Вот так попадос!

На месте не было никого. Это был пустой квартал, с заброшенными домами. Что здесь делала Юдзуха? Может пыталась сбежать или кто-то ей пытался помочь, позвав сюда? Позади Акаши послышались шаги. Фигура парня, руки в карманах, а одна из них открывает нож. Как только тот увидел, кто здесь — цокнул языком и топнул ногой, как ребенок. — Ты какого хуя здесь забыла?! — голос Харучие не спутаешь с другим. Взгляд Вин падает на нож в его руке. «Твою налево… Что за херня тут происходит?» — девушка ошарашенно замирает на месте. Не пошевелиться. Страшно. Он что… Должен был сейчас убить Юзуху? За что? Он прячет нож в карман и вздыхает, засовывая руку в другой, уже на джинсах. Достает пачку сигарет, достает одну и подкуривает ее. — Разве ты не должна сейчас готовить ужин? — Решила прогуляться… — солгала девушка, — задумалась и пришла сюда… Не помню дороги. Она старается вести себя спокойно, хотя мысль о том, что Санзу должен повлиять на сюжетную линию Юзухи, не дает покоя. — Дура что ли? Тут не гуляют вообще-то. И ты это знаешь. Не раз здесь пиздились. Это ж место для драк и для переговоров. Типо нет никого и все такое. Он делает очередную затяжку и выдыхает дым, смотря наверх. План проебал. — Короче, идём на ужин или нет? — В другой раз… — отвечает девушка тихо, а после убирает руки в карманы и проходит мимо. «Нельзя было думать, что все будет так распрекрасно. Изначально Мони была права. В мире токрева нам ни то, что счастливыми не стать… Выжить бы… А для этого надо держаться подальше от Харучие… Ведь после каждой нашей встречи лоза ползет все выше…» — Ну даешь… А че не так? — он идет за ней, но отстает шага на три. Докурив сигарету, выбрасывает ее в урну прямым попаданием. — Нож в руке увидела и испугалась? Когда такое тебя пугало? Здесь нелюдно, я вот здесь дела свои решал, а это так, для самообороны. Увидел тебя и подошел. «Ага… как же… Прям так взяла и поверила, — думает про себя девушка, недовольно фыркнув: А если ему сказать правду? Подумает… что накурилась чем-то» — решила девушка. — Просто появились другие дела… — коротко отвечает она. — Окей… — отвечает он ей коротко и даже обиженно. — Тогда… Встретимся завтра? Или тоже дела? — Не заставляй себя… Займись чем-нибудь более полезным… Девушка сжимает ручки в кулачки, нервно сглатывает и ускоряет шаг, вскоре переходя на бег. Санзу останавливается, смотря в ее спину, и брови сводит в непонимающем взгляде. — Че так улетела?.. Сама же хотела… Добравшись до дома кое-как, Сенджу мимоходом пролетела в свою комнату, закрыла дверь и забралась под одеяло. «Это… просто совпадение? Или… все правда настолько связано? Нет, нет. Я должна предупредить Юзуху… Вернее Мони… А если совпадение?» — голова раскалывалась от мыслей и девушка сама не заметила, как по щекам без причины полились слезы. Так она и уснула. *** В обед в школе Юзуха сидела одна в столовой, ожидая Сенджу. Они так вчера и не поговорили, хоть и Шиба названивала подруге. Та не пришла. Ни в столовую, ни в школу, лежала на постели, шмыгая носом. Щеки горят, глаза слезятся. Все-таки заболела после того дня, когда поджидала Харучие. — Твою ж… Когда Мони одна, она думает лучше. Взяв телефон в руки, когда та шла домой, набрала Сенджу. — Если эти рисунки не значат путь до конца, а наоборот? Что если они значат чувства? Чем больше ты влюбляешься или влюбляются в тебя, тем больше рисунков? А это только начало получается. Вдруг Харучие влюбляется в тебя так быстро, а Баджи еще нет и у меня всего одна линия? А?! «Без понятия… — шмыг носом. Девушка поднимается в постели. Ещё даже не ела. А Такеоми ведь давно разбудил: — Есть мысли как это проверить?» — М… Ну… Переспи с Санзу еще раз, — говорит девушка тише, чтобы идущие впереди и позади нее школьники не слышали. — Или же общайся с ним больше. Тебе виднее от чего он тает. «А че не ты с Баджи? Тут так уж точно больше проверим…» — Мы с ним даже не общаемся! И не буду я с ним спать! Всего день побыли, так я в койку?! — рычит Юзуха. — Взаимодействия с ним как такового нет, а вот у вас с Санзу есть. А может он вообще привязывается к тебе, когда ты его отшиваешь? «Смешно… Тогда, получается, вообще привяжется, любовь до гроба! — смеётся девушка и снова шмыгает несколько раз. — Пока в школу не хожу старайся не привлекать внимания…» — Я вообще как мышь. Со мной и никто не общается, — та переходит дорогу и смотрит в сторону. Розоволосый сидит на скамейке и что-то пьет средь бела дня. — Расстроила ты его походу. Алкоголь в два дня пить… Тебе кстати что-то принести? Сопли сидишь жуешь. «Такеоми что-то приносил, но куда уж тут до аптечки? — смеётся, — сказал, что сбегает в аптеку. Я сказала, чтоб не ходил. Щас кое-как поднимусь — сама схожу. Тут была одна недалеко…» — Юзуха! — слышится голос розоволосого и девушка поворачивается к нему. — Так, я пойду. Он меня зовет. Шиба сбрасывает трубку. — И с чего бы ему? — спрашивает сама себя Вин, а после кутается в одеяло сильнее. — Холод собачий…немного ещё полежу и потом пойду… — Где Сенджу? — поднимает Акаши голову на ту, которую вчера хотел разделать. — Дома. Болеет. — Болеет? — встает он с бордюра и кидает баночку в урну. В комнату Сенджу заходит Санзу. Шелест пакета прерывает тишину. Парень ставит тот на тумбу и проходит к окну, открывая его, чтобы проветрить помещение. — Дышать нехуем, а она лежит блять. — Иди в задницу… — бурчит болезная, лежа к нему спиной. Саму всю морозит, кутается в два одеяла, трясётся. — Ща пойду и хуй выйду. Что ты пила? — он плюхается на стул, как у себя прям дома. — Давай блять отвечай, чтобы не мешать эти ебучие лекарства. — Ничего… Утром какой-то обезбол или жаропонижающее, или вроде того… Что дома было, то Такеоми и принес… — Пиздец… Ну, это типо не лечение, — он достает из пакета лекарства и дает ей рецепт. Насел на фармацевта, чтобы расписал все ему. — Вот это лечение, — показывает он ей бутыльки, но она к нему спиной лежит. Парень цокает, вздыхает, вставая со стула. — Короче, лечись. Девушка лениво поворачивается. — Зачем ты хотел убить Юзуху? — спрашивает она в лоб. — Ты был там… И я… По одному и тому же делу. Тот остановился у двери, а после голову через плечо повернул. Как она только узнала? Он ни с кем не делился. Нашла их переписку с Юзухой? — Она могла бы нам помешать. Выглядит так, словно у нее не язык, а помело… — Твоя сестра возможно из-за этого умерла… Хотя какое тебе дело до этого. От Юзухи отстаньте… Она не лезет больше никуда. Не помнит ничего и не знает… — В каком смысле «твоя»? Ты же вот, — он повернулся всем телом. — А от Юзухи я отстану, раз ты этого хочешь… Харучие так и не понял первой части предложения. Вроде бы не курил ничего сегодня, а баночка пива не смогла бы его разум затуманиться. — Останешься? Такеоми сегодня долго… Я даже встать не могу, чтобы лекарство приготовить… — признается девушка в собственной слабости. — Хорошо, — он садится на стул вновь и прикрывает глаза, растекаясь по сидушке. — Так что с моей сестрой? Чтобы это не значило… — Забу-удь! У меня жар… — отмахивается девушка. — Ты лекарство то дашь? Или так и будешь смотреть на меня? Если температура спадёт, может, даже минет тебе сделаю… — Нихуя себе, — открыл тот резко глаза и потянулся за рецептом. Ложечку того, потом другого и ждать два часа для третьего лекарства. — С чего такие добрые? — Просто… Захотелось… До опизденения как ты мне нравишься. Красивый такой… — произносит Вин явно своими словами, — не мой… Жалко, что не мой… Я бы… — она глаза прикрыла, потому что в сон клонить начало, — хоть каждое утро… — говорит все тише, — с минета начинала бы… — Нихуево такое от сестры слышать после стольких лет… — Харучие ресницами хлопает и ставит бутыльки на место, а ложки помоет пойдет. Санзу намывал те бедные ложки минут пять, пока не брызнул водой себе в лицо. Что не так с этой Сенджу? Девушка проспала с час. Она открыла глаза, осмотрела комнату. Стало легче. Даже дышалось легче. Ни то, что подняться. Не найдя Санзу в комнате, Сенджу приняла душ и в футболке и трусах вышла в гостиную. — Харучие? Ты тут… ? Он лежал на диване. Рука одна на полу, лежит на животе, а затем голову поднимает и через плечо смотрит: — Здесь, — махнул он ей рукой и снова улегся на подушку. — Еще час до принятия хуевин. — Я… Наговорила ерунды, да? — подходит ближе, светя бельём. — Ты сказала, что у тебя температура, — зевает он с закрытыми глазами и подушку под себя поднимает. — Типо… Мне похуй че ты там сказала. — Ну… Не похуй? — Похуй. У тебя температура блять. Че пристала?! — рявкнул на нее Акаши. — Иди спать и мне не мешай. — Ты лежишь на диване… — констатирует факт девушка. — Санзу… У тебя… «Это» с собой? Давай сыграем? Парень глаза распахивает, а после кивает ей, разглядев ее коротко. — В чем заключается игра? — Правда или действие, но… Только вроде как под кайфом. Не хочу, чтобы думал, что я сошла с ума. Ты опоил меня, так что вроде как мне должен… Так что? — М… Такеоми если увидит, то нам пиздец, — шмыгает он носом и встает с дивана. Вместо пачки сигарет, точнее сигарет в пачке — лежат косяки. — Бери, — протягивает один ей, а после берет еще один, вставляя себе в рот и подкуривает. Девушка повторяет жест за ним. Делает затяжку. С непривычки кашляет чуть, но тянет. — Начинай ты… — Правда или действие? — делает две затяжки сразу и смотрит на сестру, выдыхая дым перед собой. — Правда… — Нравится тебе Казутора? — он слышал, что Сенджу сказала о симпатии именно к нему, но ей же может кто-то еще нравится. А ему это важно. С какого-то хуя важно. — Нет… — произносит девушка предельно честно. — Правда или действие? — Правда, — делает он еще один затяг и казалось, вообще взгляда с Сенджу не сводит. — Что думаешь обо… О Сенджу. Не как о сестре… Или дело в чем-то другом… Он губами причмокивает, пытаясь собрать все мысли в порядок. Если бы он сам только знал. — Я не знаю, — отвечает тупым ответом, но только это описывает все, что он сейчас чувствует. — Ну вот… Вы же не общались… Столько лет… Что ты думаешь о том, какая она сейчас? — Да кто «вы»? Сенджу, ты на приколе?! — машет он руками. — Или ты специально разыгрываешь тут, типо чтобы я завязывал, потому что якобы вижу и слышу всякую хуйню?! — Если я скажу, что я не Сенджу. Ты мне поверишь?.. — задаёт Вин вопрос. — Тебе наверное хватит, — он вырывает из ее рук косяк и тушит его о стол снизу. — Сам посуди… С чего бы Сенджу спустя столько времени прийти извиняться? — Ее клонировали? Ты совсем уже? — Нет. Просто представь гипотетически, что в ее теле другой человек… Как бы ты отреагировал? Харучие походу впервые погружается в дереализацию. Его сестра и так говорит с ним, словно это не она. — Ну… Конечно, это было странно, но… Если учитывать то, что мы не общались, то даже как-то все равно. — Ну вот, а если прикинуть… Что допустим… В ее тело попала чужая душа. Гипотетически. Что бы ты сделал? Розоволосый вздыхает, прикрыв глаза. Создается ощущение, что он в психушке, и тому накидывают ситуации, проверяя светлость его разума. — Хорошо… Допустим. Допустим, что уже бы не относился как к сестре и не особо бы себя сдерживал. — Вывод какой-то напрашивается? — спрашивает она, а после выдыхает, — Забудь, я просто спросила. Чья теперь очередь? — Моя, но я отказываюсь играть дальше. Я только сейчас заметил, что у тебя другого цвета глаза. Значит душа в теле Сенджу… А что… Очень даже хорошо, — он ползет к ней как кот, нависает, когда она лопатками касается подлокотника дивана. — Как себя чувствуешь, не Сенджу? — Меня зовут Вин… — произносит девушка, чуть более серьезно, — что? Правда другого цвета глаза? — удивляется, широко их распахивая. — Ви-и-н, — протягивает слово, — Сейчас вытекут, если так и будешь держать их на выкате. — Что же, Вин, теперь будем проводить больше времени вместе? — Тебя вообще хоть немного парит, что я сказала? — цокает та недовольно, — Я типо, окей, даже если опустить то, что в чужом теле… Я ж в теле твоей сестры… — И? Сестра пошла в меня внешне. Такая же хорошенькая… А я все думал, как это Сенджу подошла ко мне? — он опускает к шее девушки, вдыхая ее запах и целует туда же. — Ебанистика какая… — Я не менее ебанутая, если поперлась к тебе, зная детали… — на шумном выдохе произносит девушка, — Черт побери, до чего ты вкусно пахнешь… Голова кружится. Иди это от температуры? На теле девушки появляется новый рисунок, что, кстати, очень подходит под теорию Юзухи. Харучие только смеется тихо и мотает головой лениво. — Косяк… — он прикладывает щеку к ее щеке, потираясь о ту. — Нам нужно подняться наверх… Она шумно выдыхает снова, а после просто поднимается с места. В этот раз противиться не будет, как и в прошлый. Зачем противиться судьбе? Вин останавливается на секунду, только чтоб обернуться назад и проверить, идет ли Харучие. После произносит. — Не веришь мне? — Верю. Просто потому, что Сенджу никогда бы не имела со мной дела… — он хватает ее за руку и заводит в комнату, впечатывая к полотну двери. Руки над головой держит за запястья и целует ее грубо, прикусывая губы. Девушка поддается его порыву, теперь уже сминая его губы как умея. От этого парня рядом просто все тело отказывается работать как положено. Как должно реагировать в данном положении. Она мычит, довольно, кусает его губы, потираясь промежностью о его колено, что держит. — Х.Харучие… — томно произносит девушка. — Сенджу я дома! — слышится с первого этажа, — принес тебе лекарства… — Мать твою… — Ебаный ты блять… — Санзу вздыхает и подходит к тумбе, ставя лекарства, будто сейчас только пришел. Шаги Акаши старшего все слышнее, а теперь он в комнату стучит и входит. — О, а ты здесь чего? — смотрит он за движениями Харучие. — А… Гляну потом можно мешать это все или нет. Поужинаешь с нами? — Поужинаю. — Я приготовлю… — тут же откликается Вин так, будто ее до этого тут и не было и она вообще возникла из неоткуда. После лекарства, что дал Харучие, стало намного легче. Да и травка помогла расслабить тело. Старший оглядел розоволосого, а после покинул комнату и прошел на кухню.