Новое дыхание

Что ж, когда всё сделано, можно идти. Сегодня Мишель пригласили поужинать с семьёй Дороти. Но не просто так, а чтобы сделать важное заявление. Заявление о том, что лучшие подруги больше не лучшие подруги. Мишель это самой пока непривычно, но они вместе. Дороти решила рассказать обо всём своей семье. Хотя бы своей, ведь рассказывать что-то об этом родителям Мишель — явно не лучшая идея. Ничем хорошим это не закончится, зная её отца. Но всё же, она предпочитает не думать об отце сейчас. Он скоро уезжает в другой штат к сестре, а пока что вечер Мишель хочет провести без единой мысли о нём. Сейчас она будет в кругу совсем другой семьи. Мишель не помнит, когда последний раз общалась с родителями Дороти за столом. Но она точно помнит, что еда, которую готовит её отец неповторима. Это, конечно, прекрасно, учитывая то, что Мишель часто забывает поесть когда ей никто не напоминает, а так она точно вдовль наестся. В общем-то, совместит приятное с полезным: вкусно поест и расскажет родителям Дороти об их отношениях. Правда, не только родителям. Мишель этого не хотела, но почему-то итальянцы не могут обойтись без того, чтобы приглашать всех дальних родственников за стол. К счастью, с ними не будет Фабианы, её мужа и их детей: всё-таки, просто так летать туда-сюда из Италии в Америку и обратно не так уж просто и дешёво, да и выходные есть не всегда. Но вот Джулия и Лиам присутствовать будут, как уже сообщила Дороти. Но это не так плохо, в конце концов, с ними-то Мишель хорошо общается. В общем, вечер обещает быть интересным...

***

Мишель бы могла сказать, что она чувствовала себя не в своей тарелке, но она слишком привыкла к этому. Но всё-таки, она, конечно, выделялась. Все были такими яркими и общительными, а она как всегда одета во всё черное с уставшим видом молча сидит. Но что точно можно скзаать, это что с такими людьми точно не станет неловко. Немного неудобно было только перед Дженнаро, когда он что-то говорил и приходилось переспрашивать по несколько раз, просто потому что он даже не пытается скрывать акцент. Казалось бы, он живёт здесь уже больше двадцати лет, а говорит всё ещё с акцентом, из-за которого его не понять. Ещё и разбрасывается своими неаполетанскими фразочками. К счастью, их Мишель понимает: Дороти тоже иногда их использует. Спокойной оставалась лишь Кристина, сидевшая за столом с несменным спокойным и дружелюбным видом. Все остальные же наоборот, не могли сидеть как нормальные люди. В Лиаме как всегда было слишком много энергии, поэтому он вечно бегал и помогал своему дяде с чем-то. Дороти старалась сидеть спокойно, но всё равно активно учавствовала во всех беседах, и половины которых Мишель не понимала, и смеялась. Было видно, что она старается сдерживаться перед Мишель и дай ей волю она бы тут же пошла бегать вместе с кузеном. Джулия тоже вела себя относительно нормально, но очень громко говорила, заменяя во всевозможных случаях звук «с» на «ш», и жестикулировала так, что Мишель казалось, будто она сейчас пеевернёт стол, а то и всю кухню. А когда Дженнаро делал что-то не так, она ещё и постоянно повторяла одну и ту же фразу, которую Мишель выучила уже лучше всего: «ma tu si scemo». М-да уж, и как после такого не верить стереотипам? Тем не менее, через какое-то время все наконец уселились. Беседа продолжилась спокойнее и Мишель даже иногда принимала в ней участие. В целом, всё было здорово, в том числе еда, но она уже начинала переживать. Скоро будет совсем поздно, а Дороти даже и не думает подводить к делу. Мишель уже думала начинать подводить её к этому, но тут она резко встала из-за стола, что вызвало недоумение у всех в комнатее. Даже у Стеллы, кошки, которая от скрипа испугалась и убежала под кровать, и у Ариэль, маленькой таксы, что слегка подпрыгнула от того же звука. — Кхм, слушайте, — начала Дороти. — Сегодня я пригласила Мишель сюда не просто так. Все перевели взгляд на Мишель, что заставило её смутиться и отвернуться. — Всё дело в том, что... У нас есть новость. В общем-то, если очень вкратце, без деталей... Мы встречаемся. В комнате повисла гробовая тишина. Похоже, все пока что только осмысляли эту фразу. — Почему ты раньше не сказала?! — первым отреагировавшим оказался Лиам. — Чёрт, я же видел, что ты что-то недоговариваешь! — Ну-у... — смущённо протянула Дороти. — Извини, я прсото... — Когда я начал встречаться с Энтони, я сразу тебе рассказал! Теперь все перевели взгляд на него. Кажется, это тоже для них новость. — Оу, я не говорил вам? — удивлённо спросил парень. — Что значит «когда я начал встречаться с Энтони»? — шокированно спросила Джулия, что, видимо, ничего не знала об отношениях её сына и его лучшего друга. Ну, теперь уже бывшего. — То и значит! Ребят, мы вообще о них говорим сейчас, чего вы все на меня уставились? — Слушайте, ну... — начала Кристина, вновь повернувшись в сторону дочери. — Это здорово. Мишель очень приятная девушка, все мы её давно знаем, думаю, у вас всё сложится. Рада за вас. — Я предлагаю выпить за это! — воскликнул Дженнаро, доставая из-под стола большую бутылку итальянского вина. Всё снова вернулось в привычное русло. Всем совершеннолетним кроме Кристины, что не пьёт алкоголь, налили по бокалу красного вина и все снова продолжили обсуждать что-то бытовое, предварительно одобрив отношения Мишель и Дороти. В целом, этого и стоило ожидать: неаполетанцы зачастую очень толерантны, а про Кристину и говорить не надо. В общем, всё прошло даже лучше, чем Мишель надеялась.