Офисный Маримо

      Праздники благополучно прошли.       Новый год встретил всех по разному.       Некоторых счастливыми или печальными новостями, потерями и приобретениями, старым или новым укладом жизни. А Зоро новый год преподнес подарок в виде внезапно начавшегося гона.       Нет это конечно же вполне нормально что на месяц раньше но сила этого раза была как в худшие времена. У Зоро был "Срыв".       Обычно переживающий гон с парой таблеток и целым флакон блокаторов в сутки. Ничего не подозревающий Зоро был на работе когда изнутри начал распирать ад.       На пути из кабинета альфа оцепенел.       В следующую секунду ощутив как каждая мышца застыла в напряжении слова по максимуму натянутый канатный трос. Разум мигом затуманило плотным наркотическим дымом и кинуло в шторм картинку перед глазами окончательно дезориентируя.       Первая волна всегда вызывала отупение сознания.       Дальше было не лучше.       Ко второй, оглушенный шквалом, Зоро как по спуску курка грохнулся на колени с оглушительным ревом боли.       Жар медленно овладевал телом, раскалил бегущую по венам словно ртуть кровь, ломал кости до фантомного хруста, плавил остатки мозгов выжигая воздух в легких что пеплом оседал на них. Альфа болезненно скривив лицо покрылся испариной, сглотнул слюну пытаясь промочить сухое горло, проморгал выступающую от высокого давления влагу и замер согнувшись на полу.       Затем шло самое унизительное.       Животная натура альфы начала брать свое. Вытесняя слабое человеческое сознание. Когда из горла вырывался чуть ли не звериный рев вместо связных слов, когда даже взгляд становился диким как у хищника в приступе бешенства наводя ужас на окружающих.       Десна как и вся челюсть отдались тупой ноющей болью переходя к будто простреленным сквозь вискам, прорезались клыки. До побледневших костяшек вцепившись в не длинный ворс ковра Зоро клыками прикусил губу, отрезвляясь горьковатым привкусом собственной крови.       Человек кое как собрав последние крупицы разума подавляя зверя, велел, точнее почти прорычал прибежавшим на крик с обеспокоенными лицами бетам не подходить близко, запереть дверь кабинета, вызвать контроль группу и вывести всех омег из этажа, чьи феромоны в этой мешанине, скрытые за блокаторами и духами все равно доносились до обострившегося нюха, обжигая слизистую какофонией смрада.       Органы чувств доведенные до высшей точки эскалации, забрали последние силы. Альфа крепко зажмурил глаза пытаясь выровнять частое дыхание, прогнать фейерверки бледных пятен за веками, игнорировать гудящий от скрипов дверей, шепчущих голосов и механического рокота слух, отгородится от заполняющего легкие с каждым вздохом сотни тысячи ароматов.       Но провалился отдавая власть дикой сущности.       И лишь тонкая ниточка коньячно терпкого, слегка сладко-медового амбре пробилась через скопище. Зацепила зверя, поводком обвиваясь на шее, держала в узде. Настолько сладостно соблазнительный что в его реальность трезвый человеческий рассудок мог усомниться. Но зверю хватало и миража.       Обессиленный ломкой зверь в теле человека, вскинул голову, на манер хищника принюхался к воздуху поймал след и возвел влажные, покрасневшие глаза к двери с целью установить его источник. Но взглядом наткнулся на высокого в белоснежном костюме мужчину. Зверь не осознал что в своих внутренних метаниях пропустил момент когда незнакомый с явно не уступающим ему запахом альфа вошёл в комнату.       Терпкий запах мокрой древесины, кострового дыма маслянистого кипариса набатом ударил в голову спуская последние тормоза. Внутренний альфа пришел в неистовое бешенство, чужак стоял на пути к такому маняще притягательному видению. Пришлый самозванец иначе как оппонент не воспринимался все естество распирало в желании вступить в бой снести преграду и пустится в охоту.              Альфа оголил в оскале клыки выпустил оповещающий рык в сторону оппонента, и был готов сделать рывок в миг когда слух уловил щелчок а жгучая боль пронзила плечо, бедро и перед глазами встала тьма.