"Любимица" судьбы

Я потихоньку приходила в себя, сознание еще плыло, но уже выстраивалось в единую линию. Чувствовала приятный запах ананасов и чистого постельного белья. Прямо-таки дежавю. Чтобы открыть глаза, пришлось приложить усилия. Веки были очень тяжелые, спать все еще хотелось. Справившись с этим, я все же осмотрелась. Эту комнату я хорошо запомнила, хоть и прошло шесть лет. И снова полупрозрачная шелковая сорочка. Я села в кровати, напротив стояла тумбочка, на ней лежал комплект одежды, состоявший из джинс и белой футболки. Локи решил обойтись без платья? Как же я надеялась, что все случившееся после аварии было просто сном. А я приложилась хорошо головой и потеряла сознание, остальное додумал мозг. Я встала, взяла с тумбы одежду и направилась в душ. Приведя себя в порядок, вышла из комнаты. В зале на круглом столике стояла кружка с горячим кофе и тарелка с мясом и овощами. От еды я решила отказаться, но вот утро без кофе подобно смерти. Так что взяв кружку, я села на диван. Пока кофе приводил разум в порядок, я судорожно вспоминала происшествия. Может все-таки сон? Нужно было найти свою сумку и уходить, сидеть и ждать непонятно чего, желания не было. Я поставила на стол уже пустую кружку и вернулась в комнату. Моей сумки нигде не было видно, и я начала лазить по ящикам тумбы. Во втором оказалась моя пропажа. Но, открыв сумку, я очень расстроилась — сотового там не было. Ну хоть сигареты и зажигалка на месте, так же как и документы с картами. Уже что-то. Я направилась на выход, пока можно было уйти незамеченной, на ходу доставая сигарету из пачки. — Уже уходишь? — холодно поинтересовался Локи. Он сидел на диване и пристально смотрел на меня. Вот сейчас его взгляд вызывал непонятные чувства. Я была очень рада его видеть, знаю, что дура, но и сильно бесил меня одновременно. Я и так не знала, чего от него можно ожидать, а сейчас и подавно. — Да. Спасибо за… Даже не знаю, — я закрыла глаза, совершенно не представляя, что сказать, и просто развернулась. Я направилась к входной двери, чувствуя на себе его взгляд. Но попытки меня остановить не последовало, и, немного успокоившись, я открыла входную дверь и замерла. Вместо выхода в коридор стояла белая кирпичная стена. Я дотронулась до нее рукой и обернулась. Локи улыбался, смотря на меня. — Зачем? — прорычала я. — Что «зачем»? — усмехнулся он. Я захлопнула дверь, начиная закипать. — Я тебе не домашний питомец, Локи! Выпусти меня! — Нет, — очень спокойно ответил он и указал рукой на тарелку. — И ты не доела. — Не голодна, — процедила сквозь зубы я. — Какого хрена ты творишь?! — Ты забываешься, дорогуша, я тебе не человечек, с которым можно разговаривать в таком тоне, — очень спокойно сказал трикстер. — Да, точно, простите, Ваша Светлость, я забыла, что ты зазнавшийся божок! Локи посмотрел на меня таким пожирающим взглядом, что резко захотелось провалиться сквозь землю, или хотя бы спрятаться. Он сильно сжал зубы, отвел свой взгляд и встал. — Ты не перестаешь удивлять, хотя чего я ждал от смертной… — трикстер неспешно шел в мою сторону. Я просто сделала шаг назад и уперлась спиной о стену. — Тебе ясно дали понять, кто я! Тебя вытащили из лап урода! — И я попала в лапы другого урода! — Вырвать бы тебе твой поганый язык, жалкая смертная! — Что ты от меня ждешь? — поинтересовалась я, стараясь смотреть ему в глаза. — На колени перед тобой я не встану! — Уверена? — усмехнулся он, подойдя ко мне. — Да! И с чего ты возишься с такой жалкой смертной? Локи протянул ко мне руку и провел пальцами по шее. — Сам не знаю, — он обхватил ее ладонью. — Сломать и жить спокойно, без неблагодарной дряни! — Тебя никто не заставлял носиться за мной! Ты… — Я? Не ты ли прыгнула на меня, повиснув на шее? — Локи убрал свою руку и расплылся в улыбке, смотря на меня, будто на блоху. — Даже в постель не потребовалось затаскивать, сама все устроила и ножки раздвинула! Меня настолько сильно вывели его слова, стало обидно. Не зря себя убеждала, что он мне не пара. Но сейчас… Я забыла, кто он, и с размаху засадила ему пощечину. — Сука! — закричала я, схватившись за кисть. Руку обожгло сильной болью, я будто со всей дури ударила бетонную стену. Из глаз даже слезы выступили от боли. — Жалкие потуги жалкой смертной, — сухо произнес Локи. Он потянулся к моей руке, но я просто отошла от него, увернувшись. — Отвали! — прорычала я, направляясь в комнату. Трикстеру не пришлось меня догонять или спорить, он просто появился напротив и протянул руку. — Дай посмотрю, — требовательно попросил Локи. — Ты же монстр! Вот и отвали! — Клер, не заставляй тебя заламывать. Руку дай! Я сделала шаг назад, не собираясь подчиняться. Локи закатил глаза, опустил руку и просто смотрел на меня. Кисть безумно сильно ныла, я его ударила от души, только вреда не причинив совершенно. — Что с Биллом? — неожиданно вырвалось у меня. — Жив, большего не знаю, — спокойной ответил Локи. — Зачем тебе это все? Ты спасаешь одного человека, при этом с другими жесток. — Потому что вы, люди, кроме силы ничего не понимаете! — холодно ответил он. — Ты считаешь себя монстром, почему? Пытаешься соответствовать этому определению? — Слишком много вопросов от простой смертной. — Вот и поговорили, — пожала я плечами, пытаясь обойти его. Но трикстер схватил меня за локоть больной руки и дернул на себя, так что я встала к нему практически вплотную. — Не ожидал, что ты такая наглая, — прорычал Локи. — А я, что ты такая дрянь, — прошипела в ответ я. Он не обратил внимания на мои слова. Осмотрел ладонь и зажал между своими. Пошло зеленое свечение, и жгучая боль усилилась. Я зажмурилась, сжимая зубы, лишь бы не закричать. Это не продлилось долго, буквально несколько секунд, и он отпустил меня. Я посмотрела на руку, которая больше не болела, а потом на него. — Если не съешь еду, я в тебя насильно ее затолкаю. Поняла меня? — прошипел Локи. — Катись в задницу! — прошипела я в ответ. — Я предупредил тебя, — ответил Локи и очень удивил меня, когда провел пальцами мне по лицу. Но, резко отдернув руку, развернулся и вышел из комнаты, просто пройдя сквозь кирпичную кладку. Я удивленно смотрела в ту сторону. — А… — вырвалось у меня. Я подошла к двери, открыла ее и потрогала кладку. Для меня она была твердая, холодная и настоящая. — Чертов Бог! — выругалась я. Только вот двери… А окна я не смотрела. Подбежав к окну, я открыла его и высунула голову. Ниже окна была серая дымка, поднимающаяся куполом вверх. Этаж оценить не представлялось возможным. Вспомнив все известные мне матерные слова, я, закрыв окно, просто направилась к себе в комнату. Моя сумочка с сигаретами осталась валяться на полу в зале. Черт! Сигареты. Достав пачку, я уселась на подоконник и прикурила. Я пыталась понять Локи. Но я в людях-то плохо разбиралась, что говорить о богах? Но все-таки прекрасно видела, как он общался со мной и людьми возле музея. Если со вторыми, даже с Тони и звездно-полосатым Капитаном Локи разговаривал именно как со скотом, то вот его отношение ко мне сильно отличалось. Да, после Штутгарта он похолодел, появилось презрение в голосе, во взгляде, но, как говорил Станиславский — не верю! Докурив сигарету, я выкинула ее в окно и спрыгнула с подоконника. За неимением вариантов времяпрепровождения, я направилась к бару. Ну что, если умирать то с песней и не в трезвом состоянии. Очень сомневалась, что Локи меня будет долго терпеть, а я просто не могла держать себя в руках и не нахамить ему. В баре было несколько бутылок моего любимого вина, что я сразу откинула. А вот виски взяла. И хоть крепкий алкоголь не переносила, сейчас это было самое то.

***

Я был в гневе. Наемники все разбежались, лишь бы подальше от меня. Столы, стулья, вся та немногая мебель, что была в помещении, нещадно разлеталась на куски. Как же Клер меня вывела из себя. Смертная, глупая дрянь. Надо было свернуть ей шею и выкинуть прямо на площади. А что сделал я? Как идиот бросил все, утащил ее оттуда, спрятал. Это обычная девка, которых миллиард и не только на этой планете. Есть куда красивее, сильнее и с хорошими манерами, чем это отребье. Но я не мог ничего сделать с ней. Когда эта дрянь хамила мне в лицо, я даже предпринять ничего не смог. Эта жалкая потуга с пощечиной. Вместо того, чтобы оставить ее мучаться с трещиной в руке, я потратил свои силы и вылечил. Кого? Ее? Я схватил единственный уцелевший стул и швырнул его в стену. «Урод», «дрянь» — это ее обращение ко мне, отчего-то делало больно. Мне должно было быть все равно. Кларисса, кто она? Ничтожная девка с высоким самомнением! Но меня сильно ранил ее взгляд, ее тон. Я идиот, который привязался к человеку, к этой овце неблагодарной. Зачем я ей помогал? Мне нравилось, хотелось, это же было просто желание. Но вкус ее губ, ее объятия… Сводили с ума. — Локи, ты нужен Селвигу, — сообщил Клинт, зайдя ко мне. Единственный, кто совершенно не боялся, безвольная марионетка, что исполняла мои просьбы. Единственный, кто был важен. Никто из наемников и сотой части не стоили этого человека. — Надо закончить задуманное, — пытаясь держать себя в руках, прорычал я. — Если не хочешь навести лишние подозрения, то минимум на неделю нам потребуется затаиться, при этом делая вылазки для вида бурной деятельности. — И все из-за какой-то девки, — прорычал я, направляясь в лабораторию. — Я могу ее сам убрать, — предложил Бартон, следуя за мной. — Нет. Если потребуется, я сам лично сломаю ей шею, — заявил я, одновременно почувствовав, как мое сердце сжимается в груди. Я прекрасно понимал, что не смогу, что всегда пытаюсь только помочь Клери. Но принять этот факт не получалось. И если такое и было в голове, то только вдали от нее. Я коснулся ее шеи, но не смог бы сжать, даже если бы потребовалось. Мою голову пробила сильная боль, что пришлось остановиться и опереться рукой о стену. Темный был зол, требовал действий.