В пустоте своих мыслей.

Фремине стоял на подъемнике, поднимаясь на третий этыж линии Навия. Он находился на Водном вокзале Кур-де-Фонтейна. Черная накидка скрывала водолазный костюм. Фремине молчал, совсем не думая о том, что его друзья все реже и реже стали его видеть, о том, что они волнуются. Его больше беспокоил ржавый ключик в набедренном кармане и старая, промокшая книга, которую он сжимал в руках. Выйдя из подъемника, парень, не увидев аквабуса, сел на скамью его ждать рядом с какой-то женщиной. Ожидание продлилось не долго, буквально несколько минут. И вот, красивый, серо-голубой аквабус остановился напротив и Фремине сделал шаг на него вместе с еще несколькими людьми. Взобрался по небольшой лестнице и занял свободное сидение. Когда аквабус тронулся, мелюзина в красной накидке, розово-белого окраса, с милыми длинными ушками, заговорила: — Кхм! Приветсвуем пассажиров из далеких краев на борту нашего аквабуса. Гид Эльфан к вашим услугам… На острове Эриний, куда следует наш аквабус, круглый год идут дожди. Быть может, причина в том, что месье Невиллет и госпожа Фурина слишком часто удостаивают остров своим визитом. Рекомендую вам заранее приобрести… Дальше Фремине не слушал. Аквабус выехал за пределы города и открылся восхитительный вид, которому подросток каждый раз удивлялся как в первый. С одной стороны, слева от движения аквабуса, за синем морем, которое Фремине оплыл полностью, виднелись горы, покрытые утренним туманом. Солнце едва восходило над горизонтом, освещая несколько гор, в перемешку с лесами. Его лучи покрывали море, которое пропускало их на самое дно, одаряя долгожданным светом морских обитателей. В некоторых местах все еще была тень от почти вертикальных скал. Их покоряли только самые отважные скалолазы. Они взбирались на верх, окутывая себя веревками для перестраховки, ведь далеко не один раз оттуда, сверху вниз, соскальзывали люди. Одна высоченная гора стояла позади всех, верхушка которой пряталась в облаках. Каждый, кто покорял ее, гордился этим до конца своих дней, ведь многие даже представить себе такое боялись. С другой же стороны, справа, была видна бежевая стена города: ее потопленные части и заброшенные дома, где люди в спешке убегали от наступающей воды. Чуть поодаль шла дорога для аквабусов в сторону великой стены Фонтейна — гигантских скал — что удерживала море, в сторону порта Ромарин. С левой же стороны было море. Сплошное, синее море, все ещё находящееся в тени, куда не дошел свет солнца. Кое-где виднелись водоросли, выросшие до самой поверхности воды. А самое главное — был виден оперный театр «Эпиклез», где проводились суды над нарушителями закона, а так же выступали многие труппы, артисты, в том числе и Лини с Линнет. Вспомнив друзей, Фремине больше загрустил, склоняя голову вниз. Как бы они не старались, но никак не могли по настоящему поднять его настроение, это удавалось только Лису. Раньше подросток часто смеялся с Пером, рассказывая друг другу анекдоты и сказки, но с возрастом это перестало приносить ему удовольствие. Фремине будто разучился радоваться мелочам, радоваться жизни… — Наш аквабус прибыл на станцию Маркот, конечный пункт маршрута. Перед высадкой убедитесь, что вы ничего не забыли. Если кто-то из пассажиров хочет сфотографироваться на фоне аквабуса, предлагаю это сделать на станции Кур-де-Фонтейн, конечном пункте линии Клементина. Хорошего дня. Аквабус завернул, дернулся и остановился. Люди поблагодарили мелюзину и начали спускаться вниз, на твердую землю. Фремине последовал за всеми. Он прошелся по станции Маркот, спускаясь все ниже и ниже, пока не дошел до небольшого фонтана, облагороженного львами с крыльями с трех сторон. Обойдя его, Фремине направился в сторону фонтана Люсин. Светлая каменная кладка дорожки, невысокий светлый забор, за которым с двух сторон текли речки с редкими, маленькими фонтанами. По бокам, позади, росли кусты, а между ними стояли кипарисы, почти все одинакового размера, выстреженные садовниками. Подойдя к трехэтажному фонтану Люсин, Фремине невольно засмотрелся. За Люсин возвышалось множество других высоких фонтанов, направленных ввысь. А за ними дорога в сторону огромного, массивного, достающего почти до облаков оперного театра «Эпиклез». От фонтанов он повернул налево, туда, где кончается дорога и начинается земленая тропинка, ведущая в сторону туманного леса, откуда он покинул тропу, и направился к морю. Выйдя к небольшому помосту-порту, Фремине, активировав водолазный шлем, прыгнул в воду. Море встретило его как всегда радостно. Множество стай рыб сразу отплыли в сторону, разноцветных, ярких, маленьких и крупных. Водоросли плавно перетекали из одной стороны в другую, следуя за течениями. Фремине поплыл в сторону заброшенного корабля, изображенного в книге. Старинный, ржавый корабль, коричневого цвета лежал на самом дне, между скал, заросший в водорослях. Он был раздвоен. Одна часть лежала на твердой земле, вросшая в камень. Другая же находилась одной половиной на самом краю, грозясь вот-вот упасть вниз при любом слабом течении. Фремине посмотрел на корабль, сравнивая его с картинкой в книге из своих воспоминаний. Все сходилось. Работающая турель на капитанском мостике, штурвал, на половину сломанный. Полностью отсутствующая мачта. Косяки рыб выплывали из сломанных частей и заплывали обратно, найдя внутри свой дом. Синий скат, почти полностью сливающийся с цветом моря, проплыл над Фремине, уходя вниз, в сторону корабля. Парень дернулся, уходя от электрического хвоста опасного животного. И засмотрелся. Это был величественный морской обитатель с размахом грудных плавников в полтора метра. Сильно утолщенное тело и пять пар жабер на нижней стороне тела. Он осторожно проплыл мимо корабля, заворачивая за угол. За его плавниками Фремине увидел решетку. — Мне надо туда, внутрь, — подумал он, направляясь в ту сторону. Но вдруг турель затрещала, повернулась и с грохотом выстрелила, от чего все рыбы тут же рысплылись в разные стороны. Фремине едва успел увернуться, отплывая назад. Он издали осмотрел турель, пытаясь найти как ее отключить. В это время, не испугавшийся скат вернулся, направляясь ровно на парня. Его маленькие глаза смотрели на свою добычу. Пасть была слегка раскрыта. Фремине перепугался. Скат на него нападает впервые. Обычно эти существа не трогали людей, но этот огромный Фонтмер видимо решил полакомиться добычей покрупнее. Фремине поднял ладонь, готовый дать отпор своей крио стихией. Рука дрожжала, как и сам парень, а вот скат двигался уверенно. Когда подросток уже хотел ударить, скат резко развернулся, выбрасывая вперед свой электрический хвост. Фремине сделал кувырок в воде, чтобы уйти от атаки, а после направил ударную волну в сторону животного. Крио достигло своей цели, обволакивая того в лед. Фонтмер замер, плавно опускаясь на дно. Фремине тяжело вздохнул. В воде было куда проще справляться с врагами, так как с ее помощью легко замораживать вещи или живых существ. Парень снова обратился в сторону молчавшей турели. Он быстро направился в ее сторону, постоянно ветвляя, уходя в разные стороны, чтобы та не попала по нему. Один выстрел прогремел достаточно рядом, от ударной волны которого Фремине отбросило в сторону. Он тут же взял себя в руки и подплыл к самой турели, вставая позади ее дула. Он достал меч и вонзил в самое «сердце» механизма, замораживая его. Полностью обойдя две части корабля, Фремине нашел одну решетку, за которой что-то могло находиться. Она была во втором корабле, который на половину свисал с обрыва, так что лезть туда было опасно. Но парень все равно решился туда идти. Фремине взялся за решетку, с силой дергая, пытаясь выбить. Но вода не позволяла ему показать всю силу, останавливая его движения. Тогда парень направил руку на железные прутья, используя свою силу крио. Прутья тут же замерзли. С помощью меча он с трудом, но все же сломал несколько прутьев, проделав себе проход, и заплыл внутрь. Слева от входа стоял сундук, в котором Фремине нашел немного моры и какие-то странные, видно, что старые, как и этот корабль, механизмы. Он впервые такие видел, а потому совершенно не знал, что с ними делать. Но все же забрал с собой. Так же внутри росло несколько драгоценных камней, имеющих невысокую цену только у кузнеца, который скупает любую руду. Плавал косяк красных, переливающихся рыб и росло несколько водорослей. Когда подросток начал выплывать обратно, одно растение вцепилось ему в ногу, переплетаясь. Фремине начал дергать ногой, стараясь высвободиться. И тут он почувствовал странную вибрацию воды. Парень поднял голову. Течение. Теплое. Видно на поверхности разыгрался ветер с громом. Парень вытащил нож и схватился за водоросли, начиная быстро резать их. Корабль покачнулся. И упал. Упал с высоты, переворачиваясь. Фремине неистово резал водоросли, а его тело бросало из стороны в сторону. Нож выпал из рук. — НЕТ! Закричал он в шлеме, вырывая растение из щели корабля. Но тот падал на самое дно. Туда, где парня никто не найдет. — Это было в логове тех подонков. Оставь себе, — сказала «Отец», бросая Фремине в руки медальон. Потертый, железный, собранный из различных материалов медальон. Мальчик посмотрел на директора удивленно, узнав вещицу. — Что? Я о той шайке вонючих ростовщиков. Это принадлежало твоей матери… — она нахмурилась и, словно бы только сейчас что-то поняла. — Что тебе рассказывали раньше о твоей матери? Фремине долго молчал, боясь, но «Отец» ждала, твердо смотря на ребенка. Наконец, он решился и рассказал о том, что говорила прошлая директор. Рассказал историю о брошенном ребенке, который никому не нужен. Собеседница молчала, но в её глазах разгоралось тёмное пламя ярости. — Хочешь узнать правду? — Да… — Садись, — «Отец» указала на кресло и Фремине послушно уселся, сцепляя руки в замок. — Твоя мать вовсе не бросила тебя. У нее не было выбора. Долг твоей семьи был очень велик и твоя мама никак не могла с ним расплатиться. Кредиторы забрали ваш дом и угрожали, что заберут и тебя. Тогда она привела тебя сюда, ведь здесь никто до тебя не достанет. — Она… не бросила меня? — не поверил своим словами мальчик. — Нет. Она спасла тебя, взяв весь удар на себя, — «Отец» села на корточки напротив, взяв в руку ладони Фремине. — В их доме было только это, а что до твоей матери… — женщина замолчала, не закончив предложение и поднялась. — Тебе пора. Ребенок смотрел себе под ноги, не зная чьей истории верить. Вернее, не зная, какой истории хотелось бы ему верить больше. Ведь обе истории были вовсе не с хорошим концом. — Тебя бросили! Кричали его мысли. — Нет, тебя любили! Говорили они. Они перекрикивали друг друга в его голове, мешая сосредоточиться. Мальчик смотрел на медальон с каплями крови. Видимо он был с его мамой до конца. До самой ее… В ту ночь он впервые ушел из приюта за все время пребывания здесь. Впервые опустился на дно моря в реальности. Доделав свой водолазный костюм, он, надев шлем, нырнул в самые глубины Чемин-де-Леспора. Найдя там укромное местечко — какую-то раскрытую, пустую раковину — заплакал. Плакал долго и истошно. Цветы ромарина, растущие неподалеку, плакали вместе с ним. Море сохранило их крики, так что их никто не слышал. Не слышал как ребенок кричал и звал маму, которая больше никогда не поцелует его в лоб и не погладит по голове. Звал маму, которая любила его до самого конца и, возможно, любит до сих пор. С тех самых пор Фремине сильнее взялся за свой двуручный меч. Начал больше тренироваться, чтобы больше никто не смел тронуть или обидеть его семью. Лини с Линнет, их «Отца» и всех-всех детей, живущих в сиротском приюте.