~Зарисовки~

ХуаЦины, au киноиндустрия.

Му Цин - каскадёр, дублёр Се Ляня, актер новичок.

Хуа Чен - Император киноиндустрии.

Му Цину 21 год. Хуа Чен старше Му Цина на 2 года.

Му Цин, из-за больничных долгов матери, бросил обучение в юридическом университете и ушел в киноиндустрию, получи должность дублёра Се Ляня, который, по просьбе возлюбленного (пусть будет Фэн Синь), отказывался сниматься в интимных и сценах с романтическими прикосновениями с кем-либо. В какой-то момент, благодаря своему упорству, Му Цин получил роль потерянного брата главного героя.

***

Му Цин прибыл на съёмочную площадку, чтобы отыграть свою последнюю сцену в качестве дублёра. Перед началом съёмок Се Лянь уже поговорил со съёмочной группой и сказал, что не будет сниматься ни в одной из интимных сцен. Так что, конечно же, эту сцену должен был закончить Му Цин. Это была единственная сексуальная сцена во всем сериале. После одной из своих миссий главные герои, под маской супружеской пары, влюбились друг в друга и превратили фальшь в реальность. После того, как они выразили друг другу свои взаимные чувства, сюжет достиг главной поворотной точки. В их следующей миссии главный герой, которого играл Хуа Чен, был захвачен демонами и замучен заживо. Требования режиссера были просты. Сексуальная сцена должна была быть эстетически приятной. Комната была изысканно обставлена, тусклые лампы освещали помещение, покрывая всю сцену мягким слоем света. На большой кровати лежал Му Цин, затенённый фигурой Хуа Чена, в смутно чувственном проявлении. Как только режиссер отдал приказ, началась сцена. Протянув к ней руку, актер нежно погладил лицо Му Цина своей теплой рукой. Актер-дублёр был одет только в шелковое ципао, и он чувствовала прохладный ветерок, проникающий через его воротник. Все его тело одеревенело, и он не знала, как продолжать. Хуа Чен ясно ощущал скованность тела партнёра. Он остановился и попросил режиссера о перерыве. — Му Цин, — окликнул его Хуа Чен. Его голос был холоден и не выражал никаких эмоций, когда он произнес его имя. Хуа Чен был киноимператором и у него был высокий уровень эмоционального интеллекта. Му Цин слышал от команды, что он всегда будет помнить имена любого сотрудника, с которым вступит в контакт. Он смягчил свой голос и успокоил его. — Не нервничай. Он знал, что этот мужчина-дублёр очень предан своей работе. Именно он рекомендовал ему роль потерянного брата главного героя. Когда режиссёр заметил, что происходит с Му Цином, он подошёл и дал ему несколько советов. — Му Цин, тебе нужно войти в особое состояние, когда ты играешь. Ты не можешь быть напряжённым. Шум поднятый из-за брата главного героя был очень громким в интернете. Режиссер видел, что этот новичок сможет далеко продвинуться в будущем. Пока режиссер говорил, Хуа Чен стоял, прислонившись к стене рядом с кроватью, и смотрел на Му Цина, не отводя взгляда. — Это также первый раз, когда он играет в сексуальной сцене с кем-то другим, — пошутил режиссер, чтобы разрядить атмосферу. — Он не нервничает, так чего же ты нервничаешь? Му Цин серьезно кивнул. — Я сделаю все, что в моих силах, режиссер. Он сделал глубокий вдох и заставил себя окунуться в свою роль. Когда он увидел это бесстрашное выражение на лице Му Цина, губы Хуа Чена внезапно скривились в улыбке, смывая большую часть холодности его обычного ледяного лица. Он пристально посмотрел на него и прищурился. Неужели он действительно такой страшный? Все в команде ждали, когда Му Цин вернется в форму, пока он изо всех сил пыталась успокоиться, пытаясь найти «состояние», о котором упоминал режиссер. Через мгновение раздался глубокий голос Хуа Чена: — Когда мы можем начать? Му Цин на мгновение был удивлена, но со спокойным выражением лица ответил: — Сейчас. — Микрофоны готовы. Камеры готовы. Освещение готово. Сцена начинается снова. Му Цин и Хуа Чен сидели вместе в постели, пока тело Хуа Чена закрывало его лицо. Некоторые кадры нужно было сделать под углом, чтобы лицо Му Цина как дублёра также не было видно. — Моя "жена", — в тишине комнаты раздался низкий голос Хуа Чена. Му Цин опустил голову и прикрыл глаза, не говоря ни слова. Они были ненастоящей супружеской парой, поэтому он не должен был называть его так, когда они были одни. Взгляд Хуа Чена скользнул по лицу Му Цина, двигаясь дюйм за дюймом по его чертам. Наблюдая за ним, он сказал: — Сегодня 756-й год нашего брака, согласно свидетельству о браке. Внезапно он издал тихий смешок. — Почему бы нам не завершить эту свадьбу сегодня вечером? Му Цин все еще не открывал рта. Только лёгкую улыбку можно было увидеть в ответ на его слова. Когда он увидел его улыбку, он был слегка ошеломлен. Он наклонился и постепенно приблизился к Му Цину. Его губы приближались все ближе и ближе к губам партнера. Его теплое дыхание смешалось с чужим, его губы приблизились, пока они не оказались на расстоянии полсантиметра друг от друга, но не продвинулись дальше. Обхватив рукой шею Му Цина, он выглядел так, словно целовал его всерьез. Пальцы Хуа Чена двинулись вниз, мягко ложась на пуговицы одежды партнёра. Почувствовав внезапную жесткость тела Му Цина, он слегка наклонился и произнес в губы: — Расслабься. Му Цин постепенно вернулся в образ. Его ципао было расстёгнуто, открывая бинты, которое слегка прикрывали его тело. В тусклом свете огней они смотрели друг на друга. Му Цин поднял руки и обвил ими тело Хуа Чена. Его движения были немного неуклюжими, но это было то, что нужно, чтобы выразить неуклюжесть героя в этой сцене. С чрезвычайно мягким смешком Хуа Чен понизил голос. — К чему такая спешка? Сцена вокруг них казалась размытой, а его глубокий и магнетический голос казался еще более соблазнительным в этот момент. Слегка потянув ее за руку, Хуа Чен заключил Му Цина в свои объятия. Оставив между ними только его тонкие бинты, он легонько положил руку на его тело. На кончиках пальцев виднелись небольшие мозоли, которые приносили с собой немного шершавое ощущение. В их окружении было слишком тихо. Му Цин был в объятиях Хуа Чена, слушая его сердцебиение. Оно звучало как гром, отдаваясь эхом снова и снова. Держа Му Цина, Хуа Чен подвёл их обоих к кровати. Кровать под ними была мягкой. Губы Хуа Чена приподнялись в легкой улыбке, которая отражалась даже в его глазах, когда он постепенно наклонился к нему. Глядя на Му Цина, Хуа Чен протянул руку к лампе на прикроватном столике. Его тонкие пальцы потянулись к переключателю и выключили свет. Когда свет погас, комната внезапно погрузилась в темноту. — Снято! — крикнул режиссер. Он, казалось, был очень доволен результатами и вознаградил их аплодисментами. Несмотря на то, что это был первый раз, когда Хуа Чен и Му Цин снимали сексуальную сцену, им все же удалось оправдать ожидания режиссера. Му Цин почувствовал, как теплая рука Хуа Чена быстро покинула его тело. Он медленно перевел дыхание. Несмотря на то, что это был первый раз, когда император кино снимался в сексуальной сцене, он все еще был профессионалом. Неудивительно, что он сумел завоевать так много наград как на родине, так и за рубежом. В комнате снова зажёгся свет.