Глава 7. Я просто сдаюсь
5 декабря 2023 г., 21:45
Прошло ещё две недели, которые для меня точно были испытанием. На собрании всей компании, сеньора Соланс представила будущего партнёра компании, объявив о слиянии. Хосе Нева, высокий, симпатичный, но очень неприятный тип, его похотливый взгляд прошёлся по всем женщинам. Он частенько ошивался в нашем кабинете, разговаривая с Мигуэлой. А мне хотелось выставить его за дверь, но моя дикая ревность не обладала такими полномочиями.
Я не задерживалась и уходила вместе со всеми, боясь остаться с Мигуэлой наедине, которая приходила раньше всех и уходила позже. Каждые три дня домой мне приходил букет желтых гербер, кажется у меня в студии теперь цветочный магазин. И один букет неизменно стоял на моём рабочем столе, на лепестках цветка которого было написано прости меня, на вопрос коллег, я ответила, что понятия не имею от кого приходят цветы, но их присутствие придавало рабочему месту уют, а мне не давали забывать про соблюдение дистанции между нами. Стоило мне встретиться с ней взглядом и я понимала, что готова простить всё лишь бы снова увидеть сияющие глаза, услышать мелодичный смех и так же я понимала, что эмоции улеглись и я готова к следующему шагу.
— Тебя подбросить? — спросил Пабло, собираясь домой.
— Нет, я задержусь, Пабло, — посмотрев на коллегу, который часто подвозил меня, живя в нескольких километрах от моей квартиры. Мы не были близкими друзьями, но в дороге домой, которая занимала около часа, всегда находили о чём поговорить иногда я была гостем в их доме, когда работа плавно переходила домой, замечательная жена и двое детей, с ними всегда было комфортно и уютно.
— Марит, ждёт тебя на ужин в пятницу, — напомнил Пабло.
— Я помню и ни в коем случае не пропущу день когда мне не надо будет готовить, — улыбнулась я, посмотрев на Пабло, над ответом он посмеялся.
— Тогда увидимся за ужином, — улыбнулся Пабло. — До свидания, Мигуэла.
— До свидания, Пабло, — крикнула Мигуэла. — Плодотворных переговоров.
— Всё будет на высшем уровне, Мигуэла, — посмеялся Пабло.
— Не сомневаюсь Пабло, — ответила Мигуэла, а я почувствовала её улыбку.
Я ещё несколько часов усердно собирала информацию и когда отчёт, хоть немного, приблизился к тому что я хотела видеть, победно потянулась в кресле, прикрыв глаза, осталось ещё несколько корректировок.
— Пора домой, Рэми, — подойдя к моему рабочему столу и выключая компьютер, безапелляционно проговорила Мигуэла, выдвинув моё кресло.
— Я не закончила, — возразила я, немного опешив от таких её действий, первый раз она подошла так близко с момента нашей ссоры.
— На сегодня закончила, будешь спорить я выключу главный рубильник, — пригрозила Мигуэла. — и я не шучу, я знаю где он находится.
— Мне осталось немного, сеньорита Соланс, — всё же не сдавалась я, поднявшись с кресла и попытавшись подойти к столу.
— Рэм, — остановив меня за руку и устало посмотрев на меня, обратилась Мигуэла. — Хватит уже, это глупо, неужели тебе так противно моё имя.
— Мига, — проговорила я, посмотрев на ладонь от которой по всему телу распространялось тепло.
— Я скучаю, по твоей улыбке, смеху, голосу, по взгляду, от которого я чувствовала себя самой счастливой, — нежно потянув меня на себя, прошептала Мигуэла, дотронувшись ладонью до моей щеки, а я не в силах была шевелиться, единственное, чего мне хотелось, это прижаться к ней ближе и я прикрыла глаза, тая от её прикосновения. — Мы обе страдаем, мне больно видеть, что работа превращается в ад для тебя. Я прошу перемирия.
Я так устала контролировать себя, злиться, держать дистанцию и сдалась, прислонившись к её лбу своим, и обняв её, чувствуя родной запах, снова впуская её в своё сердце или не в силах больше сопротивляться своему сердцу. Она как будто недостающая часть меня, соединяясь с которой, я чувствовала себя целой, но не знала, что так может быть до встречи с ней.
— Ты голодна? — спросила я.
— Да, — ответила Мига, я поцеловала её в висок, а затем, прикоснувшись к желанным губам, снова почувствовала равновесие и надежду на то, что у нас есть шанс начать заново. — Рэм, я.. я.. — долго собираясь с силами, заговорила Мигуэла, остановившись возле выхода и я увидела слёзы на её глазах, которые причиняли такую боль, что хотелось кричать. — Я выхожу замуж, через месяц.
— Поехали ужинать, — вытирая капельки боли, отчаяние и неизбежности с её щёки, прошептала я.
Я не восприняла её слова легко и спокойно, как это выглядело со стороны. Казалось, я забыла как дышать, а сердце — как биться, я наблюдала со стороны за тем, как рушится мой мир, снова, но всё, о чём я сейчас думала — как уберечь от летящих обломков Мигуэлу, я просто обязана быть сильной, оттолкни я её сейчас и она сломается, так же как и я.
— Ты не сказала ни слова, после нашего разговора в офисе, — осторожно заговорила Мигуэла, долго наблюдая за моими действиями на кухне.
— Кажется, что меня предали, дважды. Я не знаю, что говорить, Мига, — спокойно ответила я, продолжая готовить. — Я только начала тебе верить, а ты тут же, обрушила на меня вторую волну. Зачем ты снова добивалась меня, если всё равно уйдешь?
— Потому что без тебя я сломаюсь, — призналась Мигуэла. — Останься со мной.
— Остаться как кто: подруга, любовница, коллега, психолог? — положив нож на разделочную доску и повернувшись к Мигуэле, спросила я, на моих глазах проступили слёзы. — Кто я для тебя, Мига?
— Ты мой мост, Рейна, — подойдя ко мне и взяв моё лицо в свои ладони, проговорила Мигуэла. — Я не жду, что ты поймешь мои действия, потому что сама не понимаю.
— Ненавижу, — проговорила я, подхватив Мигу на руки, я так хотела снова почувствовать желанные руки, что готова была навсегда расстаться с голосом разума, который обречённо и разочарованно развернулся, сдался и ушёл, уступив место желанию.
Мы словно одержимые флюидами желания, искали контакта, пытаясь погрузиться друг в друга и насытиться, запоминая каждое нежное и бережное прикосновение наших тел. Снова и снова, падая и поднимаясь в наслаждении. Необходимый контакт, словно зависимость, трогать, чувствовать, задыхаться. Если это и есть любовь, то она не так прекрасна, как пишут в книгах, а я устала взлетать и разбиваться.
Месяц, у нас оставался ничтожный месяц, на то чтобы жить в иллюзии, что всё прекрасно и рай не закончится, обманывая самих себя и делая вид, что день, когда наши сердца разлетятся на тысячи атомов, не настанет.
— Рэми, нужно обсудить проект, — подойдя ко мне в середине рабочего дня, мягко проговорила Мигуэла.
— Дай мне десять минут, я почти закончила, — подняв голову, улыбнулась я.
— Буду ждать в переговорной, — положив ладонь на моё плечо, подмигнула Мига.
— Всем привет. А я к тебе, Мигуэла. — обняв Мигуэлу, проговорил Хосе, привычно поцеловав её в губы, в эти моменты я снова разбивалась о реальность, которую игнорировала. — Пообедаем?
— Я не могу, Хосе, — ответила Мигуэла. — Много работы.
— Тогда заеду за тобой в семь, родители ждут нас на ужин.
— Я помню, буду готова.
— Тогда до вечера. Рэмира, проследи чтобы она ушла пораньше, — улыбнулся Хосе.
— Непременно, Хосе, — улыбнулась я, про себя уже несколько минут избивая этого самовлюбленного идиота.
Я освободилась и направилась в переговорную, снова заблокировав здравый смысл, который кажется уже и не пытался спорить и возражать.
— Прости, я не знала, что он придёт, — извинилась Мигуэла, когда за мной закрылась дверь переговорной.
— Плевать, — подходя к Мигуэле и обнимая её, прошептала я, наслаждаясь запахом её тела.
— Я скучала, — уткнувшись мне в шею, проговорила Мигуэла.
— Мы не виделись всего десять минут, — улыбнулась я, но в голове пронеслось продолжение предложения, вскоре не будем видеться вовсе, но мне и не нужно было говорить это вслух, мы обе это понимали.
— Я помню, — прошептала Мигуэла.
Я оставила дорожку на шее из поцелуев и найдя желанные губы, оставила даже мысли о том, что вскоре все изменится, снова. Усадив Мигуэлу на стол, я не заботясь об идеально выглаженной блузке избавилась от неё, открывая взору более интересный вид, мои губы снова целовали грудь Мигуэлы, а дыхание и стоны любовницы, только разжигали возбуждение. Нижнее белье упало на пол и пальцы скользнули в разгоряченную плоть, нами полностью овладело желание, кажется эта переговорная утратила своё первоначальное назначение за последние две недели.
Что мы делаем?
Что я делаю?
Чем я думаю и думаю ли вообще, прекрасно зная цену, которую заплачу, следуя за чувствами. Боль и опустошение мы с ними прекрасно знакомы, но даже зная ступени, я не могла сказать, что смогу снова пройти через это.
Я видела в её глазах нежность, привязанность, трепет, и то что я могла даже назвать любовью. У меня не поворачивался язык поставить её перед выбором, я или семья, тем более, что я могла ей дать? Жизнь в студии? Я не имела права рушить её привычный образ жизни, мы выросли в абсолютно разных социальных слоях, и я не верила, что чувства ко мне выстоят перед теми проблемами, которые непременно бы встали на нашем пути. И если быть откровенной не верила в то, что я для неё та самая гавань, скорее одна из ступеней, ведущая к этой гавани. Когда первая влюбленность становилась гаванью? Слишком ничтожен шанс, но я знала, что эта ступень важна и я хотела чтобы воспоминания о нас не вызывали сожаления. Я со всей нежностью и любовью обнимала ту, кто никогда не будет моей, я знала, что мы просто оттягиваем неизбежное, но не могла разорвать этот замкнутый круг и не хотела, у нас есть время, и возможно воспоминаний об этом времени будет достаточно чтобы жить дальше?
