Дискотека.

По всему помещению разносилась громкая музыка, бетонные стены начинали подрагивать. Все звонко смеялись и попивали то газировку, то алкогольное пиво. На большее бюджета не хватило. Ученики кружились в плавном танце, не переставая танцевать. Похоже, кто-то словил ритм. Вроде у всех сегодня должен быть счастливый день, но... Только двое парней тосковали и злились по разным углам, думая о чем-то своем. — Да ладно тебе, что в этом такого! Ещё помиритесь, я тебя уверяю! — кричала Даки, поставив руки по бокам и грозно уставившись на друга. Тот же закатил глаза, цыкая. — Пошел он теперь нахуй. Парень ещё, называется... Так себе из него партнёр. — отрезал Аказа, сделав глоток апельсинового сока и вновь хватая упаковку, наливает ещё. Девушка резко выхватывает ее, закрывая и обратно ставя на стол. — Быстро, блять, пошел к Доуме, и извинился за свои слова. Ты же виноват в том, что залез в чужой телефон и прочитал переписку! — Даки кричала, не собираясь отставать. Она прекрасно понимала насколько ему дороги отношения со своим парнем, ей не хотелось видеть каждый день это тупое лицо. В чем же дело? Все совсем просто. Аказа решил в тихую заглянуть в телефон Доумы, а там переписка с девушкой. Видеть измену всегда неприятно, особенно когда это делает человек, которого обожаешь всем сердцем. Так парни и поругались, прямо во время школьной дискотеки, когда планировали оторваться по полной. На другой стороне комнаты был светловолосый, отводя смущённый взгляд в сторону. — Нет, нет и ещё раз нет! Ты с дуба рухнула или что? — отрицал Доума, покачивая головой в разные стороны. — Ну Доума! Пожалуйста! Иначе я буду тебя мучать до конца твоей жизни, что ты умудрился отношения человеку испортить! — умоляла Шинобу, ласковыми глазками глядя на парня. Она схватилась за чужие руки, начиная их трясти. — Д-да погоди ты, погоди! Я по-своему сделаю! — протараторил тот, отрываясь и тяжело выдыхая. Он тоскливо посмотрел в другой угол, где сидел грустный Аказа, осматривая других людей. Доума сжал руки в кулак, быстрыми шагами направившись в ту сторону. Еле как пройдя через толпу людишек, парень встал прямо перед ним, скрестив руки на груди и отведя взгляд на танцпол. — Э-э-эм... Аказа, — промямлил блондин, почесывая затылок. На него уже смотрел розоволосый, презрительно оглядывая, — Не хочешь потанцевать? Тот удивился, пару раз хлопая глазами. Он поставил опустошенный стаканчик на стол, бросаясь в объятия Доумы, прижимаясь всем телом. — Блять, конечно хочу! Ещё бы позже пришел! — воскликнул Аказа, — И ещё... Я бы хотел извиниться за ту хуйню. Все-таки, мы все имеем право изменять и... — Это была Шинобу. — перебил Доума, покачивая головой, — С каких пор мне подходит имидж изменника? Я как любил тебя, так и люблю. Он немного приулыбнулся, целуя парня в щеку и хватая за руку, быстро повел на середину зала. Музыка играла на всю, создавая приятную атмосферу. Теперь все веселятся, радуясь каждому мгновению.

На свете нет зрелища прекраснее, чем прекрасное лицо, и нет музыки слаще, чем звук любимого голоса. Жан де Лабрюйер