Где теперь мое место

Жизнь Лафейсону больше не казалось медом с прибытием Сильви в таймлайн. До её появления — Локи чувствовал спокойствие, некую умиротворенность, а теперь только один стресс! Да чего она от него хочет?! Он мало для нее сделал? Видимо, да. Тогда лучше бы он остался сидеть на троне, чем терпел такие выкрутасы от Сильвии. Сначала она поселилась рядом с ними: теперь они соседи. Мобиус на это только развел руки «мол, смирись, это её жизнь» и Локи осталось только стиснув зубы терпеть. Затем эта негодница всколыхнула былые раны, сорвала присохшие бинты и чуть не нарвалась на гнев Лафейсона. Очень хотелось сорваться и едва не наорать на блондинку, лишь бы та прекратила свои игры. Чего Лафейдоттир этим добивается? Апогеем недели стало то, как она испортила ему свидание с другой девушкой! Издевается? Он ведь пытается жить без нее, не вмешиваясь, как она и просила! Начинает писать свою историю, но чаровница ему и шагу ступить не дает. Окружила со всех сторон. Когда Мобиус был на работе: да его работа в правоохранительных органах не стала для Локи сюрпризом, но все же, ночные смены бывшего аналитика, его немного напрягали: здоровье не казенное ж. После долгих и мучительно нудных разговоров, сын Лафея смирился, что это работа и ничего не попишешь. К тому же, ему тоже следует найти такое занятие, а не слоняться по дому, как приведение. Но сейчас речь не об этом. Локи готовился на очередную встречу, желая убить скуку. А кто ему запретит? Забыть о чаровнице было проблематично, когда она постоянно маячит перед глазами: однако, он усвоил урок — не вмешиваться в её дела. Сильвия всем своим видом показала, как не хочет видеть его рядом с собой. Ещё в баре, он уяснил, что его отправили писать свою историю, оставив в одиночестве, тогда, когда больше всего не хотелось оставаться одному. У них разные дороги и эта мысль крепко накрепко засела в голове опального принца. Поэтому, когда зазвонил звонок в дверь, а на пороге оказалась очаровательная брюнетка, то мужчина улыбнулся и попросил подождать всего несколько минут. Приведя себя в порядок, Локи открыл дверь и увидел только Сильвию, державшую пирог в руках. Какого черта, собственно говоря? — А ты чего здесь забыла? — произнес пораженный всей ситуацией бог обмана. — Спасла очередную бедняжку от участи сходить с тобой на худшее свидание и принесла пирог. — усмехнулась блондинка, переступая порог дома друга, проходя в гостиную Мобиуса и садясь на диван: положив ногу на ногу. Положив яблочный пирог на небольшой журнальный столик перед собой, облокотилась на спинку кожаного дивана. — Не благодари. — И не собирался. — он скоро сорвётся на неё за эти детские выходки. Зачем эта девушка так поступает с ним? Что же она не строит свою счастливую жизнь без него? Не может или просто ей нравится, когда он бегает за ней? Смотрит в глаза проникновенным, но щенячьим взглядом? Обида внутри Лафейсона горела синим пламенем, раздувая тлеющие угольки его темной души. — Что тебе нужно на этот раз, Сильвия? Я спокойно существую: живу, дышу, пишу СВОЮ историю. Да, да — мы соседи, но это твое желание, я здесь не причём. А теперь ты преследуешь меня по пятам, чтобы что? ЧТО? Ты САМА отправила меня: искать, писать, начать, да какая разница, свою историю и теперь мешаешь мне найти СВОЁ счастье. Как же это эгоистично. — Сказала же: спасаю бедняжек от участи быть брошеными тобой, как только они тебе будут не нужны. Это лишь забота о девушках, от которых тебе нужно держаться подальше. Ты опасен. С тобой невозможно построить отношения, так как ты так же эгоистичен, как и я! — самодовольно усмехнулась чаровница, гордо вздернув носик. Его слова нанесли раны, которые теперь кровоточили, но показать ему свою уязвленную натуру, светловолосая никак не могла. И все же, им нужно взять себя в руки и поговорить нормально. Лафейдоттир только разомкнула губы, обреченно выдохнув — Локи по. — но тихий голосок чародейки был прерван громогласным голосом бога историй, от чего по спине побежали мурашки или не только по спине? — Как ты меня достала… проваливай из дома! И оставь меня в покое! Желательно навсегда! Можешь даже не здороваться — это не обязательно! Я тебе и так не мало дал, но теперь до меня дошло, что ценить ты ничего не умеешь! — он подошел к девушке, схватив за правый локоть, тем самым рывком поднимая с дивана. Несмотря на его горящие глаза гневом, потемневшие от злости, Локи ещё спокойно вывел ту за порог, закрыв перед её носиком массивную дверь, оставшись один на один с бешено-колотящимся сердцем. ••••• Сорвался, не удержал внутри то, что спало эти несколько лет. Локи безусловно себя корил за то, что случилось тогда в гостиной. Он просто злился, но на что? На горькую правду? Эти девицы ведь не особо были интересны ему: в этом она была права на все сто процентов, но от этого осознания не становилось легче. Лафейсон сходил на пару свиданий, желая доказать внутреннему я, что Сильвия: ой как не права, но на каждом последующем рандеву, становилось всё хуже. Более того: Сильвии ничего не предпринимала и по началу это радовало, но лишь до поры до времени. Она больше не мешала его планам, не усмехалась на его колкости и даже перестала здороваться. Такую опустошенность он давно не ощущал, особенно когда асинья пропала из его кругозора на все выходные. Просто не видел её два дня, но беспокойство захватило с лихвой. После сытного ужина, который Локи в себя впихнул, чтобы не расстраивать друга, Мобиус решил немного схитрить: упадническое настроение коварного хитреца, не увидел бы только слепой, хотя, аналитик уверен, что почувствовал. — Локи. Сильвия просила принести ей немного одежды, не успела все купить к зимнему сезону. Не отнесешь мои старые свитера и куртки ей? У меня прихватило спину, не беспокойся, такое бывает. Заодно отблагодаришь за вкусный, яблочный пирог. Там, коробка на верхней полке шкафа. — брюнет лишь кивнул другу, понимающе улыбнувшись. Он видел хитрый взгляд и лукавую улыбку на губах седовласого, но сделал вид, что безоговорочно ему верит. — Да, конечно. Лафейсон лишь кивнул, поднялся вверх на второй этаж в комнату хозяина дома и выудил подготовленную коробку для Сильвии. Спустившись вниз, черноволосый надел ботинки и пальто, хлопнув негромко дверью. Девушка не открывала в течении 15 минут, хоть у неё и горел дома свет, пришлось воспользоваться магией. Отворив дверь, Локи прошел в холл, оставив коробку на комоде в прихожей. — Эй, Сильвия? Ты здесь? Я принёс вещи от Мобиуса и. ты что поэтому не отвечала? Аномалия нашлась погруженная в себя, слушая какую-то депрессивную (судя по настроению) музыку: закрыв глаза и откинув голову на край спинки дивана. В руке у девушки был телефон, с помощью которого она мотала песни. Открыв глаза, чаровница перевела тоскливый взгляд на Локи, затем устремила взор в потолок. — Оставь у двери или на комоде. Не важно, а затем — уходи. — махнула асинья рукой, прогоняя прочь Локи. Брюнет хотел съязвить, но резко остановился, заметив в каком состоянии была женская версия. Внутри, что-то рушилось, ломалось, от чего трикстер решил аккуратно присесть рядом. — Что слушаешь? Блондинка моментально сняла свои наушники с ушей, быстро надевая на голову бога обмана, прижимая наушники к его ушам, а после заговорила с ним, но Локи ничего не слышал и не мог даже понять, о чем она говорит. Просто стал вырываться, отводя руки от ушей: глядя в эти родные глаза с опаской. Последнее, что трикстер услышал, когда все-таки в пудрился сорвать с себя наушники: отбросив на пол, и одарив возмущенным взглядом — это было… — Убей меня. — Лафейсон дернулся в неверии, Сильвия никогда не просила о таком. Она хотела жить, и он дал ей эту жизнь. И теперь, тот ради кого он пошёл на невозможное, просит отнять эту её? Что за бред? — Нет, нет, нет. — трикстер касается головы девушки, заставляя ту приподнять голову, но встречается лишь с безжизненным взглядом: пустым, обреченным. — Я дал, что ты хотела. Подарил тебе жизнь, так живи. — такая перемена пугала. Всегда острая на язык чародейка, выглядела сейчас перед ним такой сломленной. — Почему не пустил к себе? Моя сила тебе была не нужна? Или ты хотел моих мучений? — светловолосая так устала, поэтому не противилась прикосновениям Локи. За эту неделю, что только она не перепробовала, но все в пустую: ведь дальше своего носа — ничего не увидел. Сейчас он хочет жить, как когда-то она, не думая о том, что оставит позади: как говорится — сжигая мосты. — Что? Нет! Ты хотела жить, а я не хотел, чтобы ты была узником в этой золотой клетке. Я держал ветви в руках, я ничего не мог сделать. Моё сознание не было со мной. Ты хотела меня видеть таким? — Локи аккуратно заправил за ушко прядь волос асиньи, сглотнув подступающий ком к горлу. — Ты должна жить, Сильвия. Я все сделал, что бы ты жила спокойно. Подарил тебе жизнь. — И отнял в одночасье! На кой черт мне она, если рядом нет тебя? Я хотела быть с тобой вместе, вместе на одном таймлайне, а ты ушел. Оставил горечь и сожаление. Разве это жизнь? Это страдание! Ты обрек не только себя на муки, но и меня. — судорожно вздохнув, блондинка касается кончиками пальчиков его рук, поглаживая нежную кожу. — Я так хотела слышать, что я тебе нужна. Что ты больше не уйдешь. Что мы вместе будем писать свою историю. — Я такой дурак. Я думал, что ты не хотела этого. У меня и мысли в голове не возникло, что тебе пришлось страдать, но я не мог поступить иначе. Наше счастье, по сравнению с мультивселенной — это ничто. — глаза небесно-голубого оттенка меркнут и ему страшно, что он потеряет её снова. Они ведь только нашли друг друга. — Но теперь, я же свободен, верно? Мы можем начать все заново, если ты этого хо. Чаровница обхватывает голову черноволосого, поддаваясь вперёд, запечатлев на его губах, сладкий поцелуй. — Я не знаю, как строить отношения. — шептала девушка, прерывисто целуя губы трикстера. — Я тоже. — торопливо отвечает брюнет, отвечая взаимностью на поцелуи, шепча через них. — Мы разберёмся, да? — вторит чаровница, стягивая галстук с бога обмана, притягивая ближе к себе. — Да. Разберемся. — тихо повторяет за девушкой Локи, подхватывая ту на руки, стоило Сильви пересесть на его колени. Аккуратно поднимаясь с дивана. — Я не знаю где. Блондинка хватается за шею мужчины, указывая рукой в сторону двери с право — спальни. Все же им надо многое наверстать. Локи снова сниться чертов трон, его одиночество. Сколько ещё он будет видеть этот ужасный момент своей жизни? Неужели вечно? Лафейсон только смиренно вздыхает, принимая участь, но нежное прикосновение возвращает в реальность, заставляя бога распахнуть свои очи. Бывший король мультивселенной, смотрит на спящую блондинку у него на плече, от чего сердце начинает постепенно оттаивать, а Локи снова оживать. Снова позволить себе чувствовать, вновь полюбить или продолжить любить? Скорее второе. Девушка беспокойно ворочается в его руках, пока он не прижимает её ближе только тогда Сильвия успокаивается, засыпает. Он не может ей налюбоваться. Она рядом, он с ней здесь, они могут начать быть чем-то большим. Более значимым звеном этого мира. Лафейсон усмехается, касаясь светлой макушки губами. Им о многом надо будет поговорить, много чего в своей жизни поменять, но сейчас он впервые чувствует себя на своем месте. Значит ли то, что его место было там, где есть она?