Когда в доме горит свет

Мобиус переступает порог двухэтажного деревянного дома, от которого пахнет свежей краской, и сразу же оказывается захвачен в плен. Безжалостно и совершенно бескомпромиссно. Аналитик TVA на выстраданном опыте знает, что переговоры ничего не дадут. Поэтому он смиренно вздыхает и опускает взгляд на темную макушку, украшенную лимонно-желтой лентой в попытке укротить знакомый хаос быстро отрастающих кудрей. Его ногу сжимают еще крепче. Своеобразный вид объятий. Очень мощный. - Ханна, - констатирует он с мягкой улыбкой, - Кто-нибудь еще дома, не подскажешь мне? - Мора! - пятилетнее чудо женского пола очень сурово сводит брови на переносице. - Мое присутствие для тебя не честь? "Я опять их перепутал, это уже становится неловким". - Конечно, честь, причем огромная, - Мобиус чувствует, что его ногу отпускают на почве глубокой обиды, впрочем, несколько преждевременной. - Но я хотел бы увидеть вас всех. Сколько бы вас сейчас ни было. Мора ретируется бесшумно, точно ее поглощает мимолетная тень. - Тор уехал, - сообщает Сильви, появившись на пороге гостиной. - Проходи и предоставь мне право тяжело вздохнуть. Я выдерживала перепалки двух безумно вредных детей, и это не мои дочери. В уголках ее глаз появляются морщинки, а на лице медленно расцветает улыбка, полная насмешливого тепла. - Несомненно, ведь мы твоя гордость! - это Ханна, и она выглядит очень милой. Ее плечи обернуты в красную ткань, подозрительно напоминающую старую скатерть, а в руке - сучковатая палка немыслимых размеров. Сильви, похоже, не смущает этот косплей на вышеупомянутого родственника. - Я богиня грома Джейн Фростер, - сообщает Ханна с серьезной миной. - Джейн Фостер, - Мобиус подавляет в себе желание опуститься на корточки, чтобы быть на одном уровне с юной воительницей (ее гордость бы пострадала от этого еще хуже, чем самолюбие Моры). - Нет, не она. Потому что плагиат никогда не является хорошей идеей, - Сильви мимоходом почесывает Ханну за ухом, как котенка, и ей это сходит с рук, потому что ее привилегии хозяйки в этом доме не оспаривает никто. - Ступай на кухню и скажи Море, что вишневые капкейки сделают ее менее уязвленной. Когда Ханна с возгласом торжества исчезает в коридоре, ведущем на кухню, Сильви вздыхает снова, но на этот раз абсолютно удовлетворенно. И Мобиус понимает, почему. Он тоже чувствует себя так, словно прошел ужасно долгий путь, чтобы погреться у самого яркого в мире огня. *** Мора сидит на кресле вместе с Локи - на подлокотнике, а не на коленях, потому что она большая и грозная женщина, "почти как мама". Лимонно-желтая лента обматывает запястье Локи, что совершенно не мешает ему с выражением крайне торжественным рассказывать что-то "о тех временах, когда льды вставали вровень с небом, и снежный дождь был острым как копья или ножи". - Пожалуйста, перестань цитировать прогноз погоды в таких драматичных тонах, - Сильви скользит по столовой с грацией отличного воина и безмятежным взглядом накрывающей к вечернему чаю женщины. Она целует Мору в макушку так быстро и незаметно, что у той даже не возникает вопросов, "не стыдно ли это на людях". Мобиус привык к тому, что у двойняшек крайне серьезные взгляды на такие вещи, как репутация, производимое впечатление и жизненные цели. Они с Локи обмениваются приветственными кивками, при том что Локи не прерывает историю, пока она не доходит до эпического конца. - Я рад, что ты не закопался в бумаги по самую макушку, - у трикстера появляется иронический блеск в глазах, намекающий на хронический трудоголизм аналитика. - Я сделал редизайн своего рабочего места, - беззлобно огрызается Мобиус. - А вы - очередной ремонт? - Это была я, - Сильви ставит на стол тарелку с капкейками с вызывающим видом. - Я, потому что Локи и Тор чесали языки все то время, когда последний здесь гостил. - А потом он ржал как объевшийся хмеля конь, потому что Ханна обклеила его молот наклейками из супермаркета, - вставил Локи не без гордости за фантазию своего отпрыска. - Динозаврами, - Ханна влетела на кухню с опозданием, но нацелилась сразу на тарелку с выпечкой. - Дядя Мобиус, а что насчет вымерших животных? Мы можем изменить таймлайн ради спасения саблезубых тигров? Ну хоть две штучки-то... Мобиус не удерживается от смешка, который звучит несколько неловко. - Мне кажется, что это не самый лучший способ намекнуть на билет в зоопарк, - находится он. - И вообще, твои динозавры теперь уехали в Асгард и украшают лучшее оружие лучшего воина. Хватит с тебя и этого вмешательства в структуру времени. Ханна надувается как в меру обиженный хомяк и запихивает в рот сразу добрую половину капкейка. Ее манера себя вести вызывает у Локи и Сильви мягкие улыбки, которые сопровождают переглядывания. Мора неразговорчива, но предельно вдумчива в своем поглощении выпечки. Стакан молока в ее руках начинает светиться зеленым. Сильви издает предупреждающий звук и как раз успевает изолировать осколки и брызги жидкости в сферу, когда стакан взрывается маленьким изумрудным фейерверком. - Ты богиня иллюзий! - констатирует Ханна с набитым ртом и восхищенно округляет глаза, что немало льстит юной чародейке. - Она богиня отсутствия сладостей на два дня, если не пообещает, что это был последний раз, - у Сильви такой вид, словно она сейчас устроит малый Рагнарек. Мора сконфуженно бормочет извинения, краснея как рак. Ханна с возгласом "я забыла копье!" уносится в детскую от греха подальше. Локи медленно проводит рукой по лицу и щелчком пальцев устраняет остатки маленького магического опыта. - Они такие сообразительные, - тактично говорит Мобиус. У Сильви раздуваются ноздри от напряжения, а потом она звонко смеется с большим удовольствием от их напряженных лиц. Локи выдыхает с облегчением и встает с кресла. Рагнарек откладывается. Они обсуждают работу Мобиуса в TVA и Уробороса в качестве нового директора отдела, говорят о хорошем месте для летнего отпуска, о ночных дождях и окнах, выходящих на восток и запад. Это слишком хорошо и слишком реально, так что момент ощущается хрупким - и бесконечным. Слушая отчет Локи о странном подходе Тора к воспитанию племянников, Мобиус вставляет свои комментарии и прокручивает в голове события последних лет. Ему казалось, что его мир будет пуст и разрушен, если они будут слишком заняты друг другом. Но все вышло даже лучше, чем можно было предположить: когда временные ветви вновь стабилизировались, а TVA претерпело реорганизацию, Мобиус незаметно стал частью этой семьи. Частью полноправной и в той же мере счастливой, что и его два самых любимых варианта самого проблемного существа на свете. Чтобы не скатиться в сантименты, Мобиус попытался сфокусироваться на чае с травами и сэндвичах с рыбой, но тут его оторвали и от этого объекта. Мора вскарабкалась на его колени и с достоинством заметила: - Ты тоже вырос. "Невероятно, но факт. Все мы куда-то растем". Крошки от выпечки делают его деловой костюм почти домашним. С этим приходится смириться. *** Вечер полон разговоров и острот, закусок - и новых планов на будущее. То, как немыслимо порой поворачивает в другое русло река времени, может вызывать лишь молчаливое удивление. Мобиусу уютно молчать, когда они говорят. Они любят говорить. И это хорошо. Тишина слишком долго была звоном в его ушах, когда он думал, что ничего уже не исправить. Скорее всего, свет в окнах этого дома - лучшая магия, которую аналитик с золотым сердцем мог наблюдать за всю свою нелепую жизнь. И он мысленно клянется себе, что готов насмерть бороться за мир, в котором есть вот такие дома.