Раздражаешь до любви

«Граф Арсений Сергеевич Попов». Так его обычно представляли, когда он приходил на приём к королю Павлу и королеве Ляйсан. При дворе и за его пределами его все уважали, кроме одно бесячего герцога. Герцога звали — Антон Андреевич Шастун. Он был очень влиятелен при дворе, был королю почти как сын, прекрасно шутил, хотя обычно Арсений любил слегка использовать нотки каламбура, впоследствии которых вся приёмная заливалась смехом. Но этот Шастун нравился буквально всем, и ведь он даже не всегда пытается вывести Попова из себя, просто шутит и все смеются. Арсений не хочет этого признавать, но некоторые из его шуток, были довольно остроумными. Герцог даже дружит с конюхом Матвиенко и лекарем Позовым. Граф терпел, что Антон Андреевич общается с его знакомыми и слугами, которыми дорожит так же, как и самой дорогой запонкой на его выглаженной рубашке. Руслан перестал его удовлетворять, когда барон приехал к нему в прошлый раз, Попов был очень не в духе из-за герцога и выгнал его из поместья. Они не общались уже неделю и Попов думает, что так даже лучше. Но всё же графу и так не нравился Белый, а вот его дом был просто чудесный, утончённый, красивый, много роскоши, но она была к месту, не было ничего лишнего. Так же в его доме было много шутов и сатир, которые напоминали ему о Шастуне. «Вот он клоун». Думает Арсений и даёт Антону смачную пощёчину на его предложение обвенчаться. — Пошёл вон из моего поместья, Шастун. Меня и так твои шуточки не устраивают, а ты тут ещё пришёл ересь какую-то вымолвить, катись отсюда. И чтобы больше я тебя не видел. Злобно сказал Арсений, он подумал, что Шастун поймёт, что с ним шутить не надо и поймёт всё, но Антон Андреевич на это всё лишь лучезарно улыбнулся и покинул поместье. Теперь запросы о помолвке каждый день по 20-15 штук летят в камин. И вот сейчас Арсений сидел в своём кабинете, а Дима мерил ему давление. — Двадцать шесть, Дима. Двадцать шесть писем! Ты представляешь, что он со мной делает, я не понимаю. Устало потирая переносицу сказал Попов. — Я думаю он ждёт твоего скорейшего согласия. Ухмыльнулся Позов. — Какого согласия, он меня раздражает! Он такой весь из себя крутой, курит трубку, общается со всеми, такой улыбчивый, аж бесит! — Ну знаете, я Серёжу тоже в первое время недолюбливал, а потом вот подружились, тем более, Антон Андреевич хороший человек, не понимаю вашего недовольства и призрения к нему. Позов уже почти получил от Арсения подзатыльник когда в дверь постучали. — Скажи этому человеку спасибо за то, что спас тебя от нагоняя, можешь идти, спасибо. Сказал Попов, протягивая Позову бархатный мешочек с монетами. — Благодарю, Арсений Сергеевич. Дима развернулся и открыл дверь, на пороге стоял Антон Андреевич Шастун собственной персоной. — Спасибо, герцог. Сказал Позов, тихо усмехнувшись проскальзывая в дверной проём. Антон с недопониманием посмотрел на Арсения, а потом прошёл в кабинет и сел напротив него. — Что ещё Шастун? — Выйдете за меня? Игриво спрашивает Антон. — Нет, если это всё, то уходите. Строго прорычал Попов. — Видел барона Белого недавно, поженился на леди Ахметовой. — Мне то что? Белый был всего лишь куклой не более. — Хм, понял. Шастун опять улыбается. Как же его бесит эта улыбка, навязчивая, слишком наигранная, вдруг Арсений поймал себя на мысли, что захотел увидеть Антона без маски, без этой напыщенной, ненастоящей ухмылки, а его настоящее лицо. Шастун подходит к Попову и наклоняется, у Арсения сердце уходит в пятки. Антон целует его, проникая языком ему в рот. Арсений сидит в шоке, лишь с удивлением смотря в прикрытые от удовольствия глаза Антона. Но когда Арсений пришёл в себя он начал вырываться и когда освободил свои губы от чужих, смотрел на Антона Андреевича со злостью. — Да ты понимаешь, что ты сделал, уходи из моего поместья и не пиши мне больше никогда! Крикнул Арсений указывая рукой на выход из кабинета. Антон смотрел на Арсения с некой грустью и непониманием за что его отвергли, он перестал улыбаться и просто подошёл к Попову и сказал. — Будь по вашему, я не буду так сильно навязываться к человеку, который не принимает меня и мои чувства. Тихо сказал Шастун и сдавшись, вышел из кабинета. За окном был дождь. Он идёт уже вторую неделю, как Антон ушёл. Он перестал часто заглядывать на приёмы, и не общался много с Сережей и Димой. Казалось он не хочет, чтобы Арсений вообще его видел. И Попов думал, что если Антон сказал, что не будет его трогать станет легче, то нет, совсем нет. Попов много думал а Шастуне, о том, что без него стало грустно во дворце, не было весёлых шуток, было скучно. Но грустно больше всего было Арсению он чувствовал вину за то, что сказал, ведь герцог считай в чистой любви ему признался, а он на него наехал. Ведь никто раньше не признавался Арсению в чувствах и не предлагали помолвку. Ему говорили, что он красивый, вытаскивали из него деньги, но Антон был другим. Попов считал, что это всё очередная шутка этого клоуна, но как оказалось он был полон весьма серьёзных намерений. Стоит ему написать и извиниться, но гордость не позволяла, тогда он обратился к сердцу. И понял, что вообще не может без герцога, он так к нему привык, что не захотел его отпускать. Полюбил. В тот же день он приказал Серёже выдать ему лошадь и он направился в дом Антона Андреевича. В доме его ждал тёплый приём от экономки Оксаны и дворецкого Стаса. Они провели его в приёмную и налили кофе, как и просил Арсений без сахара. Через тринадцать минут ожидания, из комнаты вышел Антон. Он даже не взглянув на Попова сел напротив опустив глаза в пол. — Что вы хотели, Арсений Сергеевич? Тихо спросил Антон, смотря на опустевшую чашку. — Антон, я хотел извиниться за тот инцедент, я не хотел чтобы тебе было плохо. Я поступил не очень хорошо… Ответил граф, встав и подойдя к Антону и поднял его лицо, — Простишь меня? Антон встретившись глазами с Арсением кивнул, взял его лицо в руки и поцеловал, вложив в этот поцелуй всю нежность на которую был способен, а он был способен на многое. Попов неожиданно для Шастуна ответил, сев на его колени. Антон сжал его ягодицы притягивая ближе к себе, как истосковавшийся пёс хотел быть ближе к хозяину. Через пару секунд они разорвали поцелуй, до сих пор держа лица друг друга и тяжело дыша. На сороковой раз Арсений согласился выйти за него замуж.