Без названия

Осаму поднял глаза, на прекрасную картину перед им. Растрёпанные, рыжие локоны лежат на простыне, завившись в какой-то причудливый узор, щеки забились красным цветом, а голубые омуты направленны на него и только на него, только чуя, так на него смотрит, из под вздрагивающих, немного даже длинных ресниц, на прикрытых глазах и подняты домиком рыжеватые брови. Руки закинуты на уровне плеч и ладони расслаблены, а тело слегка подрагивает от возбуждения и жажда продолжение. А Дазай как хищник смотрел на свою добычу, с желание поскорей насытиться ею. С лица Чуи стекла капля пота, проходя по линии скул и шеи, а затем где-то пропадая. Хотелось навеки запечатлить этот шедевр... Навсегда запомнить его запах, во время секса и повесить на стену, что б все завидовали, ведь под них Накахара не ляжет. Но Дазай просто не позволит ещё кому-то смотреть на него, он никому не позволит целовать его в шею утром, когда тот готовит, что то, а затем бьёт по шаловливым руках и слегка улыбается. Такие случаи происходят очень редко и эти случаи Осаму пытается растянуть на вечность. Когда нибудь он затащит его под венец и оба соединят свои души на веки и даже возможно заведут маленького ребенка, которого они вместе будут воспитывать и растить, а по вечерам он так же будут ласкаться в постели и Осаму будет говорить Чуе быть по тише, но сейчас он позволит ему кричать во все горло, срывая голос, делая первый пробный толчок.