Космический.

Тихо напевая любимую мелодию себе под нос, Феликс был уже почти готов с приготовлением завтрака и сервировкой стола. Он улыбался. Теперь, когда гон был позади, парень ощущал почти звериный голод и ему не терпелось отведать свежих тостов, красиво разложенных на фарфоровых тарелках на столешнице кухонного острова. Отпив пару глотков апельсинного фреша, он отвлекся на вибрацию телефона, лежащего в кармане его домашних штанов. [от: Хёнджинааа] Ликсиии, не могу встать с постели >.< «Ну, конечно», — улыбаясь сообщению, Феликс оставил стакан на столе и направился сразу в свою спальню. Где, судя по всему, только что проснулся его вчерашний гость. — Доброе утро. Услышав в ответ нечленораздельные звуки откуда-то из-под груды одеял, Феликс оттолкнулся плечом от дверного косяка и, подойдя к кровати, скинул с неё одеяла, открывая вид на сонное чудо. — Выспался? Пошли- Не успел он договорить, как две руки нашли его и потащили на себя, пока он полностью не повалился на Хёнджина. Тот наконец распахнул глаза под своей растрепанной чёлкой. — Давай останемся в постели сегодня, а? Феликс смотрел в глаза напротив. И тень грусти пролегла на его лице. Ему чертовски сложно было сказать своему другу «нет». Но. — Не получится. Завтрак, а потом дела. Или ты забыл, что я провёл пять дней взаперти из-за гона? Хёнджин молчал, поэтому Феликс слез с бёдер того и протянул ему руку. Послушно поднявшись с кровати, Хёнджин даже близко не планировал так быстро покидать спальню, поэтому обнял Феликса со спины, фиксируя того на одном месте и не давая выйти из комнаты. Ли обернулся, находясь в хватке чужой руки, и окинул парня напротив взглядом исподлобья. Ничего не произнося, Хёнджин наступал, делая шаг за шагом вперёд, пока Феликс не упёрся спиной в стену около двери в спальню. — Ты знаешь… Этот шёпот, он был Феликсу слишком хорошо знаком. Хван смотрел на него словно завороженный. Словно опьянённый… — …что ты сделал мне очень хорошо вчера? Боже… Очень хорошо… Феликс не успел опомниться, как Хёнджин упал перед ним на колени, затем цепляясь пальцами за резинку на его домашних штанах. — Завтрак… Хёнджин. Я же… сказа-, — вид друга на коленях перед ним заставил Феликса закусить его нижнюю губу. — Вот именно, — стянув с альфы штаны заодно с бельём, Хван поднял на того свой взгляд и провёл языком по уголкам своих губ, — сначала завтрак. Феликс машинально прикрыл глаза и откинул голову назад, ощущая затылком холодную поверхность стены. Возможно, ему стоит быть настойчивее, когда Хёнджин ведёт себя так. Но, чёрт, тот уже взял его член в свои тонкие длинные пальцы и решительно направил его себе в рот. Почему именно сейчас, в этот день, час, его самый лучший друг решил переступить черту. Черту, чёрт возьми, ведь они, даже не обговаривая этого вслух, всегда спали лишь когда гон был у одного или другого. Но теперь… Хёнджин явно хотел сделать это, когда их головы не затуманены инстинктами к сношению. И это было правдой. К сожалению или к счастью. Прикрыв глаза, Хёнджин принял член в свой рот целиком, обводя его языком и дожидаясь, пока тот полностью нальётся кровью. Это не заставило себя ждать, и рука Ли уже путалась в его волосах, тормоша сначала, а затем цепляясь за пряди. Хенджин ухмыльнулся мысленно, продолжая увлажнять член слюной и обеспечивая своей руке скольжение. Член Феликса был идеальным, и Хёнджин не будет скрывать: с самого первого момента (и навсегда) его друг был единственным человеком во всём грёбаном мире, перед которым он готов встать на колени. И брать у него в рот, так глубоко, как только он может. Альфа был потрясающим на вкус, да и во всех отношениях. Его Феликс. Почему же… Они просто не могут наконец пересечь черту и просто быть вместе? Да. Альфа и альфа — это не идеальный союз. Они не могут быть истинными, они не предначертаны друг другу звёздами… И почему же, сука, так больно от этой мысли… Плавно водя пальцами по влажной коже в след за своим ртом, другой рукой Хёнджин держал парня за ягодицу, фиксируя того на одном месте и заземляя, помогая просто отдаться моменту. Он поднимал и опускал голову, плотно примыкая языком и своими припухшими губами к чужой эрекции. Как же ему нравилось… Непроизвольно начиная стонать, Хван посылал вибрации своей гортани в ударяющуюся в неё ритмично чувствительную головку. Феликс принялся стонать, ведь узкое тепло чужого рта ощущалось круче, лучше, чем что-либо. Хенджин ублажал его, набирая темп не спеша и наслаждаясь каждой секундой этого минета, он помогал себе рукой, сжимая член и слегка выкручивая в сторону свою влажную от слюны ладонь. Он буквально дрочил Феликсу в свой рот, сам неизбежно теряя от этого голову. Наконец распахнув глаза, плывущим взором Ли посмотрел вниз, на алые губы Хёнджина вокруг своей плоти, и этого было достаточно, чтобы тело его ощутило зарождающийся оргазм. С каждым ходом головы Хёнджина и от стонов того мурашки рассыпались по коже Феликса, и он постепенно таял и терялся, но хватка парня на его ягодице и на его члене не давала ему полностью оторваться от земли и взлететь к небесам. Хван знал, что альфа уже очень близко, поэтому опускался, плотнее сомкнув губы на члене, ускоряя свои движения до невозможности, и тогда он ощутил, как тело в его хватке пробило дрожью. И наконец Феликс, затаив дыхание, предался высвобождению, рывками изливаясь парню на коленях в рот. Хван определенно был доволен собой. Дождавшись пока Феликс выдохнет, он медленно поднял голову, оставляя влажную головку на своих губах, чтобы тщательно вычистить её кончиком своего языка от последних капель удовольствия. Сглотнув всё, он затем не торопясь поднялся с колен и встал к парню вплотную, крепко обнимая его за талию. — Как ты? — Я? — ресницы на полуприкрытых глазах Ли трепетали, но на лице его расцвела самая красивая из всех блаженная улыбка. — А как я… Хёнджин? Когда Феликс поднял свою голову, то встретился с очень ласковым взглядом наклонившегося к нему парня. — Ты такое солнце, знаешь. — И ты. — И ты потрясающий на вкус. — И ты. Оставив крепкий поцелуй на покрытом капельками пота лбу, Хёнджин взял своего друга за руку и повёл за собой из спальни. Ведь тому однозначно тоже пора бы позавтракать.