Любить и быть любимым

Вечер очередного дня. Они целуются, сидя в спальне Люциуса. Ло до сих пор удивляется, что Люцу нужен сон, и он даже создал себе спальню. Довольно уютную, надо сказать. Но он старается не улыбаться с этого факта, лишь ближе притягивает к себе блондина. Тот уже привычно обходится без своих вечных атрибутов - цилиндра, трости и плаща, - при нём. Лошка запускает пальцы в белокурые пряди, перебирая их, пока они рассматривают лица друг друга. Полубог не пытается ничего сказать, лишь сжимает чужие плечи, поглаживая их сквозь ткань толстовки. Руки шатена добираются до висков, мягко крутя мелкие прядки волос. Парень всегда старался не переступать некоторых границ, часто одергивая себя, боясь оттолкнуть Люциуса. Тот, вроде, ничего и не замечал, но часто делал первые шажки, будто безмолвно понимая все его сомнения. Сейчас, будто решаясь на что-то, Ло вновь целует Люциуса, пальцами медленно подбираясь к аккуратным красным рожкам. Лололошка, на самом деле, безумно удивился, увидев их, и еле сдержал себя от того, чтобы не пощупать их. Но где-то у него внутри это желание так и засело. Он, конечно, понимал, что его парень - полубог прямиком из ада, однако видеть такое всё равно было непривычно. И вот сейчас он, неожиданно даже для себя, решил рискнуть. Покусывая чужие губы, Лошка нежно кружил пальцами по всей голове, останавливаясь на месте роста рогов. И даже такие легкие прикосновения дали о себе знать. Блондин шокировано выдыхает в поцелуй, распахивая глаза. Ло пальцы не убирает. Если его не оттолкнули или не подожгли, значит, всё неплохо? Шатен отстраняется от полубога, внимательно следя за его реакцией. Что-то внутри подсказывало, что Люциус поймёт его эксперимент, но всё равно было боязно. И действительно. Красноглазый лишь чуть усмехается, когда понимает суть прикосновения. Будто читает все его мысли. И прикрывает глаза, давая молчаливое согласие. Он поудобнее устраивается на коленях Лололошки, на секунду приподнимаясь и обхватывая его ногами сзади, пока у того мелькает мысль о том, что он был бы не против, если Люц повалил бы его сейчас на кровать. Но он быстро отбрасывает это, вновь запуская руки в чужие волосы. Шёлковые пряди приятно скользят между пальцев, вновь устремившихся к рожкам. Теперь он действует намного смелее, охватывая небольшие рожки, потирая их и исследуя всю поверхность. На ощупь они шершавые, чем-то похожие на кору дерева, но всё же не такие рельефные. Синие глаза пристально глядят за реакцией полубога. Он всё ещё боится сделать что-то не так, сомневается. Но тот лишь глубоко дышит, приоткрыв рот и держа его за плечи. Правда, когда Ло с небольшой силой трёт кончик одного рога, массируя одновременно основание второго, рваный выдох снова сорвался с чужих губ, сбивая тщательно контролируемое дыхание. О, кажется, он начинает понимать. Шатен не перестаёт массировать кожу у рогов, иногда переходя на сами рожки, но одной рукой притягивает чужое тело к себе, снова захватывая припухшие губы в свой плен. Кажется, это ещё больше обезоруживает Люциуса. Хм, неужели рожки - какое-то интимное место, раз у полубога такая реакция на такое простое действие. Эта мысль, как и все, проносится в голове слишком быстро, практически не отпечатываясь. С губ блондина слетает тихий стон, когда Лошка выцеловывает дорожку на его шее, не оставляя рога в покое. Это ещё больше распаляет их обоих, придавая смелости Ло и подначивая его двигаться дальше. Парень удивительно смелый сегодня. Они никогда не заходили дальше объятий и поцелуев, да и потребности в этом не было, но почему-то сейчас хочется. И Люциус, вроде, не против... Был бы против, уже давно бы прекратил это безобразие, но он только тихо постанывал от губ на шее и пальцев на боках, даже не пытаясь больше сдерживаться. Лололошка и сам еле держится. Пальцами одной руки поглаживает кожу под рубашкой, второй не прекращая стимулировать рожки. Губами он добрался до ключиц, градом осыпая их мелкими поцелуями, проводя языком по коже и изредка покусывая, почти не оставляя следов, лишь чуть смыкая зубы. Когда он опускает и вторую на талию Люца, тот больше похож на растаявшее мороженое, чем на полубога. Тонкие пальцы уже успели расстегнуть одну пуговицу на рубашке сверху, прежде чем приступить к нижним. Ло выводит пальцами и губами незамысловатые узоры, оттягивая самое сладкое. Блондин, чуть выгнувшись из-за этих действий, целует его в губы, приподнимая голову парня и ненадолго перехватывая инициативу на себя. Шатен благодаря этому успевает расстегнуть ещё несколько пуговиц, распахивая наконец красную рубашку. Он пробегает пальцами по светлой коже, чуть касаясь её подушечками пальцев, лишь на секунду останавливаясь на сосках, и вновь обхватывает двумя пальцами рог, поглаживая его, другую руку уместив на талии. Тело полубога содрогается, и он слегка откидывает голову назад, не в силах сдержать очередной стон. Что с ним творит этот смертный? Рубашка вконец покидает хозяина, тряпочкой спадая на пол, пока Лошка пальцами бегло изучает чужую кожу и тело. У него ещё будет время насладиться, сейчас цель другая. На секунду задумавшись, Ло меняет позицию. Подхватив Люциуса под бедра, он укладывает его на середину довольно просторной кровати, тут же нависая сверху. Обувь уже давно скинута, а так действовать проще. Блондин не слишком осознает реальность, но всё равно умудряется сказать фразу, вцепившись ему в плечи: - Так.. так нечестно. Снимай! Он сам потянул немного белую толстовку в нетерпеливом жесте, на что Лололошка улыбнулся. Действительно, нечестно. Через несколько секунд толстовка подметает полы рядом с рубашкой. Теперь и Люц пустил в ход свои ноготки, вовсю изучая подтянутое тело и, будто в отместку, царапая спину. Тем временем шатен перестал оттягивать и медлить. Рукой накрыв чужой пах и губами прихватив сосок, он вновь пустил дрожь по телу полубога, заставляя его выгнуться. Руки бездумно блуждали по телам, которые с каждой секундой становились всё чувствительнее, податливо открываясь. Ло добрался и до брюк, стягивая их сначала с партнёра, а после и с себя. Вот тут-то и обнаружился ещё один секрет полубога. Хвост! Он особо не удивился. Да и чему? Полубог, он и есть... полубог. А проверка на чувствительность дала положительные результаты. То же, что и с рогами - реакция незамедлительная и, надо сказать, весьма приятная. Стон сверху заставляет продолжить. И снова самое чувствительное основание, на котором Лошка, впрочем, не останавливается. Позже.. Бёдра с мягкой белоснежной кожей манят, буквально заставляя его оставить на них несколько отметин. Он заранее шепчет недавно выученное заклинание призыва, которое работает безукоризненно. Баночка лубриканта приземляется прямо в руку, но пока он откладывает её. Парень поднимается к губам Люциуса, мягко прикасаясь к ним. Взгляд синих глаз напряжён, но блондин понимает суть и без слов. - Всё хорошо, - шепчет он, за шею притягивая Лошку к себе. И опять понимает всё-всё. И не нужно ничего говорить. Лололошка снова тепло улыбнулся, целуя полубога. Пальцы зачерпнули немного субстанции, разогревая смазку. Почему-то подумалось о том, что тела полубогов явно сильнее человеческих, но рисковать и уж тем более приносить боль Люцу он не хотел. Пытаясь отвлечь его поцелуем, Ло скользнул одним пальцем в анус, аккуратно раздвигая стенки. Блондин выдохнул, но, глядя в синие омуты, уверенно кивнул, успокаивая парня, и призывно качнул бёдрами, намекая на продолжение. Люциус сам затянул его в поцелуй, покусывая губы, пока шатен разрабатывал его. Боли, как таковой, не было, лишь немного тянущее ощущение. Непривычная заполненность была предвкушающей и томительной. Уже скоро три пальца свободно скользили внутри, пошло хлюпая. Ло старался попадать по чувствительной точке, которую нашёл почти сразу и от которой Люца разве что не подбрасывало. От нарастающей температуры тел казалось, будто грань совсем рядом, но они не дадут этому вечеру закончиться так быстро. Пальцы сменяются членом. Шатен навис над полубогом, мягко толкнувшись внутрь лишь головкой и наблюдая за его реакцией. Тот, видя это, только глаза закатил, смело обхватывая Ло ногами за талию и вновь качая бёдрами: - Хватит уже себя так вести, ничего ты мне не сделаешь, идиот, - фыркает он. Это работает. Глаза Лололошки загораются. Движения всё ещё оставались аккуратными, но он престал печься о Люце, как о хрустальной статуэтке. Крепче стиснул чужие бедра, медленно наращивая темп толчков. Наклонился ближе к лицу блондина, ловя его дыхание. Укусы вперемешку с поцелуями посыпались на светлую кожу, разукрашивая её. Одна рука сама нашла оставленный ранее хвост, начиная его изучение. Они потерялись в водовороте чувств и эмоций. Толчки совсем потеряли ритм, больше напоминая хаотичные движения, но сейчас это не волновало. Люциус остервенело цеплялся за плечи Лошки, царапая их и уже не сдерживая стоны, эхом отражавшиеся от стен. Ло вторил ему, блуждая руками по стройному телу, уделяя особенное внимание чужому хвосту, что метался из стороны в сторону от стимуляций и чувств хозяина, и члену. Первым кончил полубог, утягивая за собой шатена. Мир взорвался красками, даря неописуемые эмоции. Тишина опустилась на комнату, оставляя место лишь тяжелому дыханию двоих. Правда, вскоре парень завозился, устраиваясь поудобнее и притягивая к себе Люциуса. Он уткнулся носом в белые волосы, чувствуя, как по телу разливается нега. - Это было неплохо, - улыбаясь, тянет Люциус, уткнувшись носом в шею Ло. - Неплохо? Мне повторить? - с такой же улыбкой отвечает Лошка, чувствуя себя невероятно.