Гарри Поттер в Стране чудес

— Поттер, выражения! — Не задумываясь крикнул Снейп. — Профессор Снейп, сэр, какого хера? — Поттер, что ты здесь делаешь, наглый мальчишка?! Весь в своего папашу! Тот тоже лез в чужие дела и был такой же беспардонный ублюдок! — «Чужие дела»?! Это напрямую касается меня! Вы всё это время переписывались со мной от чужого имени! Более того от имени моего близкого родственника! — Не лезь во взрослые дела. — Северус направил палочку на мальчишку. — Обливи… — Ах ты ублюдок, мать твою! — Поток сырой магии швырнул мужчину в стену. — Не смей! Ты не можешь просто взять и стереть, подменить воспоминания! На что ты рассчитывал, блядский извращенец? Что и дальше сможешь спокойно переписываться со мной? Блядь! Мистер Стивенсон и ты! Зачем?! Отвечай! — Магия Гарри вышла из-под контроля окончательно. Он душил зельевара и наносил на тело тонкие порезы. — Я обещал твоей матери заботиться о тебе. — Прохрипел мужчина. — Это, по-твоему, забота?! — Впервые за долгое время слизеринец заплакал. — Почему нужно было делать это скрытно? Под чужой личиной? — Чтобы ты ничего никому не рассказал. Ты был слишком мал чтобы не проболтаться кому-то. — Я не верю ни единому твоему слову. — Гарри перестал наносить порезы профессору. Подойдя к двери, он успокоил свою магию и мужчина, без сил, свалился на пол, жадно глотая воздух. — Подойдёшь или напишешь мне помимо вопросов учёбы — убью. — Зловеще прошептал мальчишка. Рыдая в комнате с папкой в руках, Поттер не знал, что ему с ней сделать. Хотелось сжечь и было жалко. Достав фотоальбом матери, Гарри в сотый раз стал рассматривать фотографии. — Блядский Северус Снейп. — Взбесился Гарри, увидев на одной из фото Северуса на заднем фоне. Как по волшебству все фотографии пошли рябью и стали меняться. На новых подвижных фотографиях была уже не только Лили, но и Сириус, Джеймс, Люпин, Петтигрю, Снейп и много других. Ещё больше он был шокирован от Снейпа, Лили и Джеймса на более интимных снимках, от некоторых Поттер заливался краской и хотел Обливиэйтнуть себя. То они втроём лежат на кровати, спасибо богам полуодетые, то рыжая девушка целуется с Поттером, на следующем она со Снейпом так же страстно проверяют друг другу гланды. В альбоме не было ни одного момента, где Джеймс и Северус хотя бы влюблённо смотрят друг на друга и Гарри не знал рад он этому факту или нет. — Джеймс Поттер. Снимки опять пошли рябью и стали такие как прежде — милыми, идеальными, ни о чём и без грязного белья. Подорвавшись с кровати с альбомом, Поттер помчался к зельевару. Мальчишка застал мужчину в личном кабинете за столом. Перед ним был стакан с чем-то тёмным и явно алкогольным. Северус явно был удивлён появлением Гарри, второй раз за день. — Так ты ещё и алкоголик. — Не дав вставить слово мальчишка «переключил» альбом на тайные снимки и кинул его раскрытым перед носом профессора. — Когда именно вы давали моей матери обещание? Тогда, когда в ней был ваш язык или член, профессор? — Гарри! Следи за речью! — А то что, профессор? Баллы снимете или в угол поставите? — Желчь так и лилась с мальчика. Тяжёлый вздох вырвался из зельевара. Тишина затягивалась. — Скажи, наконец, правду, Снейп! — Губы дрожали, глаза заволокла пелена слёз, что в приступе ярости исчезли. — Что ты знаешь о магических триадах? — Нет, нет, нет! — Гарри о них читал. — Прости. — Тихо прошептал мужчина. Он встал и хотел подойти к мальчишке, но тот попятился назад. — Засунь своё «прости» себе в задницу! Хотя, боюсь тебе понравится. Громко хлопнул дверью Поттер побежал куда глаза глядят. На магический выброс не осталось сил, так бы он разнёс кабинет Снейпа в пыль. Магические триады очень редкие явления. В треугольниках всегда есть женщина, которая рожает магически сильного, живучего и удачливого наследника или наследников объединяющих и очищающих два Рода, а если ведьма чистокровная так все три. Изначально, в истории Магии дети триад были почётными магами. Неприкосновенными. Но потом, как всегда, всё пошло наперекосяк. Одному психу захотелось власти, сошлись звёзды — родился ребёнок триады, а ублюдок очень не хотел сильного конкурента потому начал пропаганду против «золотых» детей. Слово там, выдуманная страшилка, пару страшных слухов, теорий, «легенд» и вот пришли к тому, что таких детей вылавливают, убивают или приносят в жертву на алтарях так же, как и их родителей. И ладно Великобритания, но оказалось, бредовые выдумки и идеи разносятся по свету очень быстро и в истории началось кровавое время. Спустя столетия преследований и убийств, Рода истребляющие триады и их отпрысков начали загибаться. Маги заметили, что что-то не так, включили голову, подумали и прекратили охоту. Прошли года, всё начало налаживаться и вот снова родился волшебник, который неровно дышал к одарённым детям и их силе. Гад нашёл способ как провернуть всё в свою пользу. Он загонял триаду в такие условия, что у тех не было другого выбора кроме как пойти «под крыло» то есть стать вассалами, а когда родился ребёнок Магии, гадёныш избавлялся от родителей, конечно же не своими руками, а отправлял на невыполнимые задания по типу «Принеси то — не знаю, что» в разные опасные местности. Если хоть один родитель чудом выживал, то заболевал неизлечимой болезнью и быстро умирал. Ребёнок триады рос под чутким вниманием ублюдка, а потом женитьба и дети от сюзерена. По истории, в тот период было аж две триады. Одна из которых покончила жизнь самоубийством, но не согласились на условия сделки очередного психа. И вот спустя долгие года оказалось, что он дитя триады, которых очень долгое время не было на Туманном Альбионе. Он понимал скрытность Снейпа, но не принимал. Запретный лес встретил мальчишку своими тёмными, опасными объятиями. Гарри настолько ушёл в себя, что не замечал ничего вокруг, пока его не окликнули. Это быстро вывело слизеринца из оцепенения — Хэй, парень, здесь бегают красные колпаки, и они очень хотят свежей крови. Гарри вздрогнул, поднял голову и увидел сидящего на дереве светловолосого парня лет шестнадцати-восемнадцати. Одет тот был в светлые потрёпанные штаны и рубаху. — Я знаю, что невероятен, но я вижу, как злые карлики уже совсем рядом с тобой. Лезь сюда! Оглянувшись, мальчишка заметил, как со всех сторон к нему тихо лезут свирепые коротыши. Их стекающая слюна, оскал показывающий острые зубы, красные глазёнки и острые когти дали отчётливое понимание, что они хотят мяса и крови. Защититься с помощью магии слизеринец был не в силах после магического всплеска. Недолго думая, Поттер взлетел на дерево к незнакомцу. На счастье, красношапы лазать по деревьям не умеют. — И что ученик Хогвартса забыл в Запретном лесу? — Мягкий голос с хрипотцой, обратил на себя внимание слизеринца. Сероглазый парень внимательно рассматривал Гарри. — Что забыл в Запретный лесу простой маг? — Ух, как невежливо отвечать вопросом на вопрос, мистер! — Шутя проворчал парень. — Кайдин, а тебя? — Гарри. — Мальчишка пожал протянутую руку и его легонько ударило током. Кайдин видимо ничего не почувствовал или же не показал виду. — Я собирал ингредиенты и решил посмотреть на Хогвартс, хотя бы, издалека. А ты что здесь забыл? — Гулял. — Не самое безопасное место для прогулки. — Соскучился по школе? — Поттер проигнорировал замечание и хотел перевести разговор в другое русло. От «тонкого» ухода с темы, парень весело хмыкнул, но поддался. — Неа, я учился в Дурмстранге. В прошлом году окончил школу. — Оу, у тебя нет акцента. Почему не Хогвартс? — Семья не захотела, вот и отправили меня на край света. В прямом смысле. Ребята болтали обо всём подряд, уже стало стремительно темнеть, а коротыши так и не уходили — ждали свой ужин. Когда стало совсем уж ничего не видно, Кайдин достал волшебную палочку, наколдовал Люмос и бросил пару мощных заклинаний в кровавые колпаки. Те разбежались кто куда. Поттеру хотелось хлопнуть себя по лбу. Он совсем не подумал о магии незнакомца. Тот прочитал выражение лица Гарри, игриво ухмыльнулся и спрыгнул с дерева. — Помимо ингредиентов, что мне нужны были, я хотел насладиться одиночеством, но твоя внезапная компания стала для меня ещё большим наслаждением. Пошли, я проведу тебя. Кайдин помог Поттеру спуститься. Магическая палочка парня стала указывать путь к школе и подойдя к барьеру, мальчишка попрощался с новым знакомым. Уже в главных дверях слизеринец столкнулся с Филчем. Старик выглядел обеспокоенным. На удивление тот не стал орать или отчитывать, а обнял мальчишку. — Отправь весть друзьям, они всю школу носом рыли в поисках тебя. Хватит плакать и идти спать пока не назначил отработки. — Я не плачу. — Хлюпнув носом пробормотал мальчик. С новым знакомым все тревоги, новости, события ушли на задний план, но вернувшись в школу, всё снова нахлынуло. На следующий день, Гермиона не стала отчитывать слизеринца за пропажу. Друзья видели состояние мальчишки и решили не устраивать допрос, пока что, а продолжили поиски старого кабинета. Ещё одним ярким событием стало письмо Кассия, такое имя выбрал оборотень потерявший память. Почему именно это имя Поттер никак не мог понять, но ничего не спрашивал — у каждого разный вкус. О вервульфе Поттер не рассказывал никому из друзей. Только «Флимонт Поттер» он же Снейп знал о проживании мужчины у Дурслей. Гарри не собирался сообщать о новом знакомом, но Петуния решила всё сама. И ох какое ответное письмо они получили! Можно разбирать на цитаты если бы мальчишка не был зол на зельевара и его обман. Кассий писал о том, как они соскучились, как к нему начали возвращаться отрывки воспоминаний, пока только детских, но вот своё имя так и не помнит. Ещё писал, как они переживают за него, ведь Петтигрю на свободе. «– С нетерпением ждём тебя дома.» От таких простых слов незнакомца хотелось плакать. Эти слова должны принадлежать его родителям, а не оборотню, которого чуть не застрелил. Следующую неделю, Гарри избегал Снейпа, прогуливал зельеварение и ел на кухне, а не в Большом зале. Один из дней был самым плохим с самого утра. Слизеринец плохо спал ночью из-за кошмаров, друзья потеряли терпение и начали забрасывать расспросами, всё валилось из рук, опаздывал на занятия и приходилось бегать по всему замку так ещё и смотреть чтобы не столкнуться с зельеваром и директором, который устав пытаться устроить «случайную встречу», «попросил» Гарри зайти к нему на чашку чая после уроков. Римус Люпин выбрал именно этот день, чтобы решиться поговорить со слизеринцем. Люпин стал профессором ЗОТИ так как Локхарт состряпал новый роман и укатил в кругосветное путешествие. Уходу недоразумения были рады абсолютно все, особенно Рон, который в честь этого события подкинул пару вонючих бомб в чемодан Локхарта. Люпина полюбили все. Мужчина интересно преподавал, давал много практики и задавал мало домашней работы. Казалось, всё отлично, но он ужасно бесил Гарри. Вид, взгляд, повадки побитой собаки выводили его из себя. После первого занятия профессор задержал его на разговор, в котором каялся, говорил, как ему жаль, что убили Лили и Джеймса. Как жаль, что он не поверил Сириусу, ах как он был разбит и потому ни разу не навестил сына лучших друзей. И тому подобные никому не нужные сопли. В этот раз, профессор пытался разузнать о нахождении Блэка. — Профессор, Сириус взрослый человек, который сам решит кому сообщать о своём местонахождении. — Да, ты прав, но я скучаю… — Простите, сэр, я не намерен влезать и слушать о ваших отношениях с крёстным. Я передам, что вы интересовались им. — Враньё. Он не собирался писать об этом Блэку, даже если бы мог. — Я пойду? — Д-да, конечно. Если что-то будет нуж… Поттер не дослушал. Он многое знал о Люпине благодаря рассказам Сириуса и письмам «Флимонта Поттера». Мальчишка не судил других по сплетням, но некоторые выводы делал. Он искренне желал узнать Римуса, но, когда встретился с ним, тот начал его раздражать. Выбросив профессора ЗОТИ из головы, мальчик поспешил к дорогому директору. Выскочив из-за поворота, мальчишка врезался в девчонку из Хаффлпаффа, что шла в стайке одногруппниц. Девочка была миниатюрной и выглядела не на двенадцать, а на лет восемь-девять. Большие голубые глаза уставились на Гарри, щеки покраснели, чёрные волосы распушились. — Прости, ты в порядке? — Д-да. — Схватив рукав мантии Гарри, девчушка обратилась к однокурсницам. — Идите я вас догоню. Заинтригованный, Поттер смирно ждал продолжение разговора, молясь богам чтобы это не было признание в любви — тогда он умрёт на месте со стыда и неловкости ещё до возрождения Волдеморта. — Я хотела п-поговорить… эм… кхм… попросить прощения. — Такого Гарри не ожидал. — За что? — В прошлом году, когда Наследник и Василиск… я была на стороне тех, кто считал тебя виновным. Прости. — Гарри упал в прострацию. Тишина затянулась, девчушка разволновалась ещё больше и потому затараторила. — Нотт объяснил почему наши подозрения глупы, а когда твои друзья… п-прости. Ой! — Закрыв ладошками рот, она с ужасом уставилась на Поттера. — Нотт? — Выгнув бровь, мальчишка навис над девочкой и поймал за руку, когда та собралась сбежать. — Мерлин… эм, только не говори ему, что я проболталась. Когда всё… — Да-да, я понял, когда все решили, что я псих-убийца то?.. — Теодор и Пьюси защищали и доказывал твою невиновность. А потом пригрозили чтобы мы ничего тебе не говорили. — Уже хныкая договорила хаффлпаффка. — Успокойся. Всё хорошо, спасибо, что рассказала. Гарри отпустил девочку и решил поговорить с Теодором. — Что за день серьёзных разговоров? — Пробурчал Поттер, идя к Дамблдору. Ради приличия назвав пароль горгульям, слизеринец поднялся в кабинет. — Гарри, проходи, садись. — Добродушная улыбка озарила лицо старика. — Чаю?