***
29 ноября 2023 г., 20:36
Однажды это случается. Ты получаешь письмо с именем. Именем твоего подопечного, которому ты назначен судьбой.
Когда это случается, ты идёшь на кухню, завариваешь чай и долго пьёшь, читая письмо-обращение к покровителю. Ты узнаёшь, что должен активировать особую печать, которая на три года свяжет тебя с твоим подопечным. Ты узнаёшь, что если не сделаешь это, то твоё физическое состояние будет становиться всё хуже и хуже, пока ты не умрёшь. Потому что это честь — быть покровителем. Потому, что отказавшись от своего долга, ты совершаешь преступление.
Тогда ты сидишь на кухне, смотришь на имя, написанное на бумаге, и пытаешься прикинуть, долго ли сможешь не активировать печать. Ведь как только ты это сделаешь, начнётся обратный отсчёт, и через каких-то три года ты больше не увидишь этого человека. Потому что покровители приходят однажды, а затем уходят навсегда.
Какаши ворочался на кровати до четырёх утра, потом сдался и пошёл на кухню готовить завтрак. «Надо попросить тональник у Рин» — подумал он, глядя на синяки под глазами. Прошёл всего лишь месяц с тех пор, как он получил подопечного, но не активировал печать, и уже появились первые побочные эффекты. В первую неделю он просто засыпал дольше обычного. На вторую ворочался час, хотя спать хотел. На третью… Можно догадаться. Он приготовил завтрак. Глаза слипались, но он знал, что это ровно до того момента, пока не ляжет в кровать. Руки дрожали. Яичница чуть не полетела на пол.
Ему повезло — в офисе во время общей планёрки получилось незаметно прикорнуть на пару минут. Стало легче. Обеспокоенная Рин поймала в коридоре и попыталась вразумить. Она догадалась о ситуации и настаивала, чтобы Какаши активировал печать пока не поздно.
— Почему? Ты ведь знаешь, что будет, если ты этого не сделаешь…
— Я не могу.
Какаши едва мог сидеть за компьютером: цифры и формулы на экране расплывались. Зевать хотелось постоянно. Ужасно чесалась рука. Если бы не Обито, он бы получил выговор. Обито не пытался вразумить Какаши — просто брал часть его работы и матерился себе под нос.
«Но это ведь не может долго продолжаться» — думал Какаши, пытаясь проморгаться. Перед его глазами как будто постоянно резали лук. Уже и вкус во рту появился… Но хуже всего была постоянная слабость во всём теле.
Телефон бжикнул. Сообщение от Минато, приглашение на день рождения. Какаши вздохнул. Он почти забыл.
Выбирая после работы подарок, Какаши заметил пару. Взрослая женщина и девочка старших классов. Они стояли у прилавка и обсуждали, какую резиновую уточку лучше выбрать: синюю или всё-таки классическую желтую. На запястье женщины был черный узор — знак, что она покровитель. У девочки был такой же. Кассир нетерпеливо напомнила о себе. Какаши расплатился и вышел на улицу с большим подарочным пакетом.
В доме Намикадзэ было шумно. Из спальни Наруто раздавался гогот. Минато увлечённо рассказывал гостям очередную забавную историю с работы. Кушина крепко обняла Какаши при входе и убежала что-то доставать из духовки. Пахло вкусным ужином, шампанским и тем особым запахом дома Намикадзэ, который Какаши очень любил — свежевыстиранное постельное белье и средство для мытья полов с лавандой. Где бы ни была семья Минато, Какаши казалось, что они везде за собой приносят этот тёплый уютный запах, и ему всегда становилось гораздо легче, когда он его чувствовал. И сейчас после нескольких бессонных ночей от одного этого у него в горле появился комок.
День рождения Минато всегда был особым праздником. Собирались все его многочисленные друзья, коллеги и родственники. Даже семья Собаку Но приехала из другого города специально ради этого. Какаши пытался разговаривать с теми, кто сидел рядом, но его внимание отвлекала компания Наруто. Тот сидел в окружении Гаары, Темари и Канкуро и увлечённо обсуждал покровителей. У всех, кроме Наруто, уже были печати на запястьях. Ребята делились, каково это, иметь покровителя, и Наруто, хоть и радовался, с каждой историей становился чуть печальнее.
— Не переживай, — сказал Гаара. — У тебя тоже будет покровитель, Наруто. Просто ко всем он приходит в разное время.
— Ага, видимо, ко мне придёт на пенсии, — пробубнил тот себе под нос.
Какаши помнил Наруто ещё совсем малышом и ему было странно, и одновременно очень интересно наблюдать за тем, как тот растёт. Вот ему был год, потом пять, затем восемь и сейчас ему уже шестнадцать. Какаши нервно почесал руку. На сгибе локтя было пятно неприятной красноватой сыпи, и Какаши знал, что скоро оно расползётся по всей руке.
Какаши любил момент, когда все гости расходились. На столе погром из тарелок, недоеденных салатов, мяса и блюдец с остатками торта. Из запасов достаются припрятанные бутылки вина, разговор течёт медленно, и в основном это воспоминания о прошлом, сплетни о новых и старых знакомых — беспорядочный и непринуждённый трёп. Наруто всё больше перетягивает внимание Какаши, и в какой-то момент Минато и Кушина начинают убираться, а они всё болтают. Какаши часто моргает, стараясь не заснуть, улыбается, слушая Наруто и, наверное, единственное, чего хочет, так это чтобы вечер не кончался.
Но всё заканчивается. Какаши снова в своей квартире перед кроватью с холодными простынями. Он пьёт снотворное в надежде, что это поможет, но знает — напрасно.
В выходные Наруто пришёл к Какаши с ночёвкой. Он заметил состояние Какаши на дне рождения и очень забеспокоился. Он хотел помочь, держался до последнего, но всё равно заснул, а Какаши смотрел на него спящего. Он прошёл на кухню и достал спрятанное письмо покровителя, которым никак не хотел стать. Повертел бумажку в руках, снова прочёл имя, вздохнул. «Всего три года?»— подумал он и положил письмо обратно, а затем сложил печать и вместе с чёрным узором на запястье к нему пришло облегчение. Как только он положил голову на подушку, то сразу заснул.
На следующее утро Наруто разбудил Какаши радостными возгласами. У него появился покровитель! Теперь его жизнь изменится! Ведь покровитель всегда идеально подходит своему подопечному, его наставник, друг и человек, который может понять его лучше, чем кто бы то ни было! Какаши сонно сел в кровати и какое-то время со слабой улыбкой слушал Наруто, кивал и старался тоже почувствовать радость, но не мог.
— Что с тобой? Это же круто! Ты не рад? — глаза Наруто лучились счастьем. Какаши хотел сказать, что всё в порядке и он очень рад, но взгляд Наруто упал на рисунок на запястье Какаши. Наруто мгновенно перестал улыбаться. Черные узоры на их руках были одинаковыми.
— До пенсии ждать не придётся, — попытался пошутить Какаши, но получилось слабо.
Когда ты становишься покровителем, у тебя есть обязанности, и ты не смеешь их нарушать. Даже если знаешь, что через три года у тебя больше не будет семьи, пусть и не родной. Какаши познакомился с Минато ещё подростком — в самый темный период жизни, когда казалось, что его существование это побочный эффект плохих контрацептивов, и отвечая на одни и те же вопросы соцработников, думал, что лучше бы его и вовсе не существовало. Минато сумел доказать, что Какаши заблуждается. Он стал ему если не отцом, то старшим братом, и уже много лет помогал справится с черной незаживающей дырой в душе. И теперь Какаши сделает всё, чтобы вернуть долг. Даже если мысль о расставании убивает, он примет горе родных и постарается сделать всё, что в его силах.
Покровитель и подопечный связаны чем-то большим. За три года Какаши убедился в этом. Он всегда знал, когда Наруто нуждался в нём и оказывался рядом. Всегда знал, что нужно сказать или сделать, чтобы подбодрить. Они проводили много времени вместе, и, казалось, Какаши не делал ничего особенного, но все вокруг замечали, как Наруто взрослеет.
Когда срок в три года подходил к концу снова был день рождения Минато, семейный ужин и разговоры допоздна. Какаши смотрел на знакомый дом так, словно хотел запомнить каждую деталь.
— В следующем году, подари мне пару тех галстуков, что мы видели, — сказал Минато ободряюще.
— О, нет, только не те ужасные в полоску, — посмеялся Какаши, как будто действительно верил, что он будет на следующем дне рождения.
Перед уходом Кушина и Минато обнимали его крепче и дольше обычного. Никто не знал, что происходит после трёх лет. Они лишь пытались делать вид, что всё будет хорошо.
— В воскресенье у фонтана, помнишь? — спросил Наруто немного нервно, когда Какаши вызывал лифт.
— Конечно, — он помахал ему и двери лифта закрылись.
Суббота была последней. Наруто хотел снова остаться на ночёвку, но его унесло куда-то по своим делам. Он даже не ответил на сообщение Какаши.
В воскресенье черный узор исчез. Ничего особенного не произошло. Обычное утро, завтрак, кофе, те же мысли и чувства. Какаши должен был куда-то пойти, но никак не мог вспомнить куда и зачем. Он набрал Обито и они договорились встретиться у фонтанов. В назначенный час он сидел на скамейке. Струи воды поднимались высоко, сквозь них светило солнце и во влажной дымке появлялась радуга. Было ещё тепло. Пришёл Обито, и когда они уже собирались уйти, светловолосый парень с голубыми глазами попросил их сфоткать его с друзьями из другого города. Какаши взял телефон, навёл камеру и что-то больно укололо его в самое сердце, когда он увидел радостное лицо светловолосого парня на экране. В тот момент, когда Какаши передавал телефон, их руки соприкоснулись и на короткое мгновение парень озадаченно посмотрел на Какаши.
— Такое чувство, что я вас знаю, — сказал парень неловко улыбаясь.
— Может, где-то виделись, — Какаши пожал плечами.
Они смотрели друг на друга чуть дольше, чем чем обычно это делают незнакомцы. Какаши почесал запястье.
— Знаете, это, может, странно, но мы сейчас в кино идём — пойдёмте с нами? — светловолосый парень показал на свою компанию.
Какаши улыбнулся. Это правда было странное предложение, но что-то внутри подсказывало ему, что стоит ответить «да».
