#БЕЗМАСОК

- Может предупредим его всё же? — успокоившись от смеховой истерики спросила Романова, — а то он потом убьёт меня. Не вас! Меня! А я хочу жить ещё долго и счастливо. — Константиииииин! — заорал Шепс, — Констааантииин! Выгляни в окошко! — Не дам тебе нихуя, — дополнил Влад, толкая в бок Марьяну, — как и Вы. Почему-то периодически Влад забывался и начинал выкать Марьяне, это всегда звучало очень забавно для всех, как и для него самого. — Костя! — помогала Саше Райдос, — важное дело! Минуту твоего внимания! Гецати только через пять криков на разнообразный лад подошёл к окну. … Лина смотрела из окна готзала на своих коллег, которые стояли на улице. Ей не хотелось к ним спускаться. Во-первых, она была не одета для долгой тусовки на улице, во-вторых, хотелось поддержать Гецати, раз уж остальные поддерживающие свалили вместе с наезжающими. Надежда Эдуардовна стояла с Димой и Олегом. А Виктория, выбрав компанию ещё хуже, прекрасно проводила время, судя по периодически доносящемуся ржачу, с Череватым, Марьяной и Шепсом старшим. — Да ладнооо! Им нормально, Кость, посмотри, пиздец. Кость! Пиздец! Только что Виктория с Сашей лили дерьмо друг на друга, а теперь ржут, как лучшие друзья! Как так можно? Я в ахуе. — Я не хочу это комментировать, — оторвавшись от телефона пробубнил провидец, — пусть всё это остаётся на их совести. — Тебе не обидно? — пыталась достучаться до мужчины Лина. — Мне всё равно, — безразлично ответил Гецати. — Константин, ты же врешь, я не верю тебе, я вижу, что тебе тяжело, ну камооооон! Давай поговорим. Я специально осталась. — Лина, здесь не о чем говорить. Эти люди для меня не… — Александр орёт что-то. Твоё имя! Иди сюда, — Джебисашвили рукой подозвала мужчину к себе. — Меня? Серьёзно? Константин в одну секунду подлетел к окну, будто только что не он рассуждал о безразличии ко всему происходящему. *** — Вы сказали, месть подойдёт любая? — закричал Череватый, как только увидел в окне Константина, — не передумали? Гецати отрицательно помахал головой. — Саш, это да или нет, я не догоняю? — Думаю, это «нет», не передумал, но давай уточним. — Марьяна может сделать, что угодно, и ты не убьёшь ее потом? — крикнул Шепс. Гецати утвердительно кивнул и показал большой палец в подтверждение кивка. — Отлично, — рассмеялась Вика, — мы убедились, что Костя не бросает слов на ветер. — Ой блядь, — закатил глаза Шепс, — мы убедились только в том, что он понял, что у Марьяны есть защитники. — Воины света? — Не, воины света — это которые за сотку готовы были ставить колы Шепсам, — уточнил Влад, — на самом деле все и бесплатно хуярили. Платить ещё за это, никаких денег не хватит. Ебануть кол — такой кайф на самом деле, мне надо было сделать это раньше, я что-то подссыкал. — И что же изменило твоё мнение? — поинтересовалась Райдос. Она бы с удовольствием влепила ряд колов старшему Шепсу, но боялась ответных оценок. Просто не могла себе позволить терять баллы из-за мимолетного порыва. — Марьянка изменила моё мнение. Я позавидовал, что она не боится. Подумал, чем я хуже? — Я не агитировала тебя, — подняла палец вверх Романова, — просто показала другой путь. — Путь, который ведёт тебя на последнее место в турнирной таблице, Марьян, — не смогла промолчать Райдос. — Не всё измеряется баллами, Вика. Я не о чем не жалею. — Вы заебали философствовать, давайте лепить уже. Холодно просто так стоять, и время ограничено, — Череватый забрал из рук Марьяны электронку, — всё, пойдём уже, хуй сам себя не слепит. … Никогда ещё экстрасенсы не работали так слаженно, как в этот снежный вечер. Саша, Влад, а чуть позже и Олег с Димой накидывали гору снега на капот машины Константина Гецати. Марьяна прессовала его голыми ладошками, которые вскоре покраснели от холода. — Снеговика решили слепить? — поинтересовалась Надежда Эдуардовна, подошедшая на всеобщее веселье. — Ну типа, — усмехнулась Марьяна, приглаживая новую порцию снега к машине. — Какой-то он у вас хуевый, — уже в голос смеялась Шевченко. — Марьян, надень, пожалуйста, перчатки, на тебя невозможно смотреть, холодно, — попросила Вика. Она не участвовала в процедуре лепки, но невзначай подпинывала ребятам снег и раздавала советы, снимая процесс для своего влога. — Марьяна, правда, надень перчатки! У тебя руки отвалятся, мы не можем потерять своего скульптора. — Саш, у меня их нет, дома забыла, наверное, или ещё где, — рассмеялась Романова. — У меня их сроду не было, — Шепс взял Марьяну за ладошки и поднёс их к своим губам, согревая дыханием. — У меня есть! — Олег кинул в брата комком из перчаток, — мама всегда говорила, что ты совершенно безответственно относишься к своему здоровью. — Спасибо, братец. Хоть какой-то с тебя толк, — Саша натянул на Романову огромные перчатки Олега, одновременно уворачиваясь от снежков, которые в него кидали и брат, и Дима. — И как мне теперь лепить? Я не чувствую материал! Мне нужна помощь. Саш, слепи что-то важное! — Яйца пусть лепит, — ржал Череватый, — Александр у нас эксперт по яйцам. — Я бы пожертвовал свои яйца Константину, но они мне нужны самому. Пусть у него хотя бы снежные будут. Вся компания разразилась оглушительным смехом. — Сейчас бы сюда моё красное ведёрко, — указал на уже достаточно большой снежный член Череватый, — прям наверх. Было бы супер! — Ведёрко, которое ты спер на нашем испытании? — Вика навела камеру на Влада, — нехорошо брать чужие вещи. — Чего же Вы меня не остановили, Виктория? — Ну я… Не твоя мама. — Вика, прекрати, он уже осознал свою вину и больше не будет брать чужие ведерки. — Да! И чужую земельку тоже! Я очень сильно приношу извинения или как это сказать… Сожалею! Простите меня, о великая Сахая! Череватый сделал реверанс перед Романовой и поскользнувшись, растянулся у её ног. — Пинаем его! Смотрите какой шанс! Надежда Эдуардовна! Вперёд! Это тоже, кстати, рабочая практика в нашем регионе, — пошутил Матвеев. — Давай руку, — Марьяна протянула Владу свою ладонь в огромной перчатке Шепса. — Вы как краб, — смеясь поднялся со снега Череватый. — Крабья рука дружбы всегда к твоим услугам. *** — Кость, ну они конечно ващее! — Лина качала головой, нарочито неодобрительно глядя на то, что творится под окнами, — с чего они так на тебя? Пиздееец. Это несправедливо! Ты же им ничего не сделал! Вот придурки. А Виктория почему с ними стоит? А Надежда Эдуардовна? Константин выдавил кислую улыбку и отмахнулся, типа его нисколько не тревожит, что на его машине возводят монумент. — Да пусть резвятся, детишки. Что с них взять. Каждому своё. До них донеслась фраза Влада про ведёрко на самую верхушку. Лина хихикнула, но тут же взяла себя в руки, придав лицу максимальную скорбность. Казалось, ее разрывает от двух противоположных эмоций — было увлекательно смотреть за происходящим, как за весёлым шоу, но при этом она хотела показать Константину, что шоу это она не одобряет и даже презирает. — Ещё и ржут, как кони! — не унималась Лина, подливая масла в огонь, — нет, ну ебанутыее, — она протягивала слова, словно это придаст им большее значение. Константин максимально сдержанно произнес, как ему казалось, мудрость всего аланского народа: — То, что происходит сейчас — в психологии это называется сублимация. Когда в жизни не хватает сексуальной энергии, люди всячески пытаются получить ее таким образом. Фрейд об этом часто упоминал. Казалось бы, взрослые люди, которые обсуждают и осуждают взрослые вещи в готическом зале, а теперь это ребячество — лепка полового органа. Гецати и Лина уже довольно долго наблюдали за тем, как идёт постройка члена на капоте его машины. Дима и Олег уже успели устроить битву снежками, а до этого помогали другим накидывать снег на машину. Марьяна с Сашей и Владом усиленно добивались сходства снежной постройки с задуманным объектом. — Сашка такой дурак, он же замёрзнет. Ведёт себя, будто ему всё нипочем, — снова цокнула языком Лина, — заболеет же. — Александр накинул своё пальто на Марьяну. Похвально. По-мужски. Хочет получить её внимание. Тоже простейшая психология — одному надо, и всем надо. — Константин, и тебе надо? — вырвалось у Лины. — Что? — Её внимание? Она тебе нравится? — Нравится, — ответил Гецати, но тут же дал заднюю, — то есть Марьяна бы мне нравилась, если бы не ее характер. Кусается, эмоциональная, своевольная, и провокаторша еще. Слишком любит тактильность — дешёвые женские фокусы, я на такое не ведусь. А так, Марьяна, безусловно, красивая женщина. Кто же спорит. Гецати не мог оторвать взгляд от Романовой, которую в данный момент держал на руках младший Шепс, чтобы она смогла дотянуться до вершины их совместного великого творения. Женщина звонко смеялась и давала указания Олегу, который молча их выполнял, двигая её то вправо, то влево. Как только дело было сделано и молодой человек поставил ведьму на ноги, она тут же чмокнула его в щеку и поправила тёмные разметавшиеся мокрые кудри Шепса младшего. — С Олегом уже целуется, — с грустью отметила Лина, — такая она, конечно… — Наверняка её муж уже поседел, если не был до этого седым. Очень трудно жить с такой женщиной. Близко к невозможному. Сочувствую ему. Всем сердцем. — Угу, — подтвердила Джебисашвили. Лину невозможно бесил факт, что внимание Олега не принадлежит ей самой. Шепс младший был ведомым. Даже, скорее, ему были безразличны некоторые вещи. Если Лина предлагала ему куда-то сходить, он соглашался. Но если кто-то предлагал другой план на выбранный день, Олег соглашался и с ним, забыв о том, что обещал ясновидящей. В глубине души Джебисашвили понимала, что Олегу нет до неё никакого дела. И что апогей их общения — это вынужденные посещения мероприятий по контракту ТНТ и красивые фотки для социальных сетей во время съемок Битвы Сильнейших. А вот брат, Дима, и даже Романова… У него были к ним чувства, какие-то живые, более настоящие. Понятно брат, ну ещё ладно Дима, они подружились с самого начала проекта, но почему чертова Машка? Она отобрала у Лины и Олега, и Влада. Джебисашвили уже начала сомневаться, что ведьмы не существуют. Эта женщина смогла приручить всех демонов Череватого. Он с рук её готов был есть, что совершенно не было в стиле чернокнижника. Лине казалось, что парень ненавидит всех людей, просто кого-то больше, а кого-то меньше. А теперь он искренне улыбается, смеётся, делает подарки, научился говорить хорошие слова. И всё только для неё, хотя Марьяна вовсе не была для Влада объектом вожделения. Он безумно любил свою жену, и это не менялось со временем. Такое чувство, что ведьма залезла под его толстую кожу, вытащив оттуда маленького мальчика, который с широко распахнутыми глазами смотрит на приветливый мир вокруг. Но мир не был таким, Джебисашвили точно это знала. Влад будет разочарован. И всё из-за неё. Даже сейчас они с Константином вынуждены были терять своё время в этих четырёх стенах именно из-за неё. Интересно, а если не верить в проклятия и проклясть, то какой эффект будет? — промелькнула в голове Лины мысль, которую она тут же попыталась перебить чем-то более позитивным. *** Олег, наконец, опустил Марьяну на ноги. — Ты не умер меня так долго держать? — рыжая ведьма поцеловала Шепса в щеку, приглаживая его мокрые кудри, — я не сломала тебе шею? Ты точно остался цельным? Голова хорошо прикреплена? — Я не умер, ты ничего мне не сломала, — как обычно, совершенно спокойным тоном произнёс парень, — и верхушка члена теперь необычайно эммм живая, — вдруг засмеялся Олег, — сука… Это идеально! Поверить не могу, что у нас так охеренно вышло! — Сейчас ещё немного отполирую, как бы ужасно это не звучало, и будет не прикопаться, — Дима тростью сглаживал последние шороховатости на снежном органе. — Детский сад на выезде! — беззлобно махнула рукой Шевченко. — Ну, а что, всем известно, что в каждом взрослом живёт ребёнок, — отреагировала Марьяна, — тут и психологом быть не нужно, и даже психиатром. — И даже урологом, что немаловажно, — добавил Александр. Последнее замечание вызвало раскат смеха у всех, включая безуспешно пытающуюся сохранить серьезность Надежду Эдуардовну. — А вот сейчас действительно важный вопрос, господа экстрасенсы, — громко произнесла Виктория, снова нажимая кнопку записи видео, — кто-нибудь из вас мог предвидеть, что мы будем заниматься тем, чем занимаемся сейчас? — Да не в жизни! — быстрее всех ответил Влад. Остальные экстрасенсы, посмотрев друг на друга, тоже отрицательно замотали головой. — Что, и даже со мной нет? — повернулась к Череватому Марьяна, еле-еле набрав в перчатку снега, чтобы в случае не понравившегося ей ответа, запустить им в него. — Только если в адском кошмаре, — засмеялся Влад, — но, — увернувшись от снежка продолжил он, — так бы я сказал пару лет назад. А сейчас с Марьянкой я готов на любой движ, даже лепить ебучий хуй. — Ничего он не ебучий, очень даже солидный, — отметил Саша, оглядывая со стороны их произведение искусства. — В тебе я точно не сомневаюсь, — улыбнулась Владу Романова, — Ты же знаешь, что я очень ценю твою поддержку. Влад кивнул в ответ и, подойдя к Марьяне, со счастливой улыбкой во весь рот, протянул ей руку. — Крабья дружба навеки? — И крабья верность! Марьяна, расчувствовавшись, снова обняла Влада. — Трудно обниматься, когда на тебе сто пальто, — заметила ведьма, — и слезу даже не смахнуть, иначе глаз себе выбью. Все остальные на несколько секунд притихли, проникнувшись теплой дружественной атмосферой. — Ну ладно, — положила этому конец Райдос, — контент для влога есть, давайте заканчивать — я замерзла! Вставлю эту вашу милоту в видос, просмотры будут огонь, — подмигнула она Марьяне с Владом. — Хуй вставить не забудьте! Ну, в смысле, во влог, — заржал в ответ Череватый. — Я всё ещё в сомнениях, подходит ли это для моей аудитории, — задумавшись, серьезно произнесла Вика, — охват будет больше, но комментарии будут негативными. — А это же меньше голосов, катастрофа! Боже-Боже, мы все умрем! Зрители осудят Викторию Райдос за снежный член! — громко зашептал Александр, картинно закатывая глаза. Виктория, к ее счастью и счастью всех остальных, либо не расслышала, либо не посчитала нужным отвечать Шепсу. *** До конца того времени, которое выделил Марат на то, чтобы все успокоились, оставалось двадцать минут. Экстрасенсы пили чай в гримёрке, пытаясь согреться. Громкие обсуждения и смех, принесенные с собой с улицы наполнили помещение какой-то невероятно позитивной энергией. Гецати хмурился в телефон, делая вид, что работает. Лина делала вид, что освежает макияж, пытаясь не смеяться над шутками Димы и Олега. Получалось с большим трудом. — Кость, можно тебя на секунду? — Марьяна наклонилась к Гецати, отвлекая его от созерцания экрана. Её волосы коснулись стекла телефона, а лёгкий аромат духов мгновенно заполнил лёгкие аланского провидца. — Да, конечно, да... можно, да, — от неожиданности сбивчиво затараторил аланский провидец, — отойдем? — Если хочешь, в уголок, чтоб нас никто не уволок, — пожала плечами ведьма и сместилась на несколько метров от ржущих коллег, — так подойдёт? — Так отлично. Что ты хотела? — Тебе понравился снежный член? Красивый, правда? — обворожительно улыбаясь, произнесла Романова. — Вы постарались на славу. Надеюсь, я искупил свою вину? Не забывай, мне ещё счищать его с машины перед тем, как ехать домой, а у меня даже лопаты нет, — нервно улыбнулся Гецати. — В полной мере искупил, Костя. Я больше не злюсь. Знаешь, вряд ли мы сможем стать друзьями, но и врагами быть не очень хочется. Этот проект скоро закончится, и будет очень плохо для кармы тащить негатив дальше. Хиленький мир, а, Кость? Давай так? Марьяна протянула руку Гецати, искренне надеясь на его благоразумие. — Я согласен, — Гецати легонько сжал её пальцы, — не будем ссориться, мы же взрослые люди. Я никогда не хотел… — Марьяна! Иди сюда! Скорее! Я выложил письку в Инсту! — раздался громкий крик Александра Шепса, — и тебя отметил! С тебя репост, душа моя! — Я пойду, Кость, — Романова аккуратно высвободила пальцы из ладони Гецати, — хорошего вечера. Не сердись на меня. — Хорошо, не сержусь, и ты на меня, — Костя нехотя отпустил её, понимая, что договорить то, что он хотел, ему не удасться больше никогда. *** — Смотрите — смотрите, лайки множатся на глазах! Хуясе охваты! Вот это мы отожгли! Свят-свят, даже Толик охуел с нас! — тыкал в фото в социальной сети Череватый, радуясь, как ребёнок. — Вика-Вика-Виктория, — мелодично протянул Александр, — думаю, сейчас ты перестанешь строить из себя моралистку, и начнёшь бить себя по рукам, чтоб не выложить свой влог раньше времени. Рученьки уже начинают почесываться, а, Виктория? — Саш, не неси чушь, мой влог публикуется в определённое время, это алгоритм, я нанимала людей, которые изучали пики активности моих пользователей, — строго ответила Райдос. — Госпади, как скучно! — Марьяна закатила глаза, — у тебя для всего есть расписание? Если я буду в Питере и позову тебя на бокал вина, мне за неделю записаться? Или сейчас уже? Окошко есть? Хоть полчасика? Минут пятнадцать? Я залпом могу выпить бокальчик, если красненькое сухое. Романова получала истинное удовольствие от того, как Вика злится из-за полной фигни. Всего несколько слов и жрица культа предков в ярости. — Марьян, тебя для одного дня реально много, — отмахнулась Райдос, стараясь не показывать бешенство, — скорее бы уже нас позвали на съемку. — Господа экстрасенсы, просьба всем проследовать в готический зал, — точно по волшебству, после слов Райдос, в динамиках зазвучал голос редактора. — Блядь! Телефон завис. Я, сука, разъебу его о стену когда-то, — психанул Череватый, пытаясь сделать репост популярного на сегодня объекта. — Давай, пойдём, потом разъебешь, — Марьяна подтолкнула Влада к выходу, — он всё равно у тебя не такой дорогой, как у Вики, переживешь. — Очень смешно, — Райдос закатила глаза, обгоняя Романову и Владислава, всем своим видом показывая, что шутка совершенно глупая. — На самом деле смешно, — заржал Череватый на всю гримёрку. — Я знаю, — подмигнула ему Романова, — мне нравится её злить. Влад показал Марьяне сердечко из пальцев. Ведьма послала ему воздушный поцелуй в ответ. *** P. S. Дорогие мои подписчики! Хочу вам сообщить о том, что на этой неделе, мой влог сильнейшей выйдет гораздо раньше, чем планировалось. На это есть некие причины, о которых вы все скоро узнаете! Хорошего просмотра и не будьте слишком строги ко мне! С любовью, ваша Виктория Райдос. Жрица культа предков, победитель 16 битвы экстрасенсов и борец за традиционные семейные ценности.