День когда всё произошло.
Ночь. Шёл сильный снег ещё тогда, но это не помешало выйти им на «стрелу», которую сами же и забили. Фонари почти не светили. Если от них и был какой-то свет, то очень слабый. Брать много лиц на эту встречу Вова не захотел. Маратик, Зима и Трубо были с ним. В каком-то месте это даже его лучшие друзья. С ними он общался больше всех. — Где этот придурок? — пинает Валера снег под ногами. — Я его из под земли достану, а после пару раз поглажу его и обратно верну под землю. — Не кипятись раньше времени. — спокойно ответил Вова. Все были спокойны. Один Турбо ходил с места на место. Снег пинал и всё, что было у него на пути. Вахид пытался с ним поговорить, чтобы как-то успокоить, хотя-бы на время, но это оказалось бесполезно. Ребята чуть друг с другом не сцепились. А это ещё хуже. — Опаздываем. — кринул Адидас силуэту, который направлялся в их сторону. — Не хорошо получается. Валера сразу хотел налететь на него с кулаками, но Марат и Зима успокоили его и дали время Вове поговорить с ним. Дальше конечно он получит от каждого. Ибо нехер их девчонку трогать. — Звать тебя как? Напомни. — Орёл. — Ну сейчас станешь петушком. — усмехнулся он. Обстановка с каждым словом наколялась всё больше. Вот-вот и что-то произойдёт. Орёл этот оправдаться пытался. Разъяснить ситуацию мирно и без конфликта. Но они не были настроены на это. Каждый хотел заехать ему по его уродской физиономии. А Турбо горел этим желанием больше всех. И это было даже не странно для всех. — Не правильно получается как-то. — А ещё не правильно компашкой на одного. — А ты не боись. — улыбнулся он. — Мы каждый по одному проведём профилактическую беседу. Вот тебе один на один. Парень на понятия пацанов стал переходить. Вот тут уже образовался огромный спор. Вова специально тянул разговор до последнего. Ведь злость с каждым разом кипела всё больше, а значит и желание влипить ему тоже. — Да чего мы ссорится будем! Вы же нормальные пацаны! Просто сестра твоя ахуела в край, но разобрались же. — удар и он больше не стоит на ногах. — Кто ахуел повтори. — переспросил он, — Кто ахуел повтори! — теперь кричал он. — Сестра твоя. — удар ногой за ответ. Все смотрят на это зрелище и так хотят ему добавить. А Адидас так и церемониться с ним. Парни стояли в пару метров от них. Валера так и укусал губы чтобы навалять ему больше всех. Он считал, что никто не может трогать его девчоку, кроме него. А уж обижать тем более. Вова смотрит в сторону друзей и сплёвывает. Головой кивнул, тоесть дал понять, что они могут подходить. — Ну привет, чушпан. — сказал Турбо. Всё было как сказал Адидас. Они компанией его не били. А вот по одному. Самый жёсткий из них был Турбо. Бил его он точно как в последний раз. Удары ногами так и летели по Орлу. В какое место ему прилетело никого не волновало. Он пытался отбиваться, но боюсь удары по лицу от Валеры были больнее всего. Ненависть так и кипит в них, главное чтобы они его не убили. Но постарались они так, что запомнит их встречу точно на долго. — Пацаны, пацаны. Хватит, прошу. Извините меня. — скулил Орёл слабо. — Что-то петух раскукарекулся. — усмехнулся Зима и ударил его по лицу, тот лишь отхаркнулся кровью. — Пацаны не извиняються. Знал? Ааа… Ты же чушпан, точно. — Маратик тоже зол был, его сестрёнку мог обижать только он, а не какие-то левые типы. — Сука! — крикнул Турбо, — Ты ещё говорить можешь? Я сейчас это исправлю. — парень садиться на него и бьёт двумя руками с двух сторон, кажется если его не остановить, то он убьёт его точно. — Хорош. — сказал Вова, чтобы он успокоился, но его Валера будто не слышит, — Я сказал хорош. — крикнул он и оттягивать его принялся. — Я обещаю, сука! Я его в следующий раз убью если он хоть рядом с ней окажется! И сестру его тоже! — кричал Турбо, — Срать я хотел на них всех. Рину никто не будет трогать пока я жив. — наклонился он к нему, — Ты услышал слова мои? — на это потерпевший только слабо головой покачал. Ребята уходить начали. На последок Адидас его пихнул ногой. Они сделали это точно не зря. Теперь к Рине лезть никто не будет. Может в той ситуации она была и не права, но она не просила приписывать ещё какого-то брата, она тоже умеет жаловаться. Орёл теперь точно петушок. Снег во круг него был весь красный. Как он потом добирался до своего дома никто не знает. Но это уже его траблы. — О боже. — от этого рассказа её передернуло. — Я не буду это комментировать, ладно? — Сама хотела узнать, что произошло. Мы рассказывать не собирались. — закурил Вова сигарету. — И возлюбленного своего иди пожалей. А то все костяшки выбил, бедный. — злил он сестру. — Сам иди жалей. — Я не пидр. А тебе он нравится. — Можешь помолчать уже. — будто специально начал этот разговор при старшем брате. — Не смотрите на меня так. — словил он вгдзяды их, — Я ещё подумаю, что сказать на этот счёт. А сейчас пока можешь идти глазки ему строить, пока я добрый. — улыбнулся Адидас сестре и погладил по голове. — Улыбается, значит добрый. — посмеялись они. — Ладно, я пойду. Смешанные чувства. Вроде весело итак странно одновременно. Приятно, что за неё вступились, но по рассказу это было очень жестоко. Особенно Валера. Не из-за одних же дружеских чувств он его там избил больше всех. Может поэтому он не появлялся? Как же с ним сложно. Или она всё только услажняет? Как только она вышла от братьев её встретил Турбо. — Привет. — почесал он затылок, а у неё глаза по помещению забегали, исказала ту самую и нашла, стояла там в уголочке. — Привет. — кратко ответила она и совершенно без эмоций. — Что с настроением? — сразу заметил он, — Вы там кричали достаточно громко. Ты из-за этого? — беспокоился. — Да нет. — одела она наигранную улыбку, — Думаю как же твоей подружке одиноко без тебя сейчас, грустно аж стало. — смотрела она всё время в её сторону. — При чём тут Кристина? — посмотрел он в сторону куда смотрит девочка, — Ринок, что за предъявы? — поставил он руку свою на стенку так, что она оказалась прижата к ней. Она сама с себя в шоке. Девочка не хотела как-то предъявлять ему за неё. Это случайно вырвалось. А сейчас теперь она стоит прижатая им к стенке и между ними почти ноль расстояния. Сейчас он показался ей по особенному красивым. Такой сосредоточенный и напряжённый одновременно. Его волосы всё ещё лезли ему в глаза, она сама не заметила как потянулась поправить их. На это он только улыбнулся. Рина чувствует как эта Кристина прожигает их взглядом, это ей нравилось ещё больше. — А с какого хуя она тебе, что-то пиздит так мило? Сверху ещё и глазки свои строит. — прикусила язык после сказанного, она совершенно не контролирует, что говорит. — А ты ревнуешь? — нагло улыбается. — Я? Пф-ф-ф… Нет конечно! Придумал. — ревнует и ещё как, и это очень сильно видно. — Малая, врёшь же. — заправил он ей волосы за ушко, на что Рина губы поджала, теперь ей нечего сказать. — И чего молчишь? — А ещё ты за все эти дни… — перебил он её. — Да. Извини. У меня были дела, поэтому не мог появиться в ваших красочных днях и украсить их ещё больше. Но мисс, я обещаю исправиться. Извини ещё раз. — Валера взял её руку и преподнёс к своим губам, он нежно поцеловал её. — Извиняю. Ты руки почему не перебинтовал? — в глаза бросились его красные костяшки. — Да тут они же… — Мне уже рассказали какой ты герой. — на это он глаза в пол опустил виновато, — Перебинтуй пожалуйста. — Милый, давай я тебе ручки перебинтую. — влезла та, будто чувствовала о чём они говорят. — Милый? — сказала она тихо, что услышал её только он. — Слушай, Кристина, ты не вовремя. — говорил он ей рассматривая лицо Рины. — А… Я… — Съеби уже ты отсюда нахуй. Или тебе помочь блять? — повысила она свой тон, после чего та сразу ушла. — Рин. — Поговорим тогда, когда у тебя фанаток не будет, ладно? Мне эти препятствия не нужны. — она аккуратно скинула его руку, чтобы пройти к выходу. А если он ради неё не перестанет с ней общаться? Если только что произошёл конец в их истории? Она снова себя накручивает, в плюс сейчас он останется с ней в одном помещении. Как же прекрасно! Была бы её воля, девочка прямо там бы размазала её по стенке. Ещё и имя противное у неё такое. И сама она противная! Валера, что же ты делаешь с ней… — Ринка! — окликнул её Вова, — Я забыла сказать. Сегодня мы собираемся все у Вахида, ну как все… Самые близкие так скажем, ну понимаешь. Я за тобой зайду вечером с Маратом, поняла? — всё за неё решили, как всегда. — Да, поняла.***
Там точно будет Валера, так что нужно выглядеть лучше, чем обычно. Да и нужно быть в раз сто прекраснее этой Кристины. А может эта Кристина знак? Что он не её судьба? Рина никогда не любила преграды, поэтому она их либо быстро убирала, либо отступала. По сути сейчас Турбо должен сделать выбор от которого будет зависеть всё. Девочка не знает какие отношения у него с ней, но лучше же будет если её не будет. — И снова здравствуй, моя любимая сестрёнка. — заходят к ней в комнату два брата, — Держи. — Вова протягивает ей шоколадку. — Спасибо. — улыбнулась она ему и чмокнула в щёчку. — Э. — опомнился Марат. — А меня? Его больше любишь, да. Понятно. — Иди ко мне, мой бедненький мальчик. — дразнила его, — Никто его не любит, никто не ценит! — гладила она его по голове и целовала. – Ну всё. Рина. Рина! Хватит. — теперь слишком много внимания она ему уделила, старший лишь смеялся с неё. — Тебе ещё долго собираться? — Ну нет. — врёт, ей собираться минут сорок. — Слава богу. — сказал Марат и вместе с братом сели на кровать. — Нам ещё за Айгуль зайти нужно. — Вы помирились? — Что-то вроде того. Брат начал рассказывать о том, как они помирились. Ох уж эта подростковая романтика. Но девочка очень рада за них. Не придётся от каждого из них теперь выслушивать какие они херовые. Пока братья что-то рассказывали, Рина иногда поддерживала разговор, ведь она сидела и красилась. Так сильно она была сосредоточена на своём внешнем виде сегодня. Как на зло ещё не получалось сделать всё с первого раза. Ужасное начало. — Ринааа… Уже двадцать минут прошло, а ты только губы докрашиваешь. — ноет Марат, — Блять! Так ты даже не одета ещё. Боже. Эти женщины… Вы сводите меня с ума! — Наслаждался бы красотой своей сестры, придурок. — и действительно, Вова очень внимательно следил за каждым её действием. — Мне за Айгуль надо-о-о. — Не скули уже, а. — сказала сестра, потому брат начал надоедать. — Иди за Айгуль, а на месте встретимся. — сказал Адидас. — Если вы придёте через часа три… Я не удивлюсь. — пожал он плечами, ведь девочка всё ещё красит губы, после этого покинул их. — Ринка ты итак чума. Зачем красишься? — сделал он ей комплимент. Недолго ещё смотрела на свой макияж, она пошла выбирать в чем пойдёт. Как же сложно. Почему она родилась девочкой? Можно не париться и одеть спортивный костюм. А можно вообще сарафан одеть. А можно… Ничего не можно. Не знает она, что одеть. Зависла перед этим шкафом и отлипнуть не может уже минут пять. — Тебе помочь? — спрашивает брат. — Один или два? Под первым вариантом был сарафан с гольфом, под втором джинсы с чёрным топом на котором была надпись на английском. По сколько по английскому она не бум-бум, перевести она её не смогла. Сверху будет короткая чёрная кофта. — Ну два. — на эти слова она показала ему прикид. — Иди одевайся. Вот она уже стоит крутиться перед братом. Выглядела она просто великолепно. Хотя девочка всегда так выглядит, но сегодня она постаралась над своим видом, из-за чего настроение даже лучше стало. — Милая. — улыбнулся он ей, — А ещё ты собиралась сорок минут. — после сделал улыбку ещё шире. — Прости. Тебе нужно было идти с Маратом, я бы потом подошла. — виновата говорила она. — Я не жаловался вообще-то. — на что она улыбнулась ему.***
Рина старалась идти очень аккуратно, ведь она одела кроссовки. Одела бы сапоги и не парилась, но надо же повыпендриваться. Ноги уже околели, а идти по словам брата ещё минут двадцать, но это с учётом того, что ещё они зайдут в магазин. Руки все красные как и её лицо. Вместо красивой модели они превратилась в снегурочку. Этого она не расчитала перед выходом. Ладно, как зайдут в помещение со временем всё станет отлично. В магазине Вова купил немного алкоголя, сигарет, напитков и по мелочи. Видимо хорошо посидеть планируют. Сверху ещё и ей батончик купил. Брат всегда покупал своей сестре что-то, для него это мелочь, а ей же приятно. Идет и ест свою сладость и с Вовой поделилась. Если всю ту дорогу перед магазином он шутил и шёл на веселе, то сейчас что-то изменилось. И спросить страшно, вдруг она уже что-то не так сделала. Иди и гадай теперь. Она же так любит это делать. — Поговорить хочу на счёт тебя и Турбо. — начал он, — Благословение до конца не даю, но против ничего не умею. Так что можете не шугаться меня. — ухмыльнулся он, — Я ещё конечно не особо впечатлен вашими мутками, но раз нравитесь друг другу, то чего я буду мешаться. — затих на немного. — Но сука! Обещаю, если он сделает что-то не так… Я ему сразу яйца откручу! Хоть слеза из-за него упадёт! Я даже не посмотрю, что он мой друг. — Спасибо, пап, за разрешение. — «пап» она специально выделила, чтобы он понял, что ведёт себя как озабоченный папаша. Главное чтобы сейчас не оказалось так, что Валера её на другую променял. Тогда ему точно будет хуже всех. Ведь Рина тут считай подтвердила, что между ними молния, гроза, безумие. Конечно их поведение тоже странное, официально они не встречаются, но ведут себя почти так. Какая сложная эта химия. Любовь — это химия, а по химии у неё всегда были двойки. Может и сейчас тогда не повезёт?***
На магнитафоне играла музыка. Ребята во всю веселились. Всё происходило как она и сказала. Тут была ещё и Кристина, и выглядела она не хуже её. Пару человек она тут не знала, но это не мешало ей находиться сейчас тут. Пили абсолютно все, кроме Айгуль. Рине тоже Адидас сказал не наливать ни в коем случае, но Зима как та самая тётка на семейных застольях подлил ей в напиток водки пока никто не видит. И такие махинации они проводили несколько раз, главное не спалиться, иначе крышка будет двоим. — Давай стакан. — тихо будто прожужал Вахид, он оглянулся по сторонам и аккуратно добавлял спиртное в стаканчик. — Сюда Адидас идёт. Сказал им Пальто, ведь заметил их махинации, а они быстро среагировали. Она лишь улыбнулась ему и кивнула в знак одобрения. Хороший он оказывается. Мнение о нём теперь только лучше. После слов Андрея спустя минуту в комнату зашёл брат. — Нас чуть не спалили. — говорил он ей на ухо, его голос уже был слегка пьяным, так он ещё и картавил, это так её рассмешило. Она подняла свою голову и словила взгляд Валеры на себе. Он стоял упёршись об стенку отпивая содержимое стакана. Его взгляд был убийственным, будто ему что-то не нравится в её поведении. Рина не знала, что не так, но и голову решила себе не заморачивать этим. У него было достаточно времени, чтобы выполнить её просьбу. И с каждой минутой в квартире всё больше казалось, что он её не выполнил и не собирается. Зима тоже поднял голову за подругой и начал смотреть в сторону где стоял его друг. Он тоже заметил этот взгляд на них. — Мне кажется сейчас нас просто начнут убивать. — посмеялся они, — Че у вас уже случилось? — выпил он свой стаканчик, а Рина по тихому отпивала. — Ёбаная ревность! — после этих слов она вкратце рассказала ситуацию. — Набила бы ей ебло и не парилась. — ответил на происходящее друг. — Ну конечно. — парень снова разливал алкоголь по стаканам, девочка уже была слегка пьяная. — За вас. Она усмехнулась и они чокнулись стаканами. В этот раз содержимое было без напитка, поэтому горькая жидкость заставила скривить лицо. Вахид сразу среагировал и налил обычного напитка, который она сразу же выпила. Ну и дерьмо. Рина ушла в ванну, чтобы проверить её внешний вид, а то вдруг уже что-то не так. Губы почти стёрлись, поэтому она их подкрасила, а остальное в норме. Свет в помещении был слабым, что очень бесило. Алкоголь в крови начал ещё больше напоминать о себе. Классное ощущение, главное чтобы на утро ей «классно» не было. Ещё немного она посидела там. Подумала о своём. Перекурила. Прошло уже наверно ещё часа два как находится тут. Время где-то конец двенадцати. К этому времени она выпила ещё больше. Везёт что брат пьянее её в несколько раз, поэтому не поймёт, что она тоже тут развлекается. За этот вечер она обсудила всех кто находится тут. Больше всего Кристину. Так она ещё никогда никого не обсирала. И вся эта неприязнь к ней только из-за него. Не было бы его у неё в голове, она даже не обращала бы внимания на эту девчонку. Спасибо Айгуль, что она была рядом с ней, потому что водка давала храбрости Рине и она была готова убить Кристину. – Какую сыграем? – кто-то доверил пьяному Вове гитару. – Перемен давайте? – А давайте! – после этого он начал играть.Вместо тепла - зелень стекла
Вместо огня - дым
Из сетки календаря выхвачен день
Красное солнце сгорает дотла
День догорает с ним
На пылающий город падает тень
К ней подсаживается Валера. Сердце замерло и кажется сейчас она даже не дышит. Глубокий вдох. Главное не показывать вид, что ей есть дело до того, что он сидит рядом. Он смотрит на неё и она это чувствует. Сейчас Рина сойдёт с ума. Что он делает с ней? Хватит этого одурманивания. Это же алкоголь? Не сдерживается и в его сторону голову поворачивает. Он лишь за талию её к себе притягивает. Валера как наркотик для неё. Её так и ломит рядом с ним. Хочется прижаться только сильнее к нему и накрывать его губы своими.Перемен требуют наши сердца
Перемен требуют наши глаза
В нашем смехе и в наших слезах, и в пульсации вен
Перемен, мы ждём перемен
– Рина... Парень так нежно произнёс её имя на ушко. Рина чувствует его дыхание, ведь он уткнулся ей прямо в шею. По телу пробежали мурашки. Сейчас от него пахло сигаретами с ментолом, но этот запах сейчас такой дурманистый. Время будто остановилось и тут только они вдвоём. Девочка откинула голову ему на плечо, а он ей на ушко говорил.Электрический свет продолжает наш день
И коробка спичек пуста
Но на кухне синим цветком горит газ
Сигареты в руках, чай на столе, эта схема проста
И больше нет ничего, всё находится в нас
– Я перестал с ней общаться. Честно. Если до её куриного мозга, что-то плохо дошло-я не виноват. – язык уже заплетался, ведь выпил он не мало, – Ринка-а-а... прости если сделал что-то не так. Теперь всё будет хорошо, даже твой брат одобрил. – усмехнулся он. Рина ничего на это не ответила, лишь посмотрела в его глаза и улыбнулась. Валера прижал её сильнее к себе. Носом в макушку её уткнулся. Пальцами перебирал её немного запутанные кучеряшки. Вот сейчас и вправду всё хорошо. Стоило ли так волноваться?Перемен требуют наши сердца
Перемен требуют наши глаза
В нашем смехе и в наших слезах, и в пульсации вен
Перемен, мы ждём перемен