шипение.

«ой, извини, я уже договорилась погулять с.....» «приехать опять не смогу, сорян» и ты снова один. совершенно. никто не задерживается рядом с тобой дольше, чем на пару часов. всем плевать. а ты бежишь за всеми, кто хоть как-то обращает на тебя внимание, пританцовывая от радости быть не в одиночестве хотя бы эти пару часов, как собачка на задних лапках. да кому вообще интересно слушать твое нытье, которым ты так хочешь поделиться, но не говоришь почти ничего? именно поэтому никто не знает тебя так, как знаешь себя ты сам.       а знаешь ли ты себя сам? выходишь из дома, идёшь с полуприкрытыми и опухшими от слез глазами туда, куда попросту ведут ноги. щелчок, шипение и несколько кроваво-красных брызг, летящих во все стороны. подносишь банку к губам дрожащими руками.       драйв с ягодами? ещё и теплый. серьезно? на вкус как ссанина. или, что ещё хуже, дирол для нее. лучше бы ты монстра купил, но он стоит на двадцатку дороже. мелочное чмо. ладно. уже лучше, чем ничего.       тебе скучно. и немного холодно. недолго думая, набираешь старого друга, с которым давно не общался. не отвечает. есть последний запасной вариант. «мразь-идиот-сволочь-эгоист-приставучий-озабоченный-ублюдок» — проносится у тебя в голове, как только вспоминаешь его имя. зато ни разу не отказывал в компании. что, если ты попросишь его выйти, несмотря на свои старые обещания самому себе, его выходки и домогательства? по крайней мере, вдруг он не откажется? «абонент недоступен» — сообщает тебе механический голос. что ж, по крайней мере ты пытался. какой же ты наивный. отвратительно. «абонент снова в сети. в можете перезвонить ему.» несколько длинных гудков обрываются ломающимся голосом из трубки. ты еле заметно выдыхаешь — уже что-то. почти с мольбой: — мне просто совершенно не с кем тусить, может быть, выйдешь ненадолго побродить по улицам… — ты замечаешь, как твой голос мгновенно меняется с высокого усталого хрипа на низкий звонкий жизнерадостный с частыми усмешками, когда ты разговариваешь с кем-то из знакомых. лицемер. — извини, занят. может быть, через часок… — звони. некоторое время спустя раздается звонок. — поболтаем? — давай. знакомый что-то рассказывает о своей жизни, ты шутишь, периодически рассказывая что-то о себе, ловя себя на мысли о том, что, кажется, он изменился. — перезвоню позже. вспоминаешь о девушке, гуляющей с другой подругой. ты знаешь только ее имя, прозвище и видела пару-тройку фото, но одно только ее упоминание уже вызывает у тебя лёгкое вздрагивание и прилив ревности и боли, разгорающейся адским пламенем внутри тебя от каждой только мысли о том, что кому-то могут уделять больше внимания, чем тебе. автоматически идёшь в направлении, где можешь встретить их. в наушниках так иронично включается slutgarden мэрилина мэнсона. ты издаешь смешок. их нигде нет. неплохой вопрос — хорошо это или не очень. может, зайдешь домой? все равно уже бессмысленно ждать. звонок. все же он не такая сволочь, как тебе казалось. или же просто так же бегает за любой возможностью побеседовать, пожаловаться, посмеяться над старыми шутками, как и ты. как ни грустно тебе признавать это, вы похожи. и он понимает, как ты раним и пуст, несмотря на твою напускную самоуверенность, которой нет у него. черт возьми, ты понимаешь, как вы близки. и все же не снимаешь с себя привычное обличье.       все то, что ты говоришь и думаешь о нем, относится и к тебе.