Адресат неизвестен

Тук-тук ворон на ветке. В лапах все те же скрижали, письма, депеши. Одиноки с тобой, нас никто не утешит, Ведь все мы безбожники грешны. К черту ненависть, к черту спешку, Я выбираю любовь и утопаю в молчании. Это не путь, это моё отчаяние Текст не дойдёт никогда до места, Где адресат еще неизвестен. Это не бес спокойствия, это ангел печали. Теперь я говорю то, о чем мы молчали, Что скрывали, топили, не замечали, О чем думали, о чем мечтали. Тараканьи бега переходят на шаг, Никто себе не достался на шару. И вся в мире любовь - цветастая мишура, Ведь победа всё же в доверии: Оно должно путаться в нейронах, быть вместо крови в артериях. Но есть и иной вариант, без доверия: Он нов, как ребёнок, но старее материи, К черту любовь, к черту медленность. Забудь про ритуальную жертвенность! Теперь ты будешь чудовищем, не принцессой, Ведь нет замков, драконов, а рыцари и вовсе повесы. Теперь ты многоглавая гидра, мантикора, химера, что скрывается за завесой. Выпустить стоит тени на публику: Нежная ты это отныне лишь дубликат. И каков отныне мир представший пред взором? Спешка и ненависть? Или как в прошлом цикле - позор? Нет, нет и нет. Сердце пробило двенадцать. Город спит пуще прежнего. Тебе же не надо цепляться. Появляются первые несколько слов, Те самые первые несколько важных основ: Личность и сила. Женское - это воля Божья. Женское - это кладезь мощи. И хоть клеймом себе высечи: Возвращаться не стыдно, но таких будут тысячи! Инсайт завершён, письма в ногах, депеша отныне - робот. Весенний город, осенний повод, больно, но ок в целом-то. Никогда не будет существовать адресата, Это все вымышленное, хоть и большая досада. Ворон на ветке, забудь разговор и улетай из апреля, к черту! Открыто было окно, в квартире воздух ужасно спёртый. Теперь что осталось: спящий город, пустая ветка, где раньше был ворон. И наконец тишина...