Лютики

— Зачастили женихи, — тихо смеялась мама девушки, — один за другим приходят, — недовольное лицо дочери немного остудило пыл женщины. — Признавайся. — В чем? — предвкушающая улыбка матери не сулила ничего хорошо — убежать от неприятной темы не получится. А очень хотелось. — То Андрей, то Марат. Последний так вообще в неприличное время приходит, — повернувшись ближе к находящейся в смятении Аи, Алия Рифкатовна лишь многозначительно вглядывалась в глаза напротив. — С Андреем мы фортепиано занимаемся, Марат просто балбес, поэтому и слоняется туда-сюда, — Ая смело отвечала на требовательный взгляд мамы. Растя в относительной строгости, девушка научилась отменно лгать и избегать ненужных разговоров. Но маму провести не так уж и просто. — Слышала уже про конкурс и про Суворова тоже. Тысячу раз, — ласково обняв дочь, женщина лишь нежно проводила по её волосам, с невероятной заботой, на которую способно только любящее сердце матери. — Ты на Лилю посмотри — любовь, цветочки, а потом убегала сломя голову от этой первой любви. Доченька, ты хотя бы не обожгись. — Мам, хватит об этом, — Ая пыталась вырваться из настолько теплых и ласковых объятий, думая, что так сможет избежать самого страшного — правды. — Не стоит так, — Алия Рифкатовна все-таки позволила разорвать объятия, но внимательный взгляд с дочери не спускала. Может, надеялась, что Ая сможет считать по взгляду всю тревогу, которая окутывала сердце матери. — Убедись, что мальчик хороший, а потом уже люби, ладно? — И как ты это представляешь? — не сумев скрыть свой разгорячённый пыл, Ая чуть ли не кричала. Как ей надоели эти нравоучения: как правильно, как нужно. Почему же не получается все правильно? Она сама виновата в том, что испытывает чувства к тому, к кому нельзя? — Влюбляешься, а потом уже думаешь, — в попытке успокоиться, Ая нервно теребила пальцы. Не получалось. — Мы любим тех, кто нас не любит. Мы губим тех, кто в нас влюблен, — театрально вскинув руки, женщина изображала советских литераторов, которых так любил отец Аи. Эта нелепая сценка позволила девушке немного расслабиться и даже хихикнуть. — Александр Сергеевич, естественно, был прав, но и мы не безвольные существа, верно? Обрубить отношения тяжело, но иногда это единственный путь, — слова матери отпечатались в голове. Ая и сама понимала все это, но перешагнуть через чувства не получалось. — Кстати, что там с Маратом? — Ая надеялась, что мама не в курсе его относительно нового образа жизни. Поэтому, склоняя голову набок, она всеми силами пыталась изобразить непонимание. — Все хорошо. — Весь побитый. Да и Андрей тоже. Хулиганы их так? — подавляя смешок, Ая лишь легонько кивнула. Знала бы мама, кто на самом деле хулиган. В памяти женщины, младший Суворов так и остался хорошим малым, неспособным на подобные низости. — Ладно об этом. Как назовешь? — Пока не знаю. Как снег на голову, завтра об этом подумаю.       Тем временем, котенок уже мирно дремал в кресле. — Молодец Маратик. Знал, как ты по Снежку убивалась. Решил так порадовать, — от любовной темы Алия Рифкатовна не отступалась. Уж очень ей нужно было выпытать от молчаливой дочки хоть слово.       Не удалось. Ая лишь вяло улыбнулась и молча ушла в свою комнату.

***

— Опять ты. — Опять я, — ярко улыбаясь, Марат делал вид, что совсем не замечает раздражения подруги в его сторону. Проходили уже. — В школу вместе пойдем. — Мое мнение узнать не хочешь? — Аю выбешивало его упрямство. Мог же быть более деликатным, дипломатичным… Тогда это уже был бы не Суворов. — Это тебе, — не снимая с лица лукавую улыбку, Суворов протягивал девушке жвачку. Вещь хоть и дефицитная, но для Аи не непривычная. Её семья была достаточно обеспеченной, поэтому такие вещи не вызывали огромного восторга. — Решил перекрыть ложь жвачкой? — подняв бровь, Ая скрестила руки. — Не перестаешь удивлять. — Стараюсь, родная, стараюсь. Давай уже побыстрее собирайся. — Ты… — хотела продолжить пламенную речь Ая, но её прервала мама. Внезапно появившаяся женщина означала победу Марата. Все опять происходит так, как он хочет. — Маратик, заходи. Сейчас Ая соберется и пойдете, — девушка лишь окинула маму взглядом полным злости. Как же ей хотелось закрыть дверь. Да так, чтобы нечаянно задеть Суворова.— Время непростое, кругом хулиганы. Верно, Маратик? — тот, лишь покачал головой, пытаясь изобразить полное согласие.       Спорить с мамой не получится. Значит — отвязаться от Марата можно будет только на улице. — Ая еще не успела позавтракать, а ты? Тебе положить яичницу, а может чай или кофе? — закатив глаза, девушка пыталась не смотреть на самодовольное лицо парня. Раздражало то, как уверенно он засел в её жизни и даже не думает исправляться.       Все эти подарки, моментами забавные, но все-таки идиотские выходки парня, хоть грели душу и веселили, но все больше вгоняли Аю в сомнения. Просто так вычеркнуть его из жизни не получится, да и Суворов не позволит. Его самонадеянный и упорный характер никогда не смирится с чужим решением — перестать общаться. Все будет так, как он этого возжелает. Казалось, будто сама судьба ему помогает, но надолго ли? — Просто чай. Я дома поел, — пока Алия Рифкатовна хлопотала на кухне, Марат пялился на девушку. Это, конечно, её безумно раздражало, но отвечать на его взгляд она не спешила.       Ая желала победить юношу хотя бы в этой игре. Все бы было так, но холодная ладонь парня коснулась её ладони. Все. Игра закончена. Быстро подняв взгляд, Ая немного стушевалась от его прожигающего, полного нежности. Что с ним происходит? — Вот ты подарок преподнес, а, Суворов, — Ая впервые была благодарна маминой любви поболтать. Поспешно убрать руку не удалось, Марат лишь сильнее её сжал, не отпуская. — Снежка уже два года нет, а Ая все плачет по нему. — Ну, мам! Избавь Марата от таких подробностей, прошу, — девушке оставалось лишь устало вздыхать, надеясь, что это поможет успокоиться. Бесило все: упертый, как баран, Марат; его рука, накрывшая её; сомнения, которые одолевали девушку уже несколько дней и ночей. — Так вышло. Иду по улице, а уже так холодно ночью, Вы знаете. Вот и решил его подобрать. — Благородно, молодец, — это не могло не вызвать недобрую улыбку у девушки. Как мало мама знает про нового Марата.       Алия Рифкатовна не оборачивалась, так как готовила чай, поэтому совсем не замечала немую войну между подростками. Она лишь вставляла обычные вопросы про семью. — Вова скоро приедет? Как у него дела? — Скоро, все хорошо. — Ты как-будто ему письма пишешь, бестолочь, — наклонившись к уху парня, Ая прошипела эти слова. Попытки вырвать свою ладонь из его не удалась. — Хватит, родная, — пока девушка не успела поменять положение своей головы, Суворов лишь чмокнул её волосы, что вызвало в ней еще большее негодование. Остервенело она вырвалась и смерила его растерянным взглядом. — Лиля тоже скоро приедет, Вовы точно не будет недели две-три? — кивок Суворова младшего позволил ей добавить, — Она уж испереживалась вся. — Мам, опять лезешь в личное, — женщина улыбнулась и попыталась сменить тему.       Дорога до школы тоже прошла не без нелепых шуток Суворова, который несмотря на все угрозы и просьбы девушки, все равно плелся за ней. До самого кабинета. — Все, иди, — перехватив свой рюкзак из рук парня, Ая вновь вскинула взгляд на парня, которому вся эта ситуация очень нравилась. Ответить тем же она не могла. — Когда захочу, тогда и пойду, — Ая вновь закатила глаза настолько сильно, что они чуть не выпали из орбит. Суворов лишь посмеялся. — Че после школы делаешь? — А это, милый мой, — приторно ласковым голосом, прошептала девушка, — тебя ебать не должно. Goodbye.       Оставить Марата в полном недоумении — самое лучшее начало дня, который только может быть. — Че?       Уже не оборачиваясь, Ая позволила себе тихо посмеяться. Не хотелось, чтобы Марат её смех увидел. Удобно устроившись на своем месте, первой парте, девушке представилось возможным поболтать с одноклассницами, которые что-то бурно обсуждали. Стало безумно интересно. — Привет, девчонки, — присев рядом, Ая осматривала лица девушек: кто-то явно был испуган, кто-то смеялся, а кто-то заговорщицким голосом что-то рассказывал. — Что обсуждаете? — Маша к гадалке ходила, прикинь? — Даша сразу начала вываливать всю информацию, которую успела собрать за перемену. — Давай сходим! Прошу, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста! — Дарья просто повисла на подруге, не желая сдаваться. — Ты реально в это веришь? — Ая лишь с отвращением поморщилась. — Предположим, что эта гадалка действительно не мошенница, в чем я очень сомневаюсь, — вновь скривив лицо, Ая продолжила, — зачем тебе знать свою судьбу? Только переживать будешь. — Ну это так интересно! Давай съездим, — Даша продолжала мучать подругу, не переставая. — И где живет твоя мошенница? — Не мошенница, а гадалка. У неё дар, ты пойми, — Дарья не желала сдавать позиции. В чем-то она была похожа на Суворова, если ей что-то необходимо, добьется. — Недалеко от Казани, сегодня можно смотаться. — Ты совсем уже? Мне в музыкалку надо, а потом… — Все успеем, не переживай. — Она вообще на картах смотрит или как? Я в этой теме не разбираюсь. — Она, — Даша приблизилась к подруге и тихо прошептала, — черный маг. — Ты точно ебнулась, — прошептала Ая. Ненужное внимание им ни к чему. — Все пучком будет. Раз ты не веришь, то тебе терять нечего. — Все равно это пугает. Ехать к какой-то сумасшедшей, и ради чего? — лицо подруги приобрело жалостливый вид, на что Ая лишь махнула рукой. — Она на любовь посмотрит, — Ая лишь безразлично пожала плечами. Про свою несчастную любовь вопросы задавать не хотелось от слова совсем. — На карьеру, — лишь тогда Загитова хоть немного взбодрилась. — Ну, давай съездим к этой шарлатанке. После музыкалки.       Даша похлопав в ладоши от счастья, кинулась обнимать подругу.       Ая хотела бы задать еще пару вопросов, но ей этого не удалось — прозвенел звонок.