше.              — У тебя дурацкие шутки, ты в курсе? Это совершенно не смешно! И вообще… — Эна запнулась, как будто бы сказала, а теперь раздумывает над тем, нужно ли это было начинать вообще.              — Чего? — Эна моментально поняла, что очень зря заикнулась. Мизуки теперь не отстанет ведь «сказала А — говори Б!». Придется говорить.              — Ну… В общем, на самом деле у меня уже есть человек, который мне… Ну… — Эна мученически вздохнула. Было видно, что она не знает, как вести такие разговоры. — Симпатичен?.. — последнее слово она произнесла очень неуверенно, будто пробуя его. Подходит ли?              У Мизуки всегда была очень яркая мимика. Эна уже привыкла к тому, что от любой неожиданной информации его глаза могли как будто увеличиться вдвое.              — Чего? Чего-чего?! — на этот раз тянуть за руку в сторону супермаркета, до которого из-за остановок и смеха они всё никак не могли дойти, пришлось уже Эне. — Эй, ты серьёзно? — Мизуки начал расплываться в улыбке. Эна же раздражённо закатила глаза.              — Да-да, Мизуки, серьёзно! Чему ты так удивляешься? В конце концов, это совершенно нормально… В нашем возрасте свойственно влюбляться!              — А кто?! В кого? Эна, я знаю этого человека? Офигеть! — Мизуки не собирался униматься. Он вертелся вокруг Эны как пёс и осыпал вопросами.              Вдруг Эна снова остановилась, взяла Мизуки за руку и, подняв голову для того, чтобы посмотреть прямо в глаза, сказала:              — Да. Знаешь, Мизуки. — После этой фразы зрительный контакт держался буквально секунду, после чего Эна резко отбросила руку Мизуки, развернулась и продолжала не глядя, — Всё! Больше ничего не скажу! Закрыли тему! Пойдём скорее, холодно, сейчас нос отвалится!              Эна перевела тему, но у Мизуки явно поднялось от таких новостей настроение. До магазина он дошёл чуть ли не в припрыжку.              

***

             Однако, радость Мизуки начала понемногу сменяться тревогой. Они всё ближе и ближе подходили к дому Канаде, что обозначало то, что вскоре им всем придется встретиться в живую. Вчетвером.              Последние три дня Мизуки начал замечать, что все его мысли по какой-то причине сводятся к Мафую. Например, пробуя печенье, он думал: «Интересно, а Мафую такие нравятся? Нужно будет спросить.», собираясь на прогулку, он думал спросить у Мафую какая погода ей нравится, как часто она гуляет, нравится ли ей это. Сейчас, идя по уже известной тропинке и отворачиваясь от порывов холодного ветра, Мизуки думал только о том, что будет делать, когда увидит её спустя столько времени вживую. «А рада ли она вообще гостям? Ей нравится, когда кто-то приходит? Скорее всего, тоже стоит спросить.»              — Ты чего такая тихая? — Эна заглянула в лицо Мизуки, поправляя свой лёгкий шарфик.              — Да я… — отрешенно взглянув на Эну, Мизуки снова задумался. Что если всё-таки рассказать? В этом же нет ничего такого. Всего лишь рассказ о дружеской ревности. В этом ведь нет ничего необычного? — Думаю над тем, зачем ты купила бананы вместе с мукой… Что ты там собралась им готовить? — И всё же, сейчас не время. Правда, каждый раз момент, когда «то самое время» должно было наступить, оттягивался.              — Ну я рецепт вычитала. Говорю же, вот я уверена, что пока Хонами не приходит, они нормальную еду не едят! Как дети малые, ей Богу… Вот если бы мы с тобой вместе жили, то такого бы не было точно!              Мизуки от такого внезапного разговора даже удивился. Если бы они с Эной жили вместе? Ну да, наверное. Эна бы обязательно готовила разные блюда на завтрак, обед и ужин, никогда не оставляя никого голодным.              — Значит решено! Будешь жить со мной в качестве моего личного повара!              — Да ну тебя! — Эна обиженно закатила глаза. — Какого еще повара…              Незаметно для обоих, они уже успели подойти к дому Канаде. Потерев руки друг об друга чтобы согреться, Мизуки постучал в дверь. Через время её открыла Канаде, сразу же сморщив лицо от прохлады, которая попала в тёплую квартиру.              — Приве-ет! — Эна расплылась в улыбке и потянулась к Канаде для того, чтобы обнять. — А мы к вам не с пустыми руками! Я вам купила еды! Вы не едите ничего наверное, да? Ну ничего, сейчас я все исправлю! Давай, нечего пороге стоять, пошли внутрь! — Канаде успевала только частично принимать информацию, поступавшую от Эны. Стоя босиком на холодном пороге дома, с пакетом фруктов и глупым выражением лица, Канаде посмотрела на оставшегося стоять рядом с ней Мизуки.              — А… Привет…              — Привет-привет! — Мизуки потянулся и тоже обнял Канаде, легонько подталкивая её для того, чтобы та зашла в дом. — Как у вас тут дел.. дела? — Мизуки запнулся на секунду, поскольку, окинув взглядом кухню, увидел Эну, протирающую стол для готовки и Мафую, стоящую рядом с ней.              — Да всё хорошо. Потихоньку как-то… — Тихо промямлила Канаде, но Мизуки уже не слушал. Ему было важно сейчас только набраться смелости и пойти поздороваться с Мафую.              — Девочки, ну чего стоите? — Эна выглянула в коридор. — Канаде, ты ела когда-нибудь… Э-э… Панкейки?              — Чего? — Канаде продолжала не до конца осознавать, что именно сейчас будет происходить в её доме. Мизуки аккуратно вынул пакет из её рук и направился к Эне. Поставив пакет рядом с ней, он повернулся и скромно кивнул Мафую. На большее его не хватило.              — Чего «чего»? Всё, все идём мыть руки! Сейчас буду вас учить питаться чем-то помимо лапши!       

***

      

      — Ну а ты панкейки вообще ела?              Мизуки было до жути неловко. Эна, схватив Канаде за руку, начала ей пошагово объяснять основы приготовления теста для сладостей. Тем временем Мафую и Мизуки просто сидели напротив друг друга и наблюдали за этим подобием кулинарного шоу. В какой-то момент Мизуки отвернулся, поскольку стол, возле которого готовили Эна с Канаде стоял прямо возле окна. Солнце било прямо в глаза, поэтому оставалось только слушать девочек и смотреть на Мафую, сидящую напротив. Пару раз они уже сталкивались взглядами, после чего Мизуки мгновенно отводил глаза. Просто молча смотреть друг на друга было как-то слишком странно в его понимании, поэтому он всячески пытался найти тему для разговора. Ведь когда они общаются в сети это сделать намного проще: обсуждая проект, они находят точки соприкосновения. А сейчас нужно было самостоятельно придумать как именно начать диалог. Ничего лучше, чем спросить про панкейки Мизуки не придумал.              — Не помню… — Мафую посмотрела на него, задумавшись. — Может, мама когда-то давно и готовила… — На несколько секунд Мафую замолчала. Мизуки уже успел расстроиться из-за того, что разговор не клеится, однако от Мафую последовал встречный вопрос. — А ты?              — Приходилось. Однажды я была на фестивале по работе. там их готовили. Они вкусные на самом деле! Я люблю сладкое!              — По работе? — Мафую вопросительно посмотрела на Мизуки, на что тот ухмыльнулся.              — А ты думаешь, откуда я про моду всё знаю? Я консультантка в бутике. Меня вообще с ранних лет мода интересует!              Мафую удивленно вскинула брови, а через мгновение снова вернула себе задумчивый вид и кивнула каким-то мыслям у себя в голове.              — Ох… Конечно. Почему-то раньше не задумывалась о том, откуда ты всё это знаешь…              — Если быть честной, мои знания достаточно посредственные, — Мизуки зевнул, положил руки на стол опустил голову на них. — я не то, чтобы прямо профессионал… Но кое-что умею…              — Считаешь школьный проект обычной развлекательной работой? — Мафую улыбнулась. Почему-то её по-доброму веселило слегка детское поведение Мизуки, переплетающиеся с серьёзной личностью, со своими стараниями и интересами вне учебы. Мафую поймала себя на мысли, что наверняка тоже хотела бы уметь вести себя так же.              — Считаю, что… Вам дают слишком лёгкие задания! — Он рассмеялся. Конечно, он шутил. Ведь с Мафую было так приятно шутить! Ему так нравилось сидеть и просто болтать о какой-то ерунде. На секунду Мизуки показалось, что в этом заключается вся жизнь: сидеть на кухне с дорогим и близким человеком, обсуждая всякие мелочи.              — Ой!!              Оба резко повернулись на звук. Мафую разговаривала тихо, поэтому краем уха можно было уловить то, что Эна закончила с теоретической частью около двух минут назад. После слов: «Теперь, как я и говорила, нужно всё это размешать.» случился какой-то грохот. Оказалось, что из-за неаккуратных помешиваний половина содержимого миски с тестом оказалась на кофте Канаде.              — А-а… Ничего… — Канаде явно была обескуражена тем, что только что произошло. — Я сейчас… Мы сейчас с Мафую сходим и всё отмоем…              Мизуки зачем-то решил взглянуть на Мафую после этих слов. На секунду он даже об этом пожалел, потому что взгляд подруги помрачнел за секунду. Выражение лица девушки буквально кричало о том, что фраза «Мы сейчас с Мафую…» ей не понравилась.              — Да ты что, я сама с тобой схожу! Это же я так переусердствовала! — Эна схватила Канаде под руку и повела в ванную. — Ты пойди в комнату и свежую одежду принеси, а я пока машинку включу!              Они скрылись за дверью. После того, как оставшиеся на кухне просидели в тишине какое-то время, Мафую сказала:              — Она иногда себя ведёт как очень заботливая старшая сестра… Канаде ведь и сама могла переодеться…              Мизуки вдруг вспомнил слова Эны о том, что Канаде похожа на опекающую маму для Мафую. Может быть, всем нужно за кем-то ухаживать? Эна ведь и сама за друзей печется с удвоенной силой. Правда, забота Канаде даже на фоне заботы Эны временами выглядела скорее пугающей и навязчивой… Но, может быть, она просто не умеет по-другому выражать свои чувства?              — Она на самом деле очень любит нас. — Мягко улыбаясь, сказал Мизуки. — Она по-настоящему заботится.              Мафую сдвинула брови. Было ощущение, будто Мизуки затронул что-то очень важное для нее, но не полностью понял, что.              — А… «настоящая забота» это что для тебя?              Настоящая забота? Он не мог подобрать нужных слов к этому термину. Единственное, что он мог сделать — предоставить ассоциации. Настоящая забота — это уставшая на работе сестра, которая все-таки купила ему то самое мороженое, настоящая забота — это искренне беспокоящаяся за тебя Эна, когда ты делаешь очередную глупость, настоящая забота — это… Это когда Мафую хочется помочь сделать проект просто потому что это Мафую. Просто потому что ей потребовалась помощь. Однако, Мизуки не знал, как все эти чувства можно уместить в одно предложение. Ему казалось, что все это можно только прочувствовать.              — Мизуки? — Из рассуждений его вынул голос Мафую, которая так и не дождалась ответа на свой вопрос. — Давай выйдем на балкон? Дышать нечем.              Вот это новости. Нечем дышать? Мизуки только успел согреться, а девушка его уже тащила обратно на холод. Но выбора у Мизуки не было.       

***

      На балконе и вправду было прохладно. Мафую сидела на шатком стуле, который стоял здесь непонятно зачем и ещё более непонятно с каких времен. Сам же Мизуки, зарываясь в свою кофту, встал около этого стула, облокотившись на стену. Он простоял так около пяти минут, начиная уже жалеть о том, что вообще купил эту кофту, ведь если бы в гардеробе ее не было, то и не было бы соблазна одеться настолько тепло.              — Если люди друг друга любят, они должны заботиться?              Мизуки вздрогнул от внезапно подавшей голос подруги. К тому же, он совершенно не понял, к чему вопрос. Он слегка напрягся, но осторожно кивнул, подтвердив слова Мафую, ведь в его понимании это было само собой разумеющиеся.              — Хм… А если… Я не хочу заботиться о человеке, которого я люблю? Как ты думаешь… Тогда это любовь? Так бывает?              Сердце Мизуки пустило удар. «Человеке, которого я люблю»?              — Ты сейчас о?.. — Почему-то стало невыносимо больно. Как будто его предали. Но ведь это абсолютно не его дело! Почему он вообще что-то чувствует? Ведь Мафую свободный человек и вправе встречаться с кем угодно. Почему тогда стало так обидно?              — Да.              Они не назвали имени, но оба знали, что друг друга поняли. Как одно короткое слово могло вызвать настолько много неприятных чувств? Теперь мороз отрезвлял. Мизуки стоял, пытаясь собраться с мыслями для того, чтобы хотя бы что-то ответить. Нужно было срочно притвориться, что всё хорошо, иначе Мафую могла заподозрить что-то не то.              — Не знаю… — Он решил признаться честно. — В моём понимании любовь — это не то, что нужно разбирать на структуры… Она просто есть и всё. Если любишь, то сразу понимаешь, что перед тобой именно тот, кто тебе нужен.              Мизуки закрыл глаза, пытаясь дышать ровнее. Постояв ещё так с минуту, он перевёл взгляд на Мафую. Ещё через секунду он осознал, что она сидит в одной только футболке.              — Мафую, холодно ведь! Ты чего без кофты вышла? — Мизуки начал снимать с себя свою. Ветер тут же начал забираться под рубашку, но все это — пустяки, в сравнении с тем, что Мафую сидит здесь уже практически синяя. — Не зря Эна за вами носится! Ну правда, заболеешь ведь!              К своему удивлению, Мизуки заметил, что подруга больше не сидела вся как на иголках, а тихо смеялась.              — Ты чего?.. — Неужели он сказал что-то смешное? Но ведь уже действительно далеко не май.              — Мизуки, — Мафую встала со стула и теперь стояла прямо напротив Мизуки. — в твоём понимании, это тоже «настоящая забота»?              Он готов был провалится сквозь землю прямо сейчас. Со стороны Мизуки себя не видел, но чувствовал, что после этих слов покраснел как помидор. Они стояли так друг на против друга всего несколько секунд, но для Мизуки всё это показалось вечностью. В конце концов, он выдохнул, и, криво улыбнувшись, сказал:              — Ха-а… Слушай, нам пора, там… Там Канаде уже, наверное, испекла кучу панкейков и…              После этого Мафую засмеялась ещё сильнее. Через секунду Мизуки понял, что от волнения несёт полный бред: Какие панкейки? Почему именно Канаде? Она же никогда в своей жизни не готовила еду самостоятельно!              — Да. Наверное, пора. — Мафую, всё ещё улыбаясь, обошла стоящего перед ней собеседника и вышла с балкона. Мизуки закрыл лицо руками. Рубашка не грела от слова совсем, так что синим становился уже он, но после настолько неловкого разговора с подругой холод был последним, что волновало Мизуки. Он облажался? Поэтому Мафую смеялась? Хотя факт того, что девушка смеялась, уже мог обрадовать Мизуки. На его памяти не было ни одного воспоминания, когда Мафую показывала что-то помимо усмешки. Но что, если Мафую не насмехалась над Мизуки? Что, если это искренне? А может, всё это было только для того, чтобы не нагнетать обстановку? Мизуки не мог знать того, что творилось в голове у девушки, но очень хотелось верить в то, что он сумел поднять ей настроение.